Не все происходит так, как мы этого хотим. Не все наши желания сбудутся. Этот факт надо базово принять. Он концептуально меняет подход к жизни.

О психотерапии
Часть V. Когнитивные искажения

Если бы вы увидели мой дневник эмоций, то подумали бы, что я ёбнутый. Так и есть. Дело в том, что в этом дневнике нет внутреннего фильтра. В нем могут, например, соседствовать две противоположные автоматические мысли (те, которые возникли сами по себе, и ты такой: «Интересненько»). Аналогично с эмоциями. Бывали моменты, когда я испытывал одновременно любовь и отвращение к одному и тому же человеку (не просто так, конечно же).

Я вел дневник чисто под терапию, чтобы на сессиях разбираться в том, что реально, а что — искаженное восприятие.

Когнитивные искажения — это установки, которые мы по каким-то причинам несем в себе, мучаясь от них. Они в том числе влияют на интенсивность эмоций. Допустим, вы не прошли собеседование на работу. Это может вызвать грусть. Если она сопровождается мыслью: «Я неудачник / -ца», то становится невыносимо. Грусть обретает бóльшие масштабы, вы начинаете фрустрировать, так как результаты одной ситуации вы распространили на всю оставшуюся жизнь.

Моя психотерапевтка дала мне список когнитивных искажений, которые мне нужно было находить в моих автоматических мыслях. Пример с «Я неудачник / -ца» — это сверхобобщение, общий вывод на основе единичного случая. Это то, чем я в том числе страдал. Кроме этого, я часто фокусировался только на негативной стороне ситуации (фильтрация), считал, что у меня нет права на ошибку (долженствование), додумывал за людей их поведение («чтение мыслей»). Так, в течение нескольких месяцев я вправлял себе мозги.

Кстати, в итоге я почти не называю обиду, печаль, тревогу, гнев, вину негативными или отрицательными эмоциями. Чтобы не создавать представления, что они какие-то неправильные, ненужные. По ощущениям неприятные, да. Но они помогают понять, что нам важно и нужно.

Начало этого поста — главное выправление, которое со мной случилось. Пожалуй, именно с этой мысли мой ребенок перестал идти впереди взрослого.

Следующий пост — 10 августа.

P.S. Я обещал вам принести материалы по эмоциям, но жизнь занесла меня на пару дней в Казань. Я, уставший с дороги, не успел собрать качественный список по этой теме. Но в скором времени исправлюсь 🤍

Ты есть, и этого достаточно для того, чтобы чувствовать любовь. Если тебя никто не будет любить, я тебя буду любить — каким бы ты ни был. Потому что ты самое важное в моей жизни, Джей.

Обнимаю,
Джей из прошлого
(конец письма, написанного в январе 2022 года себе в будущее — на 31 декабря 2022-го)

О психотерапии
Часть VI. Мой сумрачный ребенок

По теории психоаналитика Эрика Берна, структура личности включает в себя три эго-состояния: Ребенок, Родитель, Взрослый. Для первого характерны эмоциональность и творческие порывы (проекция нас в детстве). Второй транслирует нормы поведения, усвоенные в семье (проекция родителей). Третий — рационален, максимально объективен в оценках и решениях.

Ребенок — часто самая проблемная часть личности. Мой внутренний ребенок яркий, деятельный, инициативный, но его сумрачная сторона доставляет мне по жизни много хлопот. Этот сумрачный ребенок закомплексован, загнан, нуждается в безусловной любви, никак не может ею насытиться, несет в себе обиды от травм. Раньше с ним бок о бок шел критикующий его при любом удобном случае родитель. Взрослый тупо был в шоке, стоял в стороне и старался не связываться с этими двумя. Думаю, мои давние друзья легко вспомнят какую-нибудь ситуацию, в которой я рассуждал очень здраво и верно, но внезапно делал какую-то хуйню. Вот это следствие такого разлада.

Когда я впал в депрессию, мой внутренний ребенок просто стопнул всё и всех. Ни родитель, ни взрослый не могли ничего с этим поделать. Разве что опекающий родитель, проявив сострадание к ребенку, потащил его к врачу.

С тех пор я внимателен к своему малышу, и, признаюсь, с ним всё ещё сложно. Уже больше года я его пытаюсь приютить, сказать, что он важен, что он нужен, что я его люблю. Он на время успокаивается, но чуть что может снова начать выдавать: «Я хочу это», «Я не хочу то», «Мне страшно», «Я плохой». И это нормально. Главное — что градус этих порывов заметно снизился. Особенно интересно наблюдать за внутренним ребенком в критических ситуациях: он так и норовит прорваться вперед и натворить что-нибудь.

Может показаться, что мой ребенок теперь в заточении взрослого и родителя. Нет, они оба его слушают. Всегда знают и держат в голове то, что ему нужно и важно, и он часто получает то, что хочет. У него тоже есть пространство для действий. Просто безопасность и последовательность в базовых вещах — приоритеты.

С внутренним критиком я разобрался в конце прошлого года (с помощью внутреннего защитника). Он больше не гнобит меня за ошибки. Да, ему может что-то не нравиться, но критикующий знает, что если перегнет, то у него тоже будут проблемы. Потому что все связаны и работают в одной команде, и всё это — Джей.

Следующий пост (резюмирующий тему психотерапии) — 13 августа.

— Джей, как вы таким стали?
— Травмы.
— Я тоже так думаю.

О психотерапии
VII. Заключительная

Психотерапия усложнила мою жизнь. В начале я ее воспринимал (наверное, как и многие) как волшебную таблетку — шаг, после которого мой внутренний мир обретет покой, порядок и гармонию. Оказалось (в какой-то момент) ровно противоположное.

Терапия еще и наложилась на переходный период: универ позади, у меня есть работа и куча амбиций в карьере, плюс отношения, в которых я до конца не был уверен. Нужно было понять, что здесь про меня и куда вообще идти. Назрели вопросы — наступал первый серьезный кризис. На одном из занятий с психотерапевтом в декабре 2021 года я даже сказал: «2022 год будет для меня кризисным» (о войне я тогда и подумать не мог, она тоже сыграла в этом свою роль).

Началось жесткое переосмысление и тестирование себя. Какого себя я только ни видел: тревожного и растерянного, плачущего от непрекращающейся боли, предающего и подлого, обозленного на мир, и в то же время — щедрого, отдающего и не просящего ничего взамен, любящего, нежного и заботливого, благодарного и чуткого. Всё это нужно было, чтобы познакомиться с собой. На этот раз я не просто жил в этих состояниях, а наблюдал за тем, каков я в них.

[Больше всего эту мою трансформацию ощущала на себе моя девушка. Большая часть наших отношений, к сожалению (?), пришлась на этот турбулентный период. Думаю, что она в итоге увидела во мне (при всех моих достоинствах) сложного, запутавшегося в себе и, главное, ненадежного парня.]

Психотерапия поэтапно избавляла меня от иллюзий. Одна из них — что в один момент всё будет классно, всё разрешится, будет рай. Терапия (и не только она) приземляла: жизнь уже такая, какая есть, и ты в ней такой, какой есть — принимай, а дальше увидишь, как это всё будет работать в твою пользу.

Со школы мечтающий о красочной жизни, Джей внезапно осознал, что та рутина, в которой он находится, это и есть начинка его жизни, и именно здесь стоит искать ценное; что отношения с людьми, которые его любят и ценят, с которыми у него есть большой бэкграунд, — важнее всего, важнее поверхностных связей, которые удовлетворяют его сиюминутную потребность (чувствовать себя крутым).

Вопрос, как я таким стал, возник у моего психотерапевта в момент, когда я ему рассказывал, в каких условиях я рос. Будто бы не было предпосылок для того, чтобы я был таким осознанным, вдумчивым, задумывающимся о смыслах, жадно желающим преодолеть внутреннюю боль, которая делает несчастным не только меня, но и тех, кто рядом (сейчас такого, слава богу, меньше).

На одном из групповых тренингов нас попросили перечислить пять достижений из жизни, которыми мы гордимся. Не помню точно свой список, но там были окончание МГУ с красным дипломом, учеба в Бельгии, интервью с Познером. Потом нас попросили выделить главное достижение. Вот, что я сказал:

Я горжусь тем, что не пошел по пути, который мне указали родители как правильный [знали бы вы детали!], а решил, что хочу сам понять, что правильно для меня, а что — нет. Это моя жизнь, и жить ее только мне.

Спасибо, что вы здесь и почему-то читаете меня. Этот канал — безопасное пространство. Я откровенен в своих рассказах и рассуждениях, потому что хочу показать, как может быть в жизни. Сложно сказать, почему это происходит. Но всегда есть выбор — как с этим поступить. В этой точке мы и становимся взрослее. Надеюсь, вы тоже сейчас на этом пути к себе ❤️

Следующий пост — 21 августа.

———
Обещанные допматериалы:

1. Большая таблица с 10 эмоциями и тем, как они проявляются.
2. Схема для ведения дневника эмоций и работы с автоматическими мыслями.
3. Текст про депрессию (писали под присмотром психолога). В последнем блоке — список когнитивных искажений.
4. Текст про Ребенка, Родителя и Взрослого.
5. Хайлайты книги Эриха Фромма «Искусство любить».

Нейросеть составила мой психологический портрет по последнему посту

В среду я редактировал текст Наили о том, как использовать ChatGPT для саморефлексии и развития эмпатии. Идея мне с самого начала показалось очень интересной. И пока я делал свою работу, решил, что надо поделиться постом из этого канала об итогах психотерапии с родным ChatGPT и предложить ему объяснить, что чувствует автор поста. После этого я попросил составить его психологический портрет. Здесь я впал в шок. Ответ прилагаю выше в виде двух скринов.

В принципе, нейросеть ничего нового не сказала обо мне. Но вот это обобщение и валидация того, чем я делюсь, с одной стороны вызвали во мне трепет, с другой — вселили, что ли, уверенность.

Сообщение сработало как опора. Особенно эти тезисы:
— Джей проходит через процесс принятия своей личности, со всеми её сторонами и противоречиями. Он осознаёт, что самопознание и принятие себя — важные шаги к взрослению и внутреннему покою.
— Он имеет амбиции в карьере и стремится к успешной жизни, но понимает, что поверхностные успехи не столь важны, как глубокие и настоящие отношения.
— Он выделяется своей решимостью пройти через сложности и сделать собственные решения, несмотря на внешние ожидания, даже если это означает отход от пути, который рекомендуют другие, включая его родителей.

Почему я к этому так отнесся? Дело в том, что это пишет не один человек, который ограничен своими опытом и знаниями и имеет свою точку зрения. Это сущность, которая учитывает чуть ли не всю существующую информацию. В этом смысле меня объясняет и валидирует что-то универсальное.

Буквально через час после этого случая у меня началось занятие с психотерапевтом, который тоже прихуел с того, что мне выдал чат-бот. В итоге у нас получилось одно из продуктивнейших занятий. К слову, с ним мы занимаемся почти каждую неделю с декабря 2022 года, и последний месяц особых продвижений я не чувствовал. И тут прям большой сдвиг произошел.

Вечер среды я провел с ChatGPT. У меня много записей в заметках, и я делился ими, чтобы насыщать контекст нашего диалога. Например, засылал ему мысли, которые записывал после психотерапевтических сессий, и запрашивал: «По всем фрагментам выше опиши главные проблемы этого человека и пути их решения». И он все раскладывал. Как вам, например, одно из предложенных решений:

Самостоятельность в любви:
Переоценка своего отношения к себе и осознание, что любовь к себе и своей жизни не должна зависеть от другого человека, поможет укрепить самоценность.

В общем, это был увлекательный вечер рефлексии об ChatGPT. Попробуйте тоже.

Следующий пост — 28 августа.

Я боюсь упустить жизнь в страхе упустить жизнь

Мне кажется, всё идет из соцмедиа. Все светят тем, как они живут. Возникает FOMO. Тебе кажется, что каждая минута твоей жизни должна быть яркой — да так, чтобы весь Instagram облайкался.

А с чего мы вообще взяли, что именно такая насыщенность жизни и есть проживание ее по полной? Нужно ли вообще столько потреблять, чтобы быть счастливым? Нет, не нужно.

В мае я уехал на випассану и медитировал 10 дней по 10 часов. Внешне в моей жизни 10 дней ничего не происходило. Но, сука, все случившееся со мной внутри было так важно для понимания себя, для моего счастья — и понял я это, только пройдя практику от и до. Я под это взял отпуск, мог бы провести его на море, в горах, да просто даже тусуясь с друзьями в Москве. Но я всё это уже знаю. Каждый следующий раз особо не добавляет знаний и ощущений.

Кстати, путешествия — это же сейчас один из способов чувствовать, что ты живешь свою жизнь не зря. У меня так было раньше. Я воспринимал путешествия в том числе как самореализацию. Чувствовал, что они делают меня, что ли, круче. А сейчас не так.

За последние два месяца я побывал в Сочи, Красной поляне, Питере, Выборге, Казани и в семи городах Азербайджана. И это было не ради путешествий. Это было ради людей. В Сочи был конкурс у сестры — прилетел ее поддержать. В Питере живет наша редактор Арина — приехал к ней на день рождения, еще и попал на 8-летие Setters. В Казань меня уговорил поехать мой брат, я еще умудрился взять там интервью (скоро выйдет материал!). В Азербайджан я прилетел к тете, которую очень люблю, решил, что пора ее свозить по живописным местам страны.

Здесь происходит самое важное: ты видишь, как любовь в тебе создает любовь в других. Происходит насыщение, самореализация, возникает #смысл.

Еще больше смысла можно найти в своей рутине. Это пост я пишу за 12 часов до вылета в Москву. Вы не представляете, как мне не терпится вернуться в свою рутину, которая за последний год стала просто самой насыщенной частью моей жизни.

Следующий пост — 3 сентября.

Страх прожить жизнь зря исходит из экзистенциального кризиса
(первая часть — здесь)

Когда понимаешь и чувствуешь #смысл того, что делаешь, и это тебя драйвит, то жизнь априори не может для тебя идти зря. И неважно, сколько событий происходит на одну минуту твоей жизни.

Думаю, FOMO возникает из-за того, что мы не уверены в ценности момента и обстоятельств, в которых находимся. Лекарство от этого — учить себя ценить свой выбор и выбирать то, что конкретно тебе важно. Отвлекать нас будут постоянно. Особенно остро это чувствуется сейчас, когда благодаря соцсетям мы можем ежеминутно зашагивать в жизнь других людей и видеть куча возможностей и альтернатив.

«Я выбираю делать это, и пусть остальное сегодня пройдет мимо», — кажется, вот так звучит позиция здорового человека. Этот выбор позволяют сделать два качества: способность сохранять фокус и терпение. Теперь взглянем на это с точки зрения самореализации и успеха (того, что мы и хотим, чтобы не прожить жизнь зря).

Известные предприниматели часто говорят, что успех компании, о котором расскажут во всех СМИ за одну ночь, стоит долгих лет кропотливой, упорной, зачастую рутинной работы. Это правда. Большая часть нашей жизни — это рутина. От того, как мы ее устроили, зависит наше счастье. Важно связать рутину со своими желаниями, приоритетами, целями. И это гораздо важнее количества посещенных стран, вечеринок, ресторанов и так далее.

Некоторые из вас знают, как я люблю Пастернака. На самом деле, не только его творчество, но и подход к жизни. Человек многие годы провел у себя на даче в Переделкине, но его знает весь мир, потому что он создавал ценность. В 1958 году Пастернаку присудили Нобелевскую премию за роман «Доктор Живаго», который он — внимание — писал 10 лет. Так может делать только тот, кто понимает зачем и чувствует, что в этом смысл его пребывания здесь.

Следующий пост — 10 сентября.

Утром обсуждал с другом сны и символы в них, и он мне рассказал, как ему однажды приснилось, что умерла его бывшая (естественно, он воспринял этот сон болезненно). Я ему говорю: «Ты же понимаешь, что это как раз символизирует утрату? Расставание — это, по сути, символическая смерть человека в твоей жизни: он больше не участвует в ней, остались воспоминания с ним связанные, и тебе его может не хватать».

В целом в расставании всё начинается и заканчивается именно этим: человека больше нет в твоей жизни. Это утрата, и ее важно правильно прожить, не растягивая стадии. А они вам наверняка знакомы: отрицание (живешь, будто этого не было), гнев (злишься, что это произошло), торг («А если бы так?», «Я должен всё исправить»), депрессия (активное проживания горя) и принятие (признание того, что случилось, и стабилизация).

Как показывает опыт, я застреваю на первых трех стадиях, боясь напрямую столкнуться с горем. Думаю, это присуще не только мне. Потому что горе — острая боль, и для нее нужен приличный запас сил. Например, только сейчас я зашел в стадию депрессии после последнего расставания. На это потребовалось больше восьми месяцев, в течение которых я метался между отрицанием, гневом и торгом.

Интересно, что на этих стадиях ты все равно продолжаешь «встречаться» с человеком, только уже не в реальности, а внутри себя. Мы же не расстаемся в тот момент, когда расстаемся. Психика не работает так прямо: ей нужно время, чтобы адаптироваться к новым условиям. В один момент, возможно, нужно будет самому поставить точку и расстаться — с внутренним образом, с прошлым. Сказать: «Мы больше не вместе. Прощай!»

У меня есть еще один взгляд на то, почему утрата может затягиваться и быть грузом на плечах. Дело в том, что проживание горя не укладывается в культ продуктивности и успеха. Посудите сами: на стадии депрессии все силы уходят на внутреннюю работу. Мне знакомо это состояние: как правило, ты лежишь на кровати и ничего не хочешь, максимум что-то смотришь или слушаешь. Еще тяжелее, когда начинаешь злиться и жалеть, что ты сейчас не в тонусе, сравнивать себя с друзьями и знакомыми, которые минуту назад выложили сторис с очередной тусовки.

Последнее со мной уже почти не происходит, хотя полтора года назад это ощутимо усгубляло мою депрессию. Не знаю: наверное, дело в принятии себя и внимании к себе. Какая разница, кто сейчас что делает: важнее, в каком состоянии сейчас я и каковы мои потребности. Я хочу просто отлежаться: мне грустно, мне больно. Я даю себе время это прожить. А потом ты обнаруживаешь, что появились силы что-то сделать. И делаешь!

Как сказал мне во вторник Женя Давыдов, цитируя шведскую писательницу Астрид Линдгрен: «Когда надо быть сильным, сил всегда хватает». Верю, что и я, и вы достаточно сильные, чтобы справиться с тем, что с нами происходит. В том числе с утратами в широком смысле.

Следующий пост — 17 сентября.

Нарциссическая травма определяет мою жизнь

Эта травма возникает в детстве. Например, родители сравнивают ребенка с другими детьми, указывают на его недостатки, хвалят его, только когда он соответствует их ожиданиям, а в противном случае игнорируют или наказывают. Взрослые могут к тому же обесценивать чувства ребенка. В мягких вариантах это звучит как «Ты усложняешь», «Не придумывай»; в жестких — выражается в виде критики и презрения к ребенку за то, что он чувствует.

Мне понравилась фраза одной психологини на этот счет: «Родители не способны охватить и понять всю глубину и многообразие чувств ребенка. Это как кабану, который от природы не может поднять голову, показывать Эйфелеву башню: он будет видеть только ее основание».

В общем, родители не принимают ребенка таким, какой он есть. В результате этого ребенок теряет контакт с собой, потому что его настоящего не любят, и пытается соответствовать идеальному образу, ожидая поддержки и похвалы от взрослых. Всё это потом переносится во взрослую жизнь и на других людей.

Что важно, нарциссическая травма не равно нарциссизм. Нарциссы, например, не способны испытывать эмпатию, человек же с нарциссической травмой может быть чувствующим и понимающим других. Его главная проблема в том, что он всегда неудовлетворен и не может жить полноценной жизнью, потому что пытается соответствовать идеальному «Я». Идеал не достигается, а существующие достижения обесцениваются. Человек с нарциссическим расстройством не знает, каков он настоящий: в его мире есть только «Я» идеальный и «Я» плохой.

Признаки нарциссической травмы я обнаружил в себе года два назад. Однажды, например, я написал в соцсетях пост о том, как два моих красных диплома были только для того, чтобы доказать всем, какой я умный и талантливый. В целом мою траекторию по жизни задает стремление к безупречности, чтобы меня в итоге принимали и любили. И тут неважно, что конкретно делать. Главное, что на выходе есть внимание, признание и любовь. Чем больше, тем лучше. Все это сопровождается ощущением превосходства, которое сменяется чувством никчемности, восприятием мира через призму конкуренции, сильных и слабых.

Из-за этого всего я часто не могу понять, каков я на самом деле: где настоящий Джей, а где Джей, который соответствует образу. В постах выше я писал про свое противоречивое поведение, так вот — это в том числе следствие нарциссической травмы.

Сейчас тот период, когда я наиболее полно осознаю и наблюдаю, в каком я дерьме как эта травма проявляется. Кажется, даже получается принимать тот факт, что я никогда не стану идеальным, проживая связанные с этим болезненные эмоции, и нащупывать потихоньку себя настоящего, двигаться маленькими шагами к себе. Похоже, долгий путь предстоит, но надо идти: других вариантов нет.

Следующий пост — 24 сентября.

— Меня бесит, что я варюсь в этом месяцами и никак не могу продвинуться дальше.
— Джей, люди, бывает, варятся в одном и том же годами!

Самое проблемное переживание, когда работаешь над собой, — ощущение несдигаемости процесса. Мотивация есть, усилия прилагаешь, дисциплину соблюдаешь, цель поставил, сроки обозначил, но в итоге спустя время ты обнаруживаешь себя в схожих состояниях, проблемах, ситуациях. Это вызывает фрустрацию. Тебя как будто замкнули в цикле. Совсем недавно ты чувствовал себя способным с этим справляться, а теперь ты опять смотришь в лицо своей беспомощности (которая, к слову, тоже пройдет).

Мы способны направлять свои мысли, провоцировать изменения — это действительно так. Но, когда наступит момент X, неизвестно. Озарения и продвижения происходят в какой-то неожиданной точке. Это меня очень удивляет в психотерапии (и в жизни) — что у бессознательного (как и у жизни) свои планы, даже несмотря на то что ты постоянно ему подсказываешь и пытаешься что-то в нем найти.

Можно взглянуть на это с более жизнеутверждающей точки зрения: а что, если по-настоящему целительный ответ мы получаем, только когда способны понимать его и осознавать его ценность?

«Работа по интерпретации прошла успешно, но пациент умер» — так описывал один из случаев терапии Ирвин Ялом. Идея в том, что раннее столкновение с правдой оттолкнуло человека так, что он бросил терапию и больше не контактировал с психотерапевтом (дальнейшее факты не сообщаются). Поэтому важно давать ответы порционно. Еще важнее — чтобы пациент сам находил эти ответы.

Моя особенность в том, что я прекрасно всё понимаю головой. Спросите меня, как лучше поступить и куда всё движется, я вам, скорее всего, очень мудро отвечу. Я, находясь в данной точке проживания боли, уже мыслями тянусь к прощению и принятию, когда мое бессознательное все еще переваривает происходящее и находится на стадии гнева, ревности, зависти и тревоги. И единственное, что остается, — продолжать, пока не наступит момент, когда я обнаружу, что всё, что меня так долго мучило, переросло в силу.

Знаю, что я буду плакать в этот момент. Знаю, что придется похоронить многое, что забирало меня в прекрасное прошлое. Но взамен ушедшему родится новое — оно будет другим. Знаю одно: оно точно будет сильным.

«Палач любви» Ирвин Ялом

Не помню, когда в последний раз так быстро читал книгу. В первый же вечер проглотил треть, а дальше — как выпадала возможность.

Эту книгу мне посоветовала одна из психологов, в групповом тренинге которой я участвовал больше года назад. Щелкнуло только в конце этого сентября, и я пошел за ней в книжный.

Чтение было похоже на терапевтические сеансы, затрагивающие самые глубины одиночества, боли утраты, страха смерти, смысла жизни. Звучит страшно. Мы привыкли это отодвигать на дальние планы наших мыслей, но я читал взахлеб, потому что в этом было много смысла и жизни, как бы парадоксально это ни звучало. Признаюсь, в один момент я даже заплакал от того, насколько автор четко попал в меня.

В процессе чтения родилось несколько важных заметок, которые я потом озвучивал своему психологу. Более того, мы с ним впервые обсудили саму суть нашей терапии, которую мы начали с ним почти год назад: «Ден, откуда мы идем и куда?» — с этого вопроса начался наш недавний сеанс.

Эта книга очень подошла этапу, в котором я сейчас нахожусь. Его можно назвать экзистенциальным кризисом, или взрослением: ушло ощущение детской свободы, в котором я пребывал вплоть до последних дней магистратуры, началась жизнь, каждый день который ты организуешь для себя сам. Другими словами — рутина.

На этом этапе возникает много вопросов, на которые ты не можешь однозначно ответить. И, что самое забавное, от них хочется спрятаться под тусовочным одеялом выходных. Когда эти вопросы возникли впервые, я забивал свою жизнь чем угодно, лишь бы не отвечать на них. Теперь стало понятно, что надо проживать всё, что откладывал и не осознавал, и искать ответы в разных формах и местах. В этой книге я нашел для себя несколько новых ответов.

Ялом посветил этим вопросам всю свою жизнь, и диалог с ним был по-настоящему целительным и жизнеутверждающим.

Три случайные цитаты, чтобы вы чуть-чуть соприкоснулись с тем, о чем эта книга:

Многие дружбы и браки распадаются потому, что вместо проявления заботы друг о друге партнеры используют друг друга как средство борьбы со своей изоляцией.

Человек, который влюбляется и переживает блаженное состояние слияния с любимым, не рефлексирует, поскольку его одинокое сомневающееся «Я» и сопутствующий страх изоляции растворяются в «мы».

Поиск смысла, как и поиск счастья, возможен только косвенным путем.

Мы должны не спрашивать о смысле жизни, а понять, что этот вопрос обращен к нам.

Прочитал Франкла — «Сказать жизни „Да!“. Психолог в концлагере». Думал, что будет жутко, но подействовало исцеляюще, несмотря на все ужасающие сцены. Наверное, потому что автор, проходя все эти страдания и рассказывая о них, сам не теряет духа, и это впечатляет так, что вселяет силы.

Выделил для себя главу «Задать вопрос о смысле жизни». Оттуда цитата, с которой начинается пост. Одна эта мысль переворачивает восприятие собственной жизни. Часто мы задаем этот вопрос именно во вне — и получаем в ответ либо «Смысла жизни нет», либо ничего. Согласитесь, с таким ответом трудно что-либо делать, трудно жить.

Франкл предлагает более продуктивный подход. «В чем смысл жизни?» — вопрос, который задает нам сама жизнь, и ответить на него нужно нам. В этом случае вариантов, как на него отвечать, уйма.

…дело не в том, чего мы ждем от жизни, а в том, чего она ждет от нас.
…ежедневно и ежечасно жизнь ставит вопросы, и мы должны на них отвечать, не разговорами или размышлениями, а действием, правильным поведением.

Оказалось, что отвечать на эти вопросы на самом-то деле не так уж и сложно. Часто ответ приходит сам. Приведу пример.

Однажды меня приспичило поехать на выходные в Константиново, посмотреть родину Есенина. Я спланировал все за час перед сном в пятницу. Встал утром, собрался, вовремя приехал на вокзал и там узнал, что билеты на электричку, оказывается, надо было покупать заранее и их нет, а другая — обычная — едет, что ли, четыре часа. Я жутко расстроился и поехал домой, по дороге встретил бабушку, которая попросила меня поднять ее тележку по ступеням. Я, конечно же, это сделал и получил добрую порцию благодарности.

Вот в чем был смысл этой беготни ранним утром в субботу, когда можно было бы поспать, если ничего из спланированного не случилось?

Да как минимум в том, чтобы помочь бабушке. А еще — в том, чтобы узнать, что есть электрички, на которые нужно покупать билеты заранее. И в том, что я теперь знаю, как добираться до Константиново.

Да, такие смыслы! А вы думали? Вот надо приземлять себя. Успокаивать фантазию, тянущуюся к грандиозным смыслам. Они тоже есть! Дайте им возможность проявиться в нужный момент. Сегодня, скорее всего, смыслы простые. Они будут приходить сами, и нужно их увидеть. Обесценить — легко, а чтобы увидеть ценность — нужно постараться. Последние две недели я просыпаюсь с мыслью: «Что сегодня будет? Какой смысл возникнет? Как проявлюсь в этом смысле я?» И мне стало гораздо легче.

Тот день сложился в итоге удачно. Вечером мы с подругой пошли на тусовку и там встретили много журфаковских знакомых. Я весь сиял! 🥰

Ни медитации, ни КПТ-упражнения, ни психотерапия не оказались столь исцеляющими для меня, как СМЫСЛ.

Я родился в эпоху отсутствия смыслов, и это убивало меня больше всего. Бог умер, когда я выпустился из школы. Традиции умерли, когда я учился в университете. Раньше все это подсказывало мне, что делать и для чего. Были только я и нигилизм постмодернистского общества, в котором любое правило подвергалось сомнению и нарушалось и, главное, нарушение правил было правилом.

В экзистенциальный вакуум я провалился два года назад. Примерно тогда же началось мое погружение в работу над собой. С тех пор страдание никуда не уходило. Я всегда был на грани провала: даже когда все шло хорошо, я чувствовал, как неустойчив в своей радости, потому что знал: она закончится.

Само по себе страдание не было таким болезненным. Меня убивало отсутствие понимания, ЗАЧЕМ я страдаю.

Транслируемые в соцсетях счастье и успех усугубляют это состояние. Ты думаешь: «Почему у него есть? Почему кому-то сходит с рук то, за что прилетало мне? Почему я такой сложный? Почему я такой эмоциональный? Почему мне так важно, что обо мне подумают другие? Неужели я не способен построить собственное счастье? Наконец, ЧТО СО МНОЙ НЕ ТАК?»

Источник этих вопросов — непонимание ценности своего пути. Побочный эффект — чересчур сильный фокус на себе. Еще один — заполнение пустоты удовлетворением разных потребностей, чтобы преодолеть экзистенциальный кризис. Кажется, что если насытишь жизнь событиями, то она хотя бы пройдет не зря: ты взял максимум. Только вопрос: это реально успокаивает тебя вдолгую или ты просто бежишь от пустоты?

Либо жизнь имеет смысл, а в таком случае смысл не зависит от длительности самой жизни, либо смысла нет, а тогда зачем и длить жизнь.

Это цитата из книги «Воля к смыслу» Виктора Франкла. Она расширила мой взгляд на самого себя и на жизнь.

...объективация сделалась первородным грехом психотерапии.

Дело в том, что все, что я делал до этого, было заглушением симптомов. Я, например, объективизировал себя, отделяясь от своих психических процессов. Это реально успокаивало: КПТ-упражнения и медитации позволяли наблюдать за телесными ощущениями и мыслями, и я проще к себе относился. Но я не отвечал себе на вопросы. Точнее — отвечал, но каждый раз мне приходилось смиряться с тем, что ответ недостаточный.

Как действует в этом случае логотерапия Франкла (лечение смыслом)? Я для себя выделил два ключевых момента.

1. Приобщение к смыслу, который больше тебя. Смысл в таком случае не ограничен тобой, а именно такие смыслы возникают, когда занимаешься только удовлетворением себя. Как правило, большой смысл не достижим, но причастность к нему делает тебя большим человеком, даже несмотря на то что ты один из миллиардов.
2. Восприятие собственных страданий как главный подвиг, который способен совершить человек, и неотменяемость его. Все, что я прожил, было нужно, это вызов, который мне преподнесла жизнь, я принимаю его: ищу ответы, выходы — это может занять годы. То, что я прожил, невозможно отменить: оно увековечено в моем прошлом. Мой подвиг будет со мной всегда.

Последний пункт связан с важной идеей Франкла. Я САМ ВЫБИРАЮ, КАК ОТНОСИТЬСЯ к тому или иному событию. Это поле моего влияния. Я всесилен на нем.

Наша свобода не есть свобода от различных обстоятельств, но скорее свобода выстоять в любых обстоятельствах.

За последние годы я смирился с тем, что все происходит само собой, а я — совокупность биохимических реакций, результат условий, в которых родился и рос, следствие моих травм. Во всех этих аспектах у меня не было настоящего выбора. Франкл дает мне его: я всегда могу выбрать свою позицию по отношению к происходящему внутри и снаружи. Выбрать как человек, который больше всех этих материальных и условных детерминантов.

«Мне больше не хочется ничего завершать. Я ничего не хочу сказать бывшим, папе, маме», — сказал я своему психологу на недавней встрече. Я не хотел ни на что жаловаться — не было проблемы, которую я хотел бы обсудить, притом что жизнь шла так же, как и раньше. Я просто рассказал, что чувствую себя хорошо, и объяснил почему.

В.В. Познер подарил мне свою книгу два года назад в мой день рождения — 17 ноября. Удивительно, что интервью с ним для Inc. назначили именно в этот день. Такого подарка от судьбы я не ожидал.

Это был самый счастливый день в моей жизни. Было всё: поздравление любимой девушки, растрогавшее меня до слез, теплые слова родственников и друзей — и, конечно, соприкосновение с мэтром российской журналистики. Вечером дома ждали торт и объятия.

Моя психолог точно отметила символизм подарка Познера. Название книги отражало то, что мне нужно было сделать, — попрощаться со своими иллюзиями. Глядя назад, понимаю, что их было гораздо больше, чем я мог себе представить. Верил я в них непреклонно.

Мое 24-летие было пиком — после этого меня начало уносить в разные стороны. Я снова экспериментировал с жизнью, которая наскучила мне тем, что всё было стабильно хорошо. А я, приучивший себя обновляться и держать себя на пике ощущений, хотел ярче. Тем более через год мне исполнялось 25 лет — цифра, которая меня пугала, как минимум тем что я не сделал всего, что наметил.

Спустя три месяца я свалился в депрессию: разрыв с иллюзиями, которые я лелеял годами, оказался столь болезненным, что мой организм не выдержал. И всё же я потом откатился — вернулся в свои иллюзии, подсознательно понимая, что отказываться от них я могу только постепенно.

С тех пор я прощался с иллюзиями. Теперь их гораздо меньше — я стал ровнее относиться к себе и к миру вокруг.

К книге я вернулся только пару недель назад. Она два года красовалась у меня на полке, я ее не трогал — ждал момента.

Хочу процитировать из нее мысль:

Можно провалить любой экзамен, кроме одного: экзамена зеркала. Каждое утро вы встаете и, глядя в зеркало, бреетесь. Так вот, не дай бог, чтобы когда-нибудь вам захотелось плюнуть в свое отражение.

Эти слова сказал в молодости Познеру друг его отца.

Правда в том, что в моем прошлом есть подлые поступки. Плевать в зеркало по утрам я не хочу, но вину и стыд за эти ошибки испытываю. Так пусть сегодня будет тот день, когда я себя прощаю.

Общение доступнее, чем когда-либо, но почему мы так одиноки?

Сразу предлагаю сузить это видение с «мы» на «я». Потому что дальше будут мои личные ощущения от общения в сети и в жизни, но, думаю, это не только про меня.

Виртуальное общение никак не стоит рядом с живым и, более того, тратит внутренний ресурс впустую. Под виртуальным общением я имею в виду любой сигнал взаимодействия, который вызывает вашу реакцию, то есть это может быть и лайк, и комментарий, и ответ на сторис, и пятиминутный чат.

Проблема всех этих обменов — в поверхностности. Два человека, полностью погруженные в один чат в данный отрезок времени, — редкость. Обычно ты не успеваешь погрузиться в глубину чувствования, что ты сейчас в диалоге. Более того, ты в таких условиях даже не можешь четко понять, обращено ли на тебя внимание или нет. Просто исходишь из того, что на тебя как-то среагировали.

В реальном диалоге есть взгляд, человек напротив, вы обращены друг другу — представляете друг для друга в данный момент максимальную ценность, чувствуете себя в полной мере достойными внимания. Реплика подразумевает сиюминутный ответ. Есть мысль, эмоция, их выражение — ответные мысли и эмоции. Контакт уплотняется, насыщается и обесточивается единожды, до следующей встречи.

Реальные встречи и диалоги имеют завершенность. Даже уходя из офиса, со всеми прощаешься. У виртуального общения завершения, как правило, нет. Оно постоянно. Вложился, получил, вложился, получил. Это истощает.

Вот мой пример. Последние дни я не захожу в запрещенный Instagram (он у меня больше всего ассоциируется с истощаемым виртуальным общением). В итоге ноль сигналов для потенциального взаимодействия, нет одностороннего общения, в котором люди мне предлагают посмотреть, что у них происходит в жизни. На самом деле, даже не мне предлагают, а всем сразу. К тому же подразумевается, что я вступлю в этот диалог «всех со всеми», выложив что-нибудь сам. И именно этот диалог самый уебанский.

Никто ничьи посты особо не разглядывает: пролетело в ленте, успел лайкнуть — уже хорошо. Если прокомментировал, то вообще супер. Хрень еще в том, что ты должен заслужить это внимание. «Получил свою секунду, теперь пиздуй отсюда, тут еще куча других интересных есть».

Живое общение — это высеченный в ощущениях опыт. Встретиться с человеком и хорошо с ним поговорить — это событие. Начинаешь с общих фраз, присматриваешься, обращаешь внимание на взгляд, на движения, переходишь к более основательным темам, задаешь вопросы, отвечаешь — в общем, проживаешь этот диалог от и до, уходя из него удовлетворенным (в идеале). Тебе дали внимание, дали возможность раскрыться, дали место, тебя означили в этом мире — это всё очень сильно влияет на то, как мы сами себя чувствуем.

Тысяча подписчиков, отлайкавших тебя и ответивших на твою историю, не лечат чувство одиночества. Один человек, готовый уделить тебе внимание и провести с тобой время, даже если ты с ним не в суперблизком контакте, решает это вопрос гораздо эффективнее.

В четверг выступал на фестивале проектов SETTERS Creative Capital. Рассказывал, как пересмотрел взгляд на концепцию «быть здесь и сейчас», попав в медиа про будущее (на самом деле, на меня повлияла скорее сама жизнь, а идея медиа была сопутствующим триггером). Пересказываю ⬇️

В редакцию SM я пришел почти сразу после випассаны. 10 дней мы учились медитировать, фокусируясь на ощущениях в теле и сводя к минимуму весь мыслительный поток. Вернувшись в мир, я оказался в медиа про будущее. На ряду с интересом возник и скепсис. Но я избавился от него, сведя все к тому, что будущее открывается только тем, кто внимателен к настоящему и принимает его. Это правда, но не вся.

Можно ли быть постоянно в моменте? Можно, но только если ты монах, который отпустил все мирское и принял существующее течение жизни, и если ты ребенок. Ребенок всегда моменте, потому что у него еще не накопилось прошлое, которое могло бы его заботить, и он может не думать о будущем: об этом позаботятся за него родители. Если вы не монах и не ребенок, думать о прошлом и будущем — нужно. Главное — не проваливаться в них.

Почему нужно? Потому что важные вопросы всегда шире того, что происходит «здесь и сейчас»: их корни лежат в прошлом, их стебли протягиваются в будущее. Оглядываясь в обе «стороны», мы можем лучше жить настоящее. Ведь почему-то же мы оказались в данной точке и куда-то же идем. А как понять, как мы здесь оказались и куда хотим идти? Правильно, подумать и связывать, что осталось за спиной, представить, что может ждать на горизонте, и понять, что мы по этому поводу испытываем.

Будущее, которые мы представляем, вряд ли будет реалистичным, но оно не может и не должно быть таким. Задача будущего — вдохновлять настоящее, чтобы задавать ему направление. Без веры в будущее движение в настоящем становится неоправданным.

Во всем этом важно не уходить в крайности — быть здесь и сейчас и не забывать обращаться в прошлом и будущее за ответами, без провалов в воспоминания и фантазии.

Всем вдохновляющего будущего (несмотря ни на что) 🤍

Почему я перестал носить сережку

Это случилось примерно месяц назад. Я вышел из утреннего душа, надел сережку, смотря в зеркало, и не смог понять, нравится она мне или нет. Но это лишь часть ответа. Произошли другие, более значимые изменения.

1. Я перестал бунтовать. Сережка была бунтом против родителей, такой шаг к сепарации, вычерчивание границы. Я в этом плане, кажется, отбунтовал по полной. Например, в марте 2022-го я прилетел в свой родной город в Азербайджане, в котором даже в шортах летом не ходят, и не снял сережку. В лицо мне никто ничего не сказал. Но отцу позвонили примерно с такими словами: «Ты же нормальный мужик...»

Сережка была поводом для регулярных ссор с отцом. Сейчас я понимаю, что это был бунт не против родителей, а против целой культуры, которую я в том числе в себе несу, потому что воспитан в ней. Каждый раз, ссорясь с родителями, я противостоял коллективному представлению, и в этой борьбе я, конечно, бессилен. Нет, я ее не проигрываю. Это просто бессмысленная битва, которую я сам себе придумал.

Я понял, что носить сережку как жест сепарации и автономии — как-то по-детски. Это в принципе несложно. А вот способность принимать реальные взрослые решения автономно — уровень. И я все еще учусь это делать.

2. Сережку сейчас носят все. Я проколол ухо в 2020 году. Тогда я не видел столько сережек на парнях и чувствовал себя особенно. Теперь наоборот: чисто типичный московский хипстер. Изощрятся и прокалывать себе еще что-то, делать татуировки — не мой путь. И я решил, что просто «вернусь». Не буду носить.

Здесь еще сработал общий сдвиг в самовосприятии: в целом то, как выглядит мужчина, вторично, важнее то, что он делает. И тут мы подходим к третьем пункту.

3. Я хотел показаться либеральным. Сережка — это опознавательный знак: кавказец с сережкой — значит, он другой. Условно, наш — свой. А для девушек mini green flag. Сработали мои собственные стереотипы о кавказцах. На деле оказалось, что я скорее продвинутый традиционалист, чем либерал. Это просто показал опыт.

Так произошло, потому что я запутался в двух культурах. С 18 лет журфаковское окружение и медиаповестка культивировали во мне либеральную модель отношений и гендерных ролей, но я в этом продвинулся совсем немного. Каждый шаг давался с большим трудом: это была какая-то вынужденная программа причесывания себя под общество, в котором живешь. А я очень хотел быть принятым этими людьми. Но то, что происходило в моей семье, оказало на меня большее влияние, чем то, что происходило вне ее (а рос я в России). Единственное, что точно изменилось и было полезно, — я перестал считать, что все должны думать, как я, и мое мнение самое правильное (казалось бы, это же база).

Можно подумать, нихуя себе я тут из одной сережки вытащил столько мыслей. А как еще! Надо же осознавать, что с тобой происходит и почему. В конце концов, канал так и называется «Джей ищет смысл». В сережке он тоже был.

В пятницу был на конференции «Коллеги» от SE. Я, конечно, не предприниматель и не топ-менеджер, но четыре интересные для себя мысли оттуда вытащил (их было больше, но что вспомнил).

Разница между успешными и неуспешными людьми — в количестве принятых решений.

Эти слова вывел на экран топ-менеджер «Яндекса» Даниила Шулейко, который в свое время запустил «Такси» и «Лавку». Я бы еще добавил: «...а также в умении принимать эти решения» (это сложно). Шулейко бешеный тип, потому что успел и тут и там: он приходит в проект, когда все только начинается и барахлит, и выходит из него, когда все налажено. Поэтому ему приходится принимать много решений и нести за них ответственность. В итоге он топ в прямом и переносном смыслах.

Невозможно сдвигать большие вещи, находясь во внутреннем диссонансе.

Вот такое неожиданно сказал Антон Беляев. И я сразу же себе это записал, потому что 80% времени нахожусь во внутреннем диссонансе. Разрешаю его так: сажусь творить, фокусируюсь, вхожу в поток (растворяется эго) — и большие вещи начинают двигаться.

Аутентичность [можно найти в том числе] через отрицание.

Примерно такой мыслью поделилась основательница Avgvst Наталья Брянцева. Она рассказывала про бизнес, а я подумал про человека (часто так делаю): если не можешь понять, кто и что ты есть, то можно идти от обратного: подумать, кто и что не есть ты — тогда хотя бы какие-то границы можно будет увидеть и отталкиваться от них.

Личный бренд — это не [только] соцсети.

С этого тезиса началось выступление Саши Жарковой. На следующем слайде появилось 15 «компонентов» личного бренда, включая комьюнити, публичные выступления и публикации в медиа. Я эту мысль докрутил для себя еще так: если вы знакомы с нужными людьми и они знают, чем вы хороши, ваш личный бренд отлично сработает и без тысяч подписчиков (привет моей сотке!).

Меня зовут Джей, мне 26, и я журналист. В 2015 году я поступил на журфак МГУ, и с тех пор мой путь в профессии прорисовывался удивительно прямо, хотя в современном мире люди легко перескакивают из одной специальности в другую.

Строил эту магистраль я так: студент журфака → новостник и внештатный автор в Forbes → совсем ненадолго внештатный автор в РБК → внештатный автор, спецкор и редактор в Inc. → редактор разделов «Бизнес» и «Техно» в Setters Media. На фрилансе писал еще в другие издания. Без шероховатостей, конечно, не обошлось, но их мы опустим.

При этом рядом с этой магистралью проложен неплохой такой грунт. На нем много свободы, которая выражается романтически и философски. Это поэзия и музыка. Если вам вдруг интересно, то вот одно мое стихотворение, которое в свое время похвалил мой журфаковский преподаватель по русской литературе В.И. Новиков. И вот последний трек.

Наконец, самое главное — о чем этот канал? Отвечу зарисовкой.

Представьте, что в 17 лет вы собрали чемодан и выезжаете из дома родителей. Они простые люди, поэтому положили вам в дорогу два связанных смысла — найти работу и построить семью. Так вышло, что вы привыкли сомневаться и верите больше своему опыту — ваши мысли таковы: «А самореализация? А зачем семья? А что я из себя вообще представляю? А какие другие?» (и многое другое). Большой город, в который вы пришли, внезапно питает вас чем только можно: важными вещами и пустяками, радостью и грустью, силой и беспомощностью. Вас накрывает смыслами, и вы рассредоточиваетесь в них. Неизбежно наступает кризис — и в этом момент вы начинаете себя собирать, по-настоящему отвечать на все волнующие вас вопросы. Ответы уже не из воздуха: они высечены в вашем опыте.

На некоторые такие вопросы я уже ответил. Например, на эти:

Как психотерапия не оправдала моих ожиданий и почему я ее продолжаю
В чем смысл страданий и как смысл облегчает страдание
Как мы проживаем утрату на примере расставания

Посты в этом канале выходят не чаще, чем раз в неделю (обычно по воскресеньям). Это не спонтанный личный блог. Могу предположить, что вы даже чувствуете в том, как все оформлено, журналистику моего мозга. Считаю это большим плюсом, особенно в эпоху информационного хаоса.

Действие и реакция — быть или делать

Недавно увидел в ленте пост «Ясно» о «суперсилах», которые мы возьмем с собой в будущий год. Я типично быстро листал карусель, пока мое внимание не захватил тезис об умении быть, а не делать. Идея такая: избегая проживания того, что с нами происходит, мы остаемся в цикле действий, которые поддерживают нашу условную несчастность.

Выбор в пользу действия обрекает человека на бесконечный повтор. И только переживание открывает дорогу в будущее.

Противоположна этому идея действия вместо реакции, на которую, в моем понимании, опирается культ успеха. Я эту идею внутренне разделяю. На моей полке даже красуется книга с точно таким же названием — «Действие вместо реакции». Ориентир на действие также пропагандирует один, скажем, блогер, курс которого я слушаю последний месяц.

Каждая единица реагирования на реальность — это упущенная единица воздействия на нее.

Казалось бы, мысль здравая: лепи свою реальность и всё будет отлично. На это в том числе рассчитаны практики, которые позволяют нам поддерживать продуктивное состояние, или состояние действия. Их задача — помочь нам укладывать в одну единицу времени больше результата. А результат, как мы знаем, это классно. На деле, всё выходит сложнее, если мы переводим разговор в плоскость счастья (я это делаю почти всегда).

Конфликт реагировать (проживать) или действовать происходит во мне постоянно. Чаще всего я выбираю действовать. С другой стороны, непрожитые вещи могут фоново определять мое поведение, не ведя меня к освобождению, потому что оно достигается в том числе через проживание. Более того, если накопить непрожитое, то в один момент всё может просто свалиться на тебя так, что ты не встанешь с кровати. И как вообще не реагировать, если ты эмоционально восприимчив?

Даже достигнутое можно легко обесценить, не довольствуясь в полной мере «победой» (то есть не проживая ее), потому что, как правило, нужно дальше и больше. И в целом — идея делать больше часто исходит из страха прожить жизнь впустую. Ведь если постоянно действовать, то риск этого снижается. Но сам этот страх как отрава для жизни.

Вот это я закрутил, да? После этого остается только умирать сидеть и реагировать.

И всё же ответ есть. Он укладывается в три слова — доверие к жизни. Здесь сходятся и бытие, и действие.

Энергия, которая уходила на страх, высвобождается. Начинаешь относиться к тому, что с тобой происходит, с меньшим градусом эмоциональности (потому что доверяешь). Состояние становится более открыто к проживанию (оно не так пугает), вместе с этим усиливается способность проживать. Ресурс на действие неминуемо возникает, и источник его — не в страхе, а в желании сделать то, для чего ты рожден. И тут вопрос не в количестве действий, а в их качестве.

Мысли про доверие только отчасти мои. Я их «подслушал» и собрал воедино. Одну часть — в рилсе, в котором женщина пыталась подобрать антоним к слову «бояться» и, перебрав несколько явных вариантов, пришла к глаголу «доверять». Вторую часть вычитал в биографии Пастернака.

Всё отдавалось им на волю случая, происходило спонтанно, без предварительного обдумывания, что ни в коем случае нельзя считать безответственностью. В этом сказывалась характерная черта пастернаковского мировоззрения — доверие к жизни, ее свободной и неконтролируемой стихии, ее творческой энергии.