Sapporo, Hokkaido, Japan

Зам. главного инженера Анатолий Дятлов уходит со щита управления. Он хочет понаблюдать, как поведут себя во время эксперимента некоторые части энергоблока.

Он был в туалете, падажжите, вы ахуели все на одного человека вешать, блядь

Разработчик программы эксперимента Геннадий Метленко громко командует: «Осциллограф — пуск!»

Инженер управления турбиной Игорь Киршенбаум перекрывает подачу пара на турбину. Она продолжает крутиться по инерции, но замедляется. С каждым оборотом количество вырабатываемого ей электричества падает. Его начинает не хватать насосам, подающим в реактор охлаждающую воду.

Мастер электроцеха Григорий Лысюк нажимает кнопку МПА (максимальной проектной аварии). Она должна запустить аварийные дизельные генераторы, чтобы подать на насосы полноценное электропитание. Но это должно произойти только через 45 секунд.

Насосы всё медленнее прокачивают воду через реактор. Она нагревается сильнее и начинает превращаться в пар. Пар поглощает меньше нейтронов, чем вода. Реактивность реактора возрастает. Он выделяет еще больше тепла. Еще бóльшая часть воды превращается в пар. Замкнутый круг.

Инженер управления реактором Леонид Топтунов нажимает кнопку АЗ-5 (автоматическая защита), которая должна заглушить реактор. Туда одновременно опускаются 211 стержней. И хотя сами они из бора, замедляющего реакцию, наконечники — из графита, который ее ускоряет.

Тепловыделяющие элементы перегреваются и разрушают оболочки каналов, внутри которых они находятся. Пар с огромной силой вырывается из них наружу, поднимая в воздух крышку реактора весом в 2000 тонн.

Испарившаяся вода больше не охлаждает реактор и не поглощает часть нейтронов. Его мощность повышается в сто раз.

Дятлов и Трегуб добираются до места, где наблюдается странное свечение.

— Это Хиросима, — говорит Трегуб. Дятлов молчит. Затем наконец произносит:

— Такое мне даже в страшном сне не снилось.

«Он, видимо, был… Ну что говорить. Авария огромных размеров», — вспоминает Трегуб.

Врач Валентин Белоконь сталкивается с дозиметристом. Тот поражается, что доктор стоит неподалеку от открытого реактора в одном медицинском халате.

— Как?! Почему вы здесь стоите без защиты? Тут уровень бешеный! Что вы делаете?

— Работаю я здесь, — мрачно отвечает Белоконь.