Дорогие друзья!

📹Предлагаем вам посмотреть наш ролик об открытии первой в России симуляционной операционной MVS в НМИЦ хирургии им. А. В. Вишневского, которое состоялось в Москве 5 сентября.


#MVS #цифроваяоперационная #умнаяоперационная #симуляционнаяоперационная

💲И в долг дать, и долю взять: изучаю новую схему инвестиций от ФРИИ

Так, сегодня «О мой питч» опять не будет. Что-то желающих нет. Если хотите на следующей неделе попитчить, то вам сюда — @ohmypitch_auction. Но про инвестиции давайте все же поговорим.

Сервис «Финансист» привлек 100 млн рублей от ФРИИ. Здесь интересна схема инвестирования. 100 млн рублей — конвертируемый заем. Но при этом ФРИИ сразу увеличивает долю в проекте — получает еще 9,7% к уже имеющейся.

Обычно же при конвертируемом займе не берут сразу долю? Либо возвращаешь деньги с процентами, либо конвертируешь это все в долю. А тут получается фонд и долю получил, а еще может на процентах заработать или долю дополнительно увеличить.

Я решил поговорить с инвесторами и выяснить, насколько это стандартная схема?

Для начала обратился к первоисточнику. По словам управляющего портфелем ФРИИ Ильи Королева, их конвертируемый заем ближе к мезонинному кредитованию. Это гибрид долга и инвестиций в капитал. «Доля в рамках сделки — это кикер, который может быть увеличен в случае дефолта по займу», — объясняет Королев. По его словам, ФРИИ сделал уже несколько подобных сделок для взрослых компаний. «Это позволяет сбалансировать оценку компании, возвратность инвестиций и доходность на постпрогнозном периоде».

Пара инвесторов, пожелавших остаться анонимными, сказали мне, что не встречались с такой схемой — по их словам, обычно конвертируемый заем не подразумевает сразу отдавать долю. При этом оба сказали, что нужно смотреть условия и договоренности.

Партнер Kama Flow Евгений Борисов, наоборот, говорит, что это довольно распространенная схема на рынке, когда инвестор получает долю при конвертируемом займе. Но речь обычно идет о символических процентах.

«Конвертируемый займ не предоставляет инвестору корпоративных прав, поэтому небольшая доля может быть предложена для обеспечения контроля, мониторинга и влияния на деятельность компании», — объясняет Борисов.

По его словам, 9,7% выглядит выше среднего. Это может указывать на особые условия сделки или дополнительные требования со стороны инвестора, возможно, связанные с обеспечением.

Управляющий директор фонда «Восход» Сергей Амирян говорит, что подобно структурированный конвертзайм, напоминающий мезонинное финансирование — это не самая распространенная практика на российском венчурном рынке, но при этом может обеспечивать лучший баланса риск/доходность для инвестора по сравнению с классическими инструментами венчурного финансирования.

По словам Амиряна, на глобальном рынке венчурного капитала довольно распространена практика использования конвертируемого займа вместе с варрантом (по сути опционом) на приобретение дополнительных акций по заранее согласованным условиям (как правило лучше рыночных) в течение определенного срока.

«То есть инвестор, с одной стороны, получает даунсайд протекшн, так как использовал инструмент займа, а с другой стороны — получает equity upside, потому что получает еще дополнительную долю в компании. Подобная стратегия в долгосроке зачастую показывает перформанс лучше традиционных венчурных инструментов»— объясняет инвестор.

А выгодно ли это стартапу? Здесь сложно сказать, не зная точных условий и договоренностей с инвестором. Я написал основателю «Финансиста» Станиславу Кутузову, но он не ответил.

@TheEdinorogBlog — тот самый канал про стартапы🦄