***
тушите свет, товарищ лейтенант,
какую подо льдом вдову хороним,
о danke schön, крылатый музыкант,
за музыку, похоже что Бетховен
жжёт талый лёд и чьи-то ордена,
пока обозы мчатся к Ленинграду,
и детям шлёт из неба gute nacht,
ах если б gute nacht, но то снаряды
и километры ладожской зимы.
катись, катись, полуторка, по снегу.
стоят бойцы и в водку влюблены.
а как ещё, когда морозит тело?
и девочка выводит в дневнике:
все умерли, осталась одна Таня.
варёные ремни на языке
ползут по горлу вместе с русской бранью.
постой, шофёр, ведь Ржевка далеко,
здесь лёд один, кончина и шрапнели.
кто думал, думал: будет так легко,
но третий год глотает землю с клеем.
не плачь, Россия, жизнь недалека,
нам будет что с тобою подытожить.
ну а пока блестит у кадыка
немецкий шмайссер или финский ножик.
пообещай себе, что яблони в садах
с берёзами распустятся к апрелю,
и всяк мальчишка детство в кирзаках
не прогуляет с раной огнестрельной.
пообещай себе, что к ласковому маю
мы станем говорить лишь о весне.
мы будем петь: эх Ладога родная
Дорогой Жизни названа, и смерть
не явится под тихий метроном,
под отзвук пуль, обстрелов, детских криков
все имена укроет рыжий клён
на постаментах подвигов великих.
Константин Ополченов
#поэзия@litizdat
тушите свет, товарищ лейтенант,
какую подо льдом вдову хороним,
о danke schön, крылатый музыкант,
за музыку, похоже что Бетховен
жжёт талый лёд и чьи-то ордена,
пока обозы мчатся к Ленинграду,
и детям шлёт из неба gute nacht,
ах если б gute nacht, но то снаряды
и километры ладожской зимы.
катись, катись, полуторка, по снегу.
стоят бойцы и в водку влюблены.
а как ещё, когда морозит тело?
и девочка выводит в дневнике:
все умерли, осталась одна Таня.
варёные ремни на языке
ползут по горлу вместе с русской бранью.
постой, шофёр, ведь Ржевка далеко,
здесь лёд один, кончина и шрапнели.
кто думал, думал: будет так легко,
но третий год глотает землю с клеем.
не плачь, Россия, жизнь недалека,
нам будет что с тобою подытожить.
ну а пока блестит у кадыка
немецкий шмайссер или финский ножик.
пообещай себе, что яблони в садах
с берёзами распустятся к апрелю,
и всяк мальчишка детство в кирзаках
не прогуляет с раной огнестрельной.
пообещай себе, что к ласковому маю
мы станем говорить лишь о весне.
мы будем петь: эх Ладога родная
Дорогой Жизни названа, и смерть
не явится под тихий метроном,
под отзвук пуль, обстрелов, детских криков
все имена укроет рыжий клён
на постаментах подвигов великих.
Константин Ополченов
#поэзия@litizdat
❤42
***
Я родился и вырос в местах, где жарища бывает такая,
что умеренным летом, как правило, куры несутся вкрутую, —
там и снег до самого мая способен лежать и не таять,
там и ветер — что в бурю, что в штиль — легче лёгкого гнёт, как наивный ивняк, арматуру;
я родился и вырос, и вот — я приучен к контрастам,
я привычен к припадкам, и каждый из них эклектический:
по обычаям древности в трауре вижу нередко свой повод для праздника,
и — под деревьями — собственный способ, как корни в любом уравнении заблаговременно вычеркнуть;
я родился и вырос, но что-то осталось, как раньше, таким же:
по дорогам из дыр, как грибы, поднимаются к небу неровные шляпки асфальта,
и как прежде над ними парящее солнце не знает, что делать в финале: выжечь ли, выжать ли, выжить
ли, — и оттого ежедневно с востока на запад нам исполняет на бис своё сальто-мортале.
Евгений Морковин
#поэзия@litizdat
Я родился и вырос в местах, где жарища бывает такая,
что умеренным летом, как правило, куры несутся вкрутую, —
там и снег до самого мая способен лежать и не таять,
там и ветер — что в бурю, что в штиль — легче лёгкого гнёт, как наивный ивняк, арматуру;
я родился и вырос, и вот — я приучен к контрастам,
я привычен к припадкам, и каждый из них эклектический:
по обычаям древности в трауре вижу нередко свой повод для праздника,
и — под деревьями — собственный способ, как корни в любом уравнении заблаговременно вычеркнуть;
я родился и вырос, но что-то осталось, как раньше, таким же:
по дорогам из дыр, как грибы, поднимаются к небу неровные шляпки асфальта,
и как прежде над ними парящее солнце не знает, что делать в финале: выжечь ли, выжать ли, выжить
ли, — и оттого ежедневно с востока на запад нам исполняет на бис своё сальто-мортале.
Евгений Морковин
#поэзия@litizdat
❤32
***
В картину сгодятся любые краски:
пожары адские, кущи райские.
Художник рисует, и оживает демон.
Опасный человек заигрывает с опасной темой.
Работа кипит, и улыбка под кистью
всё больше похожа на хитрую лисью.
Чудовищ рисуют, чтобы заклясть,
в итоге к ним попадают в пасть.
Грызут их в отместку, прям до кости,
но чудовищам любое внимание льстит.
Виновата любовь, её губы сжатые в свист —
это время летит, пока мазохист и садист
в надежде на свой гармоничный союз
тратят себя и пытаются выйти в плюс.
Бегут от тоски, от неискренней позы ханжей,
поделивших мораль на паи,
бегут, потому что любовь — это розыск человека
с комплексами, похожими на твои.
Отсюда повадки, лицо, овал —
глядя на нас, не поймёшь, кто кого рисовал.
А время уходит. А с ним и любовный трепет.
Сначала художник творит, потом терпит.
Пытается выйти в финал, за финал отвечать ему:
хэппи энд щадящий или гибель всему.
Вот чудовище побеждает, вот валяется — кол в груди.
Это авторский произвол, а раз так, добро победит.
До времени спрячется на листе холста,
за забором букв или в песенке про Христа.
Этого добра столько, что с планеты не извести,
чудище век разменяет, и прощай-прости,
дорогой, куда тебе против книг?
Их миллион с копейками, да столько не надо их.
За тысячелетия горькие, с хождениями по дну,
всё сатанинское войско не могло одолеть одну.
Сергей Раракин
#поэзия@litizdat
В картину сгодятся любые краски:
пожары адские, кущи райские.
Художник рисует, и оживает демон.
Опасный человек заигрывает с опасной темой.
Работа кипит, и улыбка под кистью
всё больше похожа на хитрую лисью.
Чудовищ рисуют, чтобы заклясть,
в итоге к ним попадают в пасть.
Грызут их в отместку, прям до кости,
но чудовищам любое внимание льстит.
Виновата любовь, её губы сжатые в свист —
это время летит, пока мазохист и садист
в надежде на свой гармоничный союз
тратят себя и пытаются выйти в плюс.
Бегут от тоски, от неискренней позы ханжей,
поделивших мораль на паи,
бегут, потому что любовь — это розыск человека
с комплексами, похожими на твои.
Отсюда повадки, лицо, овал —
глядя на нас, не поймёшь, кто кого рисовал.
А время уходит. А с ним и любовный трепет.
Сначала художник творит, потом терпит.
Пытается выйти в финал, за финал отвечать ему:
хэппи энд щадящий или гибель всему.
Вот чудовище побеждает, вот валяется — кол в груди.
Это авторский произвол, а раз так, добро победит.
До времени спрячется на листе холста,
за забором букв или в песенке про Христа.
Этого добра столько, что с планеты не извести,
чудище век разменяет, и прощай-прости,
дорогой, куда тебе против книг?
Их миллион с копейками, да столько не надо их.
За тысячелетия горькие, с хождениями по дну,
всё сатанинское войско не могло одолеть одну.
Сергей Раракин
#поэзия@litizdat
❤20🕊7
«Ответом на крик»
И вольницы не прошу,
И в душу мою не лезь.
Что выглядело, как спесь,
За пазухой не ношу,
Давно не считаю дни,
Давно уже в перебой
Не пляшет по мне конвой
Подкованною ногой.
И длительный перемиг,
И «будешь курить, держи».
И «буду» и «отпусти,
До вечера я вернусь».
И ночью в казармы свет
Луны — на мою постель,
И трогать меня не смей,
Когда среди спящих тел
Сижу, подперев спиной,
Пейзажи, что за стеной,
Недвижно висят в тиши,
И строгостью панорам
К лицу приходятся мне,
И душному сну казарм.
И нечего утаить,
И письма мои не тронь,
Где вышита тонко нить,
Белёсых моих стихов.
И сделаю, прикажи —
И с криками не пойду:
За криком — я на посту
С ружьём в полутьму врасту —
Я не выхожу на свет,
Когда на меня кричат:
Я прежде всего — поэт,
А там уж, пускай, солдат.
Евгения Евшенко
#поэзия@litizdat
И вольницы не прошу,
И в душу мою не лезь.
Что выглядело, как спесь,
За пазухой не ношу,
Давно не считаю дни,
Давно уже в перебой
Не пляшет по мне конвой
Подкованною ногой.
И длительный перемиг,
И «будешь курить, держи».
И «буду» и «отпусти,
До вечера я вернусь».
И ночью в казармы свет
Луны — на мою постель,
И трогать меня не смей,
Когда среди спящих тел
Сижу, подперев спиной,
Пейзажи, что за стеной,
Недвижно висят в тиши,
И строгостью панорам
К лицу приходятся мне,
И душному сну казарм.
И нечего утаить,
И письма мои не тронь,
Где вышита тонко нить,
Белёсых моих стихов.
И сделаю, прикажи —
И с криками не пойду:
За криком — я на посту
С ружьём в полутьму врасту —
Я не выхожу на свет,
Когда на меня кричат:
Я прежде всего — поэт,
А там уж, пускай, солдат.
Евгения Евшенко
#поэзия@litizdat
❤39
***
Перевал, перевязка, небо,
Выцветшая страна.
Как больно, как больно видеть:
В ущелье ведут слона.
Африканская степь изнылась,
И, болея, трещит земля —
Мне б лежать и смотреть на Солнце —
А зачем-то идти велят.
Пересушен ручей, и змеи,
Как вода, на броне шипят.
Как прекрасно, когда ты помнишь,
Что ты тоже — господень гад.
Как сверкает вдали саванна —
Первый раз в этот год дожди.
Как охота дышать озоном —
А зачем-то велят идти.
А болота густеют жизнью,
Только жалко — из них не пить.
Колея на глазах иссохлась,
Как дороге себя б ни вить.
И валяется ствол древесный —
Точно так же и мне лежать.
Больно видеть, как слон покорно
Шествует умирать.
Алексей Красов
#поэзия@litizdat
Перевал, перевязка, небо,
Выцветшая страна.
Как больно, как больно видеть:
В ущелье ведут слона.
Африканская степь изнылась,
И, болея, трещит земля —
Мне б лежать и смотреть на Солнце —
А зачем-то идти велят.
Пересушен ручей, и змеи,
Как вода, на броне шипят.
Как прекрасно, когда ты помнишь,
Что ты тоже — господень гад.
Как сверкает вдали саванна —
Первый раз в этот год дожди.
Как охота дышать озоном —
А зачем-то велят идти.
А болота густеют жизнью,
Только жалко — из них не пить.
Колея на глазах иссохлась,
Как дороге себя б ни вить.
И валяется ствол древесный —
Точно так же и мне лежать.
Больно видеть, как слон покорно
Шествует умирать.
Алексей Красов
#поэзия@litizdat
❤23
***
мне снятся одноклассницы мои
зачем вы снитесь? химию напомнить?
какая разница, я вырос очень тёмным
и глупым в общем вырос, злым,
от ваших детских лиц мне очень больно,
пусть даже вы — чистейший мармелад.
я покидаю тело, подымаюсь над,
но говорю: простите, что вас помню.
мне снятся одноклассники мои.
простите, пацаны, я вырос плаксой.
нам невозможно было не расстаться,
теперь я часто вспоминаю пустыри,
где пили чистый розовый агдам,
где были с вами, то есть, просто были.
поверьте мне, я многое отдам,
чтоб мы еще раз где-то так распили.
мне снятся курицы, окорочки,
гнилой клубники цвета на базаре.
и заклинания меня, змеюку, звали,
и расширялись круглые зрачки,
когда я видел море, но из мяса,
и жир стекал с лица у продавцов.
я, маленький, баранины боялся
и прятался за курящим отцом.
потом я покупал детали для
велосипеда или грузила с крючками,
тут было всё: джинса, самса, земля,
тут было небо без и с облаками.
у памяти б купил большой базар
и там гулял бы от хандры и прочей ломки,
но только я открыл глаза, как я в трусах
натягиваю джинсы, стоя на картонке.
мне снится дача, и на даче дед.
оттуда долго ехали домой.
и плачу я, и плачет весь конвой,
когда я вспоминаю — деда нет.
но вот во сне он тихо меня гладит,
потом ругает так же тихо, но любя,
потом не громче у себя кровати,
он снова ничего. подкинь угля,
внучок, замёрз совсем я, слышишь?
и я бегу к сараю за углём,
и прибегаю я, и ветром сносит крышу,
и понимаю я —
мы с дедушкой проснёмся и умрём.
и я вернусь домой уже один,
тут ничего не изменилось в смысле комнат.
тут пустота чудовищно огромна,
и съест меня, как солнце, крокодил.
будильник мерзкий, время пробуждения.
но он пока молчит, пройду на кухню,
отца увижу, словно приведение,
и всё вокруг пожухнет и потухнет.
и он меня прижмёт к себе, возьмет ремень,
и я услышу: каплют его слёзы.
и мы возьмёмся выть или реветь,
и он возьмётся бить, а я возьмётся ёрзать.
и встану я, тяжёл, как саркофаг,
возможно к часу в одеяло спрячусь.
не просыпаюсь от того, что плачу,
но просыпаюсь от того, что мне пора
проститься с прошлым, встать и что-то снова
бубнить под нос себе — одно-два слова,
какие-то места и имена,
какое-то, что важно для меня,
под шёпот кофе пепел сигарет
мне намекает: выкинуть пора
воспоминаний где-то полкило.
но чаще мне не снится ничего.
и чаще ничего на свете нет.
я чаще растворяюсь до утра.
Виктор Кондаков
#поэзия@litizdat
мне снятся одноклассницы мои
зачем вы снитесь? химию напомнить?
какая разница, я вырос очень тёмным
и глупым в общем вырос, злым,
от ваших детских лиц мне очень больно,
пусть даже вы — чистейший мармелад.
я покидаю тело, подымаюсь над,
но говорю: простите, что вас помню.
мне снятся одноклассники мои.
простите, пацаны, я вырос плаксой.
нам невозможно было не расстаться,
теперь я часто вспоминаю пустыри,
где пили чистый розовый агдам,
где были с вами, то есть, просто были.
поверьте мне, я многое отдам,
чтоб мы еще раз где-то так распили.
мне снятся курицы, окорочки,
гнилой клубники цвета на базаре.
и заклинания меня, змеюку, звали,
и расширялись круглые зрачки,
когда я видел море, но из мяса,
и жир стекал с лица у продавцов.
я, маленький, баранины боялся
и прятался за курящим отцом.
потом я покупал детали для
велосипеда или грузила с крючками,
тут было всё: джинса, самса, земля,
тут было небо без и с облаками.
у памяти б купил большой базар
и там гулял бы от хандры и прочей ломки,
но только я открыл глаза, как я в трусах
натягиваю джинсы, стоя на картонке.
мне снится дача, и на даче дед.
оттуда долго ехали домой.
и плачу я, и плачет весь конвой,
когда я вспоминаю — деда нет.
но вот во сне он тихо меня гладит,
потом ругает так же тихо, но любя,
потом не громче у себя кровати,
он снова ничего. подкинь угля,
внучок, замёрз совсем я, слышишь?
и я бегу к сараю за углём,
и прибегаю я, и ветром сносит крышу,
и понимаю я —
мы с дедушкой проснёмся и умрём.
и я вернусь домой уже один,
тут ничего не изменилось в смысле комнат.
тут пустота чудовищно огромна,
и съест меня, как солнце, крокодил.
будильник мерзкий, время пробуждения.
но он пока молчит, пройду на кухню,
отца увижу, словно приведение,
и всё вокруг пожухнет и потухнет.
и он меня прижмёт к себе, возьмет ремень,
и я услышу: каплют его слёзы.
и мы возьмёмся выть или реветь,
и он возьмётся бить, а я возьмётся ёрзать.
и встану я, тяжёл, как саркофаг,
возможно к часу в одеяло спрячусь.
не просыпаюсь от того, что плачу,
но просыпаюсь от того, что мне пора
проститься с прошлым, встать и что-то снова
бубнить под нос себе — одно-два слова,
какие-то места и имена,
какое-то, что важно для меня,
под шёпот кофе пепел сигарет
мне намекает: выкинуть пора
воспоминаний где-то полкило.
но чаще мне не снится ничего.
и чаще ничего на свете нет.
я чаще растворяюсь до утра.
Виктор Кондаков
#поэзия@litizdat
❤31
Мы, как настоящие москвичи, не особо любим Санкт-Петербург, но Виктора Кронова — обожаем. Авторская неделя яркого петербургского поэта со второго по седьмое мая.
#авторы@litizdat
#авторы@litizdat
❤37
***
мои руки, моя голова,
этот лязг поездов, мостовая.
всё срастается вместе: Нева
и разбитые фары трамвая.
то ли сон, то ли вправду кипят
небеса без границы и края.
всё зациклено: мой Ленинград,
этот лязг поездов, мостовая.
Виктор Кронов
#поэзия@litizdat
мои руки, моя голова,
этот лязг поездов, мостовая.
всё срастается вместе: Нева
и разбитые фары трамвая.
то ли сон, то ли вправду кипят
небеса без границы и края.
всё зациклено: мой Ленинград,
этот лязг поездов, мостовая.
Виктор Кронов
#поэзия@litizdat
❤29🕊15
***
мне снится морок, столп огня,
земля волнительных созвучий.
река сбегает от меня,
плывут расплавленные тучи.
мне снится роща, зеркала,
толпа снующих силуэтов.
повсюду пепельная мгла
и пелена дурной приметы.
мне снится церковь, купола,
ветвей нагая паутина.
на небе сколы хрусталя,
и ночь особенна, пустынна.
Виктор Кронов
#поэзия@litizdat
мне снится морок, столп огня,
земля волнительных созвучий.
река сбегает от меня,
плывут расплавленные тучи.
мне снится роща, зеркала,
толпа снующих силуэтов.
повсюду пепельная мгла
и пелена дурной приметы.
мне снится церковь, купола,
ветвей нагая паутина.
на небе сколы хрусталя,
и ночь особенна, пустынна.
Виктор Кронов
#поэзия@litizdat
❤32
***
моя бессонница цветёт,
и множатся на небе звёзды.
звонить кому-то уже поздно,
навряд ли кто-нибудь возьмёт.
но если кто-нибудь возьмёт,
я не смогу назвать причину
такого позднего звонка.
все фразы — противоречивы;
и обрывается строка.
Виктор Кронов
#поэзия@litizdat
моя бессонница цветёт,
и множатся на небе звёзды.
звонить кому-то уже поздно,
навряд ли кто-нибудь возьмёт.
но если кто-нибудь возьмёт,
я не смогу назвать причину
такого позднего звонка.
все фразы — противоречивы;
и обрывается строка.
Виктор Кронов
#поэзия@litizdat
❤38
***
лазурное стекло, за ним движение
знакомых рук. посуда. шум воды.
стакан сирени. яблони бледны —
не более чем сон. но, тем не менее,
я вспоминаю эти сны.
фарфоровые львы, вокруг молчание
стеклянных глаз. вечерние огни.
немой бульвар. вселенная, моргни
фонарной рябью, тем окном. я ранее
не замечал, что мы одни.
Виктор Кронов
#поэзия@litizdat
лазурное стекло, за ним движение
знакомых рук. посуда. шум воды.
стакан сирени. яблони бледны —
не более чем сон. но, тем не менее,
я вспоминаю эти сны.
фарфоровые львы, вокруг молчание
стеклянных глаз. вечерние огни.
немой бульвар. вселенная, моргни
фонарной рябью, тем окном. я ранее
не замечал, что мы одни.
Виктор Кронов
#поэзия@litizdat
❤37
***
ты вышла из парадной. вечер
дрожит от холода. январь,
тебе казалось, бесконечен
в гортани улиц… укрывай
свои фарфоровые руки
от плети вьюги. видишь, снег
изрезал стёкла. даже звуки
исчезли в стуже. только свет
течёт из окон. иней вышил
слова прощания. мосты
окоченели. стынут крыши.
зима молчит. молчи и ты.
Виктор Кронов
#поэзия@litizdat
ты вышла из парадной. вечер
дрожит от холода. январь,
тебе казалось, бесконечен
в гортани улиц… укрывай
свои фарфоровые руки
от плети вьюги. видишь, снег
изрезал стёкла. даже звуки
исчезли в стуже. только свет
течёт из окон. иней вышил
слова прощания. мосты
окоченели. стынут крыши.
зима молчит. молчи и ты.
Виктор Кронов
#поэзия@litizdat
❤27
***
глаза черны.
за тканью вата.
лоскут луны,
следы помады.
табачный дым.
сегодня праздник.
ты стал иным.
неправда разве?
бокал вина,
посуда, скатерть.
разрез окна.
помято платье.
язык свечи.
скажи иначе.
но Он молчит,
и кукла плачет.
Виктор Кронов
#поэзия@litizdat
глаза черны.
за тканью вата.
лоскут луны,
следы помады.
табачный дым.
сегодня праздник.
ты стал иным.
неправда разве?
бокал вина,
посуда, скатерть.
разрез окна.
помято платье.
язык свечи.
скажи иначе.
но Он молчит,
и кукла плачет.
Виктор Кронов
#поэзия@litizdat
🕊24❤19
***
Весна застаёт меня полуживой.
Когда она входит, ты дышишь в ладони
И чертишь мне что-то над головой.
Она начинает с тебя. И бездонны
Лари у неё — на любого найдётся
Предмет исцеления. Длинной иконой
Лежу, терпеливая, бледная, сонная.
Весна отдаёт тебе слабое солнце,
Возможно, ты даже целуешь ей руки.
Я слышу, как кто-то смеётся.
Слова превращаются в странные руны,
И весят как древние тёмные камни —
Бессильная выписать разумом хрупким
Весны приходящей чугунные знаки —
Я жду, чуть ворочая голову на бок,
Чтоб лучше увидеть за мутной слезою,
Как эта весна, сводом тысячи арок
Небесных — владеет тобою.
Евгения Евшенко
#поэзия@litizdat
Весна застаёт меня полуживой.
Когда она входит, ты дышишь в ладони
И чертишь мне что-то над головой.
Она начинает с тебя. И бездонны
Лари у неё — на любого найдётся
Предмет исцеления. Длинной иконой
Лежу, терпеливая, бледная, сонная.
Весна отдаёт тебе слабое солнце,
Возможно, ты даже целуешь ей руки.
Я слышу, как кто-то смеётся.
Слова превращаются в странные руны,
И весят как древние тёмные камни —
Бессильная выписать разумом хрупким
Весны приходящей чугунные знаки —
Я жду, чуть ворочая голову на бок,
Чтоб лучше увидеть за мутной слезою,
Как эта весна, сводом тысячи арок
Небесных — владеет тобою.
Евгения Евшенко
#поэзия@litizdat
❤27🕊10
***
Я в горшке прорастаю окурком,
Во мне сил — дойти до Китая,
И может быть, даже обратно —
Я уж того не знаю,
А в садах на распахнутых улицах
Вызревают мои ростки:
Специи, пряники, устрицы,
Пледные закутки
Красивые, может, женщины
Меня обступают там
И я сам будто уменьшенный
В таком половодье дам
И я задымляюсь тихо
К тому же ещё цвету
И кто-то меня затянет —
И буду трещать во рту
Матвей Чехов
#поэзия@litizdat
Я в горшке прорастаю окурком,
Во мне сил — дойти до Китая,
И может быть, даже обратно —
Я уж того не знаю,
А в садах на распахнутых улицах
Вызревают мои ростки:
Специи, пряники, устрицы,
Пледные закутки
Красивые, может, женщины
Меня обступают там
И я сам будто уменьшенный
В таком половодье дам
И я задымляюсь тихо
К тому же ещё цвету
И кто-то меня затянет —
И буду трещать во рту
Матвей Чехов
#поэзия@litizdat
🕊23❤11
***
не прошу, не пишу,
не жгу по углам строки,
в забытьи всякий раз, пока неба край светел,
заплетаю в тугие я косы ручьи и осоки,
мне ночная неясыть
неспящий радетель,
страх пеняет и жжёт, негде мне схорониться,
ковыльём неземным полыхает позёмка,
ты едва заискришь, горизонт, расписною зарницей,
как я крылья вразмёт, и лечу за тобою вдогонку,
жасмин запорошит, прочертит крылом стриж,
грозой дождь вздохнёт и умрет где-то,
восточный туман взъерошит камыш,
ты не спишь,
вот и ночь на излёте,
последняя капля лета.
Леон Л.
#поэзия@litizdat
не прошу, не пишу,
не жгу по углам строки,
в забытьи всякий раз, пока неба край светел,
заплетаю в тугие я косы ручьи и осоки,
мне ночная неясыть
неспящий радетель,
страх пеняет и жжёт, негде мне схорониться,
ковыльём неземным полыхает позёмка,
ты едва заискришь, горизонт, расписною зарницей,
как я крылья вразмёт, и лечу за тобою вдогонку,
жасмин запорошит, прочертит крылом стриж,
грозой дождь вздохнёт и умрет где-то,
восточный туман взъерошит камыш,
ты не спишь,
вот и ночь на излёте,
последняя капля лета.
Леон Л.
#поэзия@litizdat
🕊13
***
широка река,
лоно полное.
ты убей меня,
воля вольная.
на траве птенцы –
ширь и полосы.
ты убей меня
грубым голосом.
синь полночная,
лай собачий.
ты убей меня,
явь внебрачная.
лихо гулкое,
стук орешника.
ты убей меня,
хворь прилежная.
мзда червонная,
мысли тëмные.
ты убей меня,
невесомая.
взгляд карающий,
плечи ровные.
ты убей меня,
доля скромная.
Саша Четвёрка
#поэзия@litizdat
широка река,
лоно полное.
ты убей меня,
воля вольная.
на траве птенцы –
ширь и полосы.
ты убей меня
грубым голосом.
синь полночная,
лай собачий.
ты убей меня,
явь внебрачная.
лихо гулкое,
стук орешника.
ты убей меня,
хворь прилежная.
мзда червонная,
мысли тëмные.
ты убей меня,
невесомая.
взгляд карающий,
плечи ровные.
ты убей меня,
доля скромная.
Саша Четвёрка
#поэзия@litizdat
❤33