«***»

***** ********, *** ***** **** ** *****
** ** ****** ******, ****** ****** **** ** *****, *
*** ** ** *** * ***** ************ *****
** ***** ** *****, ** *********** *** * *****.

**** *******,
*** *** *******,
****** **** ****
**** *******,
** ***** *****
* ***** *********.

**** **** ****, ** ********** ** ******
***** ** *****, ***** ****** *** *****
** ******, * *** **** **** ***.

Матвей Чехов
#поэзия@litizdat

Ты бы мог увидеть здесь текст Е****** Е******, но по требованию Р************ мы убрали его из открытого доступа.

На одной из полок бесконечного количества стеллажей в невообразимо длинном ********, расположенном в огромном трёхэтажном подвале (прямиком под рюмочной «*****»), который когда-то, в годы холодной *****, служил *************, среди запылённых плёночных катушек с пометками «*******» и «*****», сборников «*******», кучи иллюстраций (завершённых и, что называется, «в процессе») и прочей ********* (которая, конечно же, имеет огромную ценность, а потому и запрятана в самом секретном месте ******, о котором знают только главный и художественный редакторы «*****») нами было обнаружено старое ГДР-овское [мы хотели *********** и ГДР, но подумали, что ты ничего не поймёшь, — прим. гл. ред.] звукозаписывающее устройство, и рядом с ним — аудиокассету, датированную десятым мая две тысячи двадцать четвёртого года с криво написанными на ней словами «чтения на квартире ******* ***********» и ещё более криво нарисованными пышными витыми усами (которые, по всей видимости, и принадлежали когда-то ******* ***********, — тому самому, но не другому).

Тщательно проверив запись на предмет ******* и обработав её (чтобы ни у кого не возникло к нам никаких вопросов), мы решили поделиться ей (а точнее, версией, одобренной редакцией «*****») с тобой. Слушай.

#авторы@litizdat #мероприятия@litizdat

Что это была за *****?

***
Мне нравится,
Когда всё оправдывается,
Когда гранатой объясняется
Смысл таких вещей,
Которых и знать не хотелось.
Хотелось жить засветло —
А не успелось.

И опять громыхает Восток,
Придавленный Закатом,
На маленьком нашем шаре.
Это — мой первый верлибр,
И сразу — такой кошмарный,
Такой пропитанный морем,
Едким ракетным топливом,
Пылью, песком и кровью.

И — на моей воловьей —
Не горы потноживотных,
А проще: бетон, осколки,
Надписи на бейсболке,
И смыслы — такие простые,
Предельно ясные смыслы.

Дым стоит коромыслом
Над Ближним Востоком.

А в голове — осколком —
Чернометалльный звон
Двадцать первого века.
И я — калека.

Алексей Красов
#поэзи@litizdat

«Раз, два, три»

стол, стул, окно,
ио, сурт, луна.
я жив с утра —
думал, что давно.

чай, суп, компот,
тигр, нил, ефрат.
сотни лет трат —
сто лет работ.

тёрка, нож, клык,
тит, эдип, кир.
тянется мир —
мнётся язык.

Михаил Басков
#поэзия@litizdat

***
классический сюжет
ты выйдешь из избы
обманутая ночь
на пьяницу похожа
укутанный в шинель
вдруг заподозришь нож
то в спину то ли в бок
хотя одно и тоже
всё смерть да что тянуть
умрёшь средь хилых звёзд
вальнешься утюгом
на наледи январской
уже предрешено
как грязь под сапогом
и снег припорошит
как будто по-гусарски
прощаются с тобой
в терновнике щеглы
собаки вдалеке
и ели голубые
но спрячь от пустырей
в карманах галюны
на месяц не смотри
окошки в сизом дыме

Константин Ополченов
#поэзия@litizdat

***
серебро с креста зачернилось и смялось
нет сна чтоб найти сон
вялость
нет сна чтобы снять стон
нет правды во имя которой он
и смеялись глаза его ввысь
кровью моей твои трубы забились
и ноздри едва ли пакет потягивали
рампа истерта и призрачна
горькие дали тебя обтягивали
что мне кричать заорать пристанывать
буквы не вяжутся с голым опытом
годы потрачены на беспамятство
кролик упитанный был завален
я стану сильней и честней
любого из выбранных в этой комнате
дайте мне только в кулачок понаяривать
да утопите в льняном болоте
белые воды прибьются намертво
и берегов истончатся нити
если мне хочется спать в завалинке
если в картоне пыли и саже
иконки
пустые окна семейного фотоальбома
я так буду счастлив?
ты мне не скажешь
в рваных трусах и измятом кителе
я загорюсь за рекой в обители
самых белесых на свете глаз
неупомрачительно синих губ
дико бурлит и гниет заквас
я захлебнусь в волосах родителей
мне ли не кланяться рыжим крестам
мне ли без слез поминать ушедших
мне ли всерьез поминать имена
которые хуже
которые хуже
примите меня
я прошу
примите
оля зина леша все вы
оля ли?
я не помню
я помню
приехала родственница к вам
несравненно более близкая во всех отношениях
нежели
и ваше лицо кровоточило всевозможными прорезями
которые раньше вам были нужны
чтоб смотреть на сашу и вторую, дочку
чтоб дышать смрадной пряностью дикого севера
чтоб выпивать выпивать выпивать
выпивать выпивать выпивать выпивать
вы умерли сразу практически
и знаете
а почему на вы? если технически
ты моя племянница
это я помню точно
оля зина леша все вы
оля ли
толку с крови если она молчит
может
проткни меня чем потоньше
и я изойдусь соплями и клеем
я буду ей верен
насколько ебливым сердечком моим возможно
а родственники пусть упокоятся горьким временем
и их имена мной не беспокоены
каково дерево
так и кресты
каждый каждому равен
так что же.

Вадим Каффаров
#поэзия@litizdat

***
Вчера я поскользнулся на осенних листьях;
упал, очнулся, — вокруг уже весна.
И то ли время пролетает слишком быстро,
То ли его украла зимняя Москва.

Сеня А.
#поэзия@litizdat

***
избушка-избушка, эй, курносая, ну,
повернись ко мне лесом да к заду передом,
и хоть душу подушками задуши,
но истерикой не трави:
как кому, а вот нам точно странно
потери мерить, что-де та вон громада
в сто ярусов стоеросовых, а эти детали,
о которых пора бы давно позабыть
и не разбалтывать
никогда никому;

избушка-избушка, эй, волоокая, ну,
повернись ко мне лесом, да к заду передом,
не ходи без дела ты около и вокруг,
попусту окнами не мерцай:
как кому, а вот нам точно рано
на дальний берег, чтоб слушать гром ада,
глядя, как ветер растреплет волну
и ничтожные взмельтешат комары,
насмерть попадав
в густом дыму;

избушка-избушка, эй, прелестница, ну,
повернись ко мне лесом да к заду передом,
сядь на колени и не неси околесицу
с сороками и синицами наравне:
как кому, а вот нам точно надо
стать чуть добрей и не пытаться угадывать,
кто прячет камни под шёлком и ситцем, —
от них тебе не сидится, — и, уж прости, но
самим их не прятать
от друга друг;

избушка-избушка, эй, ну чего ты, ну,
повернись ко мне лесом да к заду передом,
и дверью не хлопай по бесчисленным пустякам,
а то и вовсе без повода, просто так:
как кому, а вот нам точно надо
подобрать аккурат-в-аккурат и тютелька-в-тютельку
в этот наш зиккурат занавески, и шторки, и
тюльки, чтоб было, кого повесить, чтоб было,
кому за нас разорваться
по лоскутам;

избушка-избушка, эй, моя ласка, ну,
повернись ко мне лесом да к заду передом,
не крути барабан, зажав наготове патрон
в свой пламенный до беспамятства взгляд:
как кому, а вот нам точно надо
с недоверием в сказки — да к лучшему будущему,
где рулоны обоев встречают с пустующей улицы
светом в окошке; отпертой дверью, улыбкой к улыбке
ко мне повернись, хватит обоим нам
к заду лесом гулять.

Евгений Морковин
#поэз@litizdat

«Литр» не занимается публикацией литературы по пятницам. По пятницам у «Литра» — литр.