В понедельник провел урок в родной школе в Железногорске. Это в Курской области. Сейчас там, скажем, непростые времена: школьники, например, по несколько раз за неделю спускаются в подвал из-за ракетной опасности. Среди них и моя родная сестра. На стенах в коридоре школы можно увидеть надписи «Укрытие» с указанием направления и «Слепая зона». Я помню эти стены другими.

Провести урок мне предложила моя учительница по математике Лариса Александровна. Я заглядывал к ней в ноябре. Проговорили часа два. Она переживала, что из-за этих тревог пропадает много уроков и ребята отстают, а им сдавать ЕГЭ так же, как и всем другим школьникам по России. В общем, согласились, что было бы хорошо провести урок выпускникам, как приеду в следующий раз, чтобы как-то замотивировать их на будущее.

Хотя начало этого поста звучит грустно, урок таким, конечно, не был. Я недолго думал, что рассказывать. Дело в том, что в конце прошлого года я уже проводил урок для медиакласса в одной московской школе. И, хотя тема звучала как «Журналистика в 2025 году — боль или кайф?», урок оказался универсальным. Сейчас поймете почему.

Так как нынче нужно, прямо как в рилсах, привлечь внимание аудитории, я подумал, что в начале закидаю ребят фактами, которые их впечатлят, а потом буду рассказывать, что хочется.

Первые слайды с моими фотографиями выглядели так (заодно выпендрюсь перед вами, если позволите):

1. Я с красным дипломом на балюстраде журфака МГУ.
2. Мой материал про «Мастерскую» Вани Дорна, у которого я брал интервью в «Рихтере» в конце 2019-го.
3. Я в кампусе университета Thomas More в Бельгии, в котором учился по обмену.
4. Я с красным дипломом возле памятника у журфака, уже после магистратуры.
5. Я в кабинете Владимира Познера после нашего с ним интервью, которое вышло на Inc.
6. Я на журфаке со своей первой группой студентов, уже в качестве аспиранта.
7. Я стою возле школы на выпускном до всего, что описано выше.

И все это очень быстро перечисляется — как вспышки информации. Потому что мой урок немного про другое, а привлечь внимание надо. Так и случилось: оно было захвачено на все 40 с лишним минут, ни одного замечания за все это время не прозвучало.

Дальше — самое интересное. «Все это, конечно же, вызывает вау-эффект. Но гораздо важнее — что внутри, что скрывается за всем этим».

«Боль и кайф» могут быть в любой профессии. И в моей они тоже есть.

Что больно? Инфошум, цензура (внешняя и внутренняя), то, что видишь и слышишь, отсутствие эффекта от работы. В военное время все это особенно чувствуется.

Что спасает?

Интерес и любовь к тому, что делаешь. Если это есть, то не так больно.

Что еще?

Ценности — как профессиональные, так и личные. Они позволяют выстоять в самых разных обстоятельствах, в них кроется смысл твоей работы, это то, ради чего живешь. Я привел в пример несколько универсальных журналистских ценностей.

Когда начинается «кайф»?

Когда все это соединяется, сама работа приносит тебе удовольствие. В один момент ты начинаешь делать свою работу хорошо. А если ты делаешь ее хорошо, то люди это замечают. И «плюшки» могут быть самые разные.

Я, например, рассказал, как полтора года назад меня позвали запускать Setters Media, потому что меня посоветовал как хорошего автора один бывший фичер-редактор The Blueprint, которого я даже не знаю. Как летом вел дискуссию в большом зале кинотеатра «Октябрь» на Новом Арбате, как в октябре меня пригласили на «Круизнес» по Волге, как в декабре я полетел в Ташкент на соревнование по программированию «Яндекса».

В итоге вся формула выглядит так: интерес + любовь к делу + ценности (+ кайф) > боли. И это относится ко всему, чем вы будете заниматься. И у вас перед глазами такой пример всегда есть. Я показал на Ларису Александровну.

Ближе к концу прозвучал вопрос, который можно было бы сформулировать здесь так: «Как все это получилось?»

«Мне не хватало любви», — ответил я. И признания, и внимания. Меня гнали вперед мои травмы.

Надо было видеть глаза ребят из этих двух выпускных классов. Кажется, они совсем не ожидали этого.

Спорт меня почти никогда не интересовал. У меня нет никаких амбиций в нем. Я им начал регулярно заниматься, потому что мне было тяжело эмоционально. Сейчас просто держу себя «в форме» — не физической, хотя этот эффект тоже есть. И много других.

Регулярный спорт появился в моей жизни чуть больше двух лет назад. До этого были единичные тренировки, мимолетные порывы, которые ни к чему толком не приводили.

Уже устал ссылаться на свой несчастный депрессивный эпизод. Но и тут без него не обошлось. Это такая символическая смерть, после которой сильно меняешься, а вслед за этим меняется и твоя жизнь.

Перестал вывозить свои состояния — значит, пора что-то предпринять. Конечно, были занятия с психологом. Потом психиатр назначила мне таблетки, которые помогли мне выровняться. Но я понимал, что все это временная поддержка и мне нужно не только перестраивать мышление, но и образ жизни. Нужно найти опоры вне психотерапии. Одной из них стал спорт.

Таблеток нет уже больше полутора лет (просидел на них год), психолога — больше полугода (занимался в сумме где-то три года). А спорт все еще есть.

Я пробовал бег, тренажерный зал и йогу (то, что популярнее всего), но не подошло. Как-то я решил сходить на баскетбол — и сработало. До сих пор хожу — уже больше ста тренировок прошло.

Почему мне так нравится баскетбол?

1. Социальность: ты взаимодействуешь с людьми и учишься понимать их поведение по невербальным признакам. Это помогает преодолеть побочку удаленки и цифровизации, когда многие социальные взаимодействия происходят в соцсетях и мессенджерах.

2. Присутствие: игра требует включенности, ты всегда должен быть в моменте, чтобы вовремя среагировать — нет времени на то, чтобы крутить в голове мысли.

3. Эмоциональная разрядка: игру всегда сопровождают эмоции, и выражаются они, скажем, прямее, чем на той же работе, где все как-то завуалировано. Речь, конечно, в первую очередь о гневе — очень социальное чувство, между прочим. В игре его можно сразу же выразить действием — например, догнать противника, «давить» его во время ведения. Бывают и короткие стычки — shit-talking. Я быстро отхожу (игра есть игра) и стараюсь поддерживать добрые отношения, хотя во время игры не прочь эмоционально высказаться. У меня это еще контрастирует с тем, что здесь одни мужчины, а на работе меня в большинстве своем окружают женщины.

Эти три пункта, впрочем, относятся ко всем командным видам спорта. Есть и сугубо личные причины:

1. Я люблю хип-хоп культуру. Баскетбол в шаге от нее. И это тоже стильно.

2. Мой рост — 172 см. Все мои друзья-парни выше меня. Я раньше периодически комплексовал по поводу своего роста — это влияло на мою мужскую самооценку, сейчас как-то пофиг. Но игра в баскет дает какое-то ощущение равности с высокими ребятами, особенно когда тебе удается пролезать через них на поле и забрасывать мяч. Но обычно я перехватываю мячи и защищаюсь — это моя сильная сторона.

Раньше я считал количество тренировок и отслеживал с помощью фитнес-браслета разные показатели. После сотой тренировки стало пофиг (Еще один признак того, что во мне умирает рациональный достигатор 🥲)

Сейчас баскет — чисто процесс. И, кажется, я на него подсел.

Я почти не заставляю себя ходить на тренировки. Бывает, чувствую себя подавленно и не хочу идти. Но всегда иду, потому что знаю: в каком бы состоянии я ни шел на тренировку, после нее будет легкость и приятная усталость, а затем и крепкий сон.

Хожу в «Территорию мяча» к Жене Невмержицкому.

P.S. В пятницу завершил еще курс по плаванию в I Love Swimming, проплыв на время 500 м. Подумал, что хочу написать пост про спорт. В итоге баскетбол занял все место 😁 Надеюсь, и про плавание напишу. Там тоже есть кое-что интересное.

Будущее предпринимательства

В нашем цикле «Безответственных прогнозов» вышел текст с мыслями Жени Давыдова @hutzp о том, как изменится облик предпринимательства в будущем.

Главная его идея в том, что предпринимательство уходит в корпорации, и теперь все новое будет строится под эгидой больших компаний, потому что у них будет доступ ко всем ресурсам и данным. Времена, когда крупные игроки были нечувствительны к изменениям и предприниматель мог за счет этого создать что-то прорывное на рынке и захватить его, прошли. Теперь корпорации держат руку на пульсе и улавливают все нужные «сигналы» (во многом за счет новых технологий), чтобы вовремя на них среагировать.

Пока слушал мысли Жени, вспомнил ныне расхожий корпоративный нарратив о том, что в сотрудниках теперь ценится предпринимательское мышление. Об этом мне в том числе рассказывал Коля Попович (Beyond Taylor, «ВкусВилл»). Вот это, мне кажется, из той же оперы.

В прогнозе по предпринимательству еще есть блок про «суперработников», которые благодаря своим AI-навыкам растолкают нынешних руководителей. Им не нужно будет годами нарабатывать опыт, а в их повседневной речи будет встречаться фраза «эмпатия переоценена».

В общем, очень рекомендую прочитать этот прогноз.

Наше с Женей интервью-разгон для него закончилось так:

— Чувствую, текст получится депрессивный. (Женя)
— Мне очень нравится! Обычно качественная журналистика вызывает трепет… и тревогу. (я)

Деконструкция «Творческого метода». Часть 1

Так как новый сезон подкаста Насти Красильниковой инициировал большие волнения в российском инфополе и меня тоже затянуло в этот круговорот, решил воспользоваться моментом и поделиться тем, как вообще воспринимаю современные медиапроизведения на примере «Творческого метода». В этом посте вы, скорее всего, заметите мою серьезную профдеформацию.

Причины, по которым я решил, что могу деконструировать этот подкаст (чтобы прочитать, открой цитату):

1) мой магистерский диплом посвящен «особенностям российского подкастинга»;
2) по его следам вышла статья в научном журнале из списка Scopus;
3) в 2023 году, будучи аспирантом, я вел курс по подкастингу на журфаке МГУ, и мои студенты с моей подачи написали работу на тему «Аудиальные средства выразительности в подкастах (на примере подкаста „Ученицы“)».
4) прямо сейчас я изучаю нарратологию, так как пишу новое исследование.

Еще немного фактов:

В 2020 году я написал историю студии «Либо/Либо» для Inc., пообщавшись с ее соосновательницами, и с тех пор поглядываю за их развитием. С творчеством Насти Красильниковой познакомился, когда вышел сезон «Ученицы». Очень уважаю ее работу, а студию «Либо/Либо» считаю лучшей на рынке подкастов.

Теперь к делу.

Жанр тру-крайм — вершина подкастингового творчества. Он одновременно и самый сложный в исполнении, и самый сильный с точки зрения воздействия на аудиторию.

Особенность тру-крайм подкастов в том, что они художественны по своей природе. Это жанр, можно сказать, эмоциональной публицистики, где журналистика сливается с искусством. Другими словами, реальность фактов заворачивается в художественную обертку. Такой форме присущи искажения (допустимые), которые возникают в том числе потому, что автор использует повествовательные приемы, языковые и аудиальные средства выразительности. Они в том числе помогают воздействовать на аудиторию сильнее.

Наверняка вы, слушая подкаст, заметили, что на каких-то фрагментах появляется музыка и она как бы задает настроение повествованию. Это авторские акценты. Например, когда одна из героинь рассказывает про свою встречу с Оксимироном в Уфе, в один момент начинается музыка, которая как бы усиливает напряжение происходящего.

У звука к тому же есть своя сила. Подкасты часто описывают как более «интимный» и искренний формат. Камеры людей смущают — они закрываются, текст все-таки держит аудиторию на дистанции, а вот аудио позволяет оказаться как бы между говорящими людьми и «подслушать» их разговор. И это особый путь к сердцу аудитории.

Обратите внимание, как Настя выстраивает со слушателем диалог и вызывает его доверие через личную историю. Она рассказчица и героиня подкаста одновременно, ведь у нее тоже были внутренние отношения с музыкантом (его музыка вдохновляла ее в трудные моменты). Настя через это, по сути, показывает свою журналистскую объективность: стремление к правде настолько сильное, что она готова пойти против своей условной любви к творчеству Оксимирона. Получается, это объективность через внутреннее сопротивление, а значит, «особый» случай.

Это тоже можно считать за прием. Осознанный или нет — другой вопрос.

Слушая «Творческий метод», я впервые задумался о том, насколько правильно выбирать для расследования именно форму подкаста. Ведь сухость изложения (минимум художественных приемов) и отстраненность расследователя, кажется, важные атрибуты расследования. Но особенность подкаста Насти Красильниковой в том, что она не отстраненная расследовательница (Настя фемактивистка) и рассказчица историй (нарратор), которые она проживает лично и с понятных позиций.

Деконструкция «Творческого метода». Часть 2

Стоит сказать и про «фрейминг» — это «рамка», в которой подается информация. Она помогает интерпретировать историю именно так, как этого хочет автор. То, что написано выше, тоже можно отнести к фреймингу.

Больше всего я обратил внимание на фрейм, через который одна из героинь рассказывает о своей встрече с Оксимироном спустя много лет. Если бы нам предложили факты сами по себе, то поле бы для интерпретации было широкое. Но в подкасте она рассказывает свою историю именно через фрейм травмы, в которую она возвращается, чтобы с ней как-то разделаться.

Психология сыграла большую роль в создании этого фрейма. Он помогает людям переинтерпретировать свой болезненный опыт. Поэтому героиня позволяет себе переинтерпретацию своего общения с Оксимироном, хотя, если бы мы попросили ее рассказать об их встрече на следующий день после нее, то, вероятно, версия была бы другой.

[Нюберг в своем разборе подкаста использует, например, другой фрейм. Его обтекаемо можно назвать критическим. И с учетом новых фактов блогер переинтерпретирует историю героини.]

Мы сейчас находимся на стыке двух сфер — медиа и психологии. И двигаемся в сторону второй.

Осознает это Настя или нет, но, помимо журналисткой работы, она занимается своего рода терапией. Потому что сведение всех фактов в единый нарратив (то, что делает Настя) — это способ объяснить и интегрировать травмирующий опыт в структуру личности. Создание и рассказывание истории, связанной с опытом, и ее интерпретация, на самом деле, основа многих терапевтических подходов. Есть даже специально заточенная под это нарративная психология.

История «Творческий метод» заканчивается тем, что та же героиня желает Оксимирону прочувствовать всю вину, стыд, отвращение, которые испытали героини подкаста, и вспоминать об этом до конца дней. Так, скорее всего, выражен гнев как защита. Хотя подкаст уже заканчивается, для героини — это только начало (даже спустя много лет). Потому что гнев — не завершающий этап проживания травмы, а начальный.

———

Спасибо, что дочитали. Это лишь малая часть того, что можно сказать с исследовательской точки зрения.

Теперь переложите все, что описано выше, на мой же пост. Вы увидите и меня в качестве нарратора. В начале я, например, задаю фрейм — показываю, почему все, что собираюсь рассказать, взято не с потолка. Так я выстраиваю диалог с вами. В общем, вы можете деконструировать мой пост моим же постом.

Доберетесь ли вы до истины, ведь я же совсем не обозначил свою позицию? Вряд ли. Задача была другая — показать, как можно смотреть на медиапроизведение, умея отстраниться от его прямого воздействия.

На прошлой неделе был мой последний день в Setters Media. Хочу немного порефлексировать о том, что произошло за эти два года

У меня никогда не было мечты работать в Setters, хотя я знаю, что многие рвутся в эту экосистему и не у всех получается в нее попасть. Меня пригласили в команду медиа в апреле 2023 года, прямо перед запуском. Я тогда работал редактором в журнале Inc. и, признаюсь, сомневался, думая о переходе. Я не до конца понимал, что задумали Женя и Саша, а работать в бренд-медиа не хотел (на тот момент идея выглядела для меня так), но в итоге согласился. Все стало ясно примерно через неделю, после того как я познакомился с командой и основателями и мы запустили медиа: «Похоже, я попал в команду мечты и буду с ней делать новое медиа». Помню, как шел домой из офиса Setters 22 мая, в день запуска, и наблюдал за каким-то огромным чувством благодарности, ранее не знакомом мне в таких масштабах.

Благодарность — лейтмотив моих двух лет работы в Setters Media. Пытаюсь понять, из чего она складывается. Наверное, из того, как ко мне относились в команде, и из того количества возможностей, которые давали. Вспоминаю последний год: модерация дискуссий о карьере в кинотеатре «Октябрь» на Beat Film Festival и о нейротехнологиях на «Плюс Даче» в Парке Горького, «Круизнес» по Волге, пресс-туры в Выксу и Ташкент, лекция о нейросетях на New Star Camp и многое другое. Не говорю уже о том, что я формировал часть контентной сетки Setters Media и выпустил как редактор и автор множество текстов, которые через время все еще интересно читать.

«Не бойтесь добавлять частичку себя в общее видение», — сказал Женя Давыдов на встрече в честь первого дня рождения медиа 22 мая 2024 года. Удивительное попадание: именно этим я и занимался все два года — создавал часть видения Setters Media через тексты, которые писал и редактировал, через курирование смыслов, которые появлялись на страницах издания.

Невозможно думать о видении проекта, не живя им. Я настолько был увлечен работой в SM, что за два года взял только два полноценных фриланса — в декабре 2024-го и в марте 2025-го. В процессе мне еще прилетали предложения о работе в других командах.

Все это время я, можно сказать, на себе чувствовал, как экосистема Setters выполняет свою миссию — подсвечивать таланты. Не берусь называть себя талантом (оставлю это более подходящим оценщикам), но меня определенно подсветили. Даже так: мне позволили «сиять» и дали для этого все.

Два года я отметал разные первичные предложения поработать в какой-то другой команде, потому что смотрел на Setters Media как неосвоенное поле возможностей. Но в один момент чаша весов склонилась в другую сторону. Есть предложения, которые оказываются очень к месту и вовремя. И, может быть, даже не ты их выбираешь, а они тебя. И ты чувствуешь, что в этой точке пора расстаться с командой, даже такой дорогой сердцу, как Setters Media.

Сегодня я вышел на позицию редактора раздела «Карьера и свой бизнес» журнала Forbes. Ощущается как следующий (необходимый) уровень.

Setters Media теперь для меня зеленый огонек на другом берегу, за которым я время от времени романтично наблюдаю. Это теперь часть моей истории — не только профессиональной, но и личной. Если убрать эти два года работы из жизни, то она окажется совсем другой — и я окажусь другим. Ведь время в Setters точно изменило меня как человека — и, судя по всему, в лучшую сторону.

Today is the day! Мы выпустили!

Горжусь нашей командой и благодарен коллегам и экспертам, которые нам помогали 🫶

Прошу любить и жаловать:
https://30-under-30.forbes.ru/2025

P.S. Еще и ровно месяц, как я работаю в Forbes — жаркий месяц, хоть за окном все было наоборот, и слава богу.

— Заработанные деньги — это побочный эффект хорошо сделанной работы, творческой практики.

— Я бы смог подписаться под таким тезисом. Легче и приятнее тратить деньги, когда ты сохраняешь к ним такое отношение. В моем понимании, как только мы начинаем над чем-то трястись, оно берет над нами власть — и мы начинаем обслуживать свои аренды, кредиты и так далее. Но опять же, все разные. Кому-то нравится строить бизнес, следить за цифрами. И созидательно я понимаю, что в этом для кого-то может быть кайф.

На Setters Media вышло мое интервью с дизайнером Глебом Костиным (@solutions). Это тот редкий случай, когда у человека и правда есть видение. И, как можно понять по нашему диалогу, во многом оно мне близко. Глеб очень заслуженно попал в «Forbes 30 до 30» этого года. Посмотрите, кстати, как он подсветил свою номинацию у себя в соцсетях. Оригинальнее призывов к голосованию я не видел.

Для SM мы с ним поговорили еще в январе, но интервью вышло только на этой неделе. Обсудил с ним все, что только можно и нельзя. И даже чему-то у него научился.

https://www.setters.media/gleb-kostin

Вышел список победителей рейтинга Forbes «30 до 30», в печати и на сайте. В журнале можно найти наши первые кейсы с победителями 🏆

На обложке: Адель Шайхитдинова, Ева Карпикау, Феликс Умаров.

Красота!

В жизни раздела «Карьера и свой бизнес» новый этап. Сегодня мы запустили рубрику «В начале был страх», в которой предприниматели рассказывают о том, чего боятся, строя бизнес. Первая героиня — соосновательница hollyshop Кристина Тишкова.

Предыстория. В марте главный редактор «Больших идей» Настя Карпова предложила мне написать текст для первого выпуска журнала «Основатели» (она автор концепции). В заметках у меня к тому времени залежалась тема под названием «Страхи предпринимателей». Подумал: оно. Насте тоже понравилось — решили делать. Материал для «Основателей» вышел сразу с тремя героями: Вячеславом Богданом (Flowwow), Ильей Мутовиным (Zoon) и Ольгой Паскиной (Nuself).

В апреле, как вы знаете, я стал редактором раздела «Карьера и свой бизнес» в Forbes. Идея сделать текст про страхи постоянной рубрикой просто ждала своего выхода. И вот — пожалуйста.

Рубрика лучше всего отражает перемены, которые происходят с нашим разделом: он становится человечнее. Я пишу про предпринимателей много лет и могу сказать, что, каким бы ярким и успешным ни был бизнес, мне всегда интереснее человек, который за ним стоит: почему он решил это делать, зачем, к чему стремится — словом, что происходит внутри него. Тогда многое «снаружи» (да и просто в жизни) становится чуть яснее, а сама история бизнеса обретает глубину.

Оставляю ссылку на материал и благодарю Кристину за доверие 🙏

Встречаемся в пятницу 🙌

После прогулки по Новодевичьим прудам сел подводить рабочие итоги лета.

Июнь. Опубликовали список победителей рейтинга «30 до 30» и собрали их, экспертный совет, жюри и друзей редакции в театре Одеон. Я впервые в жизни раскошелился на одежду к мероприятию — почувствовал ответственность, что ли. Раньше так не делал. На фото выше можно увидеть, как я в самых дорогих брюках в моей жизни из Gate31 лежу на полу.

Про одного из победителей я написал текст с нетипичным для бизнес-историй началом (и концом): Тамрину Дарбакову всего 20 лет, но у него уже есть недоброжелатели. После публикации рейтинга «30 до 30» в редакцию Forbes пришло анонимное письмо, в котором утверждалось, что в своей заявке для Forbes Дарбаков все преувеличил… (Дальше вы уж как-нибудь сами).

Июль. Придумывали новые форматы для соцсетей, разрабатывали концепт нового подкаста с героями «30 до 30» (ждите осенью). И, конечно, продолжали делать, что и обычно — писать тексты.

Август. Выпустили несколько «хитов». Например, два наших текста на этой неделе вошли в топ-10 по просмотрам на сайте, а на прошлой — материал нашего отдела стал самым читаемым. Еще мы запустили новую рубрику про страхи предпринимателей. О ней писал выше.

Чем не повод для гордости и благодарности?

На фото все причастные: замглавреда по направлению «Карьера и свой бизнес» Ильмира, корреспондентки Даша, Саша и Настя и, конечно, ваш любезный редактор.

Одна из самых читаемых предпринимательских историй вышла в этот понедельник: «Не обманешь — не продашь: как два друга зарабатывают миллионы на ловушках для хакеров»

Я соавтор текста, писал его вместе с нашим стажером Борей. После выхода материала у меня с пиар был небольшой спор насчет заголовка (я его придумал примерно за пять секунд и понял, что лучше уже не будет).

Объясняю. У ребят решение на базе технологии киберобмана: они делают ловушки для хакеров из ложных данных, которые в системе выглядят как важные, и так предотвращают атаки. Приманки и ловушки должны быть очень правдоподобными, иначе обман не сработает — значит, и решение никто не купит. Чтобы все это схлопнулось, достаточно прочитать первый абзац.

Что вижу я как автор? Триггерный заголовок, бьет по расхожему стереотипу о предпринимателях-торгашах, предлагает новое прочтение. Сначала читатель недоумевает, а потом заходит узнать, что же там внутри, и все встает на свои места. Увлеченные ребята-профи, «белые» хакеры, вложили кучу своих денег в проект, веря в его успех, и сделали честный, успешный и нужный рынку бизнес.

Что видят ребята из пиар? Негативная, компрометирующая героев, которые прямо под заголовком, поговорка, поэтому просят поменять его. (И я их прекрасно понимаю).

Что видит статистика? Вторая за лето по прочитываемости история в нашем разделе.

Не берусь говорить, что она так прочиталась именно из-за заголовка. Но в медиа принято считать, что половину успеха материала (а то и больше) определяет заголовок.

Сейчас вроде все довольны 🫶

Меня побешивает, что предприниматели стали чаще называть себя «фаундерами» и «кофаундерами», когда есть прекрасное русское слово «основатель». Я могу понять в этом плане тех, кто делает стартап за рубежом, но не очень понимаю, когда человек, живущий в России и делающий бизнес здесь, говорит и пишет про себя «фаундер».

Объясняю: это чистый варваризм. В русском языке есть полноценный эквивалент, а английский вариант просто засоряет речь. Ирония еще в том, что английское found — значит «основать», то есть founder образовано по такому же принципу, что и русское «основатель».

Я, конечно, задумывался, есть ли в «фаундере» что-то, чего нет в «основателе». Но не нашел ничего кроме того, что первым словом называют создателей молодых компаний и оно «моднее». Крупного российского предпринимателя как-то не поворачивается язык назвать фаундером. Как вам, например, «Андрей Кривенко, фаундер «ВкусВилла»?

Крутость слова «основатель» еще в том, что у него очень благозвучный феминитив. Я такие с большим удовольствием использую — основательница. А вот «фаундерка» — это страх. А как вам «кофаундерка»? Пусть это слово приснится тем, кто со мной не согласен.

Есть еще тупой эффект от этого англицизма на русскую речь. Британский вариант пишется с дефисом — co-founder. Видимо, из-за него я потом вижу ошибку «со-основатель».

Перестаньте, пожалуйста, засорять всякой фигней язык, просто потому что это теперь модно. Так и будете до конца жизни фаундерами, а основателями не станете. «Фаундер» — максимум разговорный профессионализм. Пусть он останется среди тех, кто делает бизнес за рубежом.

P.S. Пост написан азербайджанцем.

Вспомнилось, как на одном мероприятии знакомая рассказывала, что ее парню не нравится, когда она называет его бойфрендом, и не понимала почему. Объяснение от меня прилетело максимально быстро:

— Представь, если я в чем-то провинился и говорю тебе: «Сорри, я не хотел». Теперь то же самое, только уже с фразой: «Прости, я не хотел». Чувствуешь разницу в раскаянии?

Английские слова в русской речи — это часто какой-то прикол, меньшая серьезность и искренность, эмоциональная дистанция. Поэтому и бойфренд — это больше парень по приколу, чем всерьез.