«В родной Оружейной слободе Тулы Акинфий Никитич отгрохал новый дом – каменный, в три этажа, с глубокими подвалами. Дом встал на месте той кузницы, где юный Акиня, молотобоец, когда-то работал вместе с батюшкой-кузнецом; в ту кузницу заходил сам Пётр Лексеич – нагибался под притолокой, словно кланялся».
Алексей Иванов. «Невьянская башня».
«Ух, леший, – разозлился Акинфий. – Или ты не знаешь, как я могуч и властен? Оглянись и увидишь, сколько я заводов на Камне возвел.
– Хвастлив ты не в меру, – покачал головой старец. – Не твоих рук это дело. Возводили заводы, закладывали шахты, лили пушки, копали руду простые люди. Заботливые рабочие руки вознесли край до славы.
Утром на зорьке, когда из-за бора выплыло солнце, Акинфий лежал тихий и молчаливый. Грозного хозяина отвезли в Тулу и похоронили рядом с отцом. Ненасытный Акинфий Демидов, мечтавший захватить весь Каменный Пояс, успокоился на маленьком клочке земли».
Евгений Федоров. «Демидовы».
Алексей Иванов. «Невьянская башня».
«Ух, леший, – разозлился Акинфий. – Или ты не знаешь, как я могуч и властен? Оглянись и увидишь, сколько я заводов на Камне возвел.
– Хвастлив ты не в меру, – покачал головой старец. – Не твоих рук это дело. Возводили заводы, закладывали шахты, лили пушки, копали руду простые люди. Заботливые рабочие руки вознесли край до славы.
Утром на зорьке, когда из-за бора выплыло солнце, Акинфий лежал тихий и молчаливый. Грозного хозяина отвезли в Тулу и похоронили рядом с отцом. Ненасытный Акинфий Демидов, мечтавший захватить весь Каменный Пояс, успокоился на маленьком клочке земли».
Евгений Федоров. «Демидовы».
Наутро рядами отряды пришли
Как водится в войнах хозяев земли.
Литавры гремят, трубы подняли вой.
Всю степь всколыхнул грозный гул боевой.
Владыка Турана, ведя свою рать,
Спешит против войска иранского встать.
От конских копыт встала пыль до небес,
Лик ясного солнца средь пыли исчез.
Ни степь не видна, ни долина, ни склон.
Клич бранный раздался с обеих сторон.
Вплотную сошлись и схватились войска
И льется багровая кровь, что река.
Фирдоуси. «Шахнаме». 976 г.
#Ἀνάβασις
Как водится в войнах хозяев земли.
Литавры гремят, трубы подняли вой.
Всю степь всколыхнул грозный гул боевой.
Владыка Турана, ведя свою рать,
Спешит против войска иранского встать.
От конских копыт встала пыль до небес,
Лик ясного солнца средь пыли исчез.
Ни степь не видна, ни долина, ни склон.
Клич бранный раздался с обеих сторон.
Вплотную сошлись и схватились войска
И льется багровая кровь, что река.
Фирдоуси. «Шахнаме». 976 г.
#Ἀνάβασις
Персидский залив был местом, где зародилось мореплавание. Этому способствовали гидрологические особенности. Речные лодки убейдцев, построенные в устьях Тигра и Евфрата (тогда они впадали в залив по отдельности), могли без опаски выходить в его мелководную акваторию, где не было сильных волн.
Первые в мире морские торговые пути соединили городские центры Междуречья с Дильмуном – Бахрейном, и Маганом – Оманом, чтобы обменивать ячмень на жемчуг и медь. Затем этот маршрут продлился до берегов Инда – в страну Мелухха. Хараппские купцы привозили в Ур и Сузы дерево, слоновую кость, лазурит и сердолик, получая взамен зерно, ткани и шерсть.
Первые корабли европейцев, парадоксальным образом, тоже приплыли в залив из Индии. Это был флот Неарха – наварха Александра Македонского, построенный в современном Пакистане, на реке Джелам. Неарх рассказывал в своих записках о плавании через Ормузский пролив – отмечая, как близко сходятся в нем берега Персии и Аравии.
При Сасанидах и в исламское время ближневосточные мореплаватели достигли Китая, откуда завозили фарфор, шелк, чай, бумагу и специи. Торговля осуществлялась через порт Сираф, расположенный в иранской провинции Бушер – где и сейчас стоят старинные суда доу.
https://t.iss.one/kermanich/6296
Первые в мире морские торговые пути соединили городские центры Междуречья с Дильмуном – Бахрейном, и Маганом – Оманом, чтобы обменивать ячмень на жемчуг и медь. Затем этот маршрут продлился до берегов Инда – в страну Мелухха. Хараппские купцы привозили в Ур и Сузы дерево, слоновую кость, лазурит и сердолик, получая взамен зерно, ткани и шерсть.
Первые корабли европейцев, парадоксальным образом, тоже приплыли в залив из Индии. Это был флот Неарха – наварха Александра Македонского, построенный в современном Пакистане, на реке Джелам. Неарх рассказывал в своих записках о плавании через Ормузский пролив – отмечая, как близко сходятся в нем берега Персии и Аравии.
При Сасанидах и в исламское время ближневосточные мореплаватели достигли Китая, откуда завозили фарфор, шелк, чай, бумагу и специи. Торговля осуществлялась через порт Сираф, расположенный в иранской провинции Бушер – где и сейчас стоят старинные суда доу.
https://t.iss.one/kermanich/6296
Telegram
Андрей Манчук
Побережье Персидского залива в районе Бушера – это место, где старое встречается с новым.
Здесь находится первая на Ближнем Востоке АЭС, и здесь же можно прокатиться на старинных судах доу, которые по-прежнему используются. Хотя их конструкция не претерпела…
Здесь находится первая на Ближнем Востоке АЭС, и здесь же можно прокатиться на старинных судах доу, которые по-прежнему используются. Хотя их конструкция не претерпела…
«Савватий смотрел на зимний лес – высокий, многоярусный, прошитый солнечными лучами. Он был вылеплен снегом с бесконечной прихотливой сложностью и так тщательно, словно бы на тысячу лет, а не до ближайшей весны. Можно было затеряться разумом в этих фигурных и причудливых поворотах меж слепящей белизной, зеленью хвои, лоскутной синевой упавших теней и косым золотом света. Мастерство снегопадов казалось рукотворным: не верилось, что такая премудрая, полная надменного достоинства красота возникла без умысла, сама собой».
Алексей Иванов. «Невьянская башня»
Алексей Иванов. «Невьянская башня»