Хотелось бы добавить свой комментарий к этому посту.

За годы наблюдения за рынком серверов Lineage 2 мы видели десятки проектов, которые использовали разные подходы к запуску и развитию: от полностью «живых» сообществ до серверов, где половина топ-кланов приходила по контракту.

Важно понимать: сама по себе практика оплаты кланов не является чем-то уникальным для индустрии. В той или иной форме она существует уже много лет и используется как инструмент для создания стартовой активности: осад, массовых PvP и информационного шума вокруг проекта.

Но есть нюанс, который часто становится критическим.

Когда значительная часть активности на сервере держится исключительно на оплаченных игроках, баланс между «живым комьюнити» и «контентом по контракту» начинает смещаться. И обычный игрок это чувствует довольно быстро. Если человек понимает, что против него играет не просто сильный соперник, а команда, для которой игра — фактически работа, интерес к серверу может пропасть так же быстро, как и появился.

Мы наблюдали это много раз: сначала громкий старт, большие кланы, массовые PvP, стримы и ролики. А через несколько недель — постепенный спад, когда оплаченные коллективы переходят на следующий проект, а обычные игроки уже не видят смысла оставаться.

При этом есть и обратные примеры — сервера, где ставка делалась именно на органическое сообщество, постепенный рост и честную конкуренцию. Такие проекты часто развиваются медленнее, но зато держатся заметно дольше.

Поэтому универсального ответа здесь нет. Каждый проект выбирает свою модель.

Есть ещё один момент, который со временем становится заметен почти на каждом таком проекте. Сервер как будто делится на две параллельные игры. В одной — гонка оплаченных кланов: осады, договорённости, борьба за статус и медийность. В другой — обычные игроки, небольшие кланы и соло-игроки, которые просто приходят после работы поиграть и отдохнуть. И парадокс в том, что именно эта вторая часть аудитории чаще всего и составляет основу онлайна и экономики сервера. Но при этом она практически не участвует в той самой «большой игре» за доминирование.

И чем сильнее этот разрыв, тем быстрее обычные игроки начинают чувствовать себя не участниками мира, а скорее зрителями или фоном для чужой гонки.

Но как портал, который много лет следит за жизнью серверов Lineage 2, мы можем сказать одно: самыми живыми и долгими всегда оказываются те сервера, где игроки остаются потому что им интересно играть, а не потому что им платят за онлайн.

А что думаете вы?

Глава 2: Теневой Клык

На равнине колесо опрокинутой повозки издавало с трудом захлебывающийся стон. Горные вершины, увенчанные холодными скалами и вечным льдом, вскоре погрузились во тьму, когда солнце скрылось за хребтами. Тьма: растворитель, способный растопить жестокость там, где кровь и слезы ничего не стоят, позволяя алчности поднять свою грязную голову. Даже простые, обыденные удовольствия рождались в этой суровой среде.

Банда головорезов, чье ремесло – драки и убийства, медленно приближалась к повозке, все еще издавая мучительные звуки. Другая банда уже обосновалась на этой территории, но они не радушно принимали людей своей профессии. Тем более, когда те превращались в безжизненные трупы, которые уже не могли ни с кем пожать руку и не могли убивать ради денег. Головорезы, освободившись от бремени своей скучной жизни, казалось, не были заинтересованы в сборе каких-либо реликвий.

Молодой эльф схватил колесо, чтобы остановить его; иначе оно могло бы вращаться вечно. Стоя среди двадцати трупов, он прислушивался к бормотанию своих товарищей-наемников. Они искали некий сундук. Один из них, любивший хвастаться своими знаниями, сказал, что этот сундук — предмет, который барон Левин, бывший лорд Гирана, спрятал перед тем, как потерять замок. Однако ему не удалось привлечь внимание своих товарищей. Их не интересовало содержимое какого-то ящика, застрявшего где-то в грязной яме. Вместо этого они оживленно болтали о женщинах, за которыми будут ухаживать, и о выпивке, которую будут пить по возвращении в деревню.

«Клубничный пирог Натали — лучший в Адене. Знаю, некоторые обвиняют меня в немужественности, когда я схожу с ума от одного только пирога. Ну что ж. Раньше у меня было такое же отношение, пока однажды Натали не испекла для меня пирог! По словам Натали, секрет приготовления вкуснейшего клубничного пирога в том, чтобы… Аааа!»

Огромная стрела, размером с копье, пронзила грудь наемника, обожавшего пироги, обнажив свой зловещий кривой наконечник. Умирающий наемник посмотрел на это так, словно никогда прежде не видел ничего подобного, а затем перевел взгляд на своих товарищей. Он не успел попрощаться с ними. Остальные наемники бросились на противоположную сторону повозки, чтобы подготовиться к следующему залпу неизвестного нападающего.

Наёмники колебались. Они не были настолько глупы, чтобы броситься в лес, не зная, что там скрывается. Однако они не могли просто сидеть у повозки, не обнаружив своего тайного врага. Снова и снова раздавались резкие звуки, похожие на треск шёлковой ткани. Каждый раз какая-то часть повозки разрушалась. Повозка проваливалась, словно сделанная из бумаги. С другой стороны дороги летели стрелы, и наёмники бросились в лес. Хотя днём лес казался достаточно безопасным, с наступлением ночи он превращался в зловещее чудовище. Небольшой корешок, прикреплённый к старому пню, похожий на ведьмину руку, тянущуюся низко к земле, цеплялся за ноги прохожих. Засохшие мёртвые ветви кололи им глаза, а гниющая вода под опавшими листьями забивала обувь. Насекомые, чей покой был нарушен, выражали своё недовольство, яростно нападая на глаза, уши и носы наёмников. Окруженные такими грозными врагами, они ожидали, что таинственный лучник скоро приблизится к ним. Они разделились на группы по три-пять человек и спрятались, ожидая нападения лучника.

Почувствовав, как сжалось сердце, эльф поднял взгляд. В отличие от окружающих его лесов, он выглядел мирным. Небо, пронизанное ветром, возвещало наступление ночи, было одето в тонкую, насыщенно-синюю ткань, усыпанную жемчугом. Вскоре из-за деревьев показалась круглая полная луна. Когда ветер стих, словно возвещая чью-то судьбу, из леса раздался одинокий звериный вой.

Птицы в панике разлетелись, разбуженные гневными криками, предсмертными воплями и стонами. Тени обнажили острые клыки и, подобно молнии, ринулись вперёд — рвать, резать, скручивать, кусать, царапать, швырять, пинать, ломать и, наконец, убивать. Через несколько минут лес наполнился тяжёлыми вздохами и затихающими стонами, пропитанными тёмно-красной кровью. Полная луна холодно ухмыльнулась, окрашивая пейзаж в безжизненные, блеклые тона.

Эльф пребывал в замешательстве, не понимая, жив он или уже мёртв. В туманно-сером мареве перед ним внезапно возникли два глаза волка, сияющие ярким неоново-зелёным светом. Эльфу стало непонятно, почему этот гигантский зверь так пристально смотрит ему в глаза. Ответ пришёл почти сразу: голова казалась чужой и вот-вот могла сорваться с плеч, а ноги беспомощно свисали в воздухе.

Волк поднялся на задние лапы, одной лапой сжимая голову эльфа. В другой он держал лук — похожий на рейнджерский, но гораздо крупнее. Когда зверь раскрыл пасть, эльф увидел зубы, похожие на бесчисленные кинжалы, покрытые тёмной кровью. У самого уха прозвучал тихий шёпот:

— Вольер Мировых Древ — это..

Эльф не сразу понял, что с ним говорят, и потому пропустил большую часть сказанного.

— …если не хочешь увидеть, как выкорчуют Поляну Мировых Древ — не прикасайся к Печати.

Волк небрежно бросил его на землю. Эльф попытался подняться, но понял, что не чувствует ног. Удерживая верхнюю часть тела руками, он злобно посмотрел на зверя.

— Почему ты мне угрожаешь?

Волк, уже уходивший прочь, остановился. За каждым его шагом тянулись тёмно-красные следы.

— Это не угроза, — спокойно ответил он.

И в следующее мгновение исчез, оставив эльфа одного.

Спустя некоторое время, вспомнив, зачем пришёл сюда, эльф вернулся к месту перевёрнутой повозки. Тогда он понял, что всё это время шёл по следам волка. Повозка лежала на боку, вокруг — тела наёмников. Всё выглядело почти так же, как прежде… за одним исключением: сундук исчез.