После Вольтера Бальзак показался глотком человеколюбия и общечеловеческих ценностей.
Советую к прочтению роман Отец Горио. Интересная смесь Дюма и Достоевского.

Счастье—яд для художника. Счастливый не пишет.
Счастливый заворожённо смотрит на падение листика с дерева, улыбается детям и наслаждается летом. Я позволил себе роскошь забвения в счастье, но все это временно. Осознание непроделанной работы пробило необходимую дыру в броне из слепого оптимизма.
Новый рассказ в работе.

Ближайшие два дня буду на съемках с животными. Вот первая локация.

Проза жизни — поэзия второго режиссёра.

С гордостью сообщаю всем присутствующим, что я выжил и продолжаю писать. Более того, готов черновой вариант нового рассказа.

К сожалению, порадовать вас чем-то крупнее небольшой зарисовки я не могу. Не из-за отсутствия полноценного рассказа, а из-за моей неспособности решиться на одну из нескольких концовок.

https://docs.google.com/document/d/10__QIDFnZj_ZoPIoa7GyI2rpfrRMh0jodxHRYZyAunM/edit

Вчера прошёл самый необычный день в моей жизни.
Много эмоций, впечатлений ещё больше.
Теперь я с новой силой возьмусь за перо.
Надеюсь, что скоро смогу выложить сюда сценарий, к которому приложил руку!

Все у меня делается ровно так, как положено.
Боязно, неторопливо и, честно говоря, скверно. Голову целиком и полностью забил физкультурой и всякого рода бытовой мелочевкой, из-за чего мало читал, а писал и того меньше. Однако, несмотря на всю описанную выше дрянь, мне повезло наткнуться на роман Федора Федоровича Тютчева "Кто прав?". Очень уж мне понравился его язык. Я нашел в нем нечто, чего мне явно недоставало все это время.
И вот я, преодолевая стыд перед заброшенной публикой, вновь пишу вам лишь с одной целью. Ознакомьтесь!

С недавнего времени заметил в себе удивительную последовательность мысли. Слышал, что лобная доля окончательно формируется как раз к этим годам. Неужели это оно и есть? Хочется думать, что я еще способен нарастить поверх кожи разительно нового человека: сильнее, добрее, ответственнее, порядочнее. Неужели скульптура моей личности уже вылеплена? Естественно, я не отрицаю дальнейших изменений, но они все равно не скроют уже лицо, увиденное утром в зеркале. Готово ли это лицо к воспитанию ребенка? Готов ли я носить это лицо всю оставшуюся жизнь? Уместно ли это лицо будет смотреться на надгробии?