Библиотека Московского института электронной техники, Зеленоград. Архитектор Феликс Новиков, 1971. Классный советский модернизм, вот фоторепортаж Дениса Есакова оттуда: https://goo.gl/dbbawp
Вид из кабины машиниста, который водит пассажирский поезд по умирающей узкоколейке в Кировской области: https://takiedela.ru/2015/09/narrow-gauge-railway
В спальном районе Ижевска. Проект Евгения Петрачкова: https://evgeniypetrachkov.com/albums/malinikha
Важное видео от «Медузы»: россияне думают, что тратят на налоги 13 % заработка, а на самом деле до половины. Люди забывают, что куча налогов неявно заложена в цены, а те же отчисления в пенсионный фонд лежат на работодателе. (Кстати, на «Секрете фирмы» была более подробная инфографика на эту тему.)
Если бы россияне получали на руки почти в полтора раза больше денег, а потом сами платили и налоги, и пенсионные отчисления, и средства в фонд обязательного медицинского страхования (привет, бесплатная медицина), тогда бы сразу закончились разговоры в стиле «власть у нас неэффективная, так и налогов берет мало, на одной нефти живет». Булшит.
А вот хороший пассаж Екатерины Шульман на эту тему:
Граждане уже начинают потихоньку осознавать, что они не получатели подарков от патерналистской власти. Напротив — они этой власти все время платят, причем платят много и за услуги низкого качества. За плохое жилье, за плохие дороги, за плохое управление. Из этого, по идее, должны появиться ростки гражданского самосознания. Гражданское самосознание — это самосознание налогоплательщика, никакого другого не бывает. Ни из так называемой правовой культуры, ни из душевного благородства не вырастает гражданин. Гражданин вырастает из осознания, что я тут плачу — значит, давайте вы мне за мои деньги что-то тут споете и спляшете. Устроите, например, фестиваль варенья. При этом фестиваль варенья не так сильно утешает человека, который приходит домой и видит в почтовом ящике очередную квитанцию.
Если бы россияне получали на руки почти в полтора раза больше денег, а потом сами платили и налоги, и пенсионные отчисления, и средства в фонд обязательного медицинского страхования (привет, бесплатная медицина), тогда бы сразу закончились разговоры в стиле «власть у нас неэффективная, так и налогов берет мало, на одной нефти живет». Булшит.
А вот хороший пассаж Екатерины Шульман на эту тему:
Граждане уже начинают потихоньку осознавать, что они не получатели подарков от патерналистской власти. Напротив — они этой власти все время платят, причем платят много и за услуги низкого качества. За плохое жилье, за плохие дороги, за плохое управление. Из этого, по идее, должны появиться ростки гражданского самосознания. Гражданское самосознание — это самосознание налогоплательщика, никакого другого не бывает. Ни из так называемой правовой культуры, ни из душевного благородства не вырастает гражданин. Гражданин вырастает из осознания, что я тут плачу — значит, давайте вы мне за мои деньги что-то тут споете и спляшете. Устроите, например, фестиваль варенья. При этом фестиваль варенья не так сильно утешает человека, который приходит домой и видит в почтовом ящике очередную квитанцию.
YouTube
Сколько мы на самом деле платим налогов?
Enjoy the videos and music you love, upload original content, and share it all with friends, family, and the world on YouTube.
XXI vs XIX века в Перми. Фото Валерия Нистратова: https://valerinistratov.com
Ник Ханнес путешествовал по постсоветскому пространству в конце 2000-х: https://www.nickhannes.be/red-journey.html
Ха-ха-ха: осенью, когда я узнал, что Тимати скоро открывает свой барбершоп, сразу пошутил, что нужно нужно устроить баттл барбершопов и отправить близнецов стричься и к Тимати, и к Гуфу (тот запустил свое место в 2015 году).
Я-то пошутил, а Кристина взяла и сделала материал, супер. Спойлер: стригут лучше у Тимати.
Я-то пошутил, а Кристина взяла и сделала материал, супер. Спойлер: стригут лучше у Тимати.
По поводу московского троллейбуса, споры о будущем которого идут как минимум последний год, то затихая, то вновь разгораясь, важно осознать одну вещь: через 10-15 лет никаких троллейбусов в Москве скорее всего не будет.
Причины две (ну, кроме той, что троллейбусную инфраструктуру можно снести, а землю отдать под застройку):
1. Парк троллейбусов дряхлеет, и его невозможно не то что обновить, но хотя бы поддерживать на нынешнем уровне. Российская троллейбусная промышленность в упадке, на заводах в полуручном режиме собирают единичные машины. Зарубежные аналоги тоже не купить: троллейбус — это транспорт преимущественно социалистических стран, в западных мегаполисах троллейбусные маршруты убили на волне автомобилизации еще в 1960-е годы. Зато за рубежом можно купить трамваи и современные дизельные автобусы.
2. Глобальная цель департамента транспорта в том, чтобы унифицировать и стандартизировать городские перевозки. История с перезапуском маршруток показывает, что город создаёт единый интерфейс для пассажиров: условно говоря, у тебя есть карта «Тройка», по которой ты можешь ездить в одинаковых синих автобусах с вайфаем. А кому эти автобусы принадлежат — городу или частному бизнесу — для пассажира вопрос десятый, и поэтому проще все отдать на аутсорс. Автобусные маршруты можно отдать на аутсорс, а троллейбусы легче убить.
🚎🚎🚎
Причины две (ну, кроме той, что троллейбусную инфраструктуру можно снести, а землю отдать под застройку):
1. Парк троллейбусов дряхлеет, и его невозможно не то что обновить, но хотя бы поддерживать на нынешнем уровне. Российская троллейбусная промышленность в упадке, на заводах в полуручном режиме собирают единичные машины. Зарубежные аналоги тоже не купить: троллейбус — это транспорт преимущественно социалистических стран, в западных мегаполисах троллейбусные маршруты убили на волне автомобилизации еще в 1960-е годы. Зато за рубежом можно купить трамваи и современные дизельные автобусы.
2. Глобальная цель департамента транспорта в том, чтобы унифицировать и стандартизировать городские перевозки. История с перезапуском маршруток показывает, что город создаёт единый интерфейс для пассажиров: условно говоря, у тебя есть карта «Тройка», по которой ты можешь ездить в одинаковых синих автобусах с вайфаем. А кому эти автобусы принадлежат — городу или частному бизнесу — для пассажира вопрос десятый, и поэтому проще все отдать на аутсорс. Автобусные маршруты можно отдать на аутсорс, а троллейбусы легче убить.
🚎🚎🚎
Heart of Moscow сделали новый значок с домом Наркомфина (видимо, готовится серия про конструктивизм) для проекта «Москва глазами инженера»: https://goo.gl/LV0dTh
А вот рассказ основателя «Москвы глазами инженера» Айрата Багаутдинова о доме Наркомфина: одну из бывших жилых ячеек он арендовал под лекторий и сделал в ней ремонт по цветовым гайдлайнам Гинзбурга.
The Village
Я живу в доме Наркомфина
The Village рассказывает о жизни в самых известных и необычных домах Москвы и Санкт-Петербурга
Знаете, что все будут обсуждать через полгода? Музей «Лувр Абу-Даби».
Пока в Дубае строили деловой центр, в соседнем Абу-Даби запустили проект культурного: на острове Саадият появится новый район со зданиями музеев и культурных учреждений работы Жана Нувеля, Фрэнка Гери, Нормана Фостера, Тадао Андо и бюро Захи Хадид. Нувель впереди всех: почти десятилетнее строительство его «Лувра Абу-Даби» близится к завершению, в то время как другие здания даже не начали возводить.
Новый проект — такой условный арабский хай-тек (вполне узнаваемый Нувель, привет Музею арабского мира в Париже и башне в Дохе). Выглядит все так, словно на восточный городок приземлилась летающая тарелка: на несколько десятков прямоугольных залов установлен 180-метровый купол с отверстиями, которые пропускают свет и вместе с окружающими бассейнами работают как огромный кондиционер. В результате будущие посетители музея а) сойдут с ума от красивой игры света и тени, б) ощутят прохладу оазиса под куполом.
«Лувр Абу-Даби» продвигается как место диалога между востоком и западом, но скорее все это выглядит как дорогая игрушка эмира: эмират Абу-Даби заплатил французскому правительству 500 миллионов долларов за имя и еще 750 миллионов за консалтинг и наполнение музея. В XXI веке западная цивилизация — это франшиза, и если у тебя много денег, ты сможешь купить себе даже немного Лувра.
Пока в Дубае строили деловой центр, в соседнем Абу-Даби запустили проект культурного: на острове Саадият появится новый район со зданиями музеев и культурных учреждений работы Жана Нувеля, Фрэнка Гери, Нормана Фостера, Тадао Андо и бюро Захи Хадид. Нувель впереди всех: почти десятилетнее строительство его «Лувра Абу-Даби» близится к завершению, в то время как другие здания даже не начали возводить.
Новый проект — такой условный арабский хай-тек (вполне узнаваемый Нувель, привет Музею арабского мира в Париже и башне в Дохе). Выглядит все так, словно на восточный городок приземлилась летающая тарелка: на несколько десятков прямоугольных залов установлен 180-метровый купол с отверстиями, которые пропускают свет и вместе с окружающими бассейнами работают как огромный кондиционер. В результате будущие посетители музея а) сойдут с ума от красивой игры света и тени, б) ощутят прохладу оазиса под куполом.
«Лувр Абу-Даби» продвигается как место диалога между востоком и западом, но скорее все это выглядит как дорогая игрушка эмира: эмират Абу-Даби заплатил французскому правительству 500 миллионов долларов за имя и еще 750 миллионов за консалтинг и наполнение музея. В XXI веке западная цивилизация — это франшиза, и если у тебя много денег, ты сможешь купить себе даже немного Лувра.
ArchDaily
In Progress: Louvre Abu Dhabi / Jean Nouvel
Completed in 2016 in Abu Dhabi, United Arab Emirates. Images by TDIC. All climates like exceptions. Warmer when it is cold. Cooler in the tropics. People do not resist thermal shock well. Nor do works of art. Such...
А вот документалка о творческом процессе и последних проектах Нувеля; «Лувр Абу-Даби» там тоже есть.
Vimeo
Jean Nouvel: Reflections
This is "Jean Nouvel: Reflections" by Altimeter Films on Vimeo, the home for high quality videos and the people who love them.
Мне очень нравится герб Северной Кореи, потому что это такой фокус с последующим саморазоблачением. На этом гербе изображена гидроэлектростанция Сапунг. Можно подумать, что эта электростанция — символ успехов социалистической экономики, но нет, ее вообще построили японские оккупационные власти в конце 1930-х годов, когда никакой КНДР и в планах не было.
Этот герб — наглядная иллюстрация того, что тоталитарные и авторитарные режимы любят приписывать себе чужие достижения. Но также и того, что очень часто мы сами приписываем некоторым людям определяющую роль в тех событиях и явлениях, которые на самом деле являются общим местом.
Самый наглядный пример — перед носом. Имя Сергея Собянина уже намертво ассоциируется с развитием общественных пространств, но в международном контексте его действия — обыденность (наоборот, было бы странно, если мэр глобального мегаполиса в 2010-е годы не думал бы об этих чертовых общественных пространствах).
Более того, если бы в 2010 году мэром Москвы стал не Собянин, а условный Иван Иванов, он сделал бы то же самое. Шесть лет назад обновленной московской администрации в первую очередь нужно было как-то отделить себя от образа Лужкова и предложить горожанам новую этику и эстетику; они воспользовались международным опытом в парке Горького. Эксперимент оказался удачным, и тактическое решение за пару лет превратилось в стратегию. (А потом оказалось, что эстетика вышла и правда новой, а этика так и осталась старой, но это уже совсем другая история.)
Этот герб — наглядная иллюстрация того, что тоталитарные и авторитарные режимы любят приписывать себе чужие достижения. Но также и того, что очень часто мы сами приписываем некоторым людям определяющую роль в тех событиях и явлениях, которые на самом деле являются общим местом.
Самый наглядный пример — перед носом. Имя Сергея Собянина уже намертво ассоциируется с развитием общественных пространств, но в международном контексте его действия — обыденность (наоборот, было бы странно, если мэр глобального мегаполиса в 2010-е годы не думал бы об этих чертовых общественных пространствах).
Более того, если бы в 2010 году мэром Москвы стал не Собянин, а условный Иван Иванов, он сделал бы то же самое. Шесть лет назад обновленной московской администрации в первую очередь нужно было как-то отделить себя от образа Лужкова и предложить горожанам новую этику и эстетику; они воспользовались международным опытом в парке Горького. Эксперимент оказался удачным, и тактическое решение за пару лет превратилось в стратегию. (А потом оказалось, что эстетика вышла и правда новой, а этика так и осталась старой, но это уже совсем другая история.)
