Вчера на Малой сцене прошёл вечер к 100-летию Иннокентия Михайловича Смоктуновского «Люблю. Целую. Кеша. / Все письма только о любви». В спектакле Павла Ващилина прозвучали письма 30-летнего Смоктуновского и его жены Суламифи. В них отражён период становления великого артиста, первые успехи, путь к знаковым ролям Иннокентия Смоктуновского. Но главное — рождение любви.

Переписка, которая хранится в фондах Театрального музея имени А.А. Бахрушина ранее нигде не публиковалась. Театровед Александра Машукова создала по этим материалом документальную пьесу «Дорогая моя находка», которая и легла в основу вечера на Малой сцене. Также режиссёр использовал фрагменты мемуаров Смоктуновского.

Павел Ващилин:

О роли Суламифи в судьбе Иннокентия Михайловича можно сказать его же словами: “Если спросить меня, что такое Смоктуновский, то это во многом – моя жена ”. Наш спектакль – про это. Про любовь одновременно высокую и бытовую. Это про жизнь двух художников. Многие спрашивают – возможно ли это? И вот ответ – возможно. Сейчас как раз пришло время работать с документами и с письмами. Очень важно слышать и понимать, как люди общались, как они высказывали свои эмоции. Это настоящее искусство.

Роль «многоликого, но единственного» Иннокентия Смоктуновского исполнил Илья Козырев, а его супругу Суламифь сыграли сразу четыре актрисы – Ульяна Глушкова, Елизавета Ермакова, Мария Сокольская и Владислава Сухорукова.

📸 Фоторепортаж Екатерины Цветковой

🟢 🫶🫶🫶 Камергерский, 3

Что посмотреть 20 – 27 апреля

«Хоть мгновенье еще постою на краю», – пел Владимир Высоцкий. Многие сценические произведения строятся на подобном сломе: когда герой находится в пограничном состоянии, рискуя сорваться в бездну. Об этом – спектакли наступившей недели.

🟢 25 апреля, Новая сцена – «Русалка» по незавершенной пьесе Александра Пушкина. В спектакле Максима Меламедова берег Днепра усеян туфельками девушек – утопленниц, обернувшихся русалками. Дочь Мельника не становится исключением. В момент предательства Князя рушится ее жизнь – актриса Маргарита Якимова играет (и одновременно пропевает)ключевую сцену спектакля с настоящим драматическим темпераментом.    
🟢 27 апреля, Основная сцена – «Самоубийца» по пьесе Николая Эрдмана. Главный герой постановки Николая Рощина Подсекальников, рядовой обитатель коммунальной квартиры (Иван Волков) решает свести счеты с жизнью. Замыслив этот отчаянный шаг, он будто бы впервые задумывается о смысле человеческого существования и о том, что такое свобода воли и есть ли она.  

🟢 27 апреля, Малая сцена – «Голод» по роману Кнута Гамсуна. Молодой талантливый писатель (Сергей Волков), герой спектакля Елизаветы Бондарь, постоянно балансирует на грани безумия. И если поначалу его общение со случайными знакомыми и просто прохожими еще выглядит реальным, то чем дальше, тем больше начинает казаться, что все происходящее – плод его воображения, измученного нищетой и голодом.

Афиша полностью 📌

Генеральный спонсор театра – Банк ВТБ

🟢 🫶🫶🫶 Камергерский, 3

Вчера на Новой сцене прошла лекция театроведа Дмитрия Владимировича Трубочкина «Зачем актёру маска?». Через разговор о происхождении античной маски, о её ритуальном значении, лектор предложил поразмышлять над глобальной проблемой – зачем современному актёру закрывать лицо маской? Почему до сих пор она привлекает такое внимание режиссёров? Дмитрий Владимирович в своём рассказе обращался к творчеству Теодороса Терзопулоса, Пьера Паоло Пазолини, Дарио Фо, Эдуардо де Филиппо, Джорджо Стрелера.

Изначально в Греции маску использовали во время ритуалов и для того, чтобы исполнить роль бога. Например, традиция рогатых масок восходит к образу бога Диониса. Свидетельства о разнообразных масках сохранились на древней посуде, некоторые изображение Дмитрий Трубочкин продемонстрировал зрителям.

Однако, как известно, в масках играли и обычных людей. Интересно, что комические маски, которые в первую очередь смешили, показывали грубых, гротескных рабов, современному зрителю кажутся страшными и пугающими. Так, у комических персонажей сложилось своя, инфернальная преемственность – сатиры из античных комедий, бесята из средневековых мистерий и Арлекин, который если к нему присмотреться, – напоминает демоническое существо.

В трагедии в античном театре тоже использовали маски с человеческими лицами. Сегодня режиссёры обращаются к этим образам в поисках пугающей древности, ритуального опыта. В финале Дмитрий Владимирович рассказал об исследованиях французского актера Жака Лекока, который в своих выступлениях уделял большое внимание так называемой нейтральной маске. На первый взгляд, она не выражает ничего, а просто закрывает лицо артиста. Но на самом деле, она помогает обнулиться, вернуться к актёрской пустоте. В наши дни, когда маска уже не связана с ритуалом, у исполнителей по-прежнему сохраняется особое, иногда даже мистическое отношение к этому предмету.

Лекция Дмитрия Владимировича Трубочкина по своей наполненности, яркости и стремительности тоже напоминала театральное действо. В финале вместо вопросов из зрительного зала звучали возгласы «браво» и «бис» .

📸 Фоторепортаж Екатерины Цветковой

🟢 🫶🫶🫶 Камергерский, 3