Прочитала и снова вспомнила, что мой насильник отец объявил меня сумасшедшей и по его просьбе тетка-психиатр, его сестра, выписала мне курс прозака.
А не ему тюрьму, ага.
А не ему тюрьму, ага.
Больше двух лет прошло со времени моего обретения ориентации, кстати — и через неделю я буду участвовать в Живой библиотеке как книга "лесбиянка in her forty"
(да, а сорок мне ровно через месяц)
Писала сегодня свою маленькую лесбографию для этого. Так интересно было подытожить самой.
Положу для истории в канал.
**
Моя история принятия такая:
Я совсем недавно, пару лет как приняла себя как есть. А до того считала, что я обычная гетеро, которой ну просто не везет с мужчинами, ни в кого она не влюбляется и все вот так уныло у нее, ну наверное одна и буду, чего уж.
В детстве я пережила инцестуальное сексуализированное насилие от отца и долгие годы воспринимала свое влечение к женщинам как «травмированность», как то, с чем мне нужно бороться, что нужно преодолевать и чему нельзя верить. Вот мол есть на свете нормальные лесбиянки, они про себя все с самого начала знают — а есть я, и мне верить нельзя. Все это временное, пройдет, перебешусь, а настоящая и правильная, «зрелая» любовь возможна только между мужчиной и женщиной, вот же ведь об этом и Фрейд писал, и психологи говорят. Я много читала, а книжный и поп-психологический дискурс тех лет был именно таким: что это что-то неполноценное, стыдноватое, и до первого нормального мужчины. Хоть Цветаеву возьми, хоть Мэри Рено, хоть любимую мою книжку Платье цвета луны. Всему этому я очень верила.
В подростковости и юности я влюблялась в девушек, а сексом занималась с юношами, по дороге придумывая в них себе влюбленность как в киногероев (ни одного из тех, в кого «была влюблена», я не знала близко, не общалась и не разговаривала толком, все было только через секс. При этом никого из них я не хотела и вообще не понимала, как это — хотеть, но ощущала всем телом, что должна, и что я существую для такого со мной обращения. Такой самоповреждающий секс — обычное дело при посттравматическом расстройстве после насилия, но я этого не знала).
Мне при этом порой нравились тоненькие мальчики, с такой андрогинной фигурой, про которых непонятно, кто они. И еще бойз бэнд, вот это вообще идеально: далеко, никогда не увидимся, выглядит как юный мальчик, и сердце типа занято, берем.
В мои 17-19 в мир пришла группа Тату, и у меня начались «легальные» романы с девушками, все тогда было гораздо свободнее и спокойней — хотя при этом отношение как к чему-то "невсерьез" оставалось повсеместным. Я же при этом чувствовала одновременно огромную радость принадлежности и огромный же страх «нет, ну это было бы слишком просто и слишком прекрасно, а я же не настоящая лесбиянка».
Потом я попала в семилетние отношения с таким вот андрогинным мальчиком, и очень радовалась: вот, все правильно, теперь я спасена, я в правильной любви. Это было, конечно, не так.
При этом всю свою жизнь я имела отношения только с девушками — все, кроме сексуальных. Я в них совершенно крышесносно влюблялась и очень, очень тесно с ними общалась, испытывала стопроцентную романтическую привязанность, но физически почти ничего к ним не чувствовала, вернее, быстро отмораживалась. Еще и поэтому не доверяла себе.
Мне потребовалось расставание, семь лет одиночества, феминизм, постепенное отковыривание от себя мизогинии и внутренней гомофобии, хорошая терапия, постоянные группы для переживших насилие в семье и много чтения действительно качественной современной психологической литературы, а не Фрейда — чтобы все сошлось. В частности спасибо Эмили Нагоски, объяснившей термин нонконкордантность. Мое тело реагировало на мое же возбуждение как на триггер — все это для меня было связано с насилием, с тем, что происходило когда-то против моей воли и воспринималось ужасным. Так что то, что я чувствовала — это сильнейшая тяга и мгновенная заморозка, вот и все.
Когда мне было кажется 36, моя дочь-подросток сделала мне каминаут о том, что она лесбиянка, и я повторяла ей ровно то же, во что верила годами сама. Что, мол, ну да, нормально, ты изучаешь свою сексуальность, все в порядке, но ты не торопись с этим, это все не всерьез, не стоит этому верить. Ее это ранило.
(да, а сорок мне ровно через месяц)
Писала сегодня свою маленькую лесбографию для этого. Так интересно было подытожить самой.
Положу для истории в канал.
**
Моя история принятия такая:
Я совсем недавно, пару лет как приняла себя как есть. А до того считала, что я обычная гетеро, которой ну просто не везет с мужчинами, ни в кого она не влюбляется и все вот так уныло у нее, ну наверное одна и буду, чего уж.
В детстве я пережила инцестуальное сексуализированное насилие от отца и долгие годы воспринимала свое влечение к женщинам как «травмированность», как то, с чем мне нужно бороться, что нужно преодолевать и чему нельзя верить. Вот мол есть на свете нормальные лесбиянки, они про себя все с самого начала знают — а есть я, и мне верить нельзя. Все это временное, пройдет, перебешусь, а настоящая и правильная, «зрелая» любовь возможна только между мужчиной и женщиной, вот же ведь об этом и Фрейд писал, и психологи говорят. Я много читала, а книжный и поп-психологический дискурс тех лет был именно таким: что это что-то неполноценное, стыдноватое, и до первого нормального мужчины. Хоть Цветаеву возьми, хоть Мэри Рено, хоть любимую мою книжку Платье цвета луны. Всему этому я очень верила.
В подростковости и юности я влюблялась в девушек, а сексом занималась с юношами, по дороге придумывая в них себе влюбленность как в киногероев (ни одного из тех, в кого «была влюблена», я не знала близко, не общалась и не разговаривала толком, все было только через секс. При этом никого из них я не хотела и вообще не понимала, как это — хотеть, но ощущала всем телом, что должна, и что я существую для такого со мной обращения. Такой самоповреждающий секс — обычное дело при посттравматическом расстройстве после насилия, но я этого не знала).
Мне при этом порой нравились тоненькие мальчики, с такой андрогинной фигурой, про которых непонятно, кто они. И еще бойз бэнд, вот это вообще идеально: далеко, никогда не увидимся, выглядит как юный мальчик, и сердце типа занято, берем.
В мои 17-19 в мир пришла группа Тату, и у меня начались «легальные» романы с девушками, все тогда было гораздо свободнее и спокойней — хотя при этом отношение как к чему-то "невсерьез" оставалось повсеместным. Я же при этом чувствовала одновременно огромную радость принадлежности и огромный же страх «нет, ну это было бы слишком просто и слишком прекрасно, а я же не настоящая лесбиянка».
Потом я попала в семилетние отношения с таким вот андрогинным мальчиком, и очень радовалась: вот, все правильно, теперь я спасена, я в правильной любви. Это было, конечно, не так.
При этом всю свою жизнь я имела отношения только с девушками — все, кроме сексуальных. Я в них совершенно крышесносно влюблялась и очень, очень тесно с ними общалась, испытывала стопроцентную романтическую привязанность, но физически почти ничего к ним не чувствовала, вернее, быстро отмораживалась. Еще и поэтому не доверяла себе.
Мне потребовалось расставание, семь лет одиночества, феминизм, постепенное отковыривание от себя мизогинии и внутренней гомофобии, хорошая терапия, постоянные группы для переживших насилие в семье и много чтения действительно качественной современной психологической литературы, а не Фрейда — чтобы все сошлось. В частности спасибо Эмили Нагоски, объяснившей термин нонконкордантность. Мое тело реагировало на мое же возбуждение как на триггер — все это для меня было связано с насилием, с тем, что происходило когда-то против моей воли и воспринималось ужасным. Так что то, что я чувствовала — это сильнейшая тяга и мгновенная заморозка, вот и все.
Когда мне было кажется 36, моя дочь-подросток сделала мне каминаут о том, что она лесбиянка, и я повторяла ей ровно то же, во что верила годами сама. Что, мол, ну да, нормально, ты изучаешь свою сексуальность, все в порядке, но ты не торопись с этим, это все не всерьез, не стоит этому верить. Ее это ранило.
(продолжение)
И именно нежелание ее ранить и большая работа над тем, чтобы понять, открыли мне глаза и на мою ориентацию.
Это было как внезапно взять и открыть шкаф (со своими застарелыми убеждениями), перетряхнуть их и увидеть, что ни одной целой вещи там не осталось.
В 37 я буквально в несколько дней получила полный разворот самой себя — и поняла, что я лесбиянка и всегда ею и была. Я писала об этом огромные посты в канале, в деталях, можно почитать, кому интересно, с июня 2019. На тот момент я уже семь лет была одна, периодически включала тиндер, меня воротило абсолютно со всех, но я уговаривала себя иногда ходить на свидания как на работу, мол, ну нельзя же судить заочно.
Как только я поняла, что мне нужны не мужчины, и сменила там поиск на женщин — все озарилось. Я ходила на свидания все лето и была совершенно счастлива, а в первые дни осени встретила ту, кто стала моей женой. И уже два года мы вместе, а с этой весны женаты (без штампа, конечно, страна у нас этого сделать не дает, но почему мы должны слушаться этих дискриминационных законов).
Уже два года я живу, не переставая удивляться — как много было во мне запаяно не-моего. Я стала иначе выглядеть, иное находить красивым, да простой пример: я понимаю теперь, что такое западать на актрис, на незнакомых женщин — раньше все эти «hot» в адрес мужчин мне были как на китайском, абсолютно непонятны. Я изучаю лесбийство как культуру и как национальность, читаю книги, смотрю фильмы, радуюсь узнаванию там своего опыта. В общем, я продожаю осваиваться в своей идентичности и ощущаю это как глубокую заполняющую меня часть. Принадлежность, каковой она и была в юности. Теперь я знаю, что она моя.
И именно нежелание ее ранить и большая работа над тем, чтобы понять, открыли мне глаза и на мою ориентацию.
Это было как внезапно взять и открыть шкаф (со своими застарелыми убеждениями), перетряхнуть их и увидеть, что ни одной целой вещи там не осталось.
В 37 я буквально в несколько дней получила полный разворот самой себя — и поняла, что я лесбиянка и всегда ею и была. Я писала об этом огромные посты в канале, в деталях, можно почитать, кому интересно, с июня 2019. На тот момент я уже семь лет была одна, периодически включала тиндер, меня воротило абсолютно со всех, но я уговаривала себя иногда ходить на свидания как на работу, мол, ну нельзя же судить заочно.
Как только я поняла, что мне нужны не мужчины, и сменила там поиск на женщин — все озарилось. Я ходила на свидания все лето и была совершенно счастлива, а в первые дни осени встретила ту, кто стала моей женой. И уже два года мы вместе, а с этой весны женаты (без штампа, конечно, страна у нас этого сделать не дает, но почему мы должны слушаться этих дискриминационных законов).
Уже два года я живу, не переставая удивляться — как много было во мне запаяно не-моего. Я стала иначе выглядеть, иное находить красивым, да простой пример: я понимаю теперь, что такое западать на актрис, на незнакомых женщин — раньше все эти «hot» в адрес мужчин мне были как на китайском, абсолютно непонятны. Я изучаю лесбийство как культуру и как национальность, читаю книги, смотрю фильмы, радуюсь узнаванию там своего опыта. В общем, я продожаю осваиваться в своей идентичности и ощущаю это как глубокую заполняющую меня часть. Принадлежность, каковой она и была в юности. Теперь я знаю, что она моя.
И вот такой анонс про воскресенье подъехал, стою с фамилией в одиночном пикете видимости) Приходите! Адрес дается при регистрации, его сообщением вам пришлют.
А я пока записываю в гудридс книжки, которые я читала с зимы, с цитатами и всем таким буквальным документированием, которое люблю я и подобные мне книжные нерды. Скоро будет свежая коллекция.
И вот из Васякиной, из Раны, кусочек. Как прелюдия.
"Ты попросила написать стихотворение для тебя. Это очень просто – писать стихи. Все умеют писать стихотворения. Но я, кажется, не умею. Писать стихотворения – это как вылизывать кожу камня. Или слушать шелест сигнальной ленты на детской площадке. Стихотворение – очень простая вещь, оно сделано из звука и тела. Как и любое вещество, у которого нет никакого применения, но в котором есть острая необходимость. Зачем Катулл писал свои любовные элегии? Это было две тысячи лет назад. Страсть к письму, к вылизыванию камня была и в этом древнем человеке. И во мне она есть. Особенно когда я вижу, как белая с рыжими пятнами уличная кошка пересекает пустой двор. Тогда я могу что-нибудь написать для тебя. Когда я вижу красную шапку новостройки за железнодорожными путями, я могу что-нибудь написать. Я могу что-нибудь написать, когда слышу далекие звуки".
И вот из Васякиной, из Раны, кусочек. Как прелюдия.
"Ты попросила написать стихотворение для тебя. Это очень просто – писать стихи. Все умеют писать стихотворения. Но я, кажется, не умею. Писать стихотворения – это как вылизывать кожу камня. Или слушать шелест сигнальной ленты на детской площадке. Стихотворение – очень простая вещь, оно сделано из звука и тела. Как и любое вещество, у которого нет никакого применения, но в котором есть острая необходимость. Зачем Катулл писал свои любовные элегии? Это было две тысячи лет назад. Страсть к письму, к вылизыванию камня была и в этом древнем человеке. И во мне она есть. Особенно когда я вижу, как белая с рыжими пятнами уличная кошка пересекает пустой двор. Тогда я могу что-нибудь написать для тебя. Когда я вижу красную шапку новостройки за железнодорожными путями, я могу что-нибудь написать. Я могу что-нибудь написать, когда слышу далекие звуки".
И вот что подумала еще, разглядывая свои книжки.
Не знаю, заметили ли вы, но почти все кино, сделанное в 2021 — мертворожденное, причем на всех уровнях, и визуально, и сценарно, и актерски. Оно как бы лишено вообще всех опор на живое, на телесное, на человеческое, на дышащее. Такой конструкт идей.
Как будто люди, делающие его (а кино делается долго и всей командой), повредились за пандемию и пока не набрали себе жизни обратно, не насмотрели его в крошечках движений и мимики, она от них скрыта под маской и зумами.
А вот книги нет. Книги дышат как дышали. Эта не-командность и уединенность им пошла только на пользу. В частности Тана Френч, написавшая своего Искателя вот как раз в пандемию — написала его живым воздухом. Офигенно.
Не знаю, заметили ли вы, но почти все кино, сделанное в 2021 — мертворожденное, причем на всех уровнях, и визуально, и сценарно, и актерски. Оно как бы лишено вообще всех опор на живое, на телесное, на человеческое, на дышащее. Такой конструкт идей.
Как будто люди, делающие его (а кино делается долго и всей командой), повредились за пандемию и пока не набрали себе жизни обратно, не насмотрели его в крошечках движений и мимики, она от них скрыта под маской и зумами.
А вот книги нет. Книги дышат как дышали. Эта не-командность и уединенность им пошла только на пользу. В частности Тана Френч, написавшая своего Искателя вот как раз в пандемию — написала его живым воздухом. Офигенно.
Про Живую библиотеку от Действия
Выступала мало того что книгой, так еще и на дискуссии со сцены, волновалась капец, хотела спорить с неласковым комментатором из зала про "мы все русские, мы хотим одного", очень обрадовалась присутствовавшей в зале жене,
отточила произношение лгбтк+ как скороговорку
и так была счастлива внимательным собеседникам! это моя уже третья живая библиотека в роли книги, первые две были про приемное родительство.
В этот раз говорила:
о мизогинии и гомофобии внутри,
о лесбийстве как национальности,
о принятии дочери в ее ориентации (и потому нет, вы не можете сделать ничего со своими родителями — только говорить о том, как вам больно; но это их дорога),
о приемном родительстве и что в нем нет никаких гарантий — да, ты выложишься вся, нет, это может не помочь человеку, человек проходит свои травмы только сам;
о влиянии травмы на самовосприятие,
о процессе восстановления сексуальности после насилия,
о стыде вине и тайне как трех китах/признаках травмы, и о диссоциации, не позволяющей ее осознать.
с ч а с т л и в а, конечно)
А еще прямо на моей сессии одна девушка впервые рассказала вслух кому-то кроме психотерапевта о своей истории сексуализированного насилия. И так еще одна тайна булькнула и ушла в прошлое. УРА.
Немножко жалко, что печатные рассказы книг о себе не были на видном месте и их поэтому прочитали совсем немногие, а значит это приходилось дублировать; немножко жалко, что я сама не могла пойти по книгам (а там было к кому заглянуть!); немножко жалко, что было мало времени.
✨Для тех, кто пришел сюда после библиотеки и кому не хватило.✨
Что у меня есть:
• подкаст со мной раз и два, Втирать в себя лесбийскую культуру и Мне нельзя было плакать, когда он меня бил (я даю ссылки на спотифай, но вообще они есть на всех платформах, вот тут указаны ссылки)
• интерью со мной "Стереотип о том, что у ЛГБТ-родителей появляются ЛГБТ-дети — это наша семейная шутка"
• колонка Осколки о пережитом насилии (именно этот опыт менял мне оптику и заставлял думать об ориентации как о чем-то, на что я не имею права — о чем я на живой библиотеке и рассказывала)
А помимо этого, есть еще:
• сайт о моей работе фотографкой и фототерапевткой
• инстаграм-бортовой журнал красоты и смыслов
• гудридс, где я веду читательский дневник как документалистка, цитатами, и в частности — целая полка лесбийской литературы
• ну и вишлист пусть будет тоже)
вот. лавс 💛
Выступала мало того что книгой, так еще и на дискуссии со сцены, волновалась капец, хотела спорить с неласковым комментатором из зала про "мы все русские, мы хотим одного", очень обрадовалась присутствовавшей в зале жене,
отточила произношение лгбтк+ как скороговорку
и так была счастлива внимательным собеседникам! это моя уже третья живая библиотека в роли книги, первые две были про приемное родительство.
В этот раз говорила:
о мизогинии и гомофобии внутри,
о лесбийстве как национальности,
о принятии дочери в ее ориентации (и потому нет, вы не можете сделать ничего со своими родителями — только говорить о том, как вам больно; но это их дорога),
о приемном родительстве и что в нем нет никаких гарантий — да, ты выложишься вся, нет, это может не помочь человеку, человек проходит свои травмы только сам;
о влиянии травмы на самовосприятие,
о процессе восстановления сексуальности после насилия,
о стыде вине и тайне как трех китах/признаках травмы, и о диссоциации, не позволяющей ее осознать.
с ч а с т л и в а, конечно)
А еще прямо на моей сессии одна девушка впервые рассказала вслух кому-то кроме психотерапевта о своей истории сексуализированного насилия. И так еще одна тайна булькнула и ушла в прошлое. УРА.
Немножко жалко, что печатные рассказы книг о себе не были на видном месте и их поэтому прочитали совсем немногие, а значит это приходилось дублировать; немножко жалко, что я сама не могла пойти по книгам (а там было к кому заглянуть!); немножко жалко, что было мало времени.
✨Для тех, кто пришел сюда после библиотеки и кому не хватило.✨
Что у меня есть:
• подкаст со мной раз и два, Втирать в себя лесбийскую культуру и Мне нельзя было плакать, когда он меня бил (я даю ссылки на спотифай, но вообще они есть на всех платформах, вот тут указаны ссылки)
• интерью со мной "Стереотип о том, что у ЛГБТ-родителей появляются ЛГБТ-дети — это наша семейная шутка"
• колонка Осколки о пережитом насилии (именно этот опыт менял мне оптику и заставлял думать об ориентации как о чем-то, на что я не имею права — о чем я на живой библиотеке и рассказывала)
А помимо этого, есть еще:
• сайт о моей работе фотографкой и фототерапевткой
• инстаграм-бортовой журнал красоты и смыслов
• гудридс, где я веду читательский дневник как документалистка, цитатами, и в частности — целая полка лесбийской литературы
• ну и вишлист пусть будет тоже)
вот. лавс 💛
"Ой, понимаю вас, мне бы тоже не понравилось, если бы мне навязывали гетеросексуальность"
У Саши Казанцевой, конечно, совершенно богический уровень проповедничества, уровень Франциск Ассизский, только птицы-то попонятливей были.
Смотрели вот эту вот передачку обе в разных чувствах: Л в ярости к оппонентке, я в азарте коммуникации.
Ну потому что все это мне очень знакомо и именно по этим методикам я и сама обычно работаю — в выстраивании фандрайзинговых текстов для Таких дел я опираюсь именно на такие точки-привычные убеждения и начинаю аккуратно их трогать с разных сторон. Расшатывать, как Саша, просто переворачивая в сторону уже привычного. Показывая на примерах абсурдность их. Правильно ли я понимаю, что вы считаете людей недостойными жить, и всякое такое. Да я об этом целую лекцию на Мастерской кризисной журналистики читала, только застеснялась и не выложила. Как ловить свои же собственные общечеловеческие триггерные точки и идти именно них.
Вот в феминизме я такие дискуссии вообще не могу вести, просто сразу нахуй, погугли, еще я тебе доказывать буду что-то. А в приемном родительстве больше не могу, выгорела (а долго именно пыталась объяснять. Но чтобы понять специфический опыт и то, как он влияет на мозг, надо либо обладать таким опытом плюс его рефлексией, либо очень много очень упорно читать — при этом обходя ловушку мозга "ну я и так понимаю, о чем речь, это же просто дети, их надо просто любить").
А тут, в лгбт-активизме, мне это дается легко и я это практикую во всех компаниях без тени смущения. Я, видимо, хорошо помню, как сама же имела кучу парадоксальных заблуждений и реально сама вот, к примеру, думала: нет, ну понятно равные права, но можно как-то поспокойней, парады-то зачем, что за демонстративность.
О как я все запонимала, стоило понять себя саму.
Тут же Сашины совершенно блестящие аргументы и обороты летели часто в молоко, потому что человек очевидно не принимает себя как дискриминируемую группу, и негодует только лишь потому, что студенты-расисты пошли учиться вместе с ней в РУДН, а не в МГУ — но не тому факту, что расисты вообще блин есть. А значит и многие сравнения мимо. Хотя это прямо воплощение парадокса о том, что дискриминируемые группы часто дискриминируют одна другую( Типа, мол, да ваши проблемы — не проблемы, а вот мои!..
Ну и отдельно важно, что человек-оппонентка из нашего же условного круга, журналистка, а чо. Нет классового противопоставления.
И грустно смотреть, как человек просто тупой. Ну, ок, ок, в плену своих заблуждений. Но Саша богинечка все равно. Ведь это многие услышат.
Но, разумеется, никакие наши старания быть услышанными ничерта не изменят в среде — потому что среда при активном сопротивлении сверху не меняется. Это как буллинг в классе — его только взрослые останавливают. Имеющие власть. И глупо, безответственно и жестоко говорить страдающему от буллинга "а ты сам постарайся, сам его прекрати, прими на себя ответственность, ну". Не выйдет.
В нашей же стране имеющие власть не то что не останавливают буллинг, а радостно науськивают и говорят "ату".
У Саши Казанцевой, конечно, совершенно богический уровень проповедничества, уровень Франциск Ассизский, только птицы-то попонятливей были.
Смотрели вот эту вот передачку обе в разных чувствах: Л в ярости к оппонентке, я в азарте коммуникации.
Ну потому что все это мне очень знакомо и именно по этим методикам я и сама обычно работаю — в выстраивании фандрайзинговых текстов для Таких дел я опираюсь именно на такие точки-привычные убеждения и начинаю аккуратно их трогать с разных сторон. Расшатывать, как Саша, просто переворачивая в сторону уже привычного. Показывая на примерах абсурдность их. Правильно ли я понимаю, что вы считаете людей недостойными жить, и всякое такое. Да я об этом целую лекцию на Мастерской кризисной журналистики читала, только застеснялась и не выложила. Как ловить свои же собственные общечеловеческие триггерные точки и идти именно них.
Вот в феминизме я такие дискуссии вообще не могу вести, просто сразу нахуй, погугли, еще я тебе доказывать буду что-то. А в приемном родительстве больше не могу, выгорела (а долго именно пыталась объяснять. Но чтобы понять специфический опыт и то, как он влияет на мозг, надо либо обладать таким опытом плюс его рефлексией, либо очень много очень упорно читать — при этом обходя ловушку мозга "ну я и так понимаю, о чем речь, это же просто дети, их надо просто любить").
А тут, в лгбт-активизме, мне это дается легко и я это практикую во всех компаниях без тени смущения. Я, видимо, хорошо помню, как сама же имела кучу парадоксальных заблуждений и реально сама вот, к примеру, думала: нет, ну понятно равные права, но можно как-то поспокойней, парады-то зачем, что за демонстративность.
О как я все запонимала, стоило понять себя саму.
Тут же Сашины совершенно блестящие аргументы и обороты летели часто в молоко, потому что человек очевидно не принимает себя как дискриминируемую группу, и негодует только лишь потому, что студенты-расисты пошли учиться вместе с ней в РУДН, а не в МГУ — но не тому факту, что расисты вообще блин есть. А значит и многие сравнения мимо. Хотя это прямо воплощение парадокса о том, что дискриминируемые группы часто дискриминируют одна другую( Типа, мол, да ваши проблемы — не проблемы, а вот мои!..
Ну и отдельно важно, что человек-оппонентка из нашего же условного круга, журналистка, а чо. Нет классового противопоставления.
И грустно смотреть, как человек просто тупой. Ну, ок, ок, в плену своих заблуждений. Но Саша богинечка все равно. Ведь это многие услышат.
Но, разумеется, никакие наши старания быть услышанными ничерта не изменят в среде — потому что среда при активном сопротивлении сверху не меняется. Это как буллинг в классе — его только взрослые останавливают. Имеющие власть. И глупо, безответственно и жестоко говорить страдающему от буллинга "а ты сам постарайся, сам его прекрати, прими на себя ответственность, ну". Не выйдет.
В нашей же стране имеющие власть не то что не останавливают буллинг, а радостно науськивают и говорят "ату".
Но что-то хорошее нам на ночь тоже ведь нужно, правда?
Рождественский ролик от норвежской почтовой службы в честь пятидесятилетия декриминализации гей-браков в стране.
"Как Гарри встретил Санту"
«Мы уже 50 лет можем любить всех, кого захотим», слоган ролика. Легально могут, добавлю я. А мы вот с вами пока любим вне закона, но пусть что ли каждый и каждая доживет до такого ролика на русском, а? Со своими мистерами и миссис Сантами. Моя спит)
Рождественский ролик от норвежской почтовой службы в честь пятидесятилетия декриминализации гей-браков в стране.
"Как Гарри встретил Санту"
«Мы уже 50 лет можем любить всех, кого захотим», слоган ролика. Легально могут, добавлю я. А мы вот с вами пока любим вне закона, но пусть что ли каждый и каждая доживет до такого ролика на русском, а? Со своими мистерами и миссис Сантами. Моя спит)
Когда мне говорят про что-то, что оно "научное" или "нет", это все таааак смешно, хотя бы вот по этим причинам.
Раз, про женское молоко и два, про радий.
Че там еще мы считаем супернаучным, а лет через двадцать нас ждут ошеломляющие открытия? Вот-вот.
Еще и поэтому "научные" дискуссии про лгбт я очень не люблю. Гены это все или чебурашки, выбор или предопределенность — никого не касается совершенно, я имею право быть любой просто потому что я человек, и у меня по праву рождения есть право быть любой. И никуда не деваться.
Раз, про женское молоко и два, про радий.
Че там еще мы считаем супернаучным, а лет через двадцать нас ждут ошеломляющие открытия? Вот-вот.
Еще и поэтому "научные" дискуссии про лгбт я очень не люблю. Гены это все или чебурашки, выбор или предопределенность — никого не касается совершенно, я имею право быть любой просто потому что я человек, и у меня по праву рождения есть право быть любой. И никуда не деваться.
Меж тем я собираюсь на бал Действия и решила немношк поотыгрывать дрэг (но это если хватит сил). Гуглю всякое, примеряюсь к наряду, и заодно вдруг погуглила "лесбиянки стиль".
ИШТОЖЕ.
"Интересно узнать, как одеваются лесби? Посмотрите на Синтию и Кристин. Их наряды стильные и модные, и глядя на них можно легко определить, кому какая роль отводится в этой семье".
"Стиль лесби, как таковой, в этой паре отсутствует, обе девушки имеют красивые стильные женские наряды. Разве одна из них похожа на мужчину?"
Космо, зачем ты. Куда ты. Космо, стой.
21й год у статьи, не нулевой какой-нибудь там с их "классификацией по буч и фем".
Но не зря я гуглила именно на русском, для социологического среза, знай и люби свой народ.
ИШТОЖЕ.
"Интересно узнать, как одеваются лесби? Посмотрите на Синтию и Кристин. Их наряды стильные и модные, и глядя на них можно легко определить, кому какая роль отводится в этой семье".
"Стиль лесби, как таковой, в этой паре отсутствует, обе девушки имеют красивые стильные женские наряды. Разве одна из них похожа на мужчину?"
Космо, зачем ты. Куда ты. Космо, стой.
21й год у статьи, не нулевой какой-нибудь там с их "классификацией по буч и фем".
Но не зря я гуглила именно на русском, для социологического среза, знай и люби свой народ.
Бал действия — это был реально бал!
Я бежала как золушка по морозу в своих серебряныхтуфельках мартенсах, потому что карету нашу не вышло вблизи припарковать — а мороз у нас в Питере внезапно пиздец
Привилегия быть лгбт: на входе кормят пирогами! Как же это прекрасно, вместо осуждения и косых взглядов встречать объятия, "как здорово что ты пришла", "я читаю ваш канал" (спасибо вам большое, что подошли! я от неловкости даже не спросила ваше имя, но мне очень приятно знать, что мои записки ценны)
Что такое комьюнити? Это когда "сломанной фэмили не сломать меня" поют все, плотной толпой со сцены и в зале, и ты понимаешь, о чем они поют, ты с утра опять флэшбеком из детства рыдала
Но то с утра. А вечером ваша непокорная танцевала как в последний или как в первый раз. И нравилась себе)
Кажется, это лучший бал, на котором я бывала
/ кто-то прекрасный у бара: сними меня. покажи. ой фууу я выгляжу как сорокалетняя мать троих детей.
я, сорокалетняя через неделю: мяу
Мать, правда, не троих, а только одной; но она со мной разорвала любые связи и матерью больше не считает. Вот такой финал нашей истории. Я привыкаю к этому трудно, больно, но привыкну. Да, это первый раз, что я пишу об этом публично.
сын без отца дочь без отца
но —
Я бежала как золушка по морозу в своих серебряных
Привилегия быть лгбт: на входе кормят пирогами! Как же это прекрасно, вместо осуждения и косых взглядов встречать объятия, "как здорово что ты пришла", "я читаю ваш канал" (спасибо вам большое, что подошли! я от неловкости даже не спросила ваше имя, но мне очень приятно знать, что мои записки ценны)
Что такое комьюнити? Это когда "сломанной фэмили не сломать меня" поют все, плотной толпой со сцены и в зале, и ты понимаешь, о чем они поют, ты с утра опять флэшбеком из детства рыдала
Но то с утра. А вечером ваша непокорная танцевала как в последний или как в первый раз. И нравилась себе)
Кажется, это лучший бал, на котором я бывала
/ кто-то прекрасный у бара: сними меня. покажи. ой фууу я выгляжу как сорокалетняя мать троих детей.
я, сорокалетняя через неделю: мяу
Мать, правда, не троих, а только одной; но она со мной разорвала любые связи и матерью больше не считает. Вот такой финал нашей истории. Я привыкаю к этому трудно, больно, но привыкну. Да, это первый раз, что я пишу об этом публично.
сын без отца дочь без отца
но —
Forwarded from Такие дела
Переезды внутри страны и внутри города совершает огромное количество людей, при этом мигрантами с их специфическими проблемами они не считаются. Хотя проблемы огромны — меняя небольшой райцентр на большой город с возможностями, ты часто начинаешь жизнь с чистого листа.
Это Хаул просто открывал двери своего ходячего замка в четыре разные точки света, а мы, снимаясь с места, начинаем строить свой мир заново. И чем больше оставленных мест за плечами, тем больше психика себя бережет, не дает привязаться. Не дает прорастать.
Как устроена психология наших сограждан, которые всю жизнь переезжают? Чем мы отличаемся от американцев, которых приучают к смене обстановки с самого детства? Какие травмы и особенности у таких людей? Об этом — истории наших героев и комментарии психологов.
🖼: Евгения Домбровская
Это Хаул просто открывал двери своего ходячего замка в четыре разные точки света, а мы, снимаясь с места, начинаем строить свой мир заново. И чем больше оставленных мест за плечами, тем больше психика себя бережет, не дает привязаться. Не дает прорастать.
Как устроена психология наших сограждан, которые всю жизнь переезжают? Чем мы отличаемся от американцев, которых приучают к смене обстановки с самого детства? Какие травмы и особенности у таких людей? Об этом — истории наших героев и комментарии психологов.
🖼: Евгения Домбровская
Не могу не отреагировать на пост Лесбийского лобби внутренней, кхм, шуткой:
прост женщины, которые любят лес и кольца, да
прост женщины, которые любят лес и кольца, да