Есть такая литературная премия – «Большая книга». И вот на днях задним числом в уже опубликованный длинный список туда внесли «В начале было Слово – в конце будет Цифра» Маргариты Симоньян. Для «Большой книги» это нормально – в свое время там победил роман «Одсун», а ничего более шовинистического я у нас не читала (отзыв есть в канале). Так что я сразу поставила пятьдесят пуговиц на второе место для Симоньян, а пока решила книгу прочитать. В конце концов, «Одсун» прочитала и выжила…

Я скачала книгу (у пиратов, разумеется) и в очередной раз поразилась дизайну обложки: сейчас такие красивые обложки делают, а это прям сборник тезисов областной православной конференции за 2004 год.

Идея книги такова: в начале всего было Слово, и всё в мире было прекрасно. Но к концу времен, если мы не одумаемся, мир может захватить всеобщая цифровизация в виде андрогинов. Книга, кстати, написана в будущем времени, что необычно. Но сначала идет пролог, и первая страница привела меня в восторг: по городу Эфесу бродит Учитель (вероятно, Иоанн) вместе с каким-то Прохором. И вот по поводу Учителя: «Когда все, с кем он вкушал хлеб и вино, отошли ко Господу (включая самого Господа)…»

Я подумала, что это – исключительно тонкое замечание, но дальше пошло тяжелее.

«Покидая город, Прохор с Учителем еще не знали, что Эфесу предначертано было стать столицей новой империи, душой новой веры, подкравшейся к его виноградникам в пергаментных свитках учителя, но он ей не станет, его обойдет выскочка-Константинополь; и сам город ещё не чувствовал своего будущего бесчестия, когда он разнесет по камешку храм Артемиды, перетрет на известку статуи своих бывших богов, чтобы опять построить из этих камней и известки самого себя заново, догоняя ушедшую воду, потому что на этот раз от него отвернется море – в результате то ли землетрясения, то ли разочарования».

Дочитав до точки, я поняла, что немного потерялась, и перечитала заново. В целом, стало понятно, что город Эфес как-то дурно себя повел, а душа подкралась к виноградникам.

«...Прохор не выдержал – разрыдался так, что позавидовала бы вчерашняя гроза над Эфесом, сорвавшая камышовую крышу с лачуги вдовы-христианки, приютившей Учителя с Прохором, в которой они спали на жестких циновках, когда возвращались с разбитыми пятками после проповедей в селениях, где им поначалу никогда не бывали рады, но Прохор знал, что к концу дня, когда закат уйдет за камышовые крыши, пытаясь поджечь их нижней горящей дугой, вдовы, сироты, калеки, а иногда и здоровые, сытые, будут, толкаясь, ползти за учителем, спеша потрогать хоть край его оборванного хитона цвета давно пролитой крови».

Я поняла, что снова отвлеклась ещё на слове «пятки», и подумала, что если буду перечитывать каждый абзац по два раз, так мы далеко не уедем. А тем временем Учитель решил лечь в могилу и попросил Прохора его закопать.

«Поначалу Учитель еще видел свет сквозь полупрозрачную ткань платка, накрывшего его, как облачко за час до этого накрыло солнце, но комья земли, песка и камней вскоре закрыли свет, и осталось только удушье, немногим мучительнее духоты перед вчерашней грозой, а наступившее после удушья бессилие почти походило на безмятежность, избавив Учителя, по крайней мере, от привычной бессонницы, прикормленной похотливой греческой похвальбой почтенных отцов семейств, который входили на закате в библиотеку Цельса, и жены почтенных греков делали вид, что не знают о подземном ходе, прорытом от библиотеки прямиком в бордель, откуда отцы семейств вываливались ближе к полуночи, уже не заботясь о том, что их кто –то увидит и осудит».

Во-первых, славатебегосподи, что мне не надо читать это вслух. Во-вторых, 18 запятых на предложение, а! Это ли не заявка на победу в любой литературной премии? Правда, я снова не поняла, как Симоньян унесло от момента погребения к тайному борделю. Это вот силой каких ассоциаций? Но пролог, ура, кончился, начался текст, повествующий о торжестве Демократии, андрогинов и, почему-то, свиньи. Именно хвост какой-то крутой свиньи лепит некий Альфа Омега. И вот его особые приметы: «опущенные вниз внешние уголки глаз, придающие им элегическое выражение, упрямые челюсти и ямочка на подбородке, скачущая по лицу, как солнечный зайчик, во время смеха носителя».

И вот тут я сломалась. Моя ямочка тоже поскакала по лицу своего носителя, я закрыла книгу и решила, что ей и первого места мало. Семьдесят пуговиц на первое место для Симоньян! Кто больше?! Книгу несомненно рекомендую (она есть на Ф.) для совместного чтения в хорошей кампании. Получите массу удовольствия от разборы любой фразы. Это что-то уникальное в своей серьезности, но ямочки берегите.

«Эволюция Кэлпурнии Тэйт» Жаклин Келли. Книга рассказывает о личной эволюции маленькой американской девочки времен Тома Сойера и ее увлечении эволюцией вообще.
Жара, хлопок, корсеты и ботинки, яблочные пироги и вышивка. А девочку единственную изо всей семьи, кроме деда, волнует, почему кузнечики вот такие, а не какие-нибудь другие. Как же я ее понимаю, сама в детстве хотела стать ихтиологом. Но Кэлпурнии не светит образование, и ей даже не выдают книги Дарвина в библиотеке. Она же девочка.
Рекомендую, в том числе, подросткам с 10 лет как альтернативу «книжкам про принцесс». Качественное чтение, неудивительно, что столько премий.

29. «Это точно (не) подделка?» Тони Тетро и Джампьеро Амбрози. Совершенно очаровательные воспоминания арт-мошенника Тони Тетро, который подделывал картины Дали и рисунки Шагала. Это наш с вами современник, он и поныне счастливо живет-поживает и даже не в тюрьме. Тони родился в 50-м году и для копирования выбрал художников 20-го века, чтобы не морочиться со старыми полотнами, гвоздями и кракелюрами. Ему достаточно было выдрать лист бумаги из старой книги, нарисовать что-то в духе Шагала и со смирным лицом прийти к арт-дилеру. Мол, так и так, дедушка завещал.

И дальше начиналось интересное. Арт-дилеры не гнали жулика из помещения, а, оценив рисунок, спрашивали: «А еще десятка у вашего дедушки нет вот такого же типа?». И Тони приносил еще десяток. Иногда ему удавалось сочинить и простенький провенанс – историю появления у него картины, но чаще он этим не заморачивался.

В результате из нищего мальчишки, который даже не учился рисовать, он стал очень богат, покупал Феррари и Ламборджини, тусил по клубам. Купил квартиру и оборудовал там тайную комнату, в которой хранил запасы бумаги, краски и готовые работы. Книга как раз и начинается со сцены обыска в этой квартире, где Тони сидит и трепещет: найдут полицейские кнопку на зеркале или нет?

Отдельно порадовали истории про покупателей. Богатые американцы заказывали ему копии картин Рембранта и Караваджо, чтобы потом пыжиться перед гостями, мол, это все подлинники.

Очень интересно, и хорошо написано. С удовольствием почитаю еще что-то подделки. Есть у кого рекомендации? А я прямо сейчас смотрю фильм «Лучшее предложение» про эксцентричного аукционера, который так же был не чужд махинаций. Рейтинг 8, 1, кстати.

"С ума сойти. Путеводитель по психическим расстройствам для жителей большого города" Дарьи Варламовой и Антона Зайниева. Мне ее рекомендовала для общего развития девушка с шизофренией, а она реально знала, что советовать.

Неважно - боитесь вы "психов" или наоборот. Читать можно всем. Во1, после прочтения вы преисполнитесь сочувствия просто ко всему миру, потому что поймете странности окружающих людей. Гораздо проще жить, когда ты понимаешь, что стоит за словом "депрессия" или "БАР", вместо того, чтобы злиться на "этих нытиков, которые не могут встряхнуться".

Во2, вы невольно продиагностируете себя. Мне, например, было неприятно и тревожно читать главу про ПТСР, что заставило меня задуматься.

Ну и в3, книга легко написана, слова типа «ингибиторы» вы можете пропускать, так что книга прекрасно пойдет и под кофе, и в метро.

Вот сколько я ни читала прозы об Ирландии, никогда там нет Патрика, лепреконов, риверданса и прочего хоп-хей. Надо даже прям принципиально найти весёлую ирландскую книгу... Нет, всегда хлюпающая грязь по щиколотку, нищие лачуги и туман с реки. В «Темной воде» то же самое плюс густой суп из суеверий, невежества и сплетен.

Книга очень добротная. Видно, что Ханна Кент писала, опираясь на источники: в книге много натуральных ирландских слов и выражений, и даже названия целебных растений написаны по-ирландски. Ну и, конечно, всюду ощущается присутствие «добрых соседей» (в других книгах их зовут «добрым народцем» - равнодушных к людям, высокомерных и злых подземных эльфов-фэйри). Они и детей подменяют, и женщин уводят. И книга как раз опирается на реальный судебный процесс над знахаркой, которая пыталась при помощи наперстянки выгнать фэйри из ребенка. Рекомендую очень, удачная книга. Не фэнтези!

33. После книги «Это точно (не) подделка?» мне очень захотелось почитать что-то еще на эту тему, и камрад Лебедева из Книжного винегрета упомянула Софью Багдасарову, блогера и искусствоведа. Багдасарова - автор нескольких книг про искусство для чайников, но рейтинги у них какие-то невысокие – 3,7 - 3,3. Но как можно было пройти мимо названия: «Воры, вандалы и идиоты»?!

Основная претензия к книгам Багдасаровой в отзывах – неуместный юмор. И действительно. С одной стороны, книга посвящена самым нелепым кражам, совершенным в российских музеях, и тут правда, зачем обходиться без юмора? С другой, надо все-таки иногда останавливаться.

Все главы книги написаны в трёх стилистиках. Одна – это суховатые, почти газетные заметки с перечислением фактов. Вторая – байки, рассказанные анонимными коллекционерами нашей писательнице за бокалом осетрины. И третья - «новеллы», вставки, рассказывающие о каких-то наиболее курьезных преступлениях.

И вот самые интересные главы – это как раз простые газетные материалы. Байки – я закрыла книгу и не помню ни одной, потому что: то ли было, то ли сплетня, а назвать точное лицо мы не можем, потому что опасно... Ну и на здоровье. Хуже всего оказались новеллы. Одну я пролистала полностью, на второй - скрежетала зубами: она была написала гекзаметром: «Я же поведаю вам, что о том говорит опергруппа: место она изучала, и всё в протоколе осталось. Просто преступник проник в глубины старинного дома: библиотеки окно для него оказалось открыто. Влез на второй этаж он с помощью длинной веревки, датчиков нет на окне, литой шпингалет был приподнят. Библиотеки стена – общая с залом музейным, шкаф там обычный стоял…» и так далее, господи боже. Несколько страниц без остановки гекзаметром о работе опергруппы!

Третью новеллу я читала сквозь фейс-палм. Она рассказывала об афере братьев Гохманов, которые продали в Лувр поддельное золото скифов из Крыма, в том числе – огромную золотую тиару. Очень увлекательно, но Гохманы были евреями, и Софья Багдасарова не смогла удержаться: «А братья Шепсель и Лейба хорошо думали об том, как получить с этого свой интерес. … Но на складе Гохманов выкопанный товар иногда кончался – и что тогда делать бедным братьям, когда все так хочут их товару? Но что это вы нам морочите голову за Очаков и Одессу, когда в меню было написано «Париж», скажете вы мне – и я соглашусь с вами». Это было лучше гекзаметра, но тоже плохо.

И в целом, книга, конечно, похожа на сборник материалов с Дзена. Нет, интересной информации много, но на этом я с книгами Багдасаровой - всё. Хотя название хорошее!

34. «Крайний», Маргарита Хемлин. С опаской открывала я эту книгу, - и такой сюрприз!

В своё время мне у Хемлин очень понравилась книга «Клоцвог» - монолог от лица молодой красивой мещанки Майи Клоцвог, которую занимают две вещи: чтобы дома был достаток, а рядом – достойный мужчина. И вот она излагает свою жизнь, богато вплетая в монолог советские штампы. Читать было - одно удовольствие.

Но «Крайнего» я побаивалась начинать, потому что в аннотации были слова «еврей, война и бойня». То есть, тут нужен ресурс. Но так как она мне уже очень давно мозолила глаза на полке, я решила рискнуть, и книга оказалась совершенно чудесной.

Это – тоже монолог. На календаре 70-е, и главный герой по имени Нисл рассказывает, как он пережил первые послевоенные годы. Саму войну он провел в партизанском отряде, но подробностей Нисл никаких не приводит. Ну было и было, бросали гранаты, да. А вот основной сюжет разворачивается в первые годы после войны, судя по всему, в 1948-м. Нисл – единственный еврей, спасшийся в городе Остёр. И вот теперь он узнает, что евреев будут судить и выселять уже свои за какой-то космополитизм.

Нислу - лет двадцать, он неграмотный и очень простой. И он не может понять – он человек или только еврей? В чем его проблема? Что ему надо делать, чтобы просто жить? Начинаются приключения в попытках где-то притулиться, и это прям очень интересно, столько там деталей того времени. При этом Нисл старается рассказывать свою историю литературным языком, но – это уж как получается.

Очень рекомендую и не понимаю, почему так мало слышно про Маргариту Хемлин, мне прям обе книги зашли. Вижу претензии, что в "Крайнем" много украинского языка, ну так действие происходит в деревнях между Остром и Черниговым среди русско-еврейско-украинского населения. Но да, в тексте, действительно, много суржика. Некоторые слова придется переводить, а-то будет трудно въехать в контекст.

37 . «Стрекоза, увеличенная до размеров собаки», Ольга Славникова. Ух-ты, что это я сейчас прочитала… На сегодняшний день в моем личном рейтинге это - вершина Высокой современной литературы.
 
Сначала о сюжете. В аннотации сказано, что это – история о двух женщинах в одной квартире, матери и взрослой дочери, с непростыми отношениями. Но это – не «Пианистка», где мать устроила за дочерью тотальный контроль. И тут никто ни над кем не издевается. Просто рядом живут два человека, которые не любят друг друга и вообще не знают, что такое любовь. И это – проблема всего их рода. На протяжении поколений мужчины этой семьи исчезали: в революцию, на войне, в лагере, в ссылке. И двум последним представительницам рода мужчина (отец и муж) представляется чем-то зыбким. Он просто обязан исчезнуть. И вот мать с готовностью отпускает своего мужа (за неимением войны он исчез в алкоголизме и бродяжничестве), а на дочь у нее просто не остается никаких эмоций. И обе они живут рядом и ничего друг к другу не чувствуют кроме взаимных претензий.
 
Книга начинается со сцены похорон матери, и я загрустила, что сейчас будет одна длинная ретроспектива, но нет. Дочь приходит домой после поминок и понимает, что вот она впервые в жизни одна: а кто она? Что ей нравится? Какая у нее самой форма? И дальше будут сплетаться воспоминания и дочери, и матери, и настоящее время, в котором дочь просто обязана повторить судьбу матери и всех женщин семьи.
 
Сюжет отличный, но и язык под стать. Я потом почитала, Ольга очень любит Набокова, и это заметно. Я поняла, что мне книга понравится, когда уже на первых станицах у сорванных одуванчиков в воде закурчавились стебли. И потом я наслаждалась уже просто подряд: подмигивающие от дождя лужи под фонарем, и всё, всё! Ощущение, что писательница смотрит на вещи и не может успокоиться. Она будет крутить их и вертеть, пока не найдет самое точное описание. Чтобы другой читал и видел. Да, можно написать, что главный герой ехал в трамвае в шесть утра и смотрел, как встает солнце. А можно так: герой на самом деле едет в шесть утра в трамвае, «и первый низкий, горячий свет, создававший стригущее мелькание в древесных стволах между затененных, как будто наклонных домов, казался включенным где-то земле».
 
Стригущее мелькание. Спаси тебя господь, Ольга Славникова.
 
Но, безусловно, 600 страниц точных описаний - это трудное чтение. Не на пляж, не в транспорт. Это – вариант для креселка, пледа и любви к русскому языку. Кстати, несмотря на то, что книга вошла в шорт-лист «Русского Букера», у нее в интернете очень низкие рейтинги. Но это исключительно из-за того, что редкие авторы отзывов долетели до середины Днепра, в чем сами и признаются.

38. «Хозяин морей» Патрика ОБрайана. Очень необычный цикл книг по многим параметрам. Во-первых, они написаны крепким знатоком морского быта: романы на четверть состоят из пассажей вроде «Несмотря на то, что фор-штаг натянулся, как скрипичная струна, фор-брамсель затрепетал, и Джек Обри увалил под ветер». Реально, абзацами на вас сыпятся румбы, повороты бакштаг и двадцативосьмидюймовые карронады – и это почему-то прекрасно. В конце книг есть словарь, но я в него не смотрела, потому что, даже поняв, что именно упало с бизань-мачты на шканцы, яснее картина не станет. Я посмотрела только значение слова «сплеснивать» и даже с интересом почитала об этом в википедии.
 
Во-вторых, книги приключенческие, но они рассказывают не о героизме, проявленном на войне, а, как правило, о захвате, разбое и погонях. В первой книге английские суда патрулируют берег с официальной целью «подорвать экономику Испании», а фактически – занимаются пиратским захватом любых судов, потому что имеют с них процент. Во второй начинается война Англии с Францией, и капитанам все равно самое главное захватить испанское судно и получить процент.
 
В-третьих, главный герой капитан Обри – очень смелый и талантливый капитан, но какой же он оболтус! Честь и хвала автору: он не приписал капитану высокой морали, ума и аристократизма. Это вам не капитан Блад. Обри азартно думает только о повышении по службе до каперанга и захвате как можно большего количества кораблей, потому что ему нужны деньги. Он не плохой и не хороший, и жизнь на корабле прописана очень реальная и с реальными характерами и взаимоотношениями.
 
Первую книгу "Командир и штурман" читала давно, а теперь скачала «Капитан первого ранга». В начале книги у Обри всё хорошо: он захватил богатые трофеи, получил за них награду, и сейчас он сыт, пьян и нос в табаке. Он даже снял поместье и подумывает о женитьбе на красивой соседке. На одной из двух. Но внезапно пленным кораблям удается доказать, что они принадлежали нейтральному государству, и теперь Обри не только не богат, но ему грозит долговая яма. Чтобы выбраться из этой ситуации, он просит себе хоть какой корабль, и ему вручают чудо инженерной мысли, от которого отказались уже трое капитанов: корабль, который может двигаться вперед и назад, потому что у него два носа и нет кормы. В результате это недоразумение крутится веретеном, качается и его сдувает назад. Ну и вот на нем Обри и предстоит вступить в войну.
 
Книги реально очень удачные! Там достаточно ветвистый сюжет, несколько интересных линий, я читала с огромным удовольствием. И кажется, книг в серии штук 12. А по первой был снят отличный фильм с Расселом Кроу в главной роли. Фильм рекомендую тоже, попадание в образ стопроцентное.

39. «Не женское это дело». Пристойная обложка нашлась только такая, остальные – в духе детективов бандитских 90-х. А ведь Филлис Дороти Джеймс – британская писательница (и пэр Палаты лордов!), которая начала писать в 50-х годах прошлого века. У нее вышло что-то много книг про детектива Дэлглиша, но два романа было о Корделии Грей, секретарше детективного агентства, которой пришлось самой заняться делами после того, как ее шеф покончил с собой на рабочем месте. Разумеется, оставив с ее с долгами и залитой кровищей мебелью.
 
Именно поэтому я и скачала «Неженское дело», – существует литературная легенда, что идея цикла книг о детективе Корморане Страйке и его секретарше Робин Эллакот пришла в голову Джоанне Роулинг именно после этого романа.
 
Но оценивать детективы Джеймс сложно. Для своего времени – 50-80-е годы – они очень хороши. Типа Агаты Кристи, да. Это – спокойные, камерные истории, при этом логичные и интересные. Героиню не ведет интуиция, улики не падают под ноги, она не лезет в темные подозрительные подвалы. Девушка просто умна. В данной книге, например, Корделия выясняет, почему некий студент внезапно бросил учебу в Кембридже, устроился садовником и потом повесился в своем домике в кругу тяпок и удобрений. Его отец нанимает девушку, чтобы выяснить причину самоубийства сына, но та приходит к выводу, что парня повесили. То есть, и сюжеты у писательницы не вычурные.
 
Но наверно, надо для закрепления впечатления что-то про этого Дэлглиша почитать. Кто-то брался? Что посоветуете?

40. У меня были подозрения, что с Юрием Буйдой что-то не так, раз он был номинантом премии «Большая книга» (именно в длинный список этой премии недавно воткнули поразительную книгу Симоньян). И да, это оказалось отличным показателем. Абы что в «Большую книгу» не возьмут!

В чём суть. Вот хочется мужчине написать остросовременную книгу, но при этом – интеллектуальную. Чтобы и со смыслами глубокими, но и чтобы крутые мужики были, и тайны прошлого, и деньги, и секс, и убийство, и красивые женщины. Но и – отсылки чтобы были! Так и получился роман «Дар речи».

Задумка хорошая: на дворе - 90-е, некая женщина почему-то только сейчас знакомит своего 16-летнего сына с его отцом и вводит парня в целый семейный клан на Рублевке. Клан – новая советская аристократия, бывшие нквд-шники, партийные сотрудники, но ныне – просто образованные состоятельные люди, имеющие отношение к медиа. Народу в семье много: дети, братья, друзья, обслуга, новые жены, любовницы, все очень просто и аристократично друг с другом спят, очень мило и аристократично имеют прозвища типа Шаша, Дидим, Шуретта и тонко говорят о высоком: Софокл, Антигона, Библия, вот это всё.

Новый симпатичный родственник клану нравится, парень становится на Рублевке своим и скоро затевает жгучий роман с женой сводного брата. Парню новая семья тоже ужасно нравится, и он решает заняться своим образованием, чтобы тоже тонко шутить про Антигону и Рембо. В результате: помните начало «Войны и мира», сцену в салоне м-м Шерер? Где все очень естественно говорят по-французски (потому что в этой сцене был смысл)? А наш клан начинает внезапно абзацами говорить по-английски, и читателю предлагается тонко усмехаться в удачных местах.

Ну а не знаешь английского, вот тебе перевод, деревенщина. …Господи, что ты только делаешь с нашей умной книжкой, ты ж не поймешь ни хрена…

Но сюжет в моем пересказе – это единственный небольшой плюс книги. Минусы – всё остальное. Герой – это Марти Сью, идеализированное альтер-это автора: он молодой, красивый, утонченный, может поводить вас по Риму, может угостить тонким обедом, а женщины его обожают. Умён шо капец. Вот наш герой едет в машине и смотрит в окно, за окном едут фуры: «тысячи фур, груженные развлечениями и наказаниями. Этот двадцатимиллионный город всё съест, переварит, рыгнёт – и потребует еще, еще. Он никогда не спит, никогда не затихает, никогда не гаснет – на этот огонь летят тысячи самолетов со всего света, тысячи душ, тысячи огней, питающих великое московское пламя, пылающее на весь мир…»

На этой цитате у меня в первый раз поднялись брови, потому что обычно такими идеями делишься с миром лет в 19 и сильно пьяный, когда кажешься себе сильно умным. Второй раз я изумилась на истории с Шуреттой.
\
Шуретта, Александра – это «миловидная толстушка», которая помогает по дому домработнице и любовнице отца семейства. Домработницу зовут Глазунья, потому что у нее большие глаза. (На этом месте уже можно было заканчивать обзор). Сама Шуретта - тоже чья-то любовница. И вот - утонченная вечеринка в доме на Рублевке, с шампанским и шарадами, но утром Шуретту находят голой, изнасилованной и убитой в лесу. Милиция пришла и ушла. Грустно покачивая головой, главный герой говорит, что убийцу впоследствии так и не нашли…

Ну допустим, Рублевка – дело такое, милиция могла и замять. Но читатель-то понимает, что если всю одежду девушки нашли в доме, то дома её и убили. Не вышла же она из дома в снег и в лес голой? Значит, убийца – кто-то из домашних. Но автор больше не возвращается к этой теме! И никаких намеков не дает, и никому это убийство не надо. И поражённый читатель вдруг понимает, что оно понадобилось автору… просто так. Оживить сюжет. И это изнасилование и убийство даже не двигает сюжет. Это просто автору нравится.

Но тема изнасилованной и убитой женщины в лесу нравится ему настолько, что он отправляет туда же (!) мать главного героя. И тоже убийцу не нашли, и никому это не выгодно.

Но ведь как остро, а! Живенько. Криминально. Остальных женщин автор убивать в лесу не стал, зато вставил в сюжет - танцовщицу-маньячку, ванну серной кислоты, поддельные письма, старинные полотна и убийство ребенка на костылях. И все это, знаете, с таким видом: даа, жизнь, милостиздари, сложная штука… алягер ком алягер, квод лицет бови и шерше ля фам.

Всё-таки, «Большую книгу» абы какой книге не дадут.

«Семья по соседству» Салли Хэпворс. И чего я вообще ее дочитала?

По задумке это что-то типа «Большой маленькой лжи» или «Отчаянных домохозяек». В идеальном пригороде Мельбурна, где все пьют кофе и бегают по утрам с беговыми колясками (!), живут идеальные семьи с маленькими детьми. И у них какбэ у всех есть тайны. Сразу скажу: так себе тайны. Муж изменяет, серьезно? Но читатель сразу допущен в главную семью с двумя малышами. И вот ровно полкниги один ребенок не спит, второй не ест, а мама ужасно устала. Иногда для разнообразия кто-то срыгнул. Только в середине книги начинается детективная линия, довольно интересная, но у меня к этому месту уже случился токсикоз. Полкниги уставшей мамы – да поняла я уже, что ребенок плохо спит. Сочувствую, чо…

Мне кажется, с удовольствием эту книгу прочитает только мать в заляпанном молоком халатике и пустыми от недосыпа глазами. Одной рукой она будет мять пюре из брокколи, а второй стучать по столу, приговаривая: «Все верррно! Так и есть! Где мой Мельбурн!»

Не рекомендую, если вы не уставшая мать.