Трофей за терпение.
#зарисовка #fluff #GenshinImpact
🌟 💕 🌟
🤩 ечер был тихим, наполненным мягким светом, льющимся сквозь тонкие занавески. Он сидел на полу, облокотившись на её колени, и позволял ей делать с собой всё, что угодно. Его длинные пряди мягко ложились на её пальцы, когда она медленно перебирала их, распутывая отдельные волоски.
Толиндис улыбалась, глядя, как он прикрывает глаза, будто наслаждаясь каждым прикосновением. Её пальцы осторожно скользили по его волосам, иногда заплетая маленькие косички сбоку — небрежные, почти детские, но от этого такие искренние.
— У тебя такие мягкие волосы, — прошептала она, склоняясь ближе. — Они словно шелк… я могла бы трогать их весь день. Рери хмыкнул, чуть приподнял голову, и в его глазах промелькнуло что-то игривое.
— Только весь день? — спросил он, притворно обиженно. — А ночь?
Девушка тихо рассмеялась, продолжая переплетать тонкие прядки, завязывая их в крошечные узелки.
— Ночью, может быть, я дам тебе поспать, — ответила она мягко, не переставая гладить его по голове.
Он встал, чтобы прижать ее к себе и попытаться поймать её губы своими. Движение было нежным, почти осторожным, но она ловко отвернулась, и его поцелуй пришёлся ей в щёку.
— Эй… — прошептал парень, чуть нахмурившись, хотя улыбка не сходила с его лица. — Это нечестно.
— Кто сказал, что должно быть честно? — ответила она с лёгким лукавством, проведя пальцем по его щеке. — Я ведь просто играю.
Он тихо засмеялся, снова лег на ее колени, утыкаясь лбом ей в живот, а она, не удержавшись, провела рукой по его волосам ещё раз, медленно, будто запоминая каждое движение. Её голос стал почти шёпотом, когда она наклонилась ближе:
— Ты такой хороший… такой упрямый и тёплый. Мне нравится, когда ты рядом.
Он поднял взгляд, глаза его блестели от нежности, и вновь попытался приблизиться. Она снова уклонилась, но в этот раз лишь слегка, позволив его губам едва коснуться уголка своей щеки.
— Терпение, — сказала она, едва слышно. — Когда-нибудь я позволю тебе большего.
Рери улыбнулся, и она почувствовала, как его руки обвили её талию — не крепко, просто чтобы почувствовать её рядом. За окном мерно шелестел ветер, а в комнате царила тихая, домашняя магия — такая, что рождается только из ласки, смеха и чуть-чуть игры между двумя сердцами.
Толиндис долго дразнила его — то отводила взгляд, то прятала улыбку, будто сама наслаждалась этой маленькой игрой. Тишина наполнилась их дыханием. Где-то далеко за окном ветер трепал листья, но здесь, в этой мягкой теплоте, время будто застыло.
Девушка посмотрела на него — расслабленного, доверчивого, с закрытыми глазами, — и в груди вдруг что-то дрогнуло. Такая лёгкая, почти детская нежность переполнила её. Она наклонилась ближе, позволив своим губам коснуться его носа. Едва заметно, почти невесомо.
— Вот тебе, — прошептала она, улыбаясь. — Мой трофей за терпение.
Парень не сразу понял, что произошло. Только почувствовал этот короткий, тёплый миг — как солнечный луч, что упал на холодную кожу. Лёгкий смех вырвался из него, и он хотел что-то сказать, но слова растаяли, растворились в усталости и тепле её рук.
Она всё ещё гладила его по волосам, теперь мягче, медленнее, будто баюкая. Его дыхание стало ровным, глаза закрылись окончательно. Он чувствовал, как где-то рядом шепчет её голос — тихо, ласково, почти как заклинание:
— Спи… ты мой хороший.
И с последним выдохом он будто провалился в сладкое, глубокое забытьё — в мягкое царство Морфея, где всё, что осталось от реальности, — это тепло её ладоней и ощущение лёгкого поцелуя на кончике носа.
#зарисовка #fluff #GenshinImpact
Толиндис улыбалась, глядя, как он прикрывает глаза, будто наслаждаясь каждым прикосновением. Её пальцы осторожно скользили по его волосам, иногда заплетая маленькие косички сбоку — небрежные, почти детские, но от этого такие искренние.
— У тебя такие мягкие волосы, — прошептала она, склоняясь ближе. — Они словно шелк… я могла бы трогать их весь день. Рери хмыкнул, чуть приподнял голову, и в его глазах промелькнуло что-то игривое.
— Только весь день? — спросил он, притворно обиженно. — А ночь?
Девушка тихо рассмеялась, продолжая переплетать тонкие прядки, завязывая их в крошечные узелки.
— Ночью, может быть, я дам тебе поспать, — ответила она мягко, не переставая гладить его по голове.
Он встал, чтобы прижать ее к себе и попытаться поймать её губы своими. Движение было нежным, почти осторожным, но она ловко отвернулась, и его поцелуй пришёлся ей в щёку.
— Эй… — прошептал парень, чуть нахмурившись, хотя улыбка не сходила с его лица. — Это нечестно.
— Кто сказал, что должно быть честно? — ответила она с лёгким лукавством, проведя пальцем по его щеке. — Я ведь просто играю.
Он тихо засмеялся, снова лег на ее колени, утыкаясь лбом ей в живот, а она, не удержавшись, провела рукой по его волосам ещё раз, медленно, будто запоминая каждое движение. Её голос стал почти шёпотом, когда она наклонилась ближе:
— Ты такой хороший… такой упрямый и тёплый. Мне нравится, когда ты рядом.
Он поднял взгляд, глаза его блестели от нежности, и вновь попытался приблизиться. Она снова уклонилась, но в этот раз лишь слегка, позволив его губам едва коснуться уголка своей щеки.
— Терпение, — сказала она, едва слышно. — Когда-нибудь я позволю тебе большего.
Рери улыбнулся, и она почувствовала, как его руки обвили её талию — не крепко, просто чтобы почувствовать её рядом. За окном мерно шелестел ветер, а в комнате царила тихая, домашняя магия — такая, что рождается только из ласки, смеха и чуть-чуть игры между двумя сердцами.
Толиндис долго дразнила его — то отводила взгляд, то прятала улыбку, будто сама наслаждалась этой маленькой игрой. Тишина наполнилась их дыханием. Где-то далеко за окном ветер трепал листья, но здесь, в этой мягкой теплоте, время будто застыло.
Девушка посмотрела на него — расслабленного, доверчивого, с закрытыми глазами, — и в груди вдруг что-то дрогнуло. Такая лёгкая, почти детская нежность переполнила её. Она наклонилась ближе, позволив своим губам коснуться его носа. Едва заметно, почти невесомо.
— Вот тебе, — прошептала она, улыбаясь. — Мой трофей за терпение.
Парень не сразу понял, что произошло. Только почувствовал этот короткий, тёплый миг — как солнечный луч, что упал на холодную кожу. Лёгкий смех вырвался из него, и он хотел что-то сказать, но слова растаяли, растворились в усталости и тепле её рук.
Она всё ещё гладила его по волосам, теперь мягче, медленнее, будто баюкая. Его дыхание стало ровным, глаза закрылись окончательно. Он чувствовал, как где-то рядом шепчет её голос — тихо, ласково, почти как заклинание:
— Спи… ты мой хороший.
И с последним выдохом он будто провалился в сладкое, глубокое забытьё — в мягкое царство Морфея, где всё, что осталось от реальности, — это тепло её ладоней и ощущение лёгкого поцелуя на кончике носа.
🐰 : почему они не игровые, а нпсшки??? я хочу играть за женатиков!! Особенно Толиндис!! Я ХОЧУ ЗА НЕЕ ПОИГРАТЬ!! ОНА ЖЕСКИЙ КИНН!!
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
между логикой и дыханием 18+.pdf
130.7 KB
Между логикой и дыханием 18+
#фанфик #GenshinImpact #nsfw #fluff
🌟 🤓 💕 💃 🌟
‼️ Произведение содержит намёки на эротическую близость и чувственные взаимодействия между персонажами. Рекомендуется для совершеннолетних читателей. Учтите это перед прочтением.‼️
#фанфик #GenshinImpact #nsfw #fluff
🤩 тихом кабинете, где книги и свитки хранят века знаний, Нилоу и Аль-Хайтам сталкиваются с новым видом понимания: через танец, прикосновения и молчание они открывают друг в друге то, что невозможно выразить словами. История о соединении разума и чувств, о том, как знание оживает в теле и эмоциях, и о том, что некоторые истины можно почувствовать, а не вычислить.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Свет под сердцем.
#зарисовка #GenshinImpact #agnst
🌟 💕 🌟
🎀 вет луны проникал в окна маленького домика, где уже давно погас свет. Там было тихо-тихо, что слышалось дыхание и биение сердца. Толиндинс сидела, обхватив ладонями чашу с тёплым настоем. Пальцы дрожали — не от холода. Всё утро её мучила странная слабость, лёгкое головокружение и, наконец, догадка, от которой дыхание сбилось. Она провела рукой по животу — едва заметное движение, как будто боялась спугнуть неуловимое чудо.
Она знала. Едва ощутимо, но знала точно. Сначала хотелось улыбнуться. Потом — заплакать. В мире, где всё рушится, где Кхаэнри’ах трещит под тяжестью проклятия, внутри неё зародилась крошечная искра жизни. Её и Рери. Их продолжение.
Девушка поднялась, глядя на дверь, за которой уже третий день не показывался он при дневном свете. Рерир возвращался поздно — усталый, мрачный, с глазами, в которых таяли отблески былой решимости. Он не говорил, что его гложет, но она чувствовала: что-то в нём ломается, растворяется, уходит туда, где уже не достучаться. Она представляла, как скажет ему. Как возьмёт его за руки, прижмёт их к себе и шепнёт:
— Рери… ты скоро станешь отцом.
Он бы замер, моргнул, а потом — впервые за многие месяцы — улыбнулся бы по-настоящему. Может быть, эта весть вернула бы ему веру, вырвала из плена безысходности.
Но сегодня, когда он вошёл, от его плеч исходил холод. Тяжесть. Пыль чужих земель. Толиндинс шагнула к нему, но не произнесла ни слова. Лишь обняла — крепко, будто боялась, что если отпустит, то он растворится в воздухе. Прижалась к его виску, поцеловала, ощущая, как в его дыхании сквозит безмолвная буря.
— Всё будет хорошо, — прошептала она, не зная, кому именно это говорит — ему, себе или тому тихому свету, что теперь горел под её сердцем.
Парень стоял у окна, не двигаясь. Серебряный свет луны стекал по его волосам, превращая их в нити холодного сияния. Толиндинс вошла тихо, словно боясь нарушить хрупкое спокойствие, и всё же пол под её шагами отозвался лёгким эхом. Он обернулся. В его взгляде было что-то неуловимое — усталость, боль и отчаянная нежность.
— Ты опять не спал, — сказала она, приблизившись.
Рерир не ответил, лишь протянул руку, притянул её к себе, так, что дыхание их смешалось. Его ладони дрожали, когда он обнял её — будто пытался запомнить, впитать каждое мгновение.
— Сама встала чего? Я думал, что уложил тебя спать.
— Просто спинке стало холодно без тебя.
Толиндинс почувствовала, как под его грудью тяжело бьётся сердце, будто под каменной плитой. Он вдыхал запах её волос, шептал что-то беззвучно, как молитву. В этом объятии было всё: усталость, страх, жгучая нежность и безмолвное прощание, которого она не слышала. Он прижал её ближе — не из страсти, а как человек, который боится отпустить единственное тёплое в этом мире. Её руки скользнули ему за спину, и они стояли так, пока за окном не рассыпался первый рассветный луч.
В груди Рери будто лежал камень — тяжёлый, неизменный. Он не мог сказать ей правду о том, что приближается. Не мог предать ту, кто верит в него, кто ждёт, кто уже несёт под сердцем его свет. Он просто держал её — и молился, чтобы этот миг длился вечность.
#зарисовка #GenshinImpact #agnst
Она знала. Едва ощутимо, но знала точно. Сначала хотелось улыбнуться. Потом — заплакать. В мире, где всё рушится, где Кхаэнри’ах трещит под тяжестью проклятия, внутри неё зародилась крошечная искра жизни. Её и Рери. Их продолжение.
Девушка поднялась, глядя на дверь, за которой уже третий день не показывался он при дневном свете. Рерир возвращался поздно — усталый, мрачный, с глазами, в которых таяли отблески былой решимости. Он не говорил, что его гложет, но она чувствовала: что-то в нём ломается, растворяется, уходит туда, где уже не достучаться. Она представляла, как скажет ему. Как возьмёт его за руки, прижмёт их к себе и шепнёт:
— Рери… ты скоро станешь отцом.
Он бы замер, моргнул, а потом — впервые за многие месяцы — улыбнулся бы по-настоящему. Может быть, эта весть вернула бы ему веру, вырвала из плена безысходности.
Но сегодня, когда он вошёл, от его плеч исходил холод. Тяжесть. Пыль чужих земель. Толиндинс шагнула к нему, но не произнесла ни слова. Лишь обняла — крепко, будто боялась, что если отпустит, то он растворится в воздухе. Прижалась к его виску, поцеловала, ощущая, как в его дыхании сквозит безмолвная буря.
— Всё будет хорошо, — прошептала она, не зная, кому именно это говорит — ему, себе или тому тихому свету, что теперь горел под её сердцем.
Парень стоял у окна, не двигаясь. Серебряный свет луны стекал по его волосам, превращая их в нити холодного сияния. Толиндинс вошла тихо, словно боясь нарушить хрупкое спокойствие, и всё же пол под её шагами отозвался лёгким эхом. Он обернулся. В его взгляде было что-то неуловимое — усталость, боль и отчаянная нежность.
— Ты опять не спал, — сказала она, приблизившись.
Рерир не ответил, лишь протянул руку, притянул её к себе, так, что дыхание их смешалось. Его ладони дрожали, когда он обнял её — будто пытался запомнить, впитать каждое мгновение.
— Сама встала чего? Я думал, что уложил тебя спать.
— Просто спинке стало холодно без тебя.
Толиндинс почувствовала, как под его грудью тяжело бьётся сердце, будто под каменной плитой. Он вдыхал запах её волос, шептал что-то беззвучно, как молитву. В этом объятии было всё: усталость, страх, жгучая нежность и безмолвное прощание, которого она не слышала. Он прижал её ближе — не из страсти, а как человек, который боится отпустить единственное тёплое в этом мире. Её руки скользнули ему за спину, и они стояли так, пока за окном не рассыпался первый рассветный луч.
В груди Рери будто лежал камень — тяжёлый, неизменный. Он не мог сказать ей правду о том, что приближается. Не мог предать ту, кто верит в него, кто ждёт, кто уже несёт под сердцем его свет. Он просто держал её — и молился, чтобы этот миг длился вечность.
🐰 : я очень обожаю Толиндис. Хочу стать ею. Никто не против? Аахха
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤6
Всё моё внимание — тебе.
#зарисовка #fluff #GenshinImpact
🌟 💕 🌟
🎀 очь была тёплой, наполненной шорохом ветра и запахом свежей травы. Луна мягко освещала комнату, ложась серебристым светом на одеяло, где они лежали, прижавшись друг к другу. Толиндис закрыла глаза, её дыхание было ровным, спокойным, будто она плавала где-то на грани сна.
Рери молчал, просто смотрел на неё, на изгиб её губ, на прядь волос, упавшую на щёку. Он осторожно убрал её, кончиками пальцев касаясь кожи, словно боялся потревожить этот покой. Её кожа была тёплой, живой, и от этого у него внутри всё сжималось от нежности.
Он склонился ближе и коснулся её губ — сначала еле-еле, почти неосязаемо. Один поцелуй. Потом ещё. И ещё. Лёгкие, рассеянные поцелуи, как падающие лепестки — на лоб, на веки, на нос, на щёки, на уголки губ.
— Рери… — прошептала она сонно, приоткрыв глаза. — Ты опять…
Он не ответил. Только улыбнулся, опустив голову к её шее, продолжая осыпать её поцелуями, как будто не мог насытиться. Её смех прозвучал тихо, устало, но искренне. Она прижала ладонь к его щеке, скользнула пальцами в волосы, словно хотела остановить, но не смогла — не хотела.
— Знаешь, — прошептал он, прижимаясь к её лбу. — Я мог бы делать это вечно. Просто лежать вот так. Слушать, как ты дышишь.
Её глаза блеснули в лунном свете, и она уже хотела что-то сказать, но он продолжил, тише, почти шёпотом:
— Иногда я думаю… если бы время остановилось, пусть бы всё осталось именно так. Ты, я и тишина.
Она провела пальцами по его губам, касаясь мягко, как будто боялась нарушить хрупкое заклинание момента.
— Даже если бы мир исчез? — спросила она. Он закрыл глаза, обнял её крепче, уткнулся носом в её волосы.
— Даже если бы, — ответил он. — Я бы всё равно хотел остаться с тобой. До конца моей жизни… а лучше — и после.
Она молчала, просто дышала рядом, слушала, как бьётся его сердце, как оно отзывается эхом в её груди. Его ладонь легла ей на талию, пальцы чуть дрожали. Он снова коснулся её губ, дольше, мягче — тот поцелуй был уже не игрой, а признанием.
— Я люблю тебя, — сказал он едва слышно, будто боялся, что слова разрушат всё это волшебство. — И если есть что-то за пределами сна… я хочу, чтобы и там ты была рядом.
Толиндис улыбнулась, не открывая глаз, и её рука сжала его пальцы в ответ.
— Тогда не отпускай, — прошептала она. — Никогда.
Он кивнул, прижал её к себе. И в тот миг ему казалось, что время действительно остановилось, оставив их вдвоём — где-то между сном и вечностью.
Парень лежал, полузасыпая, когда почувствовал лёгкое движение. Толиндис осторожно поднялась, скользнув ладонями по его груди, словно проверяя, проснулся ли он. Его ресницы дрогнули, и он открыл глаза — перед ним, в мягком свете луны, она выглядела почти нереальной: волосы спадали волной, глаза блестели с лукавым огоньком, а улыбка обещала что-то задумчивое и тёплое одновременно.
— Не спи, — прошептала она, покачав головой. — Ты ведь думал, что просто уснёшь и всё?
Он приподнял бровь, но не стал двигаться. В её голосе было что-то, что заставляло слушать, а не говорить. Девушка чуть наклонилась вперёд, опершись ладонями по обе стороны его плеч, — не грубо, не властно, а с той мягкой уверенностью, которая приходит от искренней близости.
— Ты слишком часто берёшь на себя инициативу, Рери, — сказала она, глядя прямо в его глаза. — А сегодня, может, я хочу иначе.
— И что же ты хочешь? — он усмехнулся, взгляд стал тёплым, немного удивлённым. Она не ответила сразу. Сначала провела пальцами по его щеке, потом по линии подбородка, будто размышляя над ответом.
— Хочу, чтобы ты был моим пленником, — сказала она наконец, тихо, почти шёпотом, но в этих словах звучала игра. — Но не телом, — добавила она, — а вниманием.
Он засмеялся, но тут же затих, когда она медленно провела рукой по его груди, чувствуя, как под пальцами откликается дыхание.
— Тогда, — сказал он. — Я уже пленён.
#зарисовка #fluff #GenshinImpact
Рери молчал, просто смотрел на неё, на изгиб её губ, на прядь волос, упавшую на щёку. Он осторожно убрал её, кончиками пальцев касаясь кожи, словно боялся потревожить этот покой. Её кожа была тёплой, живой, и от этого у него внутри всё сжималось от нежности.
Он склонился ближе и коснулся её губ — сначала еле-еле, почти неосязаемо. Один поцелуй. Потом ещё. И ещё. Лёгкие, рассеянные поцелуи, как падающие лепестки — на лоб, на веки, на нос, на щёки, на уголки губ.
— Рери… — прошептала она сонно, приоткрыв глаза. — Ты опять…
Он не ответил. Только улыбнулся, опустив голову к её шее, продолжая осыпать её поцелуями, как будто не мог насытиться. Её смех прозвучал тихо, устало, но искренне. Она прижала ладонь к его щеке, скользнула пальцами в волосы, словно хотела остановить, но не смогла — не хотела.
— Знаешь, — прошептал он, прижимаясь к её лбу. — Я мог бы делать это вечно. Просто лежать вот так. Слушать, как ты дышишь.
Её глаза блеснули в лунном свете, и она уже хотела что-то сказать, но он продолжил, тише, почти шёпотом:
— Иногда я думаю… если бы время остановилось, пусть бы всё осталось именно так. Ты, я и тишина.
Она провела пальцами по его губам, касаясь мягко, как будто боялась нарушить хрупкое заклинание момента.
— Даже если бы мир исчез? — спросила она. Он закрыл глаза, обнял её крепче, уткнулся носом в её волосы.
— Даже если бы, — ответил он. — Я бы всё равно хотел остаться с тобой. До конца моей жизни… а лучше — и после.
Она молчала, просто дышала рядом, слушала, как бьётся его сердце, как оно отзывается эхом в её груди. Его ладонь легла ей на талию, пальцы чуть дрожали. Он снова коснулся её губ, дольше, мягче — тот поцелуй был уже не игрой, а признанием.
— Я люблю тебя, — сказал он едва слышно, будто боялся, что слова разрушат всё это волшебство. — И если есть что-то за пределами сна… я хочу, чтобы и там ты была рядом.
Толиндис улыбнулась, не открывая глаз, и её рука сжала его пальцы в ответ.
— Тогда не отпускай, — прошептала она. — Никогда.
Он кивнул, прижал её к себе. И в тот миг ему казалось, что время действительно остановилось, оставив их вдвоём — где-то между сном и вечностью.
Парень лежал, полузасыпая, когда почувствовал лёгкое движение. Толиндис осторожно поднялась, скользнув ладонями по его груди, словно проверяя, проснулся ли он. Его ресницы дрогнули, и он открыл глаза — перед ним, в мягком свете луны, она выглядела почти нереальной: волосы спадали волной, глаза блестели с лукавым огоньком, а улыбка обещала что-то задумчивое и тёплое одновременно.
— Не спи, — прошептала она, покачав головой. — Ты ведь думал, что просто уснёшь и всё?
Он приподнял бровь, но не стал двигаться. В её голосе было что-то, что заставляло слушать, а не говорить. Девушка чуть наклонилась вперёд, опершись ладонями по обе стороны его плеч, — не грубо, не властно, а с той мягкой уверенностью, которая приходит от искренней близости.
— Ты слишком часто берёшь на себя инициативу, Рери, — сказала она, глядя прямо в его глаза. — А сегодня, может, я хочу иначе.
— И что же ты хочешь? — он усмехнулся, взгляд стал тёплым, немного удивлённым. Она не ответила сразу. Сначала провела пальцами по его щеке, потом по линии подбородка, будто размышляя над ответом.
— Хочу, чтобы ты был моим пленником, — сказала она наконец, тихо, почти шёпотом, но в этих словах звучала игра. — Но не телом, — добавила она, — а вниманием.
Он засмеялся, но тут же затих, когда она медленно провела рукой по его груди, чувствуя, как под пальцами откликается дыхание.
— Тогда, — сказал он. — Я уже пленён.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
20
Forwarded from мерч ирисайхи
1. Напишите в личные сообщения группы → t.iss.one/irisaiha?direct
2. Или, если у вас уже есть мой ЛС — просто напишите, что хотите книгу.
3. Я вышлю реквизиты для оплаты и внесу вас в таблицу заказов.
Пожалуйста, не забудьте прислать чек в качестве подтверждения
+79954856073 —💳 💳
boosty.to/irisaiha/donate —💰
Если вдруг не наберётся минимум 10 человек (сейчас в опросе 17 желающих), то печать, к сожалению, будет невозможна — типография принимает заказ от 10 экземпляров. В этом случае я всем верну деньги.
Срок подачи заявки — до середины декабря (15.12.2025). Художнице нужно время на отрисовку обложки, поэтому не будем её торопить, чтобы вышло качественно и красиво! Если хотите, можете поддержать её тоже: @liasheliosart
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🔥7🍓3💋3
лебедь на сцене.pdf
134.2 KB
Лебедь на сцене 16+
#original
🌟 🌟 🌟
🎀 вет прожекторов ослепляет, музыка Чайковского ласкает слух, и кажется, что перед вами — чудо. Но в этом полёте под куполом есть не танец, а пытка. Харис падает не впервые — просто сегодня за её боль снова аплодируют стоя.
#original
Под куполом цирка всё ещё звучит музыка. Артисты улыбаются, свет горит, публика аплодирует — но кто из них остался после финального поклона? Если не заглянешь за занавес, ты никогда не узнаешь, куда исчезают те, кто дарит тебе чудо.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Мыльный инцидент.
#зарисовка #fluff #HonkaiStarRail
🌟 🎀 💕 🎀 🌟
☺️ ода тихо плескалась о края ванны, отражая мягкий свет лампы. Комната окутана тёплым паром — он стелился по кафелю, будто сам воздух устал после долгого дня. Топаз сидела в воде, опустив плечи. Чистые вещи лежал рядом на полотенце, аккуратно сложенные, будто напоминание о другой, строгой версии её самой, той, что осталась за дверью.
Авантюрин стоял рядом, закатав рукава. На губах — легкая усмешка, в глазах — привычный азарт, но сегодня в нём не было игры. Он осторожно окунул ладони в воду, проверяя температуру.
— Не слишком горячо? — спросил он, глядя на неё.
— Для меня — в самый раз, — ответила девушка, слегка прикрыв глаза. — А вот тебе, наверное, не по душе, без костюма-то и ставок.
— Иногда риск — это просто сделать паузу. Представь себе, я способен на такое, — он хмыкнул, садясь на край ванны.
Парень взял бутылочку с шампунем, выдавил немного жидкости на ладони и провёл пальцами по её волосам. Движения сначала были деловыми, будто он выполнял очередное поручение. Но постепенно в них появилась осторожность — даже бережность. Пальцы медленно скользили между прядями, намыливая их. Пена становилась белыми облачками, а аромат цитруса и древесины смешался с запахом воды.
— Удивительно, — сказала Елена тихо. — Ты всё делаешь так точно… даже когда просто моешь голову.
— Привычка, — усмехнулся он. — Если уж браться за что-то, стоит довести до совершенства.
Она усмехнулась, но не открыла глаз. С каждым его движением напряжение уходило — то самое, что обычно прячется за холодными словами и чётким тоном на совещаниях. Авантюрин продолжал работать молча, ловя ритм воды и её дыхания.
— Не думал, что увижу день, когда ты позволишь кому-то прикасаться к себе вот так, — сказал он после паузы.
— Это не «позволю», — ответила она спокойно. — Это доверие. Разница есть.
Он замер на мгновение, а потом легко ополоснул её волосы, проводя ладонью по затылку, чтобы смыть остатки пены. Топаз тихо вздохнула.
— Осторожнее, — пробормотала она. — Если будешь так продолжать, я могу расслабиться и перестану сомневаться, что ты что-то замышляешь.
— Значит, эксперимент удался, — ответил Какаваша мягко.
Он выжал пряди, чтобы вода не стекала в глаза, и на секунду задержал руку на её плече. Ни слов, ни лишних движений — только тёплая тишина и звук воды, будто сам воздух знал, что говорить не нужно. Где-то за дверью гудел город, напоминая, что завтра их снова ждут цифры, отчёты, ставки и переговоры. Но сейчас всё, что было — это ванна, пена и редкий момент покоя, который они, возможно, не признают словами.
Топаз чуть приоткрыла глаза, глядя, как Авантюрин, всё такой же самодовольный, методично смывает пену с её волос. Его рука двигалась слишком аккуратно — почти вычурно, как будто он боялся нарушить гармонию собственного «эксперимента». Она усмехнулась уголком губ.
— Знаешь… ты слишком гордишься своей аккуратностью. Это раздражает.
— Прости, но я просто эффективен, — ответил он, не отрывая взгляда. — К тому же, если ты оценила сервис, прошу оставить отзыв после процедуры.
— Хм. А что если я захочу проверить, насколько ты устойчив под давлением? — она прищурилась.
Он уже хотел ответить очередной колкостью, когда почувствовал, как она внезапно взялась за край его пиджака. Пальцы Топаз потянули ткань вниз, одним уверенным движением — без предупреждения.
— Топаз, подожди… — поздно. С плеском и глухим шлёпом Авантюрин рухнул прямо в воду. Волны окатили края ванны, половина пола мгновенно превратилась в небольшое озеро. Топаз фыркнула, прикрываясь рукой, чтобы не рассмеяться. Он моргнул, откинув с лица мокрые пряди, и медленно выдохнул: — Отлично. Новая одежда, эксклюзив, пропитан мыльной пеной и цитрусом. Настоящий успех.
— А я предупреждала, что ты слишком близко стоишь, — невинно произнесла она, поджав ноги, чтобы освободить ему место.
Авантюрин уселся в ванне рядом, тяжело вздохнув. Костюм прилип к телу, рукава потемнели от воды. Но вместо раздражения в его взгляде блеснула лёгкая улыбка.
#зарисовка #fluff #HonkaiStarRail
Авантюрин стоял рядом, закатав рукава. На губах — легкая усмешка, в глазах — привычный азарт, но сегодня в нём не было игры. Он осторожно окунул ладони в воду, проверяя температуру.
— Не слишком горячо? — спросил он, глядя на неё.
— Для меня — в самый раз, — ответила девушка, слегка прикрыв глаза. — А вот тебе, наверное, не по душе, без костюма-то и ставок.
— Иногда риск — это просто сделать паузу. Представь себе, я способен на такое, — он хмыкнул, садясь на край ванны.
Парень взял бутылочку с шампунем, выдавил немного жидкости на ладони и провёл пальцами по её волосам. Движения сначала были деловыми, будто он выполнял очередное поручение. Но постепенно в них появилась осторожность — даже бережность. Пальцы медленно скользили между прядями, намыливая их. Пена становилась белыми облачками, а аромат цитруса и древесины смешался с запахом воды.
— Удивительно, — сказала Елена тихо. — Ты всё делаешь так точно… даже когда просто моешь голову.
— Привычка, — усмехнулся он. — Если уж браться за что-то, стоит довести до совершенства.
Она усмехнулась, но не открыла глаз. С каждым его движением напряжение уходило — то самое, что обычно прячется за холодными словами и чётким тоном на совещаниях. Авантюрин продолжал работать молча, ловя ритм воды и её дыхания.
— Не думал, что увижу день, когда ты позволишь кому-то прикасаться к себе вот так, — сказал он после паузы.
— Это не «позволю», — ответила она спокойно. — Это доверие. Разница есть.
Он замер на мгновение, а потом легко ополоснул её волосы, проводя ладонью по затылку, чтобы смыть остатки пены. Топаз тихо вздохнула.
— Осторожнее, — пробормотала она. — Если будешь так продолжать, я могу расслабиться и перестану сомневаться, что ты что-то замышляешь.
— Значит, эксперимент удался, — ответил Какаваша мягко.
Он выжал пряди, чтобы вода не стекала в глаза, и на секунду задержал руку на её плече. Ни слов, ни лишних движений — только тёплая тишина и звук воды, будто сам воздух знал, что говорить не нужно. Где-то за дверью гудел город, напоминая, что завтра их снова ждут цифры, отчёты, ставки и переговоры. Но сейчас всё, что было — это ванна, пена и редкий момент покоя, который они, возможно, не признают словами.
Топаз чуть приоткрыла глаза, глядя, как Авантюрин, всё такой же самодовольный, методично смывает пену с её волос. Его рука двигалась слишком аккуратно — почти вычурно, как будто он боялся нарушить гармонию собственного «эксперимента». Она усмехнулась уголком губ.
— Знаешь… ты слишком гордишься своей аккуратностью. Это раздражает.
— Прости, но я просто эффективен, — ответил он, не отрывая взгляда. — К тому же, если ты оценила сервис, прошу оставить отзыв после процедуры.
— Хм. А что если я захочу проверить, насколько ты устойчив под давлением? — она прищурилась.
Он уже хотел ответить очередной колкостью, когда почувствовал, как она внезапно взялась за край его пиджака. Пальцы Топаз потянули ткань вниз, одним уверенным движением — без предупреждения.
— Топаз, подожди… — поздно. С плеском и глухим шлёпом Авантюрин рухнул прямо в воду. Волны окатили края ванны, половина пола мгновенно превратилась в небольшое озеро. Топаз фыркнула, прикрываясь рукой, чтобы не рассмеяться. Он моргнул, откинув с лица мокрые пряди, и медленно выдохнул: — Отлично. Новая одежда, эксклюзив, пропитан мыльной пеной и цитрусом. Настоящий успех.
— А я предупреждала, что ты слишком близко стоишь, — невинно произнесла она, поджав ноги, чтобы освободить ему место.
Авантюрин уселся в ванне рядом, тяжело вздохнув. Костюм прилип к телу, рукава потемнели от воды. Но вместо раздражения в его взгляде блеснула лёгкая улыбка.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
— Если ты хотела, чтобы я присоединился, могла просто сказать.
— Я не хотела, — с ухмылкой ответила девушка. — Но теперь, похоже, выбора нет.
Они оба на секунду замолчали, слушая, как капли воды падают с его пиджака обратно в ванну. Потом Топаз хмыкнула, убирая с плеча парня мыльную пену:
— И всё же… тебе идёт. Этот беспорядок. Он делает тебя чуть менее идеальным.
— Осторожно, — ответил он, глядя на неё в упор. — Такие слова можно воспринять как комплимент.
— Я не хотела, — с ухмылкой ответила девушка. — Но теперь, похоже, выбора нет.
Они оба на секунду замолчали, слушая, как капли воды падают с его пиджака обратно в ванну. Потом Топаз хмыкнула, убирая с плеча парня мыльную пену:
— И всё же… тебе идёт. Этот беспорядок. Он делает тебя чуть менее идеальным.
— Осторожно, — ответил он, глядя на неё в упор. — Такие слова можно воспринять как комплимент.
Теплые руки.
#fluff #зарисовка #GenshinImpact
🌟 👾 💕 📒 🌟
☺️ осле долгого дня охоты Кинич устроился у костра, чиня своё оружие. Его руки были покрыты мелкими ожогами и порезами — результат спешки и горячего пламени. Солнце клонилось к закату, заливая лагерь мягким оранжевым светом. Ситлали, проходя мимо, сразу заметила его слегка напряжённую осанку и ожоги на руках.
— Ты опять обжёгся? — спросила она, скрестив руки на груди и приподняв бровь. Голос был строгий, но с ноткой заботы.
— Подумаешь, — пробормотал Кинич, не отрывая глаз от меча. — Мелочь.
— Мелочь? — девушкаа шагнула ближе, присев рядом. — Посмотрим на эту «мелочь» поближе.
Она вынула из сумки небольшую баночку с белой мазью, светящейся мягким лунным светом, и начала аккуратно намазывать её на его ожоги. Парень слегка дернулся, но не оттолкнул её руку.
— Ты… не должна это делать, — пробормотал он, смущённо отворачиваясь.
— Я должна, — хмыкнула Ситлали, слегка касаясь его кожи. — Энергетический баланс важнее твоего эго.
Он хмыкнул, пытаясь улыбнуться, но слова застряли в горле. Никто никогда так не заботился о нём без корысти.
— Ты всегда так… странно заботишься, — сказал он наконец, осторожно держа её руку своей, будто проверяя, не исчезнет ли она.
— Странно? — переспросила она. — Может, это просто я умею видеть, что действительно важно.
Он молча кивнул, ощущая тепло от её прикосновения. В этот момент солнце полностью скрылось за горизонтом, оставив после себя мягкое оранжево-розовое сияние. Легкий ветер доносил запах трав, смешанный с дымком костра.
— Знаешь… — тихо сказал он, глядя на неё, — с тобой даже ожоги кажутся легче.
— Возможно, это не мазь, Кинич. Возможно, это просто твои солнечные руки, которые привыкли не обжигать только себя, — Ситлали усмехнулась и аккуратно убрала баночку.
Он посмотрел на неё, и впервые за долгое время его плечи расслабились. Между ними было что-то большее, чем слова: мягкое тепло, доверие и ощущение, что даже после самых тяжёлых дней можно найти момент покоя и света. Костёр потрескивал, ветер шуршал листьями, а они сидели рядом, словно солнце и луна, нашедшие друг друга в этом тихом уголке Натлана.
Ночь окончательно опустилась на лагерь. Костёр горел мягким оранжевым светом, отблески танцевали на лицах Кинича и Ситлали. Лёгкий ветер доносил аромат трав и дыма, создавая ощущение, что весь мир замер вокруг них.
Она сидела рядом, облокотившись на руку парня, тихо наблюдая за тлеющими углями. Он сначала молчал, погружённый в свои мысли, потом слегка наклонился к ней.
— Спасибо… — сказал он тихо, чуть нервно. — За то, что ты рядом.
Ситлали подняла на него глаза, и в её взгляде мелькнула мягкая улыбка.
— За что спасибо? — спросила она, хотя её голос дрожал от лёгкого волнения.
— За это… — он сделал шаг ближе, осторожно взял её за плечо и слегка коснулся щёки губами. Лёгкий поцелуй, почти невесомый, но полный тепла и признательности. — За то, что ты заботишься… даже когда я пытаюсь казаться сильным.
— Ты… иногда слишком прямолинеен, — прошептала она. — но… приятно, когда тебя замечают.
— Я не умею говорить красиво, но… с тобой легче быть собой, — он усмехнулся, слегка смущённый, но в его глазах читалась искренность.
Она мягко оперлась на его плечо, и они сидели так долго, слушая треск костра, шорох листвы и редкие ночные звуки. В этот момент им не нужно было слов — было достаточно тепла, доверия и тихого понимания, что рядом есть человек, с которым можно быть настоящим. Солнце давно скрылось, но в их мире свет луны и тепло костра слились, оставляя ощущение спокойствия и уюта, словно даже ночь улыбается им.
#fluff #зарисовка #GenshinImpact
— Ты опять обжёгся? — спросила она, скрестив руки на груди и приподняв бровь. Голос был строгий, но с ноткой заботы.
— Подумаешь, — пробормотал Кинич, не отрывая глаз от меча. — Мелочь.
— Мелочь? — девушкаа шагнула ближе, присев рядом. — Посмотрим на эту «мелочь» поближе.
Она вынула из сумки небольшую баночку с белой мазью, светящейся мягким лунным светом, и начала аккуратно намазывать её на его ожоги. Парень слегка дернулся, но не оттолкнул её руку.
— Ты… не должна это делать, — пробормотал он, смущённо отворачиваясь.
— Я должна, — хмыкнула Ситлали, слегка касаясь его кожи. — Энергетический баланс важнее твоего эго.
Он хмыкнул, пытаясь улыбнуться, но слова застряли в горле. Никто никогда так не заботился о нём без корысти.
— Ты всегда так… странно заботишься, — сказал он наконец, осторожно держа её руку своей, будто проверяя, не исчезнет ли она.
— Странно? — переспросила она. — Может, это просто я умею видеть, что действительно важно.
Он молча кивнул, ощущая тепло от её прикосновения. В этот момент солнце полностью скрылось за горизонтом, оставив после себя мягкое оранжево-розовое сияние. Легкий ветер доносил запах трав, смешанный с дымком костра.
— Знаешь… — тихо сказал он, глядя на неё, — с тобой даже ожоги кажутся легче.
— Возможно, это не мазь, Кинич. Возможно, это просто твои солнечные руки, которые привыкли не обжигать только себя, — Ситлали усмехнулась и аккуратно убрала баночку.
Он посмотрел на неё, и впервые за долгое время его плечи расслабились. Между ними было что-то большее, чем слова: мягкое тепло, доверие и ощущение, что даже после самых тяжёлых дней можно найти момент покоя и света. Костёр потрескивал, ветер шуршал листьями, а они сидели рядом, словно солнце и луна, нашедшие друг друга в этом тихом уголке Натлана.
Ночь окончательно опустилась на лагерь. Костёр горел мягким оранжевым светом, отблески танцевали на лицах Кинича и Ситлали. Лёгкий ветер доносил аромат трав и дыма, создавая ощущение, что весь мир замер вокруг них.
Она сидела рядом, облокотившись на руку парня, тихо наблюдая за тлеющими углями. Он сначала молчал, погружённый в свои мысли, потом слегка наклонился к ней.
— Спасибо… — сказал он тихо, чуть нервно. — За то, что ты рядом.
Ситлали подняла на него глаза, и в её взгляде мелькнула мягкая улыбка.
— За что спасибо? — спросила она, хотя её голос дрожал от лёгкого волнения.
— За это… — он сделал шаг ближе, осторожно взял её за плечо и слегка коснулся щёки губами. Лёгкий поцелуй, почти невесомый, но полный тепла и признательности. — За то, что ты заботишься… даже когда я пытаюсь казаться сильным.
— Ты… иногда слишком прямолинеен, — прошептала она. — но… приятно, когда тебя замечают.
— Я не умею говорить красиво, но… с тобой легче быть собой, — он усмехнулся, слегка смущённый, но в его глазах читалась искренность.
Она мягко оперлась на его плечо, и они сидели так долго, слушая треск костра, шорох листвы и редкие ночные звуки. В этот момент им не нужно было слов — было достаточно тепла, доверия и тихого понимания, что рядом есть человек, с которым можно быть настоящим. Солнце давно скрылось, но в их мире свет луны и тепло костра слились, оставляя ощущение спокойствия и уюта, словно даже ночь улыбается им.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
исскуство_не_должно_быть_под_цензурой.docx
20.7 KB
Когда горят пустые страницы.
#рассказ #original #dystopia
🌟 🌟 🌟
☺️ стина живёт среди книг, которые для неё — часть самой жизни. Но когда в её любимом книжном магазине остаются только пустые, одинаковые издания, она решается на смелый поступок, чтобы вернуть людям настоящие эмоции, мысли и свободу выбора.
#рассказ #original #dystopia
🐰 : Истинное творчество не может существовать там, где каждое слово проверяется и оценивается чужой волей. © А. С. Пушкин
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Язык любв глава 5.pdf
174.1 KB
#original #romantic #oc #роман #thelovelanguage
ВСЕ ССЫЛКИ НА РОМАН:🎀 первая экстра — https://t.iss.one/irisaiha/613🎀 вторая экстра — https://t.iss.one/irisaiha/764🎀 пролог — https://t.iss.one/irisaiha/584🎀 первая глава — https://t.iss.one/irisaiha/629🎀 вторая глава — https://t.iss.one/irisaiha/669🎀 третья глава — https://t.iss.one/irisaiha/701🎀 четвертая глава — https://t.iss.one/irisaiha/741
🐰 : Спасибо, что прочитали эту главу и прошли вместе с нами первую часть романа — «Столкновение тезиса и антитезиса». Надеюсь, что вы смогли прочувствовать эмоции героев, их радости, тревоги и первые испытания. Мне очень интересно узнать ваше впечатление о первой части — что вам запомнилось, что тронуло или удивило. Ваши мысли и отклики помогают мне лучше понять, как история воспринимается читателями и вдохновляет на продолжение.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Её ладонь в его руках.
#зарисовка #fluff #ZenlessZoneZero
🌟 🧑 💕 👩 🌟
☺️ лис сидела на краю стула, ссутулившись больше, чем обычно. Длинные локоны падали на плечи неровной волной — неаккуратно, несимметрично, и это само по себе было тревожным сигналом. Она теребила край рукава, взгляд упрямо удерживался на листе отчёта, будто там было что-то страшнее, чем случилось в самой миссии.
Манато стоял чуть в стороне, опираясь спиной о стену. Он не вмешивался сразу. Он просто смотрел. И чем дольше он смотрел, тем больше сжималось что-то внутри. Девушка всегда держалась прямо, уверенно, с видом человека, который знает, как всё должно быть: красиво, чётко, правильно. Но сейчас…
Она выглядела растерянной. Даже маленькой. Он видел, как её пальцы дрожали, когда она пыталась переписать фразу, которая уже и так была идеальной. Видел, как она кусает губу, пытаясь вспомнить момент, который винит в провале. Видел, как её уши чуть прижались — тревога, беспокойство, самокритика.
Он хотел подойти сразу. Сказать ей, что всё нормально, что никто не пострадал, что миссии всегда непредсказуемы. Что она сделала больше, чем можно было ожидать. Что он гордится ею. Но он знал: если подойти слишком рано, то она оттолкнёт, не специально, но из упрямства.
Поэтому он смотрел. И ждал. И внутри него росло желание: не защитить её в бою, нет. С этим он всегда справлялся. Он хотел защитить её от самой себя. От того, как она винит себя в вещах, которые не контролирует. От того, как считает каждую мелочь недочётом. От того, как её свет меркнет, когда она думает, что подвела других. Он сделал вдох, толстый хвост дрогнул. И, наконец, шагнул вперёд.
— Элис…
Она вздрогнула чуть-чуть, не поднимая головы. Но он видел, как напряглись её плечи.
— М-м… да? — голос прозвучал мягче, чем она хотела.
— Это не твоя вина, — парень наклонился, чтобы быть на одном уровне. Она моргнула.
— Но я… — начала она, но он покачал головой.
— Ты справилась лучше, чем кто-либо мог. Я видел. Я был рядом. И если бы ты не сделала то, что сделала — пострадало бы больше людей.
Элис опустила взгляд, сжала пальцы. Тихий выдох сорвался с её губ. Манато смотрел на неё не как напарник, не как боец. Как человек, который чувствует слишком много, когда она страдает.
— Иногда, — сказал он мягко, — достаточно того, что ты здесь. И делаешь всё, что можешь. Это уже… больше, чем достаточно.
Элис закрыла глаза на секунду. Просто чтобы собрать себя, остановить слёзы, которые она никогда не позволила бы упасть. Когда открыла, он всё ещё был рядом, и в её взгляде появилось что-то новое. Что-то тёплое.
После его слов в комнате повисла тишина: тёплая, тягучая, неловкая. Элис смотрела на него чуть шире обычного, будто он подрос на пару сантиметров прямо на глазах. Манато заметил, как её уши дрогнули и покраснели щеки, и от этого у него самого внутри всё перевернулось.
Она отвернулась первой, убирая непослушный локон за ухо. Движение такое нервное, что он понял: она смутилась не меньше его. Парень вскинул взгляд в сторону, чтобы скрыть собственное смятение. Он почувствовал, как жар поднимается к щекам, и тихо фыркнул себе под нос, будто пытаясь сбить пульс.
Но тишина между ними не исчезла. Она стала другой: плотной, почти осязаемой. В ней было что-то, что оба ощущали, но ни один не решался произнести. Элис медленно вдохнула и поднялась со стула. Слишком резко. Слишком твёрдо, как будто хотела показать, что в порядке. Но пальцы выдавали её, ведь она нервно игралась с ними.
— Я… пр-правда ценю… — начала она, но голос предательски дрогнул, и она поспешила сменить тему: — Мне нужно дописать отчёт. Из… извиняюсь.
Она шагнула чуть в сторону и остановилась. Манато смотрел на неё с такой мягкостью, что она замерла на месте. И он понял: если он сейчас ничего не сделает, она уйдёт, решив, что сказала слишком много. Что позволила себе лишнее. Что он не заметил, не понял, не ответил.
#зарисовка #fluff #ZenlessZoneZero
Манато стоял чуть в стороне, опираясь спиной о стену. Он не вмешивался сразу. Он просто смотрел. И чем дольше он смотрел, тем больше сжималось что-то внутри. Девушка всегда держалась прямо, уверенно, с видом человека, который знает, как всё должно быть: красиво, чётко, правильно. Но сейчас…
Она выглядела растерянной. Даже маленькой. Он видел, как её пальцы дрожали, когда она пыталась переписать фразу, которая уже и так была идеальной. Видел, как она кусает губу, пытаясь вспомнить момент, который винит в провале. Видел, как её уши чуть прижались — тревога, беспокойство, самокритика.
Он хотел подойти сразу. Сказать ей, что всё нормально, что никто не пострадал, что миссии всегда непредсказуемы. Что она сделала больше, чем можно было ожидать. Что он гордится ею. Но он знал: если подойти слишком рано, то она оттолкнёт, не специально, но из упрямства.
Поэтому он смотрел. И ждал. И внутри него росло желание: не защитить её в бою, нет. С этим он всегда справлялся. Он хотел защитить её от самой себя. От того, как она винит себя в вещах, которые не контролирует. От того, как считает каждую мелочь недочётом. От того, как её свет меркнет, когда она думает, что подвела других. Он сделал вдох, толстый хвост дрогнул. И, наконец, шагнул вперёд.
— Элис…
Она вздрогнула чуть-чуть, не поднимая головы. Но он видел, как напряглись её плечи.
— М-м… да? — голос прозвучал мягче, чем она хотела.
— Это не твоя вина, — парень наклонился, чтобы быть на одном уровне. Она моргнула.
— Но я… — начала она, но он покачал головой.
— Ты справилась лучше, чем кто-либо мог. Я видел. Я был рядом. И если бы ты не сделала то, что сделала — пострадало бы больше людей.
Элис опустила взгляд, сжала пальцы. Тихий выдох сорвался с её губ. Манато смотрел на неё не как напарник, не как боец. Как человек, который чувствует слишком много, когда она страдает.
— Иногда, — сказал он мягко, — достаточно того, что ты здесь. И делаешь всё, что можешь. Это уже… больше, чем достаточно.
Элис закрыла глаза на секунду. Просто чтобы собрать себя, остановить слёзы, которые она никогда не позволила бы упасть. Когда открыла, он всё ещё был рядом, и в её взгляде появилось что-то новое. Что-то тёплое.
После его слов в комнате повисла тишина: тёплая, тягучая, неловкая. Элис смотрела на него чуть шире обычного, будто он подрос на пару сантиметров прямо на глазах. Манато заметил, как её уши дрогнули и покраснели щеки, и от этого у него самого внутри всё перевернулось.
Она отвернулась первой, убирая непослушный локон за ухо. Движение такое нервное, что он понял: она смутилась не меньше его. Парень вскинул взгляд в сторону, чтобы скрыть собственное смятение. Он почувствовал, как жар поднимается к щекам, и тихо фыркнул себе под нос, будто пытаясь сбить пульс.
Но тишина между ними не исчезла. Она стала другой: плотной, почти осязаемой. В ней было что-то, что оба ощущали, но ни один не решался произнести. Элис медленно вдохнула и поднялась со стула. Слишком резко. Слишком твёрдо, как будто хотела показать, что в порядке. Но пальцы выдавали её, ведь она нервно игралась с ними.
— Я… пр-правда ценю… — начала она, но голос предательски дрогнул, и она поспешила сменить тему: — Мне нужно дописать отчёт. Из… извиняюсь.
Она шагнула чуть в сторону и остановилась. Манато смотрел на неё с такой мягкостью, что она замерла на месте. И он понял: если он сейчас ничего не сделает, она уйдёт, решив, что сказала слишком много. Что позволила себе лишнее. Что он не заметил, не понял, не ответил.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
А это было неправдой. Он понимал слишком хорошо. Манато сделал шаг вперёд, ещё один. Он видел, как она запыхалась, как будто от каждого сантиметра, на который он приближался, у неё перехватывало дыхание. Он протянул руку осторожно, словно боялся спугнуть.
— Элис…
Она подняла глаза. И в них было и удивление, и надежда, и страх — что он отступит. Но он не отступил. Парень взял её за ладонь. Она вздрогнула, но не оттолкнула. Он наклонился.
Девушка раскрыла губы от удивления, щеки вспыхнули, как будто кто-то поднёс к ним огонь. Уши её стояли торчком, будто ловили каждое его движение. И прежде чем она успела хоть что-то сказать, Манато коснулся губами тыльной стороны её ладони.
Тихий, короткий, но невероятно нежный поцелуй. У нее перехватило дыхание. Несколько секунд она просто стояла, неподвижная, как статуя, а потом — выдохнула. Тихо. Неловко. Почти жалобно.
— М-м-манато… — её голос дрожал, будто от малейшего прикосновения он мог рассыпаться. Он поднял голову. Их взгляды встретились. И оба поняли: после этого пути назад уже нет.
— Элис…
Она подняла глаза. И в них было и удивление, и надежда, и страх — что он отступит. Но он не отступил. Парень взял её за ладонь. Она вздрогнула, но не оттолкнула. Он наклонился.
Девушка раскрыла губы от удивления, щеки вспыхнули, как будто кто-то поднёс к ним огонь. Уши её стояли торчком, будто ловили каждое его движение. И прежде чем она успела хоть что-то сказать, Манато коснулся губами тыльной стороны её ладони.
Тихий, короткий, но невероятно нежный поцелуй. У нее перехватило дыхание. Несколько секунд она просто стояла, неподвижная, как статуя, а потом — выдохнула. Тихо. Неловко. Почти жалобно.
— М-м-манато… — её голос дрожал, будто от малейшего прикосновения он мог рассыпаться. Он поднял голову. Их взгляды встретились. И оба поняли: после этого пути назад уже нет.
🐰 : я нашла очень милые и вкусные артики с ними. какие еще есть милые пейринги в игрультке? у меня пока что фикс на этих двоих и Влад/Вивиан. Буду рада, если вы еще скините артиков мне с отпшками!!!!
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Зимняя слива.
#зарисовка #angst #GenshinImpact
🌟 👹 💕 ⚰️ 🌟
☺️ очь в Ли Юэ была тихой, почти обманчиво спокойной. Фонари горели мягко, отражаясь в мокрой после дождя каменной мостовой. Сяо стоял на крыше, как всегда — выше людских мыслей, выше шума, выше привязанностей.
— Ну вот, — раздался знакомый голос снизу. — А я думала, ты сегодня не придёшь.
Он вздрогнул, но не от опасности — от неё. Ху Тао сидела на перилах, покачивая ногами, словно это был не край, а обычная скамейка у похоронного бюро. В руках у неё был узелок с едой.
— Ты опять ранен, — заметила она слишком быстро.
— Это тебя не касается, — тихо ответил Сяо. Она встала и подошла ближе. Слишком близко. Он чувствовал тепло от неё — живое, человеческое, опасное.
— Знаешь, — сказала она, протягивая завернутую еду. — Если адепты существуют тысячелетиями, то кто-то же должен следить, чтобы вы хотя бы ели вовремя.
Он не взял. Тишина повисла между ними. Потом она рассмеялась — коротко, чуть слишком громко.
— Ай, да ладно тебе, — сказала Ху Тао, отводя взгляд. — Я же просто болтаю. Не переживай ты так.
Она сделала шаг назад, словно между ними вдруг выросла невидимая стена. Улыбка оставалась на её лице, но в глазах стало пусто.
Сяо молчал. Он смотрел на неё — на живую, странную, слишком смелую девчонку, которая говорила о смерти, как о старой знакомой, и почему-то каждый раз возвращалась к нему. Зачем? Почему она снова и снова тянулась к тому, кто несёт лишь карму, боль и проклятие? Он не понимал.
— Ты не должна приходить ко мне, — наконец сказал он глухо. — Это опасно.
— Опасно? — она усмехнулась. — Милый Якша, я работаю со смертью каждый день.
— Это не одно и то же, — резко ответил он. — Ты… не понимаешь, чем я являюсь.
— Тогда объясни, — сказала тише.
Он не смог, потому что как объяснить, что боишься не её смерти — а того, что она станет для тебя важной? Ху Тао медленно кивнула, будто всё поняла без слов.
— Ладно, — снова улыбнулась она. — Забудь.
Она развернулась и пошла к краю крыши. Перед прыжком остановилась.
— А еду я всё равно оставлю здесь. Вдруг кто-нибудь голодный найдётся.
И исчезла с планером, в огнях ночного города. Сяо остался один. Еда так и лежала у его ног. Нетронутая. Он смотрел туда, где она только что стояла, и впервые за долгие столетия его защемило не от кармы. А от пустоты.
Сяо стоял на крыше, держась за узелок, но его мысли уже не были сосредоточены на еде. Ху Тао ушла, оставив после себя только тёплое чувство и тихую пустоту. Он опустил взгляд на улицы Ли Юэ. Свет фонарей отражался в мокрой мостовой, а ветер мягко колыхал ветви сливовых деревьев, растущих вдоль аллей.
Он спустился с крыши. Его шаги были тихи, почти бесшумны, но в каждом шаге ощущалась решимость. Он прошёл через пустые улочки, мимо фонарей, мимо спящих домов, пока не остановился у дерева с нежно-розовыми цветами, которые напоминали ему её смех, её движения, её свет.
Сяо поднял руку и сорвал одну тонкую веточку сливы. Она дрожала в его руках, словно сама природа понимала его тихую грусть. Он сжал её крепко, почти болезненно, и пошёл дальше, к могиле Ху Тао — небольшому, аккуратному месту, окутанному свечами и лёгким ароматом цветов, оставленных другими.
Он опустился на колени, аккуратно положил веточку на камень. Лепестки слегка коснулись мрамора. Якша стоял в тишине. Не было слов. Он не мог говорить. Но его поступок говорил всё.
Ветер заиграл с лепестками, и на мгновение показалось, что веточка, словно маленькая память о ней, дрожит и улыбается. Сяо отступил на шаг, прижался к груди, глубоко вздохнул и тихо сказал:
— Я… надеюсь, ты видишь это.
Он повернулся и ушёл так же тихо, как пришёл, оставив после себя лишь веточку сливы и ощущение того, что любовь, пусть и молчаливая, может быть вечной. И хотя могила оставалась пустой, сердце Сяо было немного легче.
#зарисовка #angst #GenshinImpact
— Ну вот, — раздался знакомый голос снизу. — А я думала, ты сегодня не придёшь.
Он вздрогнул, но не от опасности — от неё. Ху Тао сидела на перилах, покачивая ногами, словно это был не край, а обычная скамейка у похоронного бюро. В руках у неё был узелок с едой.
— Ты опять ранен, — заметила она слишком быстро.
— Это тебя не касается, — тихо ответил Сяо. Она встала и подошла ближе. Слишком близко. Он чувствовал тепло от неё — живое, человеческое, опасное.
— Знаешь, — сказала она, протягивая завернутую еду. — Если адепты существуют тысячелетиями, то кто-то же должен следить, чтобы вы хотя бы ели вовремя.
Он не взял. Тишина повисла между ними. Потом она рассмеялась — коротко, чуть слишком громко.
— Ай, да ладно тебе, — сказала Ху Тао, отводя взгляд. — Я же просто болтаю. Не переживай ты так.
Она сделала шаг назад, словно между ними вдруг выросла невидимая стена. Улыбка оставалась на её лице, но в глазах стало пусто.
Сяо молчал. Он смотрел на неё — на живую, странную, слишком смелую девчонку, которая говорила о смерти, как о старой знакомой, и почему-то каждый раз возвращалась к нему. Зачем? Почему она снова и снова тянулась к тому, кто несёт лишь карму, боль и проклятие? Он не понимал.
— Ты не должна приходить ко мне, — наконец сказал он глухо. — Это опасно.
— Опасно? — она усмехнулась. — Милый Якша, я работаю со смертью каждый день.
— Это не одно и то же, — резко ответил он. — Ты… не понимаешь, чем я являюсь.
— Тогда объясни, — сказала тише.
Он не смог, потому что как объяснить, что боишься не её смерти — а того, что она станет для тебя важной? Ху Тао медленно кивнула, будто всё поняла без слов.
— Ладно, — снова улыбнулась она. — Забудь.
Она развернулась и пошла к краю крыши. Перед прыжком остановилась.
— А еду я всё равно оставлю здесь. Вдруг кто-нибудь голодный найдётся.
И исчезла с планером, в огнях ночного города. Сяо остался один. Еда так и лежала у его ног. Нетронутая. Он смотрел туда, где она только что стояла, и впервые за долгие столетия его защемило не от кармы. А от пустоты.
Сяо стоял на крыше, держась за узелок, но его мысли уже не были сосредоточены на еде. Ху Тао ушла, оставив после себя только тёплое чувство и тихую пустоту. Он опустил взгляд на улицы Ли Юэ. Свет фонарей отражался в мокрой мостовой, а ветер мягко колыхал ветви сливовых деревьев, растущих вдоль аллей.
Он спустился с крыши. Его шаги были тихи, почти бесшумны, но в каждом шаге ощущалась решимость. Он прошёл через пустые улочки, мимо фонарей, мимо спящих домов, пока не остановился у дерева с нежно-розовыми цветами, которые напоминали ему её смех, её движения, её свет.
Сяо поднял руку и сорвал одну тонкую веточку сливы. Она дрожала в его руках, словно сама природа понимала его тихую грусть. Он сжал её крепко, почти болезненно, и пошёл дальше, к могиле Ху Тао — небольшому, аккуратному месту, окутанному свечами и лёгким ароматом цветов, оставленных другими.
Он опустился на колени, аккуратно положил веточку на камень. Лепестки слегка коснулись мрамора. Якша стоял в тишине. Не было слов. Он не мог говорить. Но его поступок говорил всё.
Ветер заиграл с лепестками, и на мгновение показалось, что веточка, словно маленькая память о ней, дрожит и улыбается. Сяо отступил на шаг, прижался к груди, глубоко вздохнул и тихо сказал:
— Я… надеюсь, ты видишь это.
Он повернулся и ушёл так же тихо, как пришёл, оставив после себя лишь веточку сливы и ощущение того, что любовь, пусть и молчаливая, может быть вечной. И хотя могила оставалась пустой, сердце Сяо было немного легче.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Когда ветер встречает огонь.pdf
121.8 KB
Когда ветер встречает огонь.
#зарисовка #fluff #GenshinImpact
🌟 🍁 💕 🎇 🌟
☺️ ёплой ночью в Инадзуме Кадзуха лежит на поросшем травой холме и смотрит на звёзды. Тем временем Ёимия стоит у старого клёна, и ветер треплет её волосы. Оба поглощены мыслями друг о друге, их сердца бешено колотятся от невысказанных чувств.
#зарисовка #fluff #GenshinImpact
🐰 : ну, и такое бывает. думаю написать что-то по пурлилям, потому что я по ним соскучилась.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Forwarded from нелун 18+
Мне напомнили про этот день, отдельное спасибо. Всех творцов с праздником. 😘 🤪
Хотелось бы услышать ваши возможные пожелания к контенту у меня.
#ArtistDay
Хотелось бы услышать ваши возможные пожелания к контенту у меня.
#ArtistDay
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM