«послушай, матильда, если пожертвуешь ради людей своими глазами, они скажут, что ты и так была слепая».

я хотел бы заботиться о тебе — не желая тебя изменить. любить тебя — оставляя тебя на свободе. принимать тебя всерьез — ни к чему не принуждая. приходить к тебе — не навязывая себя. что-то дарить тебе — не ожидая ничего в ответ. уметь прощаться с тобой — не боясь потерять тебя навсегда. говорить с тобой о моих чувствах — не возлагая на тебя ответственность за них. делиться с тобой знаниями — не поучая тебя. радоваться тебе такой — какая ты есть. если и ты с такими же чувствами шагнешь мне навстречу — мы сможем обогатить друг друга.

что-то чревато чем-то.

грязное выражает себя через углы.

горе не становится меньше,
мы вырастаем над ним.

это — ряд наблюдений. в углу — тепло.
взгляд оставляет на вещи след.
вода представляет собой стекло.
человек страшней, чем его скелет.
зимний вечер с вином в нигде.
веранда под натиском ивняка.
тело покоится на локте,
как морена вне ледника.
через тыщу лет из-за штор моллюск
извлекут с проступившем сквозь бахрому
оттиском «доброй ночи» уст,
не имевших сказать кому.

я часто вижу тебя на улицах,
но это всегда не ты,

надеюсь,
ты прочтёшь это,
моё сладкое горе,

и примешь в дательном падеже —

не трать жизнь на города без моря

и не говори,
что любишь,
когда не любишь уже.

и пусть к тебе придет тот, кто говорит на твоём языке, чтобы тебе не пришлось тратить всю жизнь, пытаясь перевести свою душу.

и течёт твоя душа в мою.

тут у моей мечты слишком много врагов.

то, что есть — ценить.

мы понятия не имеем, чего заслуживаем.

мгновения.

изгибы платья.

я пред тобою путал падежи.

волнение, переходящее в объятья.

любовью
мои
руки
обвяжи.

два бесконечных одиночества с неподъемным грузом прошлого. их как магнитом друг к другу тянет, как северный и южный их губы смыкаются в поцелуе.

беспорядочно,

хаотично.⠀

я заебался быть пустым, отдав себя по каплям.

давай считать:
каир, неаполь,
иерусалим,
аккад,

среди них твои глаза, — багдад
и неважно что там в стороне;
алхимия, наука,
мой бронежилет,

ты пришла, и
началось спасение,
срыв масок,
идентичность шрамов,
рук,

сердец.

с тобой все иначе.

иногда мы отвергаем не потому, что не любим, а потому что боимся.
не другого — себя в этой близости.

нас пугает то, как кто-то может видеть нас по-настоящему, принимать без условий, просто так.

мы умеем любить. давать тепло, поддерживать, быть рядом. но когда любовь направлена на нас — становится неуютно. возникает странное напряжение, будто мы не знаем, куда себя деть. как будто быть любимыми — это что-то неудобное, непривычное, почти небезопасное.

и в этом осознании — ключ. потому что как только мы узнаём этот страх, он перестаёт управлять. и, возможно, в следующий раз, когда кто-то захочет нас полюбить, мы не отвернёмся, не сбежим, не скажем «я не готов». а попробуем — шаг за шагом — научиться быть рядом с этой любовью.

остаться.

и принять.