★†★

если бы все мои любимые пейринги собрались в одном помещении, то это выглядело примерно так:

★ веррембы, которые сидят в углу комнаты и больше внимания обращают друг на друга;

★ Гоголь, который с Сигмой на плечах носится по всему периметру комнаты и докапывается просто ДО ВСЕХ;

★ Рампо сидит у Чуи на коленях, хихикает (возможно он снимает на камеру!!) и Чуя пофыркивает с улыбкой, потому что его детектив дурак;

★ Се Лянь скромно мостится под боком Хуа Чэна, который поигрывает с его волосами;

★ Дадзай и Фёдор спорят на то, насколько быстро из себя выйдут веррембы, потому что знают – Рэмбо любитель тишины, а Верлен просто порвёт за Рэмбо;

★ Гоголь СЛУЧАЙНО стряхивает с головы Се Ляня соломенную шляпу, забирает её и захватывает ушанку Фёдора, спасаясь бегством;

★ пока Дадзай громко смеётся а Се Лянь сидит как молчаливая рыбка гуппи с большими глазами Фёдор и Хуа Чэн вставляют Гоголю пиздюлей;

★ Рампо выложит это в интернет;

★ Рэмбо в итоге закроет себя и Верлена в куб своей способности, потому что их правда все заебали

❤️ теги: #bsd, #благословение_небожителей, #веррембы, #чурампы, #гогсигмы, #достозаи, #хуаляни.

★†★

❗(клубы, танцы софт/комфорт)

Вокруг всё больше и больше движения. Хаотичная музыка, дикий пляс, адреналин и сердца, бьющиеся в бит треку – это всё, что заполняет сознание Николь.

Её широкие брюки подчёркивают бёдра, а карандаш – глаза, сияющие в разноцветных огнях. Разве нужно большее, чтобы чувствовать себя прекрасно?

Сигма не понимает этого азарта. В то время, как Гоголь скачет под любой мотив, подобно егозе, она не может раскрепоститься, глупо покачиваясь и то и дело оглядываясь вокруг. Сигма до безумия любит музыку и всё из неё вытекающее: ей нравится танцевать, но её предел – танцы в пустой квартире под негромкую музыку на телефоне.

Ей не нравятся... Взгляды.

Можно даже сказать, что Сигма их боится. Она не обладает такой же красотой, как Гоголь: у неё нет таких же выдающихся форм или спортивного, подтянутого тела. Она более худая и на фоне Гоголь выглядит хрупкой, как бабочка, которой легко сломать крыло.

Но на неё кидали взгляды. Редко, но это уже выбивало из колеи.

Сигме некомфортно.

Гоголь говорит ей: «ты прекрасна», и у Сигмы нет причин не верить. Пожалуй, она и сама знает, что красива, но где-то в глубине души живёт...

«Ты выглядишь глупо»

«Не кривляйся, тебе не три года»

«Тебе нужно быть серьёзнее!»

Оно.

Единственное, что её успокаивает, это присутствие родного человека в пронизанной запахом алкоголя банке.

Гоголь всё видит. Она замечает выражение лица, всем своим существом чувствует эту скованность, и ей не остаётся ничего, кроме как, пританцовывая, увести свою спутницу в туалет.

Пока снаружи жара, похоть и пьяные крики, стремящиеся быть похожими на пение, она мягко гладит фарфоровые щёки, целует веки.

«— Ты ведь знаешь...
— Я знаю.
— Я обязательно буду рядом и защищу тебя в случае чего... Они не посмеют сказать ничего плохого. Смотри, какая ты у меня!»

Придерживая руку Сигмы, Гоголь мягко кружит её вокруг своей оси.

Желания выходить в толкучку это не прибавляет. Поэтому они остаются здесь, медленно покачиваясь в такт приглушённой музыке из-за двери, смеются друг другу в губы и тайком скрадывают поцелуи. Гоголь смеётся, когда кто-то приходит – не скрывает этого даже, а после осторожно вытягивает Сигму наружу.

Уже через полчаса они окажутся у неё дома.

❤️ теги: #bsd, #зарисовки, #ау: русреал, #фем_гоголь, #фем_сигма, #гогсигмы.

ребята, с какой цветовой палитрой у вас ассоциируюсь я и мой канал? 🕊

★†★

❗(обращения к мёртвому, скорбь, ханахаки, смерть)

«Прости, прости, прости меня... Прости, что я не дорос до твоей дружбы...»

Верлен крутил эти слова в своей голове так часто, что теперь они калёным железом выжжены в его черепной коробке.

Он не хотел видеть белого света, не хотел видеть людей, не хотел видеть Накахару-куна, за которого бился так отчаянно, разрывая чужие глотки и ломая кости.

Лишь ждал... Чего-то.

Верлен был готов умереть прямо там, на тех руинах, в тот самый злополучный день. На его руках не было крови Рэмбо, но это ощущалось даже хуже. Он не видел трупа, не мог принять чужую смерть, звал и рыдал, не чувствуя облегчения от слёз – наоборот, становилось тяжелее. Его сердце запомнилось липкой, непроглядно-чёрной болью, а когда вся влага выкатилась из глаз, Верлен ощущал только желание реветь ещё тысячу лет, склонившись над местом, где когда-то лежали остатки Рэмбо, каменным и безмолвным изваянием.

Там не было Рэмбо – он умер ещё тогда, но даже в тот момент сумел подумать о благополучии своего дурного друга...

Этот камень не бросить с души.

И Верлен научился с ним жить. Единственное, что у него осталось – шляпа, да и имя. У него остался лишь он сам, и это тот дар, который так хотел донести Рэмбо, даже спустя год после своей смерти. Разве мог Верлен так просто взять, наложить на себя руки и выбросить последний подарок Артюра в мусорный бак?

Он берёг себя. Правда, неумело – лишь так, как мог. Верлен согласился работать в Портовой мафии, обучал юношей и девиц умению пользоваться оружием, но даже так не мог заполнить свою пустоту.

С каждым разом его слёзы были всё тише, но после них на губах не было соли – сплошная горечь. Она становилась всё сильнее и сильнее, пока не достигла пика и Верлен больше не мог пустить ни единой слезы.

Стадия отрицания слишком затянулась. Верлен и сам понимал это, но не смог сделать с собой ничего, лишь мысленно просил прощения, словно сингулярность, живущая внутри него и так бережно переданная самим Рэмбо, могла его слышать, воспринимать и имела возможность произнести заветное «прощаю».

Через долгий год после после смерти Рэмбо Верлен ощутил это впервые.

Его лёгкие словно изнутри резала неведомая сила. Боль заставляла его скручиваться на полу, лишь усилием воли и гордости сдерживая болезненный вой.

А потом оно начало становиться сильнее. Оно росло внутри, набиралось сил, жрало его плоть и пило жизненные соки.

Верлену было нестерпимо больно.

Когда его перчатки окрасились кровью, на алые пятна он смотрел так, словно видел грязь – брезгливо, с желанием отрезать кисти собственных рук и избавиться от вони. От вони собственной слабости. Пока оно набирало силы, паразитируя на нём, Верлен всё больше и больше начинал походить на иссохший труп.

Последнее его воспоминание – цветы на грязном полу. Ярко-красные, как пространство способности его дорогого друга.

Трудно любить того, кто давно зарыт в земле, но ещё труднее осознавать, что ты уйдёшь за ним следом.

🌟 теги: #bsd, #зарисовки, #поль_верлен, #артюр_рэмбо, #веррембы.