В прошлом квартале я внедрил Microsoft Copilot для 4000 сотрудников.
30 долларов за рабочее место в месяц. 1,4 миллиона долларов в год.
Я назвал это «цифровой трансформацией». Совету директоров понравилась эта фраза. Они одобрили ее за одиннадцать минут. Никто не спросил, что она на самом деле будет делать.
В том числе и я.
Я сказал всем, что это «увеличит производительность в 10 раз». Это не реальная цифра. Но звучит как реальная.

Отдел кадров спросил, как мы будем измерять это 10-кратное увеличение. Я ответил, что будем «использовать аналитические панели». Они перестали задавать вопросы.

Через три месяца я проверил отчеты об использовании. 47 человек открыли его.
12 использовали их более одного раза. Один из них был я.
Я использовал их, чтобы обобщить электронное письмо, которое я мог прочитать за 30 секунд.
На это ушло 45 секунд. Плюс время, которое понадобилось, чтобы исправить галлюцинации. Но я назвал это «успехом пилотного проекта».
Успех означает, что пилотный проект не потерпел явного провала.
Финансовый директор спросил о рентабельности инвестиций. Я показал ему график. График шел вверх и вправо. Он измерял «возможности ИИ». Я придумал этот показатель.
Он одобрительно кивнул.
Теперь мы «имеем возможности ИИ».
Я не знаю, что это значит.
Но это есть в нашей презентации для инвесторов.

Старший разработчик спросил, почему мы не используем Claude или ChatGPT.
Я ответил, что нам нужна «безопасность корпоративного уровня».
Он спросил, что это значит.
Я ответил: «соответствие требованиям».
Он спросил, каким требованиям.
Я ответил: «всем». Он выглядел скептически. Я назначил ему «беседу о карьерном росте». Он перестал задавать вопросы.

Microsoft прислала команду для изучения кейса.
Они хотели представить нас как историю успеха.
Я сказал им, что мы «сэкономили 40 000 часов». Я рассчитал это число, умножив количество сотрудников на число, которое я придумал. Они не проверяли его.
Они никогда не проверяют.

Теперь мы на сайте Microsoft. «Глобальная компания достигает 40 000 часов прироста производительности с Copilot».
Генеральный директор поделился этим на LinkedIn. Он получил 3000 лайков.
Он никогда не пользовался Copilot.
Ни один из руководителей не пользовался. «Стратегическая направленность требует минимального отвлечения внимания на цифровые технологии». Я написал эту политику.

Лицензии продлеваются в следующем месяце. Я прошу о расширении. Еще 5000 мест. Мы не использовали первые 4000.
Но на этот раз мы «будем стимулировать внедрение».
Внедрение означает обязательное обучение.
Обучение означает 45-минутный вебинар, который никто не смотрит. Но его завершение будет отслеживаться. Завершение — это показатель. Показатели попадают в дашборды. Дашборды попадают в презентации для совета директоров. Презентации для совета директоров помогают мне получить повышение. К третьему кварталу я буду старшим вице-президентом.

Я до сих пор не знаю, что делает Copilot.
Но я знаю, для чего он нужен. Он нужен, чтобы показать, что мы «инвестируем в ИИ».
Инвестиции означают расходы. Расходы означают обязательства. Обязательства означают, что мы серьезно относимся к будущему. Будущее — это то, что я говорю. До тех пор, пока график идет вверх и вправо.

To be clear: the problem isn't Copilot. It's the "add AI to everything" playbook.