Конечно же Биззаро не расскажет о том, почему он так упорно прячется за очками, Морро и не рассчитывал на открытость со стороны клона. Но то, как неуклюже Джей выкрутился заставило брюнета тихо усмехнуться. Не важно, что уставше и в какой-то мере лениво — главное искренне. А искренне улыбается и тем более смеётся он крайне редко.

И вскоре парни вместе включились в работу над десертом. Практически сразу же клон сунул Морро под нос его первую дораяку, на что получил мягкий взгляд и одобрительный кивок которых, на удивление, Уокеру хватило. В процессе приготовления остальных блинчиков с начинкой брюнет то и дело бросал взгляд на успехи Джея из-за которых уголки то и дело будто бы вспоминали об этой лёгкой улыбке и дёргались вверх. И, тем не менее, усталость никуда не уходила, а замыленный взгляд то и дело возвращался к бывшему мастеру стихий, от чего тот приостанавливался и, стоит ему почувствовать на себе взгляд Биззаро, он непринуждённо отвечает «всё нормально», вскоре вновь приступая к работе.

Дораяка за дораякой, минута за минутой и на тарелке не осталось пустых половинок. Морро даже отреагировать не успел, как ладонь клона подхватила тарелку и он, с не таким уж и гордым, как это обычно бывало, видом, смотрел на тощую фигуру брюнета.

И вдруг его очки поднялись на макушку, открывая вид на красные, как паучьи лилии, глаза. Он смотрел на брюнета без всей той дерзости или напыщенной гордости которые Морро были в последний раз когда видел эти глаза во время драки у монастыря. Тогда он и задуматься не мог о том, какие эти глаза красивые. А сейчас может. Даже слишком много.

Выпалил мертвец не раздумывая, рассматривая абсолютно всё что можно было рассмотреть до тех пор, пока у него эту возможность не забрали. Но осознание сказанного пришло быстро и щёки тут же слегка порозовели.

Пальцы с покрытыми чёрным лаком ногтями механически закрыли щёки будто бы Морро школьница и от стыда он заставил себя отвести взгляд в сторону.

В потребсте пространства тело автоматически поддалось назад и поясница прижалась к стойке. Ладони Морро опустились всё на ту же стойку и он вновь поднял взгляд на Биззаро, продолжая своё небольшое исследование.

Брюнет остановил себя на полуслове, пытаясь вспомнить а знает ли Джей априори о том, что бывший мастер ветра бывший именно по той причине что он — мёртв. И, в общем-то, судя по реакции на лице кудрявого он не знает. По крайней мере подробностей точно.

Сказал он со сдержанной улыбкой, после чего аккуратно взял тарелку из рук клона и отставил её в сторону за ненадобностью в блюде прямо сейчас.

Весь комфорт который парни выстраивали по кирпичикам готовкой и открытостью вмиг начал разваливаться. Ладони вмиг обняли своего владельца в защитной реакции, а его голова повернулась в сторону. Он мог бы пожалеть о том, что в принципе решил упомянуть об одной только крупице своего прошлого, но раз уж даже Джей начал открываться с иной стороны, то, справедливости ради, и Морро пора бы. Он тихо вздохнул, пытаясь унять кривость в лице.

Ладони сжали края рукавов футболки, а плечи заметно напряглись. Он не смог вновь посмотреть на столь понравившиеся ему глаза. По крайней мере не сейчас.

Парень раскис на глазах стоило клону напомнить ему сколько он прожил и приподнять воспоминания о том, как он прожил свои несчастные девятнадцать лет. Ни родственников, ни друзей, ни даже любовников. У него не было никого. И всё потому что он сам отталкивал от себя людей всё время выставляя в приоритет свою навязчивую идею.

Да и даже если бы он хотел романтики в свои подростковые годы... Нет, нельзя, это

мерзко.

Неожидав прикосновения, брюнет вздрогнул и поднял глаза на Джея, впитывая все его слова. И хоть клон действительно многого не знал, почему-то Морро хотелось ему верить.

Несмотря на собственную зажатость, тело мертвеца поддалось вперёд и он вдруг обвил своими руками шею Биззаро, заключая того в объятия.

🌟🌟Вся реакция Морро которая могла бы заинтересовать Джея свелась к обычной мимолётной дрожжи и то, только от неожиданности. Он довольно быстро проанализировал что сейчас вообще происходит и одним резким движением ударил Уолкера по колену от его тот отшатнулся, но, благо, не упал. «Снимай весь этот маскарад и давай спать.» — проговорил тот сонным голосом. Быть может мертвец сам не осознавал что делал в таком уставшем состоянии, но он подвинулся ближе к стене, будто бы уступая место соседу на пустой половине его кровати, при чём было это настолько буднично, что могло бы показаться будто бы они каждую ночь спят в обнимку.