11 августа 2026 года ушел из жизни Сергей Викторович Патрушев – известный российский политолог, кандидат исторических наук, доцент, ведущий научный сотрудник и руководитель отдела сравнительных политических исследований Института социологии ФНИСЦ РАН, почетный член Российской ассоциации политической науки, член редколлегии журнала «Политическая наука».

Сергей Викторович для многих стал фигурой, с которой начиналось знакомство с институциональными исследованиями в политической науке. Его работы отличали научная строгость и редкое умение ставить фундаментальные вопросы о природе институтов. Наследие Сергея Викторовича заключается не только в научных трудах, которые считаются классикой отечественной политологии, но и в создании отдельной научной школы, известной далеко за пределами России.

Редакция журнала «Политическая наука» отмечает, что Сергей Викторович был инициатором и первым редактором-составителем номера «Институциональный порядок в России и мире: теория и практики в ракурсе институциональной политологии», который выйдет в ближайшее время. Номер откроет написанный им совместно с И.Л. Недяк и Л.Е. Филипповой текст «Представляем номер», а в рубрике «Интервью» будет опубликован его большой разговор с Л.Е. Филипповой об истории, современном состоянии и перспективах институциональной политологии.

Совет молодых политологов РАПН выражает искренние соболезнования родным и близким Сергея Викторовича, коллегам и наставляемым. Невосполнимая утрата для российской политической науки.

«Архитекторы террора. Паранойя, теории заговора и антисемитизм во франкистской Испании», П. Престон

#PolitRead@AnthroPolit X Совет молодых политологов РАПН X Альпина нон-фикшн

Продолжаем погружаться в современные исследования Гражданской войны в Испании за авторством Пола Престона. Если в «Испании в огне» автор представляет общую картину событий, оо в «Архитекторах» основное внимание уделено уже производству и реализации картины мира франкистов. В этом тексте автор ставит задачу показать, как и кто конкретно идеологически обосновывал политический и военный курс сторонников военного переворота как во время самой войны, так и в будущие годы существования режима Франко.

Центральная конструкция книги довольно проста и от этого особенно неприятна: в Испании, где евреев и масонов было крайне мало, а коммунистическое движение оставалось сравнительно небольшим, значительная часть правого политического лагеря постепенно начинает объяснять происходящее через миф о «иудео-масонско-большевистском заговоре». Престон показывает, как эта конструкция из набора маргинальных представлений превращается во вполне работающий политический язык. Враг при этом частью универсального заговора, который якобы угрожает стране, религии, традиционному обществу и самой цивилизации. И вот от этого всеприсутствующего «врага», для которого Испания — это только первый пункт в плане уничтожения всей христианской общности, франкисты и «спасают» страну.

Очень удачна выбрана автором композиция книги. Первая и финальная главы посвящены более теоретическим и абстрактным вещам — тому, какие конкретно конструкции о заговоре и его исполнителях конструировались в стане мятежников, какую роль они играли в легитимирующих действиях. Основное же содержание сосредоточено на историях людей, игравших ведущие роли в продвижении этих конструкций. Шесть персоналий включают людей из армии, полиции, церкви, творческой интеллигенции. Биографии причем не только политические, Престон показывает, какими вообще людьми были эти действующие лица и что ими двигало. Будь то вера, стремление к самореализации, психическая нестабильность. Интересно, что большинство из описанных «рупоров» (за исключением погибшего до конца войны генерала Молы и психически неадекватного Кепо де Льяны) после войны и особенно к концу диктатуры Франко стали занимать гораздо более мягкие позиции. Практически в каждом мы увидим сочетание веры в этот нарратив и одновременно цинизм, позволяющий в удобные моменты говорить и делать больше или меньше.

Престона можно покритиковать только за то, что в работе решительно не хватает пусть и небольшого сравнения с нарративами республиканцев. Иногда может сложиться ощущение, что в интерпретации Престона по другую сторону баррикад были исключительно невинные и доблестные люди, хотя в нарративах Республики было довольно много и своих противоречий. С другой стороны, заявленное автором внимание именно к мятежникам выдержано, что тоже важно при изложении содержания столь насыщенного и сложного периода. Поднять бровь заставляет лишь финальный пассаж, в котором Престон практически ставит знак равно между антимигрантскими группами в современной Испании и фашистами-франкистами. Дискуссии на эту тему, по правде говоря, обычно к таким крайностям и приводят.

В общем работа будет интересна политологам даже больше «Испании в огне». Во-первых, она на очень богатом эмпирическом материале показывает траектории идеологов в период военно-политического противостояния. Во-вторых, снимает часто присутствующую вокруг режима Франко вуаль (им самим во многом и созданную после войны) об Испании как «наиболее человечном» государстве из всей Оси. В-третьих, предлагает хороший материал для размышления о природе политической веры: где находится граница между инструментальным использованием конспирологий и укорененной верой в воображаемые угрозы.

Политический антрополог | @AnthroPolit