А вот и урбан скетч!

На днях вылезла суперлуна, Б ее утром с балкона сфотографировал, а я спала, конечно.

Все мои попытки (слабые и редкие) научиться рисовать традиционным способом упирались в две непреодолимых стены: 1) это было до безумия скучно, во всяком случае начальный этап, когда надо рисовать ряды палочек и штриховать светотени – ну как прописи в первом классе, они мне тоже не давались, 2) не было результата, не было и не предвидилось в обозримом будущем.

А тут пожалуйста: никакой грязи, никаких подрамников, хочешь прямую палочку – вот тебе прямая палочка, хочешь ровненький шарик – вот тебе ровненький шарик, хочешь легкую небрежность – получи. И за получасовой сеанс пыхтения и матерных ругательств получаешь готовую картинку!

Ну я преувеличиваю слегка, дня четыре у меня ушло, но всё равно: картинка! я могу на нее смотреть!

Любопытно, что к своей писанине я отношусь нормально, то есть критически. И хотя чаще всего я сама ее перечитываю с интересом, по умолчанию считаю, что она никому не нужна и никакой ценности не имеет. Позитивные отзывы меня искренне изумляют, а к негативным отношусь с полным пониманием и готова в любую минуту вернуть деньги (ах, вы читаете бесплатно? тогда может минет? – в таком духе).

Но всё, что я произвожу руками – тушите свет, разойдитесь все, постелите мне красную дорожку, я собою восхищена, а значит и все должны быть восхищены. Если бы я не боялась остаться без читателей вообще, то давно бы уже завалила этот канал своими носочками, цветочками, акварельками и прочей хуергой.

...Руками – это еще ладно, а вот вчера я пыталась научиться горловому пению! (Безрезультатно, к вашему счастью.)

#me

На 32й день карантина я раздобыла маски! Причем не в аптеке, нет, хотя там была и спрашивала. Аптекари все без масок, кстати, были.

Конечной целью моего путешествия (назовем это так, потому что дальше я за последний месяц не добиралась) был магазин этнической еды – в принципе канарской, но заодно там и порошки всякие типа карри, и сухофрукты. Я шла за сыром – белым плотным сыром, которого тут миллион сортов везде, но вот только этот один-единственный у меня хорошо жарится, не растекается, а корочкой. "А маски вам не нужны?" – спросила продавщица в ответ на мой бубнёж из-под баффа.

Маски мне оказались нужны, но я не расслышала цену:-) Подумала, что 75 центов – о боже, дайте десять, но тут же поправилась на пять, решив, что 7.50 мне жалко.

Но они были по 2.75 😭

Ну ладно, всё равно я рада, что они у нас теперь есть на всякий случай. Даже с 25 еврами, оставленными в этническом магазине, и включая 30 евро за электричество (остальное не пришло еще), расходы за две недели апреля составили 141 евро. Это рекорд.

Завтра, правда, рынок.

Предположим, что это навсегда (=до окончания моей жизни).

Жалко:

• цветы (сама себе)
• ботанический сад и парки
• набережную и круизные теплоходы
• Икею (свечки кончаются, и зря тот пуфик не купила)
• Маркс & Спенсер (чай кончается)

Маникюр, педикюр, парикмахерскую не очень жалко, поскольку рано или поздно это на дому возродится, конечно. Пусть в полукриминальном виде, – мы привычные.

От путешествий я уже совершенно отвыкла. Предел мечтаний – сплавать на пароме в Лас Пальмас (на один день, или – чем черт не шутит – с ночевкой в любимой гостинице Пухоль).

Жалко, что помада больше не нужна (красить глаза терпеть не могу, а губы да). Духи не нужны. Платья не нужны (надо бы их на рынок начать носить, конечно). Серьги не нужны, цепляются за маски. Сумки не нужны.

Обувь нужна!!! Домашние тапочки очень нужны!!! Но я не могу покупать обувь без примерки, даже тапочки. Я с примеркой-то половину выбрасываю в первый месяц, проблемные ноги. Вот с этим пока не знаю, как быть.

Рестораны и бары я не люблю. Там бывает вкусно. Но практически никогда не бывает вкусно всё одновременно! Мясо да, картошка вялая. Пицца да, десерт промышленного производства недоразмороженный. Есть исключения, конечно, – рядом с идеальным маникюром дают по-итальянски великолепный капучино плюс тёплые жирные несладкие круассаны, вот его очень жалко.

Всё остальное в ресторанах плохо почти всегда и везде: колченогие столы и стулья, шум, и ждать-ждать-ждать.

Карнавалы, демонстрации, опен-эйры, дискотеки и прочие столпотворения пусть умрут навсегда. Школы должны быть онлайн, из удобного домашнего кресла с чашкой чая.

...Тут я осознала, что моё общее постоянное недовольство окружающим миром – это в значительной степени недовольство сидениями. Самолетные меня, естественно, тоже не устраивают, и местные автобусы я делю на "мягкие" и "скользкие".

Я чувствую жопой!

#me

Мой кулинарный стиль называется «моно»: пожарить кусок мяса, сунуть курноги в духовку, – посолить можно и в тарелке, – сварить картошку в мундире. Ну омлет с сыром. Сыр для этого покупается уже тертый.

Изредка я напрягаюсь и готовлю из трех-четырех ингредиентов. В сырном магазине купила чернослив без косточек, в эко-бионическом – банку шукрута (французская квашеная капуста, ничего общего с великой нашей хрустящей от бабушек, да даже польская из магазина «Калинка» и та вкуснее шукрута), и с двумя свиными голяшками запихнула в медленноварку. Посолить опять же забыла, но вылила туда остатки соленого бульона, этого хватило.

Одной швайнбайны уж нет, и кто, как вы думаете, ее съел? Кто сказал мне на рынке, что он решил есть только то, что ему нравится на 100%, а с мясом ему всегда приходится делать над собой усилие, поэтому он его больше есть не будет, и пусть я даже не спрашиваю, не купить ли куриных сосисок или оссобуко?

Я и не спрашивала, и не предлагала, я даже не ответила на вопрос, какое это животное, – всё равно съел.

#food

Я вчера чуть не умерла!

Ну серьезно. Случилось то, что случилось 9 января 2019 года (зачем-то же я веду все эти дневники, – вот): меня ни с того ни с сего стало страшно трясти от холода. Навертела на себя кофт и пледов – безрезультатно, еле-еле смогла обратно раздеться, потому что руки не слушались, и погрузиться в ванну с кипятком. Согревшись, я раз двадцать сверилась с градусником – он показывал от 37º до 39º. Ну дальше мне, понятное дело, стало трудно дышать, пропал вкус и нюх, заболели лёгкие – нет, я не гуглила специально, но долетает.

Потом я заснула, вся в мрачных мыслях. Мрачных мыслей у меня было две: 1) я уже наверняка заразила Б, и как это объяснить свекрови, 2) что будет с моим недописанным романом (над которым я вчера как назло целый день как зайчик работала).

Утром проснулась ну не то что как огурчик, но с нормальной температурой. Всё тело ломит – но его всегда ломит, кроме того, я на этой неделе переборщила с утренней гимнастикой, в рамках борьбы с гиподинамией. Так и не знаю, что это было. По возрасту мне положены hot flashes aka приливы, но это было что-то противоположное, ледяной отлив. Ну может какие-то другие, неженские гормоны – щитовидка или поджелудочная. Почки или загадочные надпочечники. Мало ли что может поломаться (при том что столько уже поломалось!). К врачу-то теперь не пойдешь! И зачем я, спрашивается, плачу за страховку?

#me

И тут же подогнали тематическую рекламу: похоронные услуги для экспатов.

Да, а в какой интересный момент меня настигла болезненная трясучка: я смотрела кино! А я же кино не смотрю. Но где-то примерно раз в год случается. Это кино – про убийство писателя (единственный детектив Роулинг, который мне понравился, был про убийство писателя, и еще Bad Things Happen тоже очень люблю, тоже про писателей), плюс отзывы были настолько соблазнительны, что я даже решила его посмотреть в Вене, вместе с The Third Man, которого я всегда смотрю в Вене, традиция такая. То есть за два дня в Вене я собиралась сходить в кино два раза. Но этого, как мы знаем, не случилось, и слава богу, сэкономила деньги, потому что кино оказалось говном.

Knives out.

Что это за манера вообще – в первых же кадрах объяснять, что вот хорошая, а вот плохой, и в конце, вместо того, чтобы всё оказалось наоборот, хорошая получает кучу бабла, а плохой идет в тюрьму? И зачем там ходит глубокомысленный супер-пупер детектив, который почему-то француз и акцент у него а-ля Питер Селлерс в Пинк Пантере, только Селлерс смешной, а актер, похожий на Путина, – нет? Зачем он нужен, если один из персонажей всегда говорит только правду? Как в анекдоте про терапевта и ветеринара («На что жалуетесь?» – «Ну так каждый может!»).

Политкорректность в искусстве задрала. Кто-то должен это сказать, – пусть это буду я.

Короче, не снимают для меня фильмов, хоть ты тресни. Ну и ладно, мне и без кина нескучно.

#me

Чем дальше, тем больше похоже на Советский Союз, каким он мне запомнился. Мне-то туда возвращаться скорее не хочется, но что Бруно хоть немного может погрузиться в атмосферу, – это хорошо!

До этого он уже слегка погружался в ее российские реминисценции, – например, в Шоколаднице, где разволновался за официанта, чесавшего яйца вместо того, чтобы к нам подойти, – "Ведь его же уволят!". За себя тоже волновался, когда выудил из пирожного щепку, и получил в ответ экспертное мнение от того же официанта: "Наверное, это зубочистка".

Еще смешной эпизод был на теплоходе, когда его искусала мошкара и он весь покрылся волдырями: докторица спросила, кто больной, а вы, женщина, выйдите отсюда, зачем вы вошли, я вас не приглашала, ждите за дверью, совсем уже и т.п. Я спросила, говорит ли она по-английски, и насладилась.

Да, так вот back to the USSR now. Пришел из магазина громокипящий: подошел к кассе, привез сумку на колесиках, сложил в нее продукты уже почти все, и вдруг кассирша говорит: "Нет! Так нельзя! Складывайте продукты обратно в магазинную корзинку, увезите вашу сумку в дальний угол, потом туда же отнесите корзинку с продуктами, снова сложите их в сумку, принесите корзинку обратно и поставьте вон туда".

Вирус! И счет был на 20.02, а мелочи у него не было. Это, кстати, mea culpa, потому что меня бренчание в карманах страшно раздражает, а Бруно его не слышит вообще, он глуховат к определенным частотам и иногда усаживает меня слушать его мастерписы и говорить, где что подкрутить (Бетховен, блин). Так вот он ожидал, что кассирша два цента скинет, тем самым как бы извинившись за то, что заставила его ходить туда-сюда с корзинкой, но она не скинула. Соседка по очереди выручила.

"Что же ты карточкой не заплатил?", – спрашиваю. Выяснилось, что карточку он вообще с собой не носит никогда.

В деталях, конечно, есть отличия, но дух СССР передан совершенно точно.

У Бруновского друга Марко сегодня день рождения.
Предыстория сорокалетней давности: у Марко была девушка, красивая и богатая. Девушка влюбилась в Бруно. Бруно влюбился в девушку. Девушка пришла к Бруно, а Бруно такой: нет! Я не могу! Марко мой друг!
Девушка обиделась и ушла, а Марко почесал в затылке и заявил, что он гей. Девушка обиделась еще больше, а Бруно был в бешенстве и решил, что с этого момента, если будут заворачивать поебаться, то надо брать, и насрать на друзей.
С тех пор Марко переобулся еще раз и стал мазохистом. В жизни он обворожительный мужик (ну как и все мои знакомые мазохисты, я писала), работает клерком в почтовом управлении или что-то такое.
Так вот, в ответ на поздравления Марко сообщил, что недавно понял о себе кое-что новенькое. Ну, я стала мысленно перебирать, что там у нас осталось в ассортименте, фут-фетишистом он уже тоже успел побыть.
Но нет: «Карантин – ЛУЧШЕЕ, ЧТО СО МНОЙ СЛУЧИЛОСЬ В ЖИЗНИ!».

С этим карантином пропустила важную дату: 15 апреля стукнуло полгода с тех пор, как я последний раз красила волосы, а я их красила без перерывов лет с двадцати пяти.

На концах еще чуть-чуть осталось, но в целом транзишн в старушку можно считать состоявшимся. Это оказалось не так неприятно, как я думала раньше, но и радости немного: мой натуральный цвет – не благородно-серебристый, а грязновато-серый. Никакой красоты в этой «естественной красоте» я не вижу, пергидролевой блондинкой я выгляжу эффектнее, тут сомнений нет. Но желание выглядеть эффектнее меня стремительно покидает, а плюсы от некрашения наоборот становятся всё ощутимее:

1) время,
2) деньги,
3) ментальный ресурс («уже пора? еще можно потерпеть? к кому? в какой цвет? cоломенная клубника или холодный нордический?»),
4) главное – физические ощущения: липкая щиплющая жижа на голове, «укрепляющие освежающие» шампуни, от которых потом две недели всё чешется, и в итоге мёртвые волосы, тонкие как бумага, – всего этого больше нет и не жалко.

Тут, конечно, надо бы приложить фоточку, но стричься-то я не перестала, так что, пока не откроют парикмахерские, фоточек не будет.

Волосы теперь толстые, злые и торчат куда попало.

#me

С пяти я пила и писала как ненормальная, а снились мне магнитики для холодильника. Но в 07:15 Б встал, и я сделала то, что я всегда делаю, если просыпаюсь в этот момент: засунула одну подушку между коленей, другую обняла, третью (тайскую овечью треугольную) под ухо, и моментально заснула снова. Это было сладко.

Провела реестр чая. Осталось

• чуть-чуть пакетиков из Marks&Spenсer, это единственные пакетики, которые я уважаю,
• чуть-чуть цейлонского черного жасминового, меня на него подсадил коллега Яцутко,
• сто грамм странной, но вкусной смеси из улуна и местных фиг, покупала в подарок коллеге Махе, но Будапешт накрылся,
• внезапно... больше полкило турецкого чая! Это сколько же я его приволокла из Стамбула?

Пришлось достать semaver – конструкцию из двух чайников, которую я тоже припёрла из Стамбула, потому что очень люблю турецкий чай. Проверочное слово – "самовар". Заварила с чабрецом и наслаждаюсь, и хорошо бы мне не надоело наслаждаться, потому что хуй знает, когда удастся купить что-то еще. Специальные чайные магазины закрыты, супермаркетовский чай признан негодным, жасминовый можно заказать, но он в мирной жизни шел с самого Цейлона месяца три, а теперь-то.

Кстати, из-за карантина я стала пить чай с водой из-под крана, а не из бутылок, которые теперь не доставляют, и что же: разницы не чую. Наверное из ментального списка "лишаюсь" этот факт надо вычеркнуть, а в список "плюсы карантина" вписать.

Потом ютюб спел мне песню про то, что я одна в этом мире, даже если иногда кажется, что это не так, и я нехотя с ним согласилась.

On dort les uns contre les autres
On vit les uns avec les autres
On se caresse, on se cajole
On se comprend, on se console
Mais au bout du compte
On se rend compte
Qu'on est toujours tout seul au monde

On danse les uns avec les autres
On court les uns après les autres
On se déteste, on se déchire
On se détruit, on se désire
Mais au bout du compte
On se rend compte
Qu'on est toujours tout seul au monde

Интересный праздник будет в воскресенье – ромерия святого Марка. Интересный он тем, что в отличие от всех прочих праздников, куда стараются зазвать как можно больше туристов, чтобы те потратили как можно больше денег, на этой ромерии чужаков откровенно не ждут и не хотят. Центр города полностью закрыт и пускают туда только тех, кто не поленился найти и надеть традиционный костюм. Просто какая-нибудь народная шляпа не подойдет – нужно соответствовать канонам. Есть несколько вариаций – пастух, молочница, водонос, плюс у каждого острова свой костюм, и, конечно, всё это можно купить, но заранее и далеко не на каждом углу.

Короче, если кому-то очень хочется сойти за своего, то он проделает домашнюю работу и на ромерию его пустят. А это значит, что нужно собрать корзинку, как для пикника, явиться в центр, весь заставленный столами и стульями, найти себе место, сесть и выпить. Музыка, танцы. Понятно, что это делают большими семьями и компаниями, не для одиночек мероприятие.

Это я рассказываю, как было "до", а сегодня вышло постановление, как будет в этом году: украсить балкон, надеть народный костюм, включить громкую музыку и выпить, виртуально чокаясь с соседями. На крышах устраиваться нельзя, фейерверки нельзя, шашлыки нельзя.

Тем временем местное правительство продолжает писать в Мадрид, чтобы нас выпустили пораньше по УДО, потому что мы ведем себя хорошо и умираем мало, но жрать нам скоро станет нечего, поскольку туризм – практически единственный источник доходов. Пока что безрезультатно, но что-то всё-таки изменилось – какую-то промышленность открыли, дорогу чинят, машин стало больше, полиции и военных меньше и заняты они в основном тем, что поздравляют детишек с днюхами.

Думала о смерти.

Если эти мысли побуждают к активным действиям – назначить душеприказчика, написать завещание, «что же будет с моим романом» и т.п., – это означает, что я к ней еще совершенно не готова.

Я стану к ней готова не тогда, когда переделаю дела и допишу роман, а когда пойму, что смерть меня от всего этого освобождает!

Мне станет совершенно похуй.

В теле тут же появится лёгкость, плечи расправятся, в крематорий я отправлюсь с улыбкой.

Про "транзишн в старушку": на самом деле, если я и была похожа на старушку, то недолго после стрижки, когда торчало ежом. На немецкую или голландскую старушку. Время прошло, и теперь оно не торчит, а висит. Поэтому я похожа на дайка, который стремится быть похожим на инди-рок барабанщика, который, хочет он того или нет, похож на персонажа британского ситкома 70-х.

Если челку пригвоздить заколочкой, то я похожа на несчастного дайка, который хочет быть обратно девочкой.

Для полноты гендерной неопределенности я в юбке и клетчатой рубашке.

Примеривалась к машинке – хотя бы виски побрить, затылок не решусь. Но нет, и виски не решусь.

Сколько переживаний, сколько букв – из-за чего, из-за волос! Было бы смешно, если бы это чьи-нибудь еще были волосы. А то мои! Драма.

Опыт показывает, что ничего в жизнь добавлять уже не надо, – у меня и так всё есть. Только от чего-то отказываться. Во всяком случае отказ от соцсетей явно и ярко сделал жизнь лучше. Вне соцсетей, но том же направлении, – я перестала общаться с теми, кто никакой радости мне не приносил, и это тоже большая победа. С алкоголем, т.е. без него не всё так однозначно, есть плюсы, есть минусы, но я и не отказалась от него совсем.

А вот попытки внедрения нового – будь то бассейн, или пить много воды, или intermittent fasting – жизнь мою совершенно никак не улучшили, а только сыграли роль козы из анекдота.

Следующие кандидаты на выбраковку (это я уже про 2021 год думаю) – чтение и языки. Оба занятия похожи по ощущениям: "считается, что полезно, но я не чувствую" и "скучно". И да, они похожи не только друг на друга, но и на бассейн, воду, овощи, витамины и скучных людей. Вроде бы надо. Вроде бы все сходятся на том, что надо. Универсалия такая. Вроде бы я могу это проглотить и потерпеть.
Но зачем?

Сварила бурятского чаю. Ну как бурятского: чай турецкий, пакетик чабреца и сливки из супермаркета, масло сливочное норманское, соль канарская вулканическая – это нечто, она реально космически-грязная, и руки после нее черные, и мне кажется, что если я жру столько грязи, то мой иммунитет рвет вирусы как тузик грелку.

Бруно не понравилось, я говорю – эх ты! Это был лайт вариант для иностранцев с деликато желудочками, а в следующий раз будет уже по-нормальному, с салом.

Бруно: ха-ха-ха!

Я: показала ему сало.

Бруно такой: а-а-а-а! То есть ты не шутишь!

Проникся.

Сало я действительно купила – и соленое, и несоленое, для экспериментов, а про чай с жиром (бараньим, а не свиным) только вчера прочла, и где: в материалах Оксфордского симпозиума по кочевнической еде 1996 года (zutaraan sai). Варить его не планирую.

Но мне нравится пугать Бруно едой и своим прошлым советского интернационалиста.

#food