#ожирение #диета #диабет #физнагрузки #Pontzer
По рекомендации Сергея Ломакина прослушал книгу Германа Понцера (Herman Pontzer) Burn: New Research Blows the Lid Off How We Really Burn Calories, Lose Weight, and Stay Healthy («Сжигай (сжигание): новое исследование приоткрывает завесу тайны, как мы действительно сжигаем калории, теряем вес и остаемся здоровыми»).
Автор в течение многих лет исследовал метаболический профиль (скорость обмена — сжигание калорий) различных высших приматов: орангутангов, горилл, шимпанзе, бонобо и людей (различные племена охотников-собирателей, американцы с ожирением, спортсмены). Выводы исследований опубликованы в нескольких статьях.
У людей самый быстрый метаболизм из всех приматов. (Самый медленный у орангутангов, что обусловлено небольшим количеством пищи в местах обитания, поэтому они даже живут поодиночке, а не группами, как остальные приматы.) Быстрый метаболизм позволил существенно увеличить объем головного мозга (как следствие умственный труд), частоту рождений, физическую выносливость.
Вместе с тем физические нагрузки вносят достаточно небольшой вклад в регулирование (снижение) массы тела. Физические упражнения вносят небольшой вклад в сжигание (кило)калорий (кстати, когда ругают американцев за использование неметрической системы исчислений, можно вспоминать, что метрической мерой энергии является джоуль, а не калория) по сравнению с основным метаболизмом. При этом скорость основного метаболизма практически не меняется под воздействием физических нагрузок и примерно одинакова как у спортсменов, так и тех, кто в основном лежит на диване.
Несмотря на небольшое значение физических нагрузок для непосредственного регулирования массы тела, они играют огромную роль в поддержании здорового образа жизни за счет стимуляции процессов обмена (тепломассообмена), включая поддержание здорового углеводного профиля, поэтому не могут быть отвергнуты лишь на том основании, что практически не вносят вклад в снижение массы тела при обычных нагрузках.
Вторым важным открытием исследования является то, что вид диеты не имеет значения. Масса тела будет снижаться, коль скоро имеет место ограничение калорийности. Автор цитирует несколько исследований, в которых было показано, что люди даже худели на фастфуде с колой, если имело общее ограничение калорийности (примерно менее 1800 ккал/сут для среднего человека). Другой вопрос, что здоровье при такой диете находится не в лучшем состоянии, однако факт снижения массы тела имеет место.
В связи с этим необходимо в некоторой мере разделять цель снижения массы тела и цель поддержания здорового тела при помощи диет. Снижение массы тела достигается снижением калорийности (закон сохранения массы и энергии), тогда как поддержание здоровья является более сложным, индивидуальным и требует особых подходов, включая учет генетических и психологических особенностей. Другими словами, никакая палео- или кетодиета сама по себе не позволит похудеть, если будет массивное поступление калорий.
Автор в числе прочего обсуждает и сами палео- и кетодиеты. По данным современных исследований существование палеодиеты у наших предков не подтверждается. По меньшей мере в Африке и теплых широтах Азии и Европы пища была относительно разнообразной с точки зрения состава углеводов, белков и жиров, при этом углеводы все же преобладали. Вместе с тем у северных народов в рационе действительно преобладали белки и жиры, однако интересным наблюдением является то, что кетоновые тела у них образуются в относительно небольшом количестве из-за генетически низкой активности ферментов кетогенеза. Таким образом, существование палеодиеты в том виде, в котором она позиционируется сейчас, подвергается сомнению (что само по себе не опровергает ее потенциальную пользу для некоторых людей, однако апелляции к первобытности беспочвенны).
Продолжение следует
По рекомендации Сергея Ломакина прослушал книгу Германа Понцера (Herman Pontzer) Burn: New Research Blows the Lid Off How We Really Burn Calories, Lose Weight, and Stay Healthy («Сжигай (сжигание): новое исследование приоткрывает завесу тайны, как мы действительно сжигаем калории, теряем вес и остаемся здоровыми»).
Автор в течение многих лет исследовал метаболический профиль (скорость обмена — сжигание калорий) различных высших приматов: орангутангов, горилл, шимпанзе, бонобо и людей (различные племена охотников-собирателей, американцы с ожирением, спортсмены). Выводы исследований опубликованы в нескольких статьях.
У людей самый быстрый метаболизм из всех приматов. (Самый медленный у орангутангов, что обусловлено небольшим количеством пищи в местах обитания, поэтому они даже живут поодиночке, а не группами, как остальные приматы.) Быстрый метаболизм позволил существенно увеличить объем головного мозга (как следствие умственный труд), частоту рождений, физическую выносливость.
Вместе с тем физические нагрузки вносят достаточно небольшой вклад в регулирование (снижение) массы тела. Физические упражнения вносят небольшой вклад в сжигание (кило)калорий (кстати, когда ругают американцев за использование неметрической системы исчислений, можно вспоминать, что метрической мерой энергии является джоуль, а не калория) по сравнению с основным метаболизмом. При этом скорость основного метаболизма практически не меняется под воздействием физических нагрузок и примерно одинакова как у спортсменов, так и тех, кто в основном лежит на диване.
Несмотря на небольшое значение физических нагрузок для непосредственного регулирования массы тела, они играют огромную роль в поддержании здорового образа жизни за счет стимуляции процессов обмена (тепломассообмена), включая поддержание здорового углеводного профиля, поэтому не могут быть отвергнуты лишь на том основании, что практически не вносят вклад в снижение массы тела при обычных нагрузках.
Вторым важным открытием исследования является то, что вид диеты не имеет значения. Масса тела будет снижаться, коль скоро имеет место ограничение калорийности. Автор цитирует несколько исследований, в которых было показано, что люди даже худели на фастфуде с колой, если имело общее ограничение калорийности (примерно менее 1800 ккал/сут для среднего человека). Другой вопрос, что здоровье при такой диете находится не в лучшем состоянии, однако факт снижения массы тела имеет место.
В связи с этим необходимо в некоторой мере разделять цель снижения массы тела и цель поддержания здорового тела при помощи диет. Снижение массы тела достигается снижением калорийности (закон сохранения массы и энергии), тогда как поддержание здоровья является более сложным, индивидуальным и требует особых подходов, включая учет генетических и психологических особенностей. Другими словами, никакая палео- или кетодиета сама по себе не позволит похудеть, если будет массивное поступление калорий.
Автор в числе прочего обсуждает и сами палео- и кетодиеты. По данным современных исследований существование палеодиеты у наших предков не подтверждается. По меньшей мере в Африке и теплых широтах Азии и Европы пища была относительно разнообразной с точки зрения состава углеводов, белков и жиров, при этом углеводы все же преобладали. Вместе с тем у северных народов в рационе действительно преобладали белки и жиры, однако интересным наблюдением является то, что кетоновые тела у них образуются в относительно небольшом количестве из-за генетически низкой активности ферментов кетогенеза. Таким образом, существование палеодиеты в том виде, в котором она позиционируется сейчас, подвергается сомнению (что само по себе не опровергает ее потенциальную пользу для некоторых людей, однако апелляции к первобытности беспочвенны).
Продолжение следует
Audible.com
Burn
Check out this great listen on Audible.com. One of the foremost researchers in human metabolism reveals surprising new science behind food and exercise. We burn 2,000 calories a day. And if we exercise and cut carbs, we'll lose more weight. Right? Wrong.…
#ожирение #диета #диабет #физнагрузки #Pontzer
Что же по данным исследований и мнению автора является причиной эпидемии ожирения? Племя Хадза, к примеру, потребляет много углеводов (и даже мед полудиких пчел), умеренное количество жиров и белков, что, как будто, противоречит современным воззрениям и сторонникам палео- и кетодиет (т. е. диет с низким углеводным вкладом, особенно со стороны простых углеводов). Основной проблемой являются современные пищевые технологии.
Во-первых, современная пища чрезвычайно богата калориями на единицу массы/объема (высокая энергетическая плотность), при этом калорийные вещества являются высоко усвояемыми. В итоге до того, как наступит насыщение, человек успевает употребить большое количество калорий. Во-вторых, пища (в особенности изготавливаемая в промышленных масштабах) изготавливается таким образом, чтобы препятствовать насыщению, а также стимулировать аппетит, даже если насыщение начало происходить. В итоге часто имеет место переедание. Парадоксом современной пищевой отрасли является то, что производить суперкалорийную пищу стало дешевле, чем производить пищу небогатую энергетически: 1 кг сахара или муки дешевле 1 кг фруктов или овощей. В связи с этим оправданно рассмотреть подходы к регулированию сверхкалорийной пищи.
Кроме того, большое значение имеют абсорбционные возможности кишечника. Это было показано на примере спортсменов, занимающихся такими тяжелыми видами спорта, как плавание или декатлон. В таких случаях большой вклад в победу вносят энергетические возможности/резервы спортсмена. В 1990-х гг. даже были распространены инфузии углеводов и жиров как источника энергии, однако были быстро запрещены. В итоге длина и транспортная функция кишечника играют значительную роль в обеспечении спортсмена энергией. Предполагается, что Майкл Фелпс (23-кратный олимпийский чемпион по плаванию) в состоянии абсорбировать порядка 7000–8000 ккал в сутки (в несколько раз больше, чем в состоянии абсорбировать обычный человек), что придает ему большую выносливость на соревнованиях.
Следовательно, абсорбционные возможности кишечника играют большую роль в способности разных людей усваивать энергоносители из одной и той же пищи. Более того, по меньшей мере в исследованиях на животных, показано, что голодание приводит к увеличению массы желудочно-кишечного тракта, чтобы увеличить экстракцию калорий из ограниченного объема поступающей пищи. Что интересно (и в целом давно известно), голодание приводит к неравному влиянию на органы и ткани. У самцов мыши защищенными от аутофагии являются головной мозг и яички (успеть размножиться до того, как умереть от голода), тогда как иммунная и мышечная система быстро подвергаются атрофии; относительная масса желудочно-кишечного увеличивается.
У людей возникают похожие изменения за тем исключением, что половая функция обычно тоже снижается. У охотников-собирателей Хадза, преодолевающих пешком до нескольких десятков километров в день, содержание половых гормонов примерно в два раза ниже, чем у среднестатистического американца. Содержание половых гормонов у представителей племени Хадза примерно соответствует профилю половых гормонов спортсменов и людей, активно занимающимися физическими нагрузками (здесь целесообразен анализ влияния повышенного содержания половых гормонов у людей, не занимающихся физическими нагрузками и потребляющих большое количество калорий на развитие таких гормон-чувствительных заболеваний, как доброкачественная гиперплазия предстательной железы и различные формы злокачественных новообразований половых органов).
Минусом этой 11-часовой книги, на мой взгляд, является то, что обсуждение в большей мере носит статистический характер и избыточно генерализуется. Мало обсуждается индивидуальные особенности метаболизма: кому-то лучше может подходить одна диета, чем другая в связи, к примеру, с низкой или высокой активностью тех или иных ферментов или ферментных комплексов, абсорбцией энергоносителей, наличием/отсутствием переносчиков, относительной эффективностью окислительного фосфорилирования и термогенеза.
Что же по данным исследований и мнению автора является причиной эпидемии ожирения? Племя Хадза, к примеру, потребляет много углеводов (и даже мед полудиких пчел), умеренное количество жиров и белков, что, как будто, противоречит современным воззрениям и сторонникам палео- и кетодиет (т. е. диет с низким углеводным вкладом, особенно со стороны простых углеводов). Основной проблемой являются современные пищевые технологии.
Во-первых, современная пища чрезвычайно богата калориями на единицу массы/объема (высокая энергетическая плотность), при этом калорийные вещества являются высоко усвояемыми. В итоге до того, как наступит насыщение, человек успевает употребить большое количество калорий. Во-вторых, пища (в особенности изготавливаемая в промышленных масштабах) изготавливается таким образом, чтобы препятствовать насыщению, а также стимулировать аппетит, даже если насыщение начало происходить. В итоге часто имеет место переедание. Парадоксом современной пищевой отрасли является то, что производить суперкалорийную пищу стало дешевле, чем производить пищу небогатую энергетически: 1 кг сахара или муки дешевле 1 кг фруктов или овощей. В связи с этим оправданно рассмотреть подходы к регулированию сверхкалорийной пищи.
Кроме того, большое значение имеют абсорбционные возможности кишечника. Это было показано на примере спортсменов, занимающихся такими тяжелыми видами спорта, как плавание или декатлон. В таких случаях большой вклад в победу вносят энергетические возможности/резервы спортсмена. В 1990-х гг. даже были распространены инфузии углеводов и жиров как источника энергии, однако были быстро запрещены. В итоге длина и транспортная функция кишечника играют значительную роль в обеспечении спортсмена энергией. Предполагается, что Майкл Фелпс (23-кратный олимпийский чемпион по плаванию) в состоянии абсорбировать порядка 7000–8000 ккал в сутки (в несколько раз больше, чем в состоянии абсорбировать обычный человек), что придает ему большую выносливость на соревнованиях.
Следовательно, абсорбционные возможности кишечника играют большую роль в способности разных людей усваивать энергоносители из одной и той же пищи. Более того, по меньшей мере в исследованиях на животных, показано, что голодание приводит к увеличению массы желудочно-кишечного тракта, чтобы увеличить экстракцию калорий из ограниченного объема поступающей пищи. Что интересно (и в целом давно известно), голодание приводит к неравному влиянию на органы и ткани. У самцов мыши защищенными от аутофагии являются головной мозг и яички (успеть размножиться до того, как умереть от голода), тогда как иммунная и мышечная система быстро подвергаются атрофии; относительная масса желудочно-кишечного увеличивается.
У людей возникают похожие изменения за тем исключением, что половая функция обычно тоже снижается. У охотников-собирателей Хадза, преодолевающих пешком до нескольких десятков километров в день, содержание половых гормонов примерно в два раза ниже, чем у среднестатистического американца. Содержание половых гормонов у представителей племени Хадза примерно соответствует профилю половых гормонов спортсменов и людей, активно занимающимися физическими нагрузками (здесь целесообразен анализ влияния повышенного содержания половых гормонов у людей, не занимающихся физическими нагрузками и потребляющих большое количество калорий на развитие таких гормон-чувствительных заболеваний, как доброкачественная гиперплазия предстательной железы и различные формы злокачественных новообразований половых органов).
Минусом этой 11-часовой книги, на мой взгляд, является то, что обсуждение в большей мере носит статистический характер и избыточно генерализуется. Мало обсуждается индивидуальные особенности метаболизма: кому-то лучше может подходить одна диета, чем другая в связи, к примеру, с низкой или высокой активностью тех или иных ферментов или ферментных комплексов, абсорбцией энергоносителей, наличием/отсутствием переносчиков, относительной эффективностью окислительного фосфорилирования и термогенеза.
Goodreads
Burn: New Research Blows the Lid Off How We Really Burn…
One of the foremost researchers in human metabolism rev…
Выводы: (1) физические нагрузки не являются средством снижения массы тела, (2) основной вклад в снижение массы тела вносит ограничение калорийности пищи (а не ее качественный состав), (3) качественный состав калорий может играть большую роль у людей, предрасположенных к метаболическим заболеваниям (сахарному диабету), (4) современная пища — результат пищевой инженерии, сверхбогата калориями и имеют очень высокую вкусовую привлекательность, чему не в состоянии противостоять большинство людей, поэтому требуются организованные меры по снижению экспозиции людей дешевой сверхкалорийной пище.
#ATMP #БМКП #ВТЛП #требования #пациент #исключение #ЕАЭС
При обсуждении вопроса высокотехнологичных лекарственных препаратов (ВТЛП, термин, эквивалентный зарубежному ATMP — advanced therapy medicinal products, включающий генотерапевтические, клеточные и тканевые продукты) мне неоднократно приходилось слышать от некоторых представителей отрасли, что, якобы, за рубежом регуляторы и отрасль сожалеют, что они ввели очень строгие требования и что они теперь «не знают, что с этим делать».
Такое мнение не подтверждается какими-либо документами, официальными позициями или меморандумами/планами по упрощению требований. ВТЛП находятся на гребне науки и технологии и потенциально способны приводить к очень хорошим медицинским исходам при тяжелых состояниях — за счет изменения самой человеческой природы. Такое вмешательство, нередко являющееся долгосрочным или даже постоянным, в базовые генетические и биохимические процессы, с одной стороны, несет значительные риски для пациентов, а с другой, требует четкой научной выверенности механизмов, реализующих эффективность.
В связи с этим в ЕС, США и др. юрисдикциях ВТЛП, во-первых, регулируются в качестве лекарственных препаратов, т. е. к ним предъявляются самые строгие требования из всех категорий товаров для здравоохранения в отношении обеспечения безопасности, эффективности и качества, во-вторых, они регулируются как особая группа лекарственных препаратов, требующая соблюдения более строгих научных, технологических и регуляторных стандартов, чтобы защитить как пациентов, так и инвестиции, поскольку конечным плательщиком нередко является государство, которое нуждается в повышенных гарантиях успешности терапии. Поскольку направление является новым, а ВТЛП-вмешательства являются тонкими, терапевтические неудачи являются распространенным явлением, поэтому подходы к разработке должны подчиняться логике научных изысканий, а на производстве должны соблюдаться соответствующие процедурные требования (GMP).
В силу этих причин за рубежом выработана достаточно разветвленная система научных и процедурных требований в отношении разработки, производства и контроля качества ВТЛП, производимых в промышленном масштабе. Вместе с тем известно, что большинство сегодняшних ВТЛП являются персонализированными или индивидуализированными в ряде юрисдикций (например, ЕС) существуют облегченные режимы производства и применения ВТЛП, не требующие их регистрации перед началом проведения (госпитальное исключение), включая «облегченное» GMP. Однако даже в таких случаях должен соблюдаться определенный минимум требований, чтобы обезопасить пациента от некачественного / потенциально вредного продукта.
Послабления возможны также и на уровне клинических исследований, например может быть приемлема гибкость в отношении изменения конечных точек или размера выборки в случае генотерапевтиков (хотя такие моменты лучше заранее предусматривать в рамках адаптивных дизайнов). За рубежом также разработаны инновационные дизайны для одновременного тестирования в одном клиническом исследовании сразу нескольких кандидатов (корзинные исследования).
Разветвленные требования и широкая поддержка разработчиков со стороны регуляторов (например, FDA, EMA или MHRA) вносят существенный вклад в успешность разработки и не является препятствием, как это иногда воспринимается некоторыми представителями нашей отрасли или академических кругов. Наоборот, мешают и препятствуют разработке нечеткие требования и стандарты, правовой вакуум и невыверенные формулировки, несогласованная терминология и желание вырвать клеточные препараты/продукты из лона естественного (лекарственного) регулирования. По этой причине клеточные препараты испытывают серьезные ограничения со стороны законодательства о БМКП (которое было призвано упростить регулирование, а на деле стало серьезным тормозом для отрасли), которое не в состоянии охватить все многообразие ситуаций и предоставить соответствующие режимы разработки, производства и применения.
При обсуждении вопроса высокотехнологичных лекарственных препаратов (ВТЛП, термин, эквивалентный зарубежному ATMP — advanced therapy medicinal products, включающий генотерапевтические, клеточные и тканевые продукты) мне неоднократно приходилось слышать от некоторых представителей отрасли, что, якобы, за рубежом регуляторы и отрасль сожалеют, что они ввели очень строгие требования и что они теперь «не знают, что с этим делать».
Такое мнение не подтверждается какими-либо документами, официальными позициями или меморандумами/планами по упрощению требований. ВТЛП находятся на гребне науки и технологии и потенциально способны приводить к очень хорошим медицинским исходам при тяжелых состояниях — за счет изменения самой человеческой природы. Такое вмешательство, нередко являющееся долгосрочным или даже постоянным, в базовые генетические и биохимические процессы, с одной стороны, несет значительные риски для пациентов, а с другой, требует четкой научной выверенности механизмов, реализующих эффективность.
В связи с этим в ЕС, США и др. юрисдикциях ВТЛП, во-первых, регулируются в качестве лекарственных препаратов, т. е. к ним предъявляются самые строгие требования из всех категорий товаров для здравоохранения в отношении обеспечения безопасности, эффективности и качества, во-вторых, они регулируются как особая группа лекарственных препаратов, требующая соблюдения более строгих научных, технологических и регуляторных стандартов, чтобы защитить как пациентов, так и инвестиции, поскольку конечным плательщиком нередко является государство, которое нуждается в повышенных гарантиях успешности терапии. Поскольку направление является новым, а ВТЛП-вмешательства являются тонкими, терапевтические неудачи являются распространенным явлением, поэтому подходы к разработке должны подчиняться логике научных изысканий, а на производстве должны соблюдаться соответствующие процедурные требования (GMP).
В силу этих причин за рубежом выработана достаточно разветвленная система научных и процедурных требований в отношении разработки, производства и контроля качества ВТЛП, производимых в промышленном масштабе. Вместе с тем известно, что большинство сегодняшних ВТЛП являются персонализированными или индивидуализированными в ряде юрисдикций (например, ЕС) существуют облегченные режимы производства и применения ВТЛП, не требующие их регистрации перед началом проведения (госпитальное исключение), включая «облегченное» GMP. Однако даже в таких случаях должен соблюдаться определенный минимум требований, чтобы обезопасить пациента от некачественного / потенциально вредного продукта.
Послабления возможны также и на уровне клинических исследований, например может быть приемлема гибкость в отношении изменения конечных точек или размера выборки в случае генотерапевтиков (хотя такие моменты лучше заранее предусматривать в рамках адаптивных дизайнов). За рубежом также разработаны инновационные дизайны для одновременного тестирования в одном клиническом исследовании сразу нескольких кандидатов (корзинные исследования).
Разветвленные требования и широкая поддержка разработчиков со стороны регуляторов (например, FDA, EMA или MHRA) вносят существенный вклад в успешность разработки и не является препятствием, как это иногда воспринимается некоторыми представителями нашей отрасли или академических кругов. Наоборот, мешают и препятствуют разработке нечеткие требования и стандарты, правовой вакуум и невыверенные формулировки, несогласованная терминология и желание вырвать клеточные препараты/продукты из лона естественного (лекарственного) регулирования. По этой причине клеточные препараты испытывают серьезные ограничения со стороны законодательства о БМКП (которое было призвано упростить регулирование, а на деле стало серьезным тормозом для отрасли), которое не в состоянии охватить все многообразие ситуаций и предоставить соответствующие режимы разработки, производства и применения.
www.raps.org
FDA: Flexibility okay for gaps in gene therapy trials
The US Food and Drug Administration (FDA) is not amenable to changing study endpoints or sample sizes for gene therapy clinical trials but is encouraging sponsors to fill in gaps in data collection with telemedicine and remote visits.
Вместе с тем в фармацевтическом законодательстве ЕАЭС наметился существенный прогресс в отношении выработки требований к ВТЛП и учета потребностей индивидуализированных терапий (включая госпитальное исключение); кроме того, создаются механизмы ускоренных процедур в случае разработок с высоким терапевтическим потенциалом в клинических областях, испытывающих недостаток терапевтических средств. Новые разрабатываемые требования гармонизированы с европейскими/международными, что также будет служить дополнительной гарантией для пациентов и государства, оплачивающего медицинскую помощь, и повышать уровень и конкурентоспособность отечественных разработчиков.
Таким образом, за рубежом не существует сожаления в отношении строгости и объема требований в отношении ВТЛП, при этом отсутствуют какие-либо законодательные инициативы по упрощению требований или отмене действия регламентов/руководств. Любые затруднения рассматриваются системно с выработкой приемлемых решений для всех сторон (например, госпитальное исключение или снижений требований, касающихся ГМО, в отношении генетически модифицированных клеток), но интересы пациентов ставятся на первое место.
Таким образом, за рубежом не существует сожаления в отношении строгости и объема требований в отношении ВТЛП, при этом отсутствуют какие-либо законодательные инициативы по упрощению требований или отмене действия регламентов/руководств. Любые затруднения рассматриваются системно с выработкой приемлемых решений для всех сторон (например, госпитальное исключение или снижений требований, касающихся ГМО, в отношении генетически модифицированных клеток), но интересы пациентов ставятся на первое место.
#harris #wilczek #физика #основы #кванты
22 февраля 2021 г. на подкаст к Сэму Харрису приходил Фрэнк Вильчек (Frank Wilczek), нобелевский лауреат в области физики (2004) [открытие асимптотической свободы], профессор MIT. Областью научных интересов Вильчека является квантовая механика, в которой он сделал несколько открытий, среди которых открытие аксионов (квазиэлементарных частиц), названных им в честь стирального порошка, название которого ему понравилось в детстве, когда он ходил за покупками для повседневных нужд, темпоральных кристаллов (time crystals, кристаллов времени) и т. д.
На подкасте они обсуждали вторую книгу Вильчека — Fundamentals: Ten Keys to Reality («Основы: десять ключей к реальности»), которая ориентирована на относительно неподготовленного читателя, чтобы донести основы современного понимания мироустройства, основанного на квантовой механике и общей теории относительности.
В небольшом произведении (7,5 часов прослушивания) автор описывает такие базовые понятия, как, пространство, время, поле и материя (пространство — время диктует материи как двигаться, материя диктует пространству — времени, как искривляться). Начиная с наиболее простых вещей, автор описывает сложные явления современного мира.
В числе прочего он объясняет принцип локальности: все важное для нас происходит рядом с нами, и там же происходят наиболее сложные вещи. Тем самым знание квантовой механики и общей космогонии не позволяет, к примеру, объяснить историю Швеции, поэтому нужны более обобщающие теории, включая ньютоновскую механику, химию, биологию, психологию, социологию и т. п., однако в основе всех них лежат закономерности, объясняемые и предсказываемые квантовой механикой.
Кроме того, Вильчек на вводном уровне объясняет современное состояние дел в квантовой механике: квантовую электродинамику, квантовую хромодинамику, квантовую оптику, теорию сильных взаимодействий и др., которые объясняют многие физические процессы, частью которых мы являемся.
Хорошая книга для знакомства с терминологией и понимания того, насколько мы продвинулись в понимании мироздания.
Ссылка на подкаст.
22 февраля 2021 г. на подкаст к Сэму Харрису приходил Фрэнк Вильчек (Frank Wilczek), нобелевский лауреат в области физики (2004) [открытие асимптотической свободы], профессор MIT. Областью научных интересов Вильчека является квантовая механика, в которой он сделал несколько открытий, среди которых открытие аксионов (квазиэлементарных частиц), названных им в честь стирального порошка, название которого ему понравилось в детстве, когда он ходил за покупками для повседневных нужд, темпоральных кристаллов (time crystals, кристаллов времени) и т. д.
На подкасте они обсуждали вторую книгу Вильчека — Fundamentals: Ten Keys to Reality («Основы: десять ключей к реальности»), которая ориентирована на относительно неподготовленного читателя, чтобы донести основы современного понимания мироустройства, основанного на квантовой механике и общей теории относительности.
В небольшом произведении (7,5 часов прослушивания) автор описывает такие базовые понятия, как, пространство, время, поле и материя (пространство — время диктует материи как двигаться, материя диктует пространству — времени, как искривляться). Начиная с наиболее простых вещей, автор описывает сложные явления современного мира.
В числе прочего он объясняет принцип локальности: все важное для нас происходит рядом с нами, и там же происходят наиболее сложные вещи. Тем самым знание квантовой механики и общей космогонии не позволяет, к примеру, объяснить историю Швеции, поэтому нужны более обобщающие теории, включая ньютоновскую механику, химию, биологию, психологию, социологию и т. п., однако в основе всех них лежат закономерности, объясняемые и предсказываемые квантовой механикой.
Кроме того, Вильчек на вводном уровне объясняет современное состояние дел в квантовой механике: квантовую электродинамику, квантовую хромодинамику, квантовую оптику, теорию сильных взаимодействий и др., которые объясняют многие физические процессы, частью которых мы являемся.
Хорошая книга для знакомства с терминологией и понимания того, насколько мы продвинулись в понимании мироздания.
Ссылка на подкаст.
Audible.com
Fundamentals
Check out this great listen on Audible.com. One of our great contemporary scientists reveals the 10 profound insights that illuminate what everyone should know about the physical world In Fundamentals, Nobel laureate Frank Wilczek offers the listener a simple…
#GMP #EU #Guide #термины #биопрепараты
Переводя документы Евросоюза по GMP лекарственных препаратов передовой терапии (advanced therapy medicinal products, ATMP), называемых в евразийском законодательстве высокотехнологичными лекарственными препаратами (ВТЛП), и по GMP остальных биопрепаратов (новое дополнение II к руководству по GMP Евросоюза от 2018 г.), обратил внимание на небольшую несогласованность в определениях одного и того же термина (SPF — свободный от специфичных патогенов).
Решил написать в Европейскую комиссию, чтобы убедиться, что действительно ошибка, и дать обратную связь, чтобы можно было исправить ошибку в будущем; пишу туда нечасто, но бывает. Мой запрос был понят со второго раза: сначала меня направили в департамент ветеринарии, в котором сказали, что ошибки нет (правда, непонятно, куда они смотрели). После моего уточнения и более детального изложения проблемы, обращение было направлено в профильный департамент — Генеральный департамент по здравоохранению и пищевой безопасности (DG Sante), из которого пришел ответ с признанием ошибки и моей правоты :)
Вообще, новые правила GMP для биопрепаратов и для ATMP/ВТЛП действуют в Евросоюзе начиная с 2018 г., поэтому и нам в ЕАЭС давно пора усовершенствовать свои.
В ответе Еврокомиссии обращает внимание простота ответа без излишних бюрократических формальностей, как принято у нас из разряда «департамент рассмотрел обращение и сообщает следующее в пределах своей компетенции»: законы, регламенты и руководства подробные и понятные, а ответы человеческие. У нас обычно наоборот.
Переводя документы Евросоюза по GMP лекарственных препаратов передовой терапии (advanced therapy medicinal products, ATMP), называемых в евразийском законодательстве высокотехнологичными лекарственными препаратами (ВТЛП), и по GMP остальных биопрепаратов (новое дополнение II к руководству по GMP Евросоюза от 2018 г.), обратил внимание на небольшую несогласованность в определениях одного и того же термина (SPF — свободный от специфичных патогенов).
Решил написать в Европейскую комиссию, чтобы убедиться, что действительно ошибка, и дать обратную связь, чтобы можно было исправить ошибку в будущем; пишу туда нечасто, но бывает. Мой запрос был понят со второго раза: сначала меня направили в департамент ветеринарии, в котором сказали, что ошибки нет (правда, непонятно, куда они смотрели). После моего уточнения и более детального изложения проблемы, обращение было направлено в профильный департамент — Генеральный департамент по здравоохранению и пищевой безопасности (DG Sante), из которого пришел ответ с признанием ошибки и моей правоты :)
Вообще, новые правила GMP для биопрепаратов и для ATMP/ВТЛП действуют в Евросоюзе начиная с 2018 г., поэтому и нам в ЕАЭС давно пора усовершенствовать свои.
В ответе Еврокомиссии обращает внимание простота ответа без излишних бюрократических формальностей, как принято у нас из разряда «департамент рассмотрел обращение и сообщает следующее в пределах своей компетенции»: законы, регламенты и руководства подробные и понятные, а ответы человеческие. У нас обычно наоборот.
#учеба #Stanford #диффуры #кинетика #статистика
4 июня закончилась моя первая четверть в Стэнфорде как соискателя магистерской степени в области химической инженерии (и пятая, если считать курсы, которые я брал как внешний слушатель). Четверть была достаточно напряженная (хотя не столь напряженная, как осенняя, когда я брал курс по статистической механике и вводный курс по программированию [подробнее здесь]).
Было два предмета: кинетика и инженерия химических реакций (CHEMENG 320) и дифференциальные уравнения в частных производных, включая численные методы (CME 104). Первый курс был своего рода переосмыслением химической кинетики, поскольку в нем больше уделялось внимание механистическим аспектам объяснения скорости химических и биохимических реакций, катализа и биокатализа. Можно сказать, что в основном разбор шел с точки зрения квантовой механики и статистической механики при рассмотрении теории переходных состояний, а также с точки зрения теории вероятности — в части объяснения стохастичности элементарных взаимодействий. Кроме того, преподаватель уделял большое внимание моделированию (бутстрэппинг и Монте Карло) и статистическому оцениванию предположений (метод максимального правдоподобия), поэтому половина домашек состояла из программирования для реализации этих методов. Было достаточно сложно, поэтому дополнительно занимался с репетитором.
Второй предмет — давняя мечта. Я получал удовольствие и от лекций, и от сложных домашек, наслаждаясь освоением предмета на всем его протяжении. Предмет вел выходец из России (уехавший в США после окончания школы и отучившийся там), ныне аэронавигационный инженер Lockheed Martin. В начале мая в космос были запущены несколько десятков спутников, работу над которыми он вел в течение нескольких лет. И хотя в начале мне показалось, что его объяснения не были столь изящными, как в суперизвестном курсе MIT 18.03 по обыкновенным диффурам, в итоге инженерный метод преподавания оказался очень эффективным, понятным и позволяющим понимать и осваивать предмет.
Забавно, что в январе прошлого года, когда столкнулся с первым интегралом и осознал, что матан я, можно сказать, не знаю, и начал искать разные пути восполнения этого пробела, один из математиков, с которым я консультировался, вкратце объяснил мне структуру освоения матана (с непременным изучением линейной алгебры) и в конце добавил, что «ну а потом можно браться и за уравнения математической физики». Я тогда еще подумал: «Ну зачем мне этот предмет вообще? Да и название странное, я же собираюсь заниматься биотехнологией».
Примерно на середине курса по дифференциальным уравнениям в частных производных, я выяснил, что предмет, туманно называемый в России «Уравнения (методы) математической физики», как раз и имеет дело с дифференциальными уравнениями. Надо сказать, что все необходимые для освоения диффуров в частных производных предметы, я освоил самостоятельно с помощью имеющихся курсов на YouTube по матану (анализ функции одной переменной, векторный анализ, анализ функций нескольких переменных), линейной алгебре и обыкновенным дифференциальным уравнениям. Т. е. это вполне реально и доступно: материалы на английском очень высокого качества с хорошим объяснением, разбором и заданиями.
Несмотря на то что магия несколько развеялась, все равно здорово понимать айген-значения, айген-векторы и айген-функции, как они определяют, куда движется система в пространстве и времени или энергетически. Теперь будет легче брать другие предметы, в первую очередь касающиеся тепломассообмена для лучшего понимания процессов, протекающих в живой клетке на микроуровне. Кроме того, количественный подход к фармакологии также подразумевает решение дифференциальных уравнений, поэтому удается убить сразу нескольких зайцев.
4 июня закончилась моя первая четверть в Стэнфорде как соискателя магистерской степени в области химической инженерии (и пятая, если считать курсы, которые я брал как внешний слушатель). Четверть была достаточно напряженная (хотя не столь напряженная, как осенняя, когда я брал курс по статистической механике и вводный курс по программированию [подробнее здесь]).
Было два предмета: кинетика и инженерия химических реакций (CHEMENG 320) и дифференциальные уравнения в частных производных, включая численные методы (CME 104). Первый курс был своего рода переосмыслением химической кинетики, поскольку в нем больше уделялось внимание механистическим аспектам объяснения скорости химических и биохимических реакций, катализа и биокатализа. Можно сказать, что в основном разбор шел с точки зрения квантовой механики и статистической механики при рассмотрении теории переходных состояний, а также с точки зрения теории вероятности — в части объяснения стохастичности элементарных взаимодействий. Кроме того, преподаватель уделял большое внимание моделированию (бутстрэппинг и Монте Карло) и статистическому оцениванию предположений (метод максимального правдоподобия), поэтому половина домашек состояла из программирования для реализации этих методов. Было достаточно сложно, поэтому дополнительно занимался с репетитором.
Второй предмет — давняя мечта. Я получал удовольствие и от лекций, и от сложных домашек, наслаждаясь освоением предмета на всем его протяжении. Предмет вел выходец из России (уехавший в США после окончания школы и отучившийся там), ныне аэронавигационный инженер Lockheed Martin. В начале мая в космос были запущены несколько десятков спутников, работу над которыми он вел в течение нескольких лет. И хотя в начале мне показалось, что его объяснения не были столь изящными, как в суперизвестном курсе MIT 18.03 по обыкновенным диффурам, в итоге инженерный метод преподавания оказался очень эффективным, понятным и позволяющим понимать и осваивать предмет.
Забавно, что в январе прошлого года, когда столкнулся с первым интегралом и осознал, что матан я, можно сказать, не знаю, и начал искать разные пути восполнения этого пробела, один из математиков, с которым я консультировался, вкратце объяснил мне структуру освоения матана (с непременным изучением линейной алгебры) и в конце добавил, что «ну а потом можно браться и за уравнения математической физики». Я тогда еще подумал: «Ну зачем мне этот предмет вообще? Да и название странное, я же собираюсь заниматься биотехнологией».
Примерно на середине курса по дифференциальным уравнениям в частных производных, я выяснил, что предмет, туманно называемый в России «Уравнения (методы) математической физики», как раз и имеет дело с дифференциальными уравнениями. Надо сказать, что все необходимые для освоения диффуров в частных производных предметы, я освоил самостоятельно с помощью имеющихся курсов на YouTube по матану (анализ функции одной переменной, векторный анализ, анализ функций нескольких переменных), линейной алгебре и обыкновенным дифференциальным уравнениям. Т. е. это вполне реально и доступно: материалы на английском очень высокого качества с хорошим объяснением, разбором и заданиями.
Несмотря на то что магия несколько развеялась, все равно здорово понимать айген-значения, айген-векторы и айген-функции, как они определяют, куда движется система в пространстве и времени или энергетически. Теперь будет легче брать другие предметы, в первую очередь касающиеся тепломассообмена для лучшего понимания процессов, протекающих в живой клетке на микроуровне. Кроме того, количественный подход к фармакологии также подразумевает решение дифференциальных уравнений, поэтому удается убить сразу нескольких зайцев.
Telegram
Мета-Ф
#образование #термодинамика #программирование #иммунология #физиология #Stanford #Harvard
На прошлой неделе закончились 10 моих самых тяжелых недель в жизни с точки зрения учебы. Я никогда столько не учился ни на первом, ни на втором высшем, ни в интернатуре…
На прошлой неделе закончились 10 моих самых тяжелых недель в жизни с точки зрения учебы. Я никогда столько не учился ни на первом, ни на втором высшем, ни в интернатуре…
И хотя предмет давался мне сложно, т. к. требовал значительных временных усилий, первичный испуг перед задачей отступал, когда я начинал медленно планомерно разбирать условия задачи и организовывать метод ее решения. Вместе с тем следует отметить, что ассистенты преподавателя оказывали очень сильную поддержку, помогали разбирать задачи, особенно когда возникали сложности в понимании условий заданий, нелепые ошибки по ходу решений или неточности в графиках при программировании. Увы, подобной поддержки при обучении и уважительного инклюзивного отношения к студентам в наших вузах очень сложно найти.
#PharmAdvisor #радиофарма #UK #регламенты #облучение #излучение #ProBono
Регламенты Соединенного Королевства об ионизирующей радиации (медицинская экспозиция) от 2017 г. в открытом доступе на русском языке
Сегодня мы выкладываем в открытый доступ Регламенты Соединенного Королевства об ионизирующей радиации (медицинская экспозиция) от 2017 г. Текущая версия документа датируется 2018 г., документ не подвергся изменению в связи с Брекзитом.
В документе излагаются национальные требования Соединенного Королевства в отношении использования ионизирующего излучения в медицинских целях (медицинского облучения), включая применение радиофармацевтических препаратов, радиодиагностики (рентгеновские методы, сцинтиграфия) и радиотерапии (лучевая терапия).
Документ задает правовые рамки в отношении того, как должна быть организована медицинская помощь, предусматривающая использование ионизирующего излучения, включая наличие специалиста в области радиологии и медицинского физика. Кроме того, в документе приводятся четкие процедуры получения лицензии на осуществление подобных видов деятельности.
Наконец, документ закладывает правовую основу для технических требований к сооружениям и оборудованию и радиофармацевтическим препаратам, к квалификации всех причастных специалистов, к необходимости выработки руководств по установлению допустимых медицинских облучений, радиационной защите (включая лиц, сопровождающих облучаемого, ситуации нештатного облучения и др.) и т. д.
Особенную ценность представляет схема 3 документа, в которой приводится описание того, что есть полноценная подготовка в области диагностической радиологии, радиотерапии и ядерная медицины для врача-радиолога, радиохимика и специалиста по медицинской физике, включая требования к производству излучения.
В вычитывании перевода и редактировании участвовали Павел Олегович Румянцев и Галина Евгеньевна Кодина: их профессиональный взгляд позволил существенно улучшить дружелюбность документа при прочтении. Вместе с тем в документе остались все элементы законодательства Соединенного Королевства, чтобы помочь целостному восприятию с учетом связи с фармацевтическим законодательством.
Документ доступен в двуязычном формате (билингва), в котором английский оригинал и русская версия сопоставлены поабзацно. Это позволяет до конца осмыслить русскоязычный текст, подтянуть радиофармацевтический и регуляторный английский и сверить правильность перевода.
Регламенты Соединенного Королевства об ионизирующей радиации (медицинская экспозиция) от 2017 г. в открытом доступе на русском языке
Сегодня мы выкладываем в открытый доступ Регламенты Соединенного Королевства об ионизирующей радиации (медицинская экспозиция) от 2017 г. Текущая версия документа датируется 2018 г., документ не подвергся изменению в связи с Брекзитом.
В документе излагаются национальные требования Соединенного Королевства в отношении использования ионизирующего излучения в медицинских целях (медицинского облучения), включая применение радиофармацевтических препаратов, радиодиагностики (рентгеновские методы, сцинтиграфия) и радиотерапии (лучевая терапия).
Документ задает правовые рамки в отношении того, как должна быть организована медицинская помощь, предусматривающая использование ионизирующего излучения, включая наличие специалиста в области радиологии и медицинского физика. Кроме того, в документе приводятся четкие процедуры получения лицензии на осуществление подобных видов деятельности.
Наконец, документ закладывает правовую основу для технических требований к сооружениям и оборудованию и радиофармацевтическим препаратам, к квалификации всех причастных специалистов, к необходимости выработки руководств по установлению допустимых медицинских облучений, радиационной защите (включая лиц, сопровождающих облучаемого, ситуации нештатного облучения и др.) и т. д.
Особенную ценность представляет схема 3 документа, в которой приводится описание того, что есть полноценная подготовка в области диагностической радиологии, радиотерапии и ядерная медицины для врача-радиолога, радиохимика и специалиста по медицинской физике, включая требования к производству излучения.
В вычитывании перевода и редактировании участвовали Павел Олегович Румянцев и Галина Евгеньевна Кодина: их профессиональный взгляд позволил существенно улучшить дружелюбность документа при прочтении. Вместе с тем в документе остались все элементы законодательства Соединенного Королевства, чтобы помочь целостному восприятию с учетом связи с фармацевтическим законодательством.
Документ доступен в двуязычном формате (билингва), в котором английский оригинал и русская версия сопоставлены поабзацно. Это позволяет до конца осмыслить русскоязычный текст, подтянуть радиофармацевтический и регуляторный английский и сверить правильность перевода.
pharmadvisor.ru
Регламенты Соединенного Королевства об ионизирующем излучении (медицинское облучение) от 2017 г.
Приложение PharmAdvisor — научные руководства и правовые документы, регламентирующие все этапы жизненного цикла любого лекарственного препарата
#Регуляторика #ICH #инновации #гармонизация #глобализация
В июне традиционно происходит заседание Ассамблеи ICH (второе в ноябре–декабре), где утверждаются разработанные руководства и принимаются решения о новых областях гармонизации (что в итоге приводит к принятию руководств).
На последнем заседании регуляторные члены ICH приняли следующие важные шаги в области гармонизации:
1. Утверждена (этап 4, т. е. руководство передается на утверждение регуляторными органами в своих странах) версия R8 руководства ICH Q3C, касающегося остаточных растворителей: включены нормы в отношении 2-метилтетрагидрофурана, циклопентилметилэфира и третичного бутилового спирта
2. Достигнут консенсус (этап 3) по документу «Вопросы и ответы» в отношении ICH M8 «Электронный общий технический документ»
3. Одобрен проект (этап 2) первого пересмотра (R1) для ICH S1B «Испытание лекарств на канцерогенность»; проект документа озаглавлен как «Исследования канцерогенности лекарств для медицинского применения на грызунах». Работа над документом, точнее, над определением дополнительных критериев того, когда не нужно проводить двухлетние исследования канцерогенности на грызунах, велась с 2013 г. Документ предлагает больше опираться на исследования генотоксичности и механистическое понимание канцерогенеза, чтобы не проводить ненужные исследования на грызунах (длительные и дорогостоящие) тогда, когда в них действительно нет нужды.
4. Одобрен проект (этап 2) руководства по доклиническим аспектам изучения биораспределения — область важная для генных и клеточных терапий, а также вирусных векторных вакцин.
Кроме того, определены новые области, нуждающиеся в гармонизации, и ранее гармонизированные темы, требующие обновления:
1. Начинается пересмотр ICH Q1/Q5C — комплекса документов, посвященных оценке стабильности. Q1 (в дальнейшем Q1A) — первая область, подвергшаяся гармонизации еще в 1991 г.
2. Будут пересмотрены ICH Q6A и Q6B, которые посвящены гармонизации подходов к составлению спецификаций на лекарства.
3. Начинается составление нового руководства по общим принципам планирования и дизайна фармакоэпидемиологических исследований, в которых будут использоваться данные реального мира для оценки безопасности лекарства
В отношении последнего важно отметить несколько аспектов:
А. Фармакоэпидемиология — это наука, изучающая нежелательные явления/реакции в популяции, а не то, что думает так называемая российская школа клинических фармакологов
B. В настоящее время данные реального мира (real-world data, RWD) недостаточно стандартизованы и могут надежно использоваться только для оценки безопасности лекарств, но не их эффективности (невзирая на какие-то единичные случаи), тогда как в России/ЕАЭС отмечается какая-то необоснованная волна попытки внедрить RWD в регистрационные процессы для обоснования эффективности.
В июне традиционно происходит заседание Ассамблеи ICH (второе в ноябре–декабре), где утверждаются разработанные руководства и принимаются решения о новых областях гармонизации (что в итоге приводит к принятию руководств).
На последнем заседании регуляторные члены ICH приняли следующие важные шаги в области гармонизации:
1. Утверждена (этап 4, т. е. руководство передается на утверждение регуляторными органами в своих странах) версия R8 руководства ICH Q3C, касающегося остаточных растворителей: включены нормы в отношении 2-метилтетрагидрофурана, циклопентилметилэфира и третичного бутилового спирта
2. Достигнут консенсус (этап 3) по документу «Вопросы и ответы» в отношении ICH M8 «Электронный общий технический документ»
3. Одобрен проект (этап 2) первого пересмотра (R1) для ICH S1B «Испытание лекарств на канцерогенность»; проект документа озаглавлен как «Исследования канцерогенности лекарств для медицинского применения на грызунах». Работа над документом, точнее, над определением дополнительных критериев того, когда не нужно проводить двухлетние исследования канцерогенности на грызунах, велась с 2013 г. Документ предлагает больше опираться на исследования генотоксичности и механистическое понимание канцерогенеза, чтобы не проводить ненужные исследования на грызунах (длительные и дорогостоящие) тогда, когда в них действительно нет нужды.
4. Одобрен проект (этап 2) руководства по доклиническим аспектам изучения биораспределения — область важная для генных и клеточных терапий, а также вирусных векторных вакцин.
Кроме того, определены новые области, нуждающиеся в гармонизации, и ранее гармонизированные темы, требующие обновления:
1. Начинается пересмотр ICH Q1/Q5C — комплекса документов, посвященных оценке стабильности. Q1 (в дальнейшем Q1A) — первая область, подвергшаяся гармонизации еще в 1991 г.
2. Будут пересмотрены ICH Q6A и Q6B, которые посвящены гармонизации подходов к составлению спецификаций на лекарства.
3. Начинается составление нового руководства по общим принципам планирования и дизайна фармакоэпидемиологических исследований, в которых будут использоваться данные реального мира для оценки безопасности лекарства
В отношении последнего важно отметить несколько аспектов:
А. Фармакоэпидемиология — это наука, изучающая нежелательные явления/реакции в популяции, а не то, что думает так называемая российская школа клинических фармакологов
B. В настоящее время данные реального мира (real-world data, RWD) недостаточно стандартизованы и могут надежно использоваться только для оценки безопасности лекарств, но не их эффективности (невзирая на какие-то единичные случаи), тогда как в России/ЕАЭС отмечается какая-то необоснованная волна попытки внедрить RWD в регистрационные процессы для обоснования эффективности.
#PharmAdvisor #радиофарма #UK #регламенты #облучение #излучение #ProBono
Руководство по валидации процесса производства готовых продуктов в открытом доступе на русском языке
Сегодня мы выкладываем в открытый доступ Руководство по валидации процесса производства готовых продуктов — сведения и данные, предоставляемые в регуляторных подачах Европейского агентства по лекарствам (EMA). Текущая версия документа датируется 2016 г.
Важно! Перевод документа полностью передает смысл оригинала, тогда как при прочтении евразийского документа, также являющегося переводом документа EMA, могут возникать сложности в понимании некоторых понятий, положений и требований.
Валидация является связующим звеном между промышленным процессом производства и получаемым продуктом, т. е. объективными, измеримыми и поддающимися контролю характеристиками лекарства, и биологическими характеристиками, которые были определены в рамках доклинической и клинической программы разработки (или в рамках исследований биодоступности и биоэквивалентности). Таким образом, правильная валидация процесса производства критична для связывания разработки с текущим промышленным производством.
Неправильная валидация (можно приравнять к ее отсутствию) — одна из основных причин низкого качества лекарств, характеристики которых не соответствуют требованиям и тому, что написано в регистрационном досье. Неправильная валидация — интегральная проблема низкого качества лекарств в России и ЕАЭС.
Руководство EMA дает определение валидации готового продукта, описывает два основных подхода к валидации, предъявляет минимальные требования к валидации при помощи традиционного подхода, а также дает ориентиры в отношении непрерывной верификации процесса — нового подхода к валидации на основании углубленных знаниях и понимании процесса производства.
Важным аспектом является концепция нестандартных процессов производства, требующих полной валидации еще до валидации. Асептические процессы производства, процессы производства биопрепаратов и сложных форм дозирования (аэрозоли, мази и т. д.) являются нестандартными.
В вычитывании перевода и редактировании мне помогала Прохорова Маргарита Викторовна — сотрудник Центра экспертиз и испытаний в здравоохранении Беларуси.
Документ доступен в двуязычном формате (билингва), в котором английский оригинал и русская версия сопоставлены поабзацно. Это позволяет до конца осмыслить русскоязычный текст, подтянуть технический и регуляторный английский и сверить правильность перевода.
Руководство по валидации процесса производства готовых продуктов в открытом доступе на русском языке
Сегодня мы выкладываем в открытый доступ Руководство по валидации процесса производства готовых продуктов — сведения и данные, предоставляемые в регуляторных подачах Европейского агентства по лекарствам (EMA). Текущая версия документа датируется 2016 г.
Важно! Перевод документа полностью передает смысл оригинала, тогда как при прочтении евразийского документа, также являющегося переводом документа EMA, могут возникать сложности в понимании некоторых понятий, положений и требований.
Валидация является связующим звеном между промышленным процессом производства и получаемым продуктом, т. е. объективными, измеримыми и поддающимися контролю характеристиками лекарства, и биологическими характеристиками, которые были определены в рамках доклинической и клинической программы разработки (или в рамках исследований биодоступности и биоэквивалентности). Таким образом, правильная валидация процесса производства критична для связывания разработки с текущим промышленным производством.
Неправильная валидация (можно приравнять к ее отсутствию) — одна из основных причин низкого качества лекарств, характеристики которых не соответствуют требованиям и тому, что написано в регистрационном досье. Неправильная валидация — интегральная проблема низкого качества лекарств в России и ЕАЭС.
Руководство EMA дает определение валидации готового продукта, описывает два основных подхода к валидации, предъявляет минимальные требования к валидации при помощи традиционного подхода, а также дает ориентиры в отношении непрерывной верификации процесса — нового подхода к валидации на основании углубленных знаниях и понимании процесса производства.
Важным аспектом является концепция нестандартных процессов производства, требующих полной валидации еще до валидации. Асептические процессы производства, процессы производства биопрепаратов и сложных форм дозирования (аэрозоли, мази и т. д.) являются нестандартными.
В вычитывании перевода и редактировании мне помогала Прохорова Маргарита Викторовна — сотрудник Центра экспертиз и испытаний в здравоохранении Беларуси.
Документ доступен в двуязычном формате (билингва), в котором английский оригинал и русская версия сопоставлены поабзацно. Это позволяет до конца осмыслить русскоязычный текст, подтянуть технический и регуляторный английский и сверить правильность перевода.
pharmadvisor.ru
Руководство по валидации процесса производства готовых продуктов — сведения и данные, предоставляемые в регуляторных подачах
Приложение PharmAdvisor — научные руководства и правовые документы, регламентирующие все этапы жизненного цикла любого лекарственного препарата
#глюкоза #мониторинг #образ_жизни #диета #физнагрузки #Attia #биохимия
На последнем подкасте Питера Атии (Ask Me Anything #24) более детально обсуждали современные клинические (наблюдательные) данные, характеризующие глюкозотоксичность с более количественной точки зрения. Следует сразу оговориться, что наблюдательные (обсервационные) данные являются менее качественными с точки зрения доказательности (и ведущие подкаста хорошо это осознают), однако на сегодняшний день они являются практически единственным инструментом получения подобных данных на людях, особенно в больших популяциях. Данные были получены от различных популяций: США, страны Евросоюза, Юго-Восточной Азии.
Кроме того, немного обсуждались доклинические данные (грызуны).
Первым обсуждаемым вопросом было профилирование содержания глюкозы. Непрерывный мониторинг глюкозы является гораздо более эффективным средством мониторинга, чем точечные срезы ее содержания или гликозилированный гемоглобин (HbA1c). Точечные профили и HbA1c по сути являются суррогатами непрерывного профиля, поскольку делают попытку охарактеризовать динамику, однако они подвержены ошибкам. В частности, HbA1c может изменяться в зависимости возмущений в эритропоэзе (например, кровопотеря при менструациях), определенных морфологических вариантах эритроцитов и т. д. Аналогично точечная оценка глюкозы вообще плохой показатель общей ситуации, пока показатели не зашли далеко. Более того, ориентация на HbA1c может приводить к запоздалой диагностике риска метаболических нарушений.
Следующий вопрос — основные рассматриваемые параметры. При оценке непрерывного профиля параметрами, характеризующими риск, являются: пиковые значения (после еды), число пиков, общее время нахождения концентрации глюкозы в границах нормы, вариабельность (изменчивость) концентрации глюкозы за сутки, неделю, месяц и др.
В целом наблюдательные данные свидетельствуют, что:
1) чем ниже средняя концентрация глюкозы, тем лучше (например, 5,1 ммоль/л лучше, чем 5,5 ммоль/л [норма — 3–6 ммоль/л]), хотя и в том, и в другом случае речь о сахарном диабете и даже метаболическом синдроме не идет
2) чем меньше вариабельность глюкозы, тем лучше. Например, если у двух человек средняя концентрация глюкозы равна 5 ммоль/л, но у одного вариабельность 10 %, а у второго 20 %, то у первого меньший риск будущих сердечно-сосудистых, онкологических, обще- и нейродегенеративных осложнений, чем у второго. Это значит, что должно быть меньше пиков (меньше приемов пищи) и меньше углеводной нагрузки.
3) важно минимизировать пиковые значения, т. е. рацион по сути не должен вообще содержать легкоусвояемых углеводов, получаемых искусственно (сахар, фруктозный сироп), и даже таковых, поступающих из фруктов, богатых простыми сахарами (манго, виноград, инжир, финики; все сухофрукты), а также из продуктов, содержащих легкоусвояемые формы крахмала (мука, белый риск и т. п.). Важно помнить, что исключительно вегетарианская (веганская) диета несет более высокий риск нарушений углеводного баланса, поскольку калорийность пищи в большей степени обусловлена углеводами.
Важным моментом является устаревание способа проведения глюкозотолерантного теста для многих людей, когда принимается нагрузочная доза, равная 75 г глюкозы, поскольку в настоящее время такая нагрузка не отражает реальный рацион. Кроме того, такая нагрузка сама по себе вредна для здоровья и требует времени для восстановления.
Наконец, обсуждалось, что сами (почти единственными) действенными способами увеличения здоровой продолжительности жизни у грызунов были акарбоза (препятствует абсорбции легких углеводов из кишечника) и канаглифлозин (препятствует реабсорбции глюкозы в почках); при этом наблюдались выраженные половые различия.
Список исследований, на которых основан подкаст:
https://link.springer.com/article/10.1007/s00125-011-2162-0
https://care.diabetesjournals.org/content/36/11/3759
https://care.diabetesjournals.org/content/42/3/486
https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/3897769/
https://www.nature.com/articles/s42255-021-00383-x
https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC2732157/
На последнем подкасте Питера Атии (Ask Me Anything #24) более детально обсуждали современные клинические (наблюдательные) данные, характеризующие глюкозотоксичность с более количественной точки зрения. Следует сразу оговориться, что наблюдательные (обсервационные) данные являются менее качественными с точки зрения доказательности (и ведущие подкаста хорошо это осознают), однако на сегодняшний день они являются практически единственным инструментом получения подобных данных на людях, особенно в больших популяциях. Данные были получены от различных популяций: США, страны Евросоюза, Юго-Восточной Азии.
Кроме того, немного обсуждались доклинические данные (грызуны).
Первым обсуждаемым вопросом было профилирование содержания глюкозы. Непрерывный мониторинг глюкозы является гораздо более эффективным средством мониторинга, чем точечные срезы ее содержания или гликозилированный гемоглобин (HbA1c). Точечные профили и HbA1c по сути являются суррогатами непрерывного профиля, поскольку делают попытку охарактеризовать динамику, однако они подвержены ошибкам. В частности, HbA1c может изменяться в зависимости возмущений в эритропоэзе (например, кровопотеря при менструациях), определенных морфологических вариантах эритроцитов и т. д. Аналогично точечная оценка глюкозы вообще плохой показатель общей ситуации, пока показатели не зашли далеко. Более того, ориентация на HbA1c может приводить к запоздалой диагностике риска метаболических нарушений.
Следующий вопрос — основные рассматриваемые параметры. При оценке непрерывного профиля параметрами, характеризующими риск, являются: пиковые значения (после еды), число пиков, общее время нахождения концентрации глюкозы в границах нормы, вариабельность (изменчивость) концентрации глюкозы за сутки, неделю, месяц и др.
В целом наблюдательные данные свидетельствуют, что:
1) чем ниже средняя концентрация глюкозы, тем лучше (например, 5,1 ммоль/л лучше, чем 5,5 ммоль/л [норма — 3–6 ммоль/л]), хотя и в том, и в другом случае речь о сахарном диабете и даже метаболическом синдроме не идет
2) чем меньше вариабельность глюкозы, тем лучше. Например, если у двух человек средняя концентрация глюкозы равна 5 ммоль/л, но у одного вариабельность 10 %, а у второго 20 %, то у первого меньший риск будущих сердечно-сосудистых, онкологических, обще- и нейродегенеративных осложнений, чем у второго. Это значит, что должно быть меньше пиков (меньше приемов пищи) и меньше углеводной нагрузки.
3) важно минимизировать пиковые значения, т. е. рацион по сути не должен вообще содержать легкоусвояемых углеводов, получаемых искусственно (сахар, фруктозный сироп), и даже таковых, поступающих из фруктов, богатых простыми сахарами (манго, виноград, инжир, финики; все сухофрукты), а также из продуктов, содержащих легкоусвояемые формы крахмала (мука, белый риск и т. п.). Важно помнить, что исключительно вегетарианская (веганская) диета несет более высокий риск нарушений углеводного баланса, поскольку калорийность пищи в большей степени обусловлена углеводами.
Важным моментом является устаревание способа проведения глюкозотолерантного теста для многих людей, когда принимается нагрузочная доза, равная 75 г глюкозы, поскольку в настоящее время такая нагрузка не отражает реальный рацион. Кроме того, такая нагрузка сама по себе вредна для здоровья и требует времени для восстановления.
Наконец, обсуждалось, что сами (почти единственными) действенными способами увеличения здоровой продолжительности жизни у грызунов были акарбоза (препятствует абсорбции легких углеводов из кишечника) и канаглифлозин (препятствует реабсорбции глюкозы в почках); при этом наблюдались выраженные половые различия.
Список исследований, на которых основан подкаст:
https://link.springer.com/article/10.1007/s00125-011-2162-0
https://care.diabetesjournals.org/content/36/11/3759
https://care.diabetesjournals.org/content/42/3/486
https://pubmed.ncbi.nlm.nih.gov/3897769/
https://www.nature.com/articles/s42255-021-00383-x
https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC2732157/
Peter Attia
#165 - AMA #24: Deep dive into blood glucose: why it matters, important metrics to track, and superior insights from a CGM - Peter…
“Hyperinsulinemia on an [oral glucose tolerance test], even in the presence of normoglycemia, is the canary in the coal mine.” —Peter Attia
#EMA #ежегодный_отчет #статистика #новые_лекарства #COVID #инспекции #дети #Brexit
Несколько дней назад Европейское агентство по лекарствам (EMA) опубликовало очередной ежегодный отчет по итогам работы за истекший год (2020). Документ занимает 116 страниц (не считая приложений) и позволяет оценить, что удалось в 2020 г. сделать европейской сети по регулированию лекарств (European medicines regulatory network, EMRN), неотъемлемой частью которой является EMA. Впервые документ опубликован в виде полноценного html.
Прошлый год для EMA был богат на события, to say the least. Отмечалось 25-летие агентства; избран новый исполнительный директор (Emer Cooke); финализирован Брекзит, в результате чего лекарственный регулятор Соединенного Королевства (MHRA) покинул EMRN; был одобрен важный документ, посвященный стратегии развития регуляторной науки до 2025 г.; вся работа осуществлялась на фоне пандемии.
Важным аспектом стал еще больший переход на электронное взаимодействие, в том числе не только в области экспертизы, проведения научных заседаний, голосований, принятия решений, проведения конференций, но и выполнения инспекций производственных площадок (GMP) и исследовательских центров (GCP). Тем не менее число инспекций все же значительно снизилось (больше чем в 2 раза).
За прошедший год одобрено 97 лекарств для медицинского применения (рекорд за последние 10 лет) [тем не менее больше, не значит лучше]; была обновлена информация о 490 продуктах, одобренных по централизованной процедуре, главным координатором которой является агентство.
Посты об отчетах за 2019, 2018 гг.
Несколько дней назад Европейское агентство по лекарствам (EMA) опубликовало очередной ежегодный отчет по итогам работы за истекший год (2020). Документ занимает 116 страниц (не считая приложений) и позволяет оценить, что удалось в 2020 г. сделать европейской сети по регулированию лекарств (European medicines regulatory network, EMRN), неотъемлемой частью которой является EMA. Впервые документ опубликован в виде полноценного html.
Прошлый год для EMA был богат на события, to say the least. Отмечалось 25-летие агентства; избран новый исполнительный директор (Emer Cooke); финализирован Брекзит, в результате чего лекарственный регулятор Соединенного Королевства (MHRA) покинул EMRN; был одобрен важный документ, посвященный стратегии развития регуляторной науки до 2025 г.; вся работа осуществлялась на фоне пандемии.
Важным аспектом стал еще больший переход на электронное взаимодействие, в том числе не только в области экспертизы, проведения научных заседаний, голосований, принятия решений, проведения конференций, но и выполнения инспекций производственных площадок (GMP) и исследовательских центров (GCP). Тем не менее число инспекций все же значительно снизилось (больше чем в 2 раза).
За прошедший год одобрено 97 лекарств для медицинского применения (рекорд за последние 10 лет) [тем не менее больше, не значит лучше]; была обновлена информация о 490 продуктах, одобренных по централизованной процедуре, главным координатором которой является агентство.
Посты об отчетах за 2019, 2018 гг.
#PharmAdvisor #кровь #донорство #ЕС #регулирование #надлежащая_практика #качество
Руководства Европейского агентства по лекарствам (EMA), регламентирующие вопросы качества лекарственных препаратов, получаемых из плазмы человека, на русском языке в открытом доступе.
Сегодня мы выкладываем в открытый доступ два научных руководства EMA:
(1) Руководство по лекарственным препаратам, получаемым из плазмы
(2) Руководство по требованиям к научным данным о мастер-файле плазмы (МФП)
(3) Дополнения к Руководству по требованиям, предъявляемым к научным данным для мастер-файла плазмы (МФП) [в виде отдельного документа]
Руководства разъясняют научные аспекты производства и обеспечения качества лекарств, получаемых из плазмы человека, и разъясняют некоторые аспекты директивы Евросоюза, регламентирующих донорство крови (2002/98/EC, 2004/33/EC, 2005/61/EC, 2005/62/EC), и директивы о лекарственных препаратах (2001/83/EC) [переводы всех директив находятся в открытом доступе].
Двумя основными аспектами качества лекарственных препаратов, получаемых из плазмы человека, являются вирусная безопасность и стабильность (физико-химическая, коллоидная и биологическая стабильность субфракций). Переведенные руководства содержат рекомендации в отношении технических требований при заготовке, обработке и формулировании лекарственных препаратов, получаемых из плазмы, а также научные аспекты подготовки и актуализации мастер-файла плазмы (МФП).
Мастер-файл плазмы — это комплекс документов, отдельный от регистрационного досье, содержащий все релевантные подробные сведения о характеристиках всей плазмы человека, используемой в качестве исходного и (или) сырьевого материала в производстве суб- / промежуточных фракций, компонентов вспомогательного вещества или действующего(их) вещества (веществ), являющихся частью лекарственных препаратов или медицинских изделий.
Оба документа в будущем войдут в право Евразийского экономического союза. В вычитывании перевода и редактировании мне помогала Прохорова Маргарита Викторовна — сотрудник Центра экспертиз и испытаний в здравоохранении Беларуси.
Документы доступны в двуязычном формате (билингва: первый и второй), в которых английский оригинал и русская версия сопоставлены поабзацно. Это позволяет до конца осмыслить русскоязычный текст, подтянуть регуляторный английский и сверить правильность перевода.
Руководства Европейского агентства по лекарствам (EMA), регламентирующие вопросы качества лекарственных препаратов, получаемых из плазмы человека, на русском языке в открытом доступе.
Сегодня мы выкладываем в открытый доступ два научных руководства EMA:
(1) Руководство по лекарственным препаратам, получаемым из плазмы
(2) Руководство по требованиям к научным данным о мастер-файле плазмы (МФП)
(3) Дополнения к Руководству по требованиям, предъявляемым к научным данным для мастер-файла плазмы (МФП) [в виде отдельного документа]
Руководства разъясняют научные аспекты производства и обеспечения качества лекарств, получаемых из плазмы человека, и разъясняют некоторые аспекты директивы Евросоюза, регламентирующих донорство крови (2002/98/EC, 2004/33/EC, 2005/61/EC, 2005/62/EC), и директивы о лекарственных препаратах (2001/83/EC) [переводы всех директив находятся в открытом доступе].
Двумя основными аспектами качества лекарственных препаратов, получаемых из плазмы человека, являются вирусная безопасность и стабильность (физико-химическая, коллоидная и биологическая стабильность субфракций). Переведенные руководства содержат рекомендации в отношении технических требований при заготовке, обработке и формулировании лекарственных препаратов, получаемых из плазмы, а также научные аспекты подготовки и актуализации мастер-файла плазмы (МФП).
Мастер-файл плазмы — это комплекс документов, отдельный от регистрационного досье, содержащий все релевантные подробные сведения о характеристиках всей плазмы человека, используемой в качестве исходного и (или) сырьевого материала в производстве суб- / промежуточных фракций, компонентов вспомогательного вещества или действующего(их) вещества (веществ), являющихся частью лекарственных препаратов или медицинских изделий.
Оба документа в будущем войдут в право Евразийского экономического союза. В вычитывании перевода и редактировании мне помогала Прохорова Маргарита Викторовна — сотрудник Центра экспертиз и испытаний в здравоохранении Беларуси.
Документы доступны в двуязычном формате (билингва: первый и второй), в которых английский оригинал и русская версия сопоставлены поабзацно. Это позволяет до конца осмыслить русскоязычный текст, подтянуть регуляторный английский и сверить правильность перевода.
pharmadvisor.ru
Руководство по лекарственным препаратам, получаемым из плазмы
Приложение PharmAdvisor — научные руководства и правовые документы, регламентирующие все этапы жизненного цикла любого лекарственного препарата
#FDA #барий #лекарство #изделие #классификация #регуляторика
Вопросы того, чем является некоторый продукт с регуляторной точки зрения — лекарством, медицинским изделием, косметикой, продуктом питания, дезинфектантом и т. п. являются одними из наиболее сложных и в то же время интересных. Любой продукт, целенаправленно вступающий в контакт с организмом человека, может, как правило, быть классифицирован в одну из этих категорий. Вместе с тем точная классификация не всегда возможна, поскольку имеет место спектр назначений и механизмов реализации назначения — двух факторов, определяющих регуляторную классификацию.
Интересный случай рассматривают авторы блога, освещающего некоторые действия Администрации по продуктам питания и лекарствам (FDA) (юридическая фирма Hyman, Phelps & McNamara PC): производителю продукта на основе бария сульфата, используемого в качестве рентгеноконтрастных соединений, FDA рекомендовала одобрить его в качестве лекарства.
Особенностью законодательства США в области лекарств является то, что медицинские изделия — это подкатегория лекарств. Лекарства оказывают терапевтическое действие, тогда как медицинские изделия, будучи подкатегорией лекарств, оказывают терапевтическое действие за счет механизмов, отличных от разрушения старых и образования новых химических связей. FDA продолжает считать, что у нее есть право усмотрения при определении регуляторной категории, поэтому она посчитала целесообразным рассматривать бария сульфат в качестве лекарства, хотя свое диагностическое действие бария сульфат оказывает за счет абсорбции/экранирования рентгеновского излучения, т. е. без образования химических связей.
Суды двух инстанций не согласились с решением FDA и присудили победу производителю бария сульфата, указав агентству, что поскольку бария сульфат подпадает под определение медицинского изделия, то у регулятора не остается права усмотрения в данном случае. Важно, что бария сульфат как медицинское изделие не требует предварительного одобрения со стороны регулятора (классифицируется как медицинское изделие с низким риском), поэтому регуляторное и финансовое бремя для выведения его на рынок в качестве медицинского изделия существенно ниже, чем если бы продукт был классифицирован в качестве лекарства.
В нашей стране препараты бария сульфата также [необоснованно] классифицированы в качестве лекарственных препаратов. Возможно, при переходе в область правовых рамок Евразийского экономического союза подобные перекосы будут устранены и у нас.
Вопросы регуляторной классификации продуктов на основе гиалуроновой кислоты рассмотрены в этом посте.
Вопросы европейских подходов к классификации продуктов освещены в этом посте.
Вопросы того, чем является некоторый продукт с регуляторной точки зрения — лекарством, медицинским изделием, косметикой, продуктом питания, дезинфектантом и т. п. являются одними из наиболее сложных и в то же время интересных. Любой продукт, целенаправленно вступающий в контакт с организмом человека, может, как правило, быть классифицирован в одну из этих категорий. Вместе с тем точная классификация не всегда возможна, поскольку имеет место спектр назначений и механизмов реализации назначения — двух факторов, определяющих регуляторную классификацию.
Интересный случай рассматривают авторы блога, освещающего некоторые действия Администрации по продуктам питания и лекарствам (FDA) (юридическая фирма Hyman, Phelps & McNamara PC): производителю продукта на основе бария сульфата, используемого в качестве рентгеноконтрастных соединений, FDA рекомендовала одобрить его в качестве лекарства.
Особенностью законодательства США в области лекарств является то, что медицинские изделия — это подкатегория лекарств. Лекарства оказывают терапевтическое действие, тогда как медицинские изделия, будучи подкатегорией лекарств, оказывают терапевтическое действие за счет механизмов, отличных от разрушения старых и образования новых химических связей. FDA продолжает считать, что у нее есть право усмотрения при определении регуляторной категории, поэтому она посчитала целесообразным рассматривать бария сульфат в качестве лекарства, хотя свое диагностическое действие бария сульфат оказывает за счет абсорбции/экранирования рентгеновского излучения, т. е. без образования химических связей.
Суды двух инстанций не согласились с решением FDA и присудили победу производителю бария сульфата, указав агентству, что поскольку бария сульфат подпадает под определение медицинского изделия, то у регулятора не остается права усмотрения в данном случае. Важно, что бария сульфат как медицинское изделие не требует предварительного одобрения со стороны регулятора (классифицируется как медицинское изделие с низким риском), поэтому регуляторное и финансовое бремя для выведения его на рынок в качестве медицинского изделия существенно ниже, чем если бы продукт был классифицирован в качестве лекарства.
В нашей стране препараты бария сульфата также [необоснованно] классифицированы в качестве лекарственных препаратов. Возможно, при переходе в область правовых рамок Евразийского экономического союза подобные перекосы будут устранены и у нас.
Вопросы регуляторной классификации продуктов на основе гиалуроновой кислоты рассмотрены в этом посте.
Вопросы европейских подходов к классификации продуктов освещены в этом посте.
FDA Law Blog
Big Win for HP&M Client: Court of Appeals Tells FDA to Regulate Barium Sulfate As a Device
We have blogged recently about several FDA setbacks in court (here, for example). Add one more to that tally. Genus Medical Technologies secured an important victory in the D.C. Circuit Court of …
#PharmAdvisor #биопрепараты #биотех #разработка #ЕMA #качество
Руководство Европейского агентства по лекарствам (EMA), регламентирующее фармацевтическую разработку биопрепаратов, на русском языке в открытом доступе.
Сегодня мы выкладываем в открытый доступ научное руководство EMA, озаглавленное «Фармацевтическая разработка биотехнологических и биологических препаратов». Оно датируется 1999 г., однако общие принципы выполнения фармацевтической разработки, описанные в нем, применимы и сегодня.
Документ развивает положения других научных руководств, посвященных фармацевтической разработке (и в частности ICH Q8), модифицируя общие положения, ориентированные главным образом на лекарственные препараты, действующие вещества которых являются низкомолекулярными соединениями. В случае биопрепаратов существуют причинные физико-химические особенности, которые приводят ощутимым и важным отличиям от химически синтезируемых продуктов, например неустойчивость/нестабильность и структурная сложность. Такие различия могут требовать особого рассмотрения фармацевтических и биофармацевтических аспектов во время программы изысканий и разработки, что и раскрывается в документе.
В документе рассматриваются формуляционные и преформуляционные исследования. Цель таких исследований состоит в разработке стабильной формуляции, которая обеспечивает сохранение целостности действующего начала как биологически, так и химически для целей: i) планируемого медицинского назначения, ii) во время процесса производства и iii) на протяжении заданного срока годности.
Документ в виде главы 13 включен в Правила проведения исследований биологических лекарственных средств Евразийского экономического союза. Вместе с тем содержащийся в Правилах перевод достаточно неточный и не позволяет понять смысл некоторых требований, который был заложен в оригинал.
В вычитывании перевода и редактировании мне помогала Прохорова Маргарита Викторовна — сотрудник Центра экспертиз и испытаний в здравоохранении Беларуси.
Документ доступен в двуязычном формате (билингва), в котором английский оригинал и русская версия сопоставлены поабзацно. Это позволяет до конца осмыслить русскоязычный текст, подтянуть регуляторный и биофармацевтический английский и сверить правильность перевода.
Руководство Европейского агентства по лекарствам (EMA), регламентирующее фармацевтическую разработку биопрепаратов, на русском языке в открытом доступе.
Сегодня мы выкладываем в открытый доступ научное руководство EMA, озаглавленное «Фармацевтическая разработка биотехнологических и биологических препаратов». Оно датируется 1999 г., однако общие принципы выполнения фармацевтической разработки, описанные в нем, применимы и сегодня.
Документ развивает положения других научных руководств, посвященных фармацевтической разработке (и в частности ICH Q8), модифицируя общие положения, ориентированные главным образом на лекарственные препараты, действующие вещества которых являются низкомолекулярными соединениями. В случае биопрепаратов существуют причинные физико-химические особенности, которые приводят ощутимым и важным отличиям от химически синтезируемых продуктов, например неустойчивость/нестабильность и структурная сложность. Такие различия могут требовать особого рассмотрения фармацевтических и биофармацевтических аспектов во время программы изысканий и разработки, что и раскрывается в документе.
В документе рассматриваются формуляционные и преформуляционные исследования. Цель таких исследований состоит в разработке стабильной формуляции, которая обеспечивает сохранение целостности действующего начала как биологически, так и химически для целей: i) планируемого медицинского назначения, ii) во время процесса производства и iii) на протяжении заданного срока годности.
Документ в виде главы 13 включен в Правила проведения исследований биологических лекарственных средств Евразийского экономического союза. Вместе с тем содержащийся в Правилах перевод достаточно неточный и не позволяет понять смысл некоторых требований, который был заложен в оригинал.
В вычитывании перевода и редактировании мне помогала Прохорова Маргарита Викторовна — сотрудник Центра экспертиз и испытаний в здравоохранении Беларуси.
Документ доступен в двуязычном формате (билингва), в котором английский оригинал и русская версия сопоставлены поабзацно. Это позволяет до конца осмыслить русскоязычный текст, подтянуть регуляторный и биофармацевтический английский и сверить правильность перевода.
pharmadvisor.ru
Фармацевтическая разработка биотехнологических и биологических препаратов - дополнение к руководству по фармацевтической разработке
Приложение PharmAdvisor — научные руководства и правовые документы, регламентирующие все этапы жизненного цикла любого лекарственного препарата
👍1
#Стэнфорд #обучение #фарма #производство #кадры
Будучи полноправным магистром химической инженерии в Стэнфорде, я получаю достаточно большое количество различных писем (рассылаются департаментом химической инженерии или от лица Школы инженерии в целом). Многие письма достаточно интересны и позволяют лучше понять, как организована академическая и научная жизнь Стэнфорда.
Например, приглашения на защиту Ph. D. приходят до 5–7 раз в неделю — и это только PhD-студенты нашего департамента [химической инженерии], а всего инженерных департаментов 16, причем департамент компьютерных наук имеет девять отдельных программ. Все защиты открыты для свободного посещения через Zoom.
Департамент химической инженерии также рассылает приглашения на работу, поступающие от различных компаний, которые нуждаются в специалистах — химических инженерах. Такие приглашения поступают как от небольших стартапов, так и, к примеру, от Apple (в частности, последнее приглашение пришло на специалиста в области инженерии полимеров).
Именно в наш департамент приходят приглашения на работу от фармацевтических компаний, которые ищут специалистов в области фармацевтической разработки (дизайн молекул и формуляций) и производства (лабораторные и промышленные процессы) действующих веществ, вспомогательных веществ и готовых лекарственных препаратов. Причем в отношении разработки промышленных производств в наш департамент приходят приглашения и от производителей биопрепаратов (а не в департамент биоинженерии, которые в основном занимаются дизайном новых молекул и веществ).
Такие приглашения приходят, к примеру, из различных подразделений таких гигантов, как Abbvie, Gilead или Pfizer. Например, последнее приглашение от Abbvie касалось специалиста для работы в отделе культивирования клеток (клетки млекопитающих). Gilead приглашал в отдел «Small Molecule Formulation & Process Development group» (т. е. разработка формуляций и процессов производства). Много приглашений от небольших биотехнологических компаний, особенно большой спрос, как мне кажется, на инженеров микрофлюидики и инженеров в области материалов.
Тем самым я получил очередное подтверждение, что производство лекарств и их компонентов — это дело инженеров, а не фармацевтов/провизоров.
В следующих постах мы рассмотрим и сравним программы обучения, чтобы увидеть различия между инженерным и фармацевтическим образованием.
Будучи полноправным магистром химической инженерии в Стэнфорде, я получаю достаточно большое количество различных писем (рассылаются департаментом химической инженерии или от лица Школы инженерии в целом). Многие письма достаточно интересны и позволяют лучше понять, как организована академическая и научная жизнь Стэнфорда.
Например, приглашения на защиту Ph. D. приходят до 5–7 раз в неделю — и это только PhD-студенты нашего департамента [химической инженерии], а всего инженерных департаментов 16, причем департамент компьютерных наук имеет девять отдельных программ. Все защиты открыты для свободного посещения через Zoom.
Департамент химической инженерии также рассылает приглашения на работу, поступающие от различных компаний, которые нуждаются в специалистах — химических инженерах. Такие приглашения поступают как от небольших стартапов, так и, к примеру, от Apple (в частности, последнее приглашение пришло на специалиста в области инженерии полимеров).
Именно в наш департамент приходят приглашения на работу от фармацевтических компаний, которые ищут специалистов в области фармацевтической разработки (дизайн молекул и формуляций) и производства (лабораторные и промышленные процессы) действующих веществ, вспомогательных веществ и готовых лекарственных препаратов. Причем в отношении разработки промышленных производств в наш департамент приходят приглашения и от производителей биопрепаратов (а не в департамент биоинженерии, которые в основном занимаются дизайном новых молекул и веществ).
Такие приглашения приходят, к примеру, из различных подразделений таких гигантов, как Abbvie, Gilead или Pfizer. Например, последнее приглашение от Abbvie касалось специалиста для работы в отделе культивирования клеток (клетки млекопитающих). Gilead приглашал в отдел «Small Molecule Formulation & Process Development group» (т. е. разработка формуляций и процессов производства). Много приглашений от небольших биотехнологических компаний, особенно большой спрос, как мне кажется, на инженеров микрофлюидики и инженеров в области материалов.
Тем самым я получил очередное подтверждение, что производство лекарств и их компонентов — это дело инженеров, а не фармацевтов/провизоров.
В следующих постах мы рассмотрим и сравним программы обучения, чтобы увидеть различия между инженерным и фармацевтическим образованием.