Иматра, Финляндия, 2016.

Катри Икявалко, 1980-2016.

Дмитрий Лукьянов, «Процесс становления».

Лукьянов — классный фотограф; он любит исследовать российскую повседневность.

Дмитрий Лукьянов, «ДКданс».

В ноябре Шахри Амирханова и Фуркат Палванзаде запустили англоязычный сайт о России InRussia, и я до сих пор толком не знаю, как к нему относиться. То есть, конечно, я просто обожаю по выходным неторопливо разглядывать такие штуки, но по первым неделям InRussia и правда выглядит чуть менее урбанистической версией Calvert Journal.

Кстати, там же можно найти материал о подмосковных пансионатах из прошлогодней бумажной «Афиши»; внутри классная архитектурная съемка Наталии Куприяновой.

Пансионат «Клязьма», 1963 год.

Леонид Юзефович стал лауреатом премии «Большая книга» за прошлогоднюю «Зимнюю дорогу» о противостоянии белого генерала Пепеляева и красного командира Строда в Якутии в 1923 году; великий роман, материал для которого собирался с 1970-х годов. До этого документальная книга уже выиграла «Нацбест», и я вспомнил, что по этому поводу вышел классный объяснительный текст о том, как устроены литературные премии в России и каких еще лауреатов не стоит упускать.

Окей, самый важный опрос, который хочется устроить прямо сейчас. С весны все говорили о «Грибах» (ну и шутили о «Патимейкере» Пики), но за последнюю неделю появилось два клипа от малоизвестных чуваков, которые классно встряхнули российский рэпчик. Кто из них вам нравится больше?

💰 TATARKA — «АЛТЫН»

☠ ХАСКИ — «ПУЛЯ-ДУРА»

Ну и для тех, кто все пропустил.

💰 TATARKA — «АЛТЫН»

Дебютный клип видеоблогера Иры Смелой, которая пару лет назад переехала из Набережных Челнов в Петербург и стала женой солиста Little Big Ильи Прусикина. Татарский клауд-рэп (вот перевод) на фоне Кировского райсовета и других примечательных мест Петербурга; в кадре то Гошан, то Ветман.

☠ ХАСКИ — «ПУЛЯ-ДУРА»

Дмитрий Кузнецов — нигилист и российский побратим Дэнни Брауна родом с окраины Улан-Удэ, уже выпустивший в этом году классную песню «Черным-черно». Вроде бы глупость, а на самом деле мощнейшее левое высказывание; при этом занятно, что Хаски с одной стороны придерживается оппозиционных взглядов, а с другой — дружит с Захаром Прилепиным и ездил на Донбасс.

Максим Трудолюбов в хорошем очерке о советском домостроении проговаривает важную мысль: мы можем не любить советские спальные микрорайоны, но при всех оговорках и ограничениях они были придуманы гуманистически настроенными людьми. «Лужайки с расставленными по ним одинаковыми коробками — это горизонтальное сетевое пространство, в котором каждый был главным и потому мог почувствовать себя свободным от навязанных официальным пространством иерархий». С каждым годом советские спальники, конечно, устаревают технологически, но при этом это довольно обаятельная и зеленая среда, которую можно оживлять.

А вот новые спальные районы, так называемые «путинки», массовое строительство которых развернулось в нулевых, — это катастрофа. До 90 % квартир в таких микрорайонах — студии и однушки, транспортная доступность чудовищная, вместо зелени — парковки, но мест для машин все равно не хватает. Даже я, выросший в северном Купчине, то есть типичном районе 1960-х годов, с ужасом смотрю на петербургские Шушары или Парнас. В российских мегаполисах пока нет гетто, но через десять лет они появятся.

Двадцатипятиэтажные дворы-колодцы — характерный феномен «путинок» и прямое следствие жадности девелоперов, такое бы ни одному архитектору в голову не пришло бы в 1960-е годы. ЖК «Есенин», Петербург.

Эти фото для The Village сделал прекрасный петербургский фотограф Егор Рогалёв, который тоже любит исследовать постсоветское пространство.

А кто еще из российских фотографов интересуется темой? Чьи работы вам нравятся?

Каток на ВДНХ. Фото Константина Митрохова, 2016.

Идея для кнопки в социальных сетях: мне нравится этот тип контента, но мне не нравится мудацкая интонация этого автора.

Классно: фотограф Полина Полудкина собирает архитектурные мозаики на модернистских зданиях в Москве. Проект, очевидно, в самом начале работы, но это супертема: в то время, как официальное советское искусство было загнано в рамки соцреализма, мозаики воспринимались как часть архитектуры, и у художников были развязаны руки для экспериментов.

Кстати, если вам нравятся мозаики, вывески и прочий архитектурный и околомодернистский стафф, подпишитесь на инстаграм краеведа Дениса Ромодина.