Все пишут мне письмо,
но почерк неразборчив.
Бросают, не закончив —
пусть пишется само.

Надеешься, что впредь,
разобрано по строчкам,
не станет каменеть
на слоге подзамочном.

Но верится с трудом,
что уцелеет рядом
родной стеклянный дом
под долгим камнепадом.

По истеченьи дней
здесь будет сад камней.

это кто ручьем подземным
так мучительно течет
это тайный плач по всем нам
нашим жизням точный счет
устья нет и нет истока
у подземного ручья
смерть красна
любовь жестока
тьма в ручье подземном чья

Вот она
Вот тона
Вот та тонна
Вот он, на.