Вот даже не знаю, на что я рассчитывала, открыв сборник рассказов Маргариты Симоньян "Водоворот". Нет, втайне я надеялась на кринж, но встреча оказалась пугающей. «Ночь, полногрудая и надушенная, в желтой пижаме фланелевых мягких мимоз, прижималась губами к окнам дворца, как будто пытаясь сделать ему, полумертвому, искусственное дыхание». Ну допустим. Или вот: «Поэты чураются пошловатого остроумия, которым сочится подлинная реальность». Э??

Но вот это что: дочь «Настя выросла чуть ниже ростом, ... и вдоль ее щек даже немножко пушилось что-то похожее на зачаточные бакенбарды. Впрочем, в Лондоне, где она училась, ... Настины бакенбарды были скорее плюсом, чем минусом».

Прочитала полтора рассказа. Зато, пока я искала отзывы на эту книгу, я узнала, что у стендапера Дениса Чужого есть ютуб-канал «Плохие книги», где он даже не шутит, но получается смешно. Маргарита там есть уже два раза. Так что сначала я хотела сей сборник сдать в макулатуру. Но потом решила оставить в наказание потомкам.

К вопросу о книгах и смелости. Звонит мне моя добрая знакомая и говорит: «Нет ли у вас Акунина почитать?» - «Ееесть», - отвечаю я, уже идя к шкафу и открывая дверцу. «Вам «Историю России» или про Фандорина?» - «Фандорина! Мне его в библиотеке не выдали!» - обрадовалась она, и мы начали договариваться, как встретимся и что она привезет на обмен.

«А Акунина же нельзя в метро читать?» - спросила приятельница. – «Ну да, я бы обернула». – «А почему?» - задумчиво уточнила она. - «А не помню, - так же задумчиво ответила я. – Будь он иноагентом, было бы можно, но я хоть убей, не помню, внесли ли его в список террористов. Я уже чёт потерялась в этих списках. А если внесли, то я не знаю, что это значит для книг. Тут же нет логики».

В общем, решили мы с ней встретиться кофе выпить, как температура спадет до +25: я ей Акунина, она мне – Алексиевич. И вот, как сейчас говорят, неиронично соображаю, есть ли в доме темный или бумажный пакет для передачи или я слишком параною.

Но меня это не огорчает: наша семья это уже проходила. Вплоть до 90-х в книжном шкафу на нижней полке в заднем ряду пряталась обернутая еще в 60-е годы в газету книжечка Кузнецова о колхозной жизни. По семейной легенде, папа вынес ее из библиотеки накануне уничтожения книг-диссидентов. Я ее раза три читала в юности, такая она была хорошая, про доярок. А в 90-е освободили ее от газетки и всё, стоит свободная.

Единственно, что такими быстрыми шагами мы можем допрыгаться до запрета на хранение. Вот это будет поворот!

49. Чтобы успокоиться после Симоньян, взяла почитать что-нибудь достойное. Нашла нечитанный сборник рассказов Людмилы Улицкой "Люди нашего царя". Ну что, да, рассказы такие, хорошие. Отличные даже рассказы, но мне почему-то запомнился всего один. В общем, не "Переводчик Штайн", если не читали, спокойно можете пропустить.

50. Я подписана на что-то уже много книжных каналов, и они начали меня, скорее, расстраивать, нежели радовать. Хорошо, когда блогеры вместе по очереди читают какой-нибудь «Йеллоуфейс» или «Масло», или «Девочку со спичками». Тут я понимаю, что идет рекламная кампания издательства. Но когда они все читают что-то разное, но хорошее, яркое, интересное, новое, я начинаю переживать, что всё это проходит мимо, потому что если скачивать всё, что они советуют, это мне и за год не прочитать. А за год-то они еще чего-то огненного посоветуют!

Но тут мне в руки попалась старинка, которая оказалась лучше всех новинок, и я прям моментом успокоилась. А и ладно. Хорошие книги мимо не проходят, уже хорошо. И таких старинок у меня за последнее время было две: 2018 года и, гм, 1829-го. Первая - «Бюро проверки» Александра Архангельского.

Время и место действия – Москва, лето 1980-го, Олимпиада. У руля – Брежнев и КГБ. К Олимпиаде в гастрономы завезли финский апельсиновый джем. Главный герой – аспирант филфака МГУ Алексей - заинтересовывается православием во время одного семинара. Он начинает посещать службы и, в конце концов, крестится и становится старательным прихожанином. Факт этот Алексей тщательно скрывает, а все, кто случайно узнают, что он верующий, начинают или высмеивать его или уговаривают бросить это дело, пока не попёрли из вуза. Мама, невинная манипуляторша, целенаправленно в пост готовит блинчики с мясом или макароны по-флотски.

Но однажды у Алексея возникает полуподпольная переписка с неким отцом Артемием, который подозрительно много знает о его жизни. Книга и начинается с того момента, как Алексей срывается из стройотряда по зашифрованной телеграмме от батюшки.

Конечно, это не обожаемые мои «Белые одежды», четырежды перечитанные, но посыл тот же: как остаться верным своим идеям и сохранить разум в мире доносчиков и победившей серости и при этом не попасть на Лубянку. Оч понравилось.

51. «Иван Иванович Выжигин» пера Фаддея Булгарина издан в 1829 году, и это прелесть, что такое!! В учебниках истории Булгарин упоминается как реакционер, агент Третьего отделения и обидчик Пушкина. Но почему мне никто не сказал, что он написал интереснейший роман?

Пусть вас не смущает, что он написан в начале 19-го века. Это уже было время Пушкина и Гоголя, поэтому там не будет пространных фраз типа «Томимый жаждою, я обозревал окрестности сей мрачной пустыни и простирал члены свои к небесам, вопия», нет. Там даже встречаются слова «ужасно милый» и «автомат», я думала – это более поздняя лексика.

«Иван Выжигин» – авантюрный роман про незаконнорожденного молодого человека, который с возрастом попадает в разные жизненные ситуации и перемещается по разным сословиям. Читается, как альтернативный учебник истории России, потому что автор явно хорошо знал, о чем писал. Ребенком его герой жил на задворках поместья польского пана, потом – у евреев, потом побывал в пансионе, киргизском плену, московском и питерском высшем свете, на турецкой войне, среди купцов и игроков-шулеров, он жестко судился и проматывал деньги с актрисой. И все ситуации описаны с тонкими убедительными подробностями, которые автор явно рассматривал специально.

В книге очень много критики судебной и полицейской системы, это прям мощная сатира, а в заключении автор пишет: «Я уверился, что люди более слабы, нежели злы, и что на одного дурного человека, верно, можно найти пятьдесят добрых, которые от того только неприметны в толпе, что один злой человек делает более шуму в свете, нежели сто добрых». Как это сочеталось с тем, что он писал гадости про Пушкина, был антисемитом (по книге это хорошо видно) и доносил на декабристов? – а нормально, видимо, сочеталось.

Тоже очень понравилось, книга толстая, но читала, не отрываясь. Тем более, там есть и детективная интрига!

52. Автор книги «Поколение убийц» Эван Райт застрелился две недели назад. Он был журналистом, писал о субкультурах в толстые журналы, но однажды «Роллинг Стоунс» послал его писать о вторжении США в Ирак после 9\11. Не знаю, как ему удалось, но его посадили в машину разведроты, которая шла в колонне самой первой. Из этой машины он написал несколько репортажей, которые и составили книгу.

Читать ее не то что больно, а мучительно. Это как взять и принципиально прочитать несколько репортажей подряд с войны нынешней. В книге описывается странная война, когда противника почти не видно. Все, что впереди живого, уничтожается тоннами авиабомб, ракет и мин просто в труху. Включая мирные деревни. Если что-то уцелело, то уничтожается минами уже из машин. И потом, когда разведчики едут по дороге, они видят на обочинах результат – мертвые тела: мужчины, мужчина, девочка без ног. И когда ты понимаешь, что это – репортаж, что это была настоящая девочка, а не сценарий, становится нехорошо.

Бойцы в книге описаны тоже совершенно реальные – с именами, званиями и характерными словечками. Все они бодро летят к раздвоению личности: вот они «мочат ублюдков», а потом начинают рефлексировать: на гражданке то, что они делают, называлось убийство. Но рефлексируют не все. Зато отпускают много глубокомысленных замечаний о своей половой жизни и сортирах. При этом сам Эван Райт минимально комментирует то, что видит. Так что я искренне восхищена работой автора, он крут. Жаль, что так ушел.

Книга совсем небольшая и, вроде, у нас не опубликована, так что – обложка американская, а перевод - любительский. Есть на Ф.

53. «Холодные сердца» Лайзы Джуэлл. Обожаю читать про причудливые семейства!

Аннотация взволнованно гласит, что это – книга про четырех детей и их мать. И вот когда с одним из братьев «случается беда, окружающие впервые обращают на него внимание. Мэг поражена – оказывается, многие его любили. Но любовь с трудом поддается разуму и никогда – классификации». Просто хочется поставить восклицательный знак и торжественно помолчать. …Просто вершина среди жевачечных аннотаций. Хорошо, что книга про другое.

Сначала надо привыкнуть, что повествование будет немного скакать. Начинается книга с текущего момента – семья собирается на похороны матери. Первой приезжает Мэг, одна из сестер. И просто физически не может зайти в дом, потому что мама несла себе все, что увидит, и ничего не выбрасывала. Ну как же – кусочки фольги пригодятся для поделок детишкам, а вазочка на распродаже стояла такая несчастная! В результате внутри дома все сплошь заставлено и завалено. Свободным осталось только кресло, в котором мать и жила в последнее время.

Это была болезнь, которая с возрастом усугубилась боязнью выходить из дома. И вот Мэг пытается прорыть дорожку в вещах и мусоре хотя бы до плиты и попутно рассказывает дочери, как они раньше жили. Что мама была красивая, но инфантильная, и больше всего на свете она хотела быть мамой малышей и искать с ними пасхальный яйца. Пасха – это вообще была кульминация года. Но именно на Пасху в 16 лет повесился один из сыновей. И семью начинает дергать в разные стороны между желанием детей жить своей жизнью (желательно, в чистоте и порядке) и невозможностью оставить одну явно больную мать. И каждый выбирает своё.

Весьма увлекательная книга с убедительными персонажами. Мне она понравилась еще и потому, что я как-то 20 дней прожила в квартире, где хозяйка тащила в дом с улицы просто все, что имело цвет и форму: выброшенные игрушки, одежду, даже сломанный детский батут и сломанный велотренажер. Вещами и игрушками была завалена вся мебель и пол между ней, а посередине тянулась узкая полоска пола, на которой была уложена колючая тактильная дорожка для ребенка. Тоже с улицы, я уверена. Хозяйка утверждала, что в такой обстановке ей уютно и спокойно. Но все это пахло мусором…

Так что я читала, сравнивала и прикидывала, что надо бы еще почитать умного на эту тему, что это за болезнь. Забыла, разумеется.

«Убийственно тихая жизнь» Луизы Пенни – это убийственно скучно. Я купилась на отзывы, что это, мол, "милейший деревенский детектив про канадскую глубинку" и что Хилари Клинтон утешалась детективами Луизы Пенни после проигрыша на выборах. Ну не знаю, это она слаще морковки ничего не ела. Или вежливая слишком. Или не очень расстроилась.

Примерно описанные характеры, заявленные как "колоритные", пафосный следователь иии… я люблю неторопливые книги. Но тут уже не неторопливость, а просто лишние слова. Как другие книги автора - не знаю, конкретно эту не рекомендую.

54. Я все удивлялась, почему Наталья Мещанинова назвала свою книгу «Рассказы». Вот как ее искать в интернете, особенно, если фамилию забыла? Можно же с чем-то спутать! Но, прочитав первый текст, всё становится ясно, и ты наливаешь себе водочки и закуриваешь на лоджии. Потому что рассказы Мещаниновой – они такие одни. И это даже не рассказы, а ее детские воспоминания из 90-х. И если коротко, это - жесть.

Мое взросление тоже пришлось на эти годы, и описанный антураж мне очень знаком. Но плюс ко внешним подростковым ужасам и бедам у Натальи в анамнезе был ушедший из семьи отец, который однажды проспорил ее мать другу; сестра, которая оказалась приемной; и череда отчимов, про которых она ничего не пишет, кроме одного. О том, что он был педофилом, Наталья упоминает сначала вскользь, намеками, потом сквозь текст прорываются яркие вспышки ненависти, ну а потом - в лоб…

Вообще, все члены семьи Натальи – та еще кунсткамера, начиная с матери. И чтение легким не назовешь. Но то, что она все это описала, вызывает огромное уважение. И кстати, там нет каких-то страшных абзацев, которые хочется развидеть. Мещанинова – сценаристка и подавать материал умеет. Так что, смело открывайте, тем более, что вы мимо этих рассказов всё равно не пройдете, на них всё время кто-то ссылается.

Приглушенным таким голосом.

55. Хотела прочитать за вас запрещенную «Мышь» Ивана Филиппова, но чёт быстро сломалась. Даже обещание сцены, где инфекция настигает Маргариту Симоньян, не помогло: все-таки это – книга про зомби-апокалипсис, а это надо любить книги про зомби. Ну или быть мужчиной. И тогда я за вас прочитала книгу Кена Кизи «Песнь моряка»! Тоже про нелегкое будущее, но интереснее.

Действие разворачивается на Аляске, которая на тот момент осталась последним незамусоренным участком планеты. Из-за глобального потепления изменился климат, участились цунами, исчезла тундра, в море стало меньше рыбы, зато развелась какая-то рыбовидная пакость, покрытая едкой слизью. Все, что незастроено – покрыто полями с автоматической уборкой-посадкой; все, что незасажено – покрыто мусором. Бразилию кому-то продали. И только до Аляски не добрались руки прогресса. Ну как не добрались – действие разворачивается в городке Квинак, окруженном свалкой. Запах и гарь, а также свиньи и медведи в мусоре будут упоминаться по всему тексту. Но в самом городке течет тихая, неиндустриальная жизнь. Почти все заняты ловом остатков лосося, играют в боулинг и выпивают в баре «Горшок».

Но однажды в бухту прибывает огромный корабль – плавучая киностудия. Крупный кинопродюсер решил снимать в Квинаке фильм по сказкам алеутов. Вот только вместе со съемочной группой в город прибыл бывший местный житель, долго сидевший в тюрьме. И появляется подозрение, что прибыл он всем отомстить: жене, тестю, соседу по камере и вообще всему городку.

И как это всё написано! По шкале Чака Паланика – четыре из пяти. Я впервые согласна с аннотацией на обложке: сумасшедший сюжет, до краев наполненный дикими персонажами. Читать – одно удовольствие. Надо перечитать «Полет кукушки».

Но. «Песнь моряка» - это почти 600 страниц. Приготовьтесь к длинному чтению и отсутствию лирических отступлений: сюжет плотный и разветвленный. Плюс – если вас сильно напрягает текущая обстановка, это не та книга, с которой можно эскапировать. Сюжет шикарный, но радости и веселья вам его шикарность не доставит.

От люди. Только упомянула «Мышь», пошли отписки. Последний раз такое было после «Бобо» Линор Горалик. Ну и ладно. Это не помешает мне и дальше читать все подряд.

56. Начала читать «Записки книготорговца» Шона Байтелла, но поняла, что лучше взять его первую книгу «Дневник книготорговца». Начала «Дневник» и поняла, что он так часто цитирует эссе «Воспоминания книготорговца» Джорджа нашего Оруэлла, что лучше начать с него, благо там чтения на 15 минут. Но про Оруэлла – чуть ниже.

Шон Байтелл – владелец букинистического магазина в шотландском городке Уигтаун. Магазин размещен в старом доме, там есть, там есть кот, камин и много шикарных старых книг. И казалось бы – владелец должен быть милым и воспитанным и весь день проводить в качалке с книгой в руках. Но Байтелл – обычный человек в современном мире, где книготорговлю душат электронные книги и «Амазон». Магазин невозможно нормально протопить с ноября по апрель, а покупатели ужасны. Плюс Байтелл – сноб, поэтому его Дневник полон раздражительных и ядовитых замечаний.

«…позвольте уточнить, что я был таким не всегда. …до того, как стать владельцем книжного магазина, я был довольно-таки приветливым и дружелюбным человеком. Однако бесконечно задаваемые глупые вопросы, финансовая нестабильность в сфере книготорговли, непрекращающиеся споры с персоналом и множество вечно действующих мне на нервы, спорящих и норовящих торговаться покупателей превратили меня в циника и мизантропа. Хотел бы я что-то изменить? Нет.»

При этом книга получилась очень уютная! Наверно, треть записей связана с тем, что автору звонит фермер\вдова\наследник усадьбы и просит приехать и забрать 200\500\2.000 книг. И он едет, разбирает книги, пакует в коробки, везет в магазин и расставляет их на полки. Представляете, что за жизнь! Еженедельно расставлять по полкам новые книжечки!

И какие книги! Очень часто упоминаются путеводители по городам и вискокурням Шотландии 18-19 веков с раскрашенными вручную иллюстрациями. Постоянно! И их покупают. Средний чек – 10 фунтов, это 1000 р.

Мне книга очень понравилась, но будьте готовы к тому, что это – настоящий дневник, 365 реальных записей. И не все они посвящены глупым покупателям. Но там будет и описание большого книжного фестиваля, и еженедельные сбои с онлайн-торговлей, и личные переживания. И два кота! Один – магазинный, а второй будет проникать через кошачий лаз и писать в углу.

57. «Воспоминания книготорговца» Джорджа Оруэлла – это небольшое эссе, написанное им в 30-е годы, когда писатель работал в книжном. Но его наблюдения, судя по всему, не утратили актуальности до сих пор, и Байтелл каждую из 12 глав своей книги предваряет цитатой из Оруэлла. Так что, для полноты картины начните с Оруэлла, а потом уже – «Дневник книготорговца». На Ф. он есть.