нужна какая-нибудь лайтовая аушка по кашенцовым? 😑

ну, на «нет» и суда нет 🕳️

я, конечно, не фанат мирики, но если ей действительно желали смерти, то это пиздец. 😐

если кто-то шарит в теме по больше, напишите, пж, в коммах, что вообще было, просвятите старуху 😢

барабанная дробь..... не знаю, ждал ли кто эту ау, но я очень соскучилась. жаль, что идей не так много на неё ☹️ буду рада выслушать ваши, если есть!!
вернулись к тому, с чего начинали, в общем. ✨

au by: коюша.

᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆

— Илья, прекращай вести себя как ребёнок.

Звучит довольно грубо. Наверное, зря он такое сказал.

В пустой и тёмной кухне после этих слов царит тишина. Света в последнее время мало, а маленькая люстра, лампочка которой совсем-совсем скоро перегорит, уже не спасает. Даже наоборот, она нагоняет какую-то тревожность тем, что постоянно мигает и не даёт сосредоточиться или расслабиться. Илья отводит взгляд куда-то вдаль: подальше от Дани, который стоит очень близко, держа что-то в руках; подальше от этой мерцающей лампы. Хочется просто поскорее закончить всё это. И, может, умерев, наконец-то обрести покой…

— Илья, я серьёзно, — снова слышится откуда-то сверху. Кашин кладёт тяжелую руку на плечо парня. — Если ты сейчас не поешь, то откинешься скоро. Давай, — последнее слово произносится уже с каким-то разражением. Даня устал — оно и понятно. Он хочет спасти всех. Но ведь нельзя спасти тех, кто этого самого спасения не хочет, верно? Младший только угукает, и командир отряда, тяжело вздохнув, сам берёт ложку со стола, черпает немного супа из тарелки и подносит ложку к губам Корякова. — Давай, за…

Даня одёргивает себя. Нет. Нельзя.

Хочется сказать «За Ксюшу».

Это только усугубит ситуацию. У него впервые после всей той историей с Кобан получилось заставить Илью поесть (ну, по крайней мере привести его на кухню, потому что с «поесть» пока есть явные проблемы). Даня знает, что Илье тяжело. Но это не отменяет того факта, что есть теперь для него не обязательная потребность.

— За… — продолжает Даня, — за меня хотя бы.

Илья поправляет бантик на волосах, а Даня — повязку на глазу. Оба почти одновременно вздыхают. Младший наконец-то открывает рот, принимая ложку с супом. Кашин кормит его с ложечки, как ребёнка, но сейчас на это как-то плевать, честно говоря. Хочется не потерять хотя бы его. Уберечь, спасти, помочь.

Коряков съедает почти весь суп, а потом морщится.

— Рана не болит? — вдруг спрашивает командир, опустив взгляд на бедро Ильи.

— Болит, — шепчет он в ответ. И Даня рад: Илья ответил ему впервые за этот период. Ответил словами, а не простым покачиванием головы или элементарными звуками по типу «угу».

— Пойдём перебинтуем.

᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆᠆

#вирусAU #зарисовка