Если человек задается вопросом, идти ли ему в науку, вероятно, это не его путь. В современной России IT представляется сферой для заработка, в то время как наука ассоциируется с поиском истины, что, как известно, не приносит больших денег. К тому же успех здесь достигается медленно и часто после долгих лет работы, как в средневековом ремесленном цехе.

Нейросети ускоряют создание материалов: они могут составить учебный план, подготовить презентацию, предложить идеи для анализа данных или создать черновики заданий. Теперь, например, анонс конференции, который раньше занимал часы работы, можно написать за минуты с десятками вариантов. Это экономит время и структурирует мысли, особенно если уметь задавать ИИ правильные вопросы.
[...]
Также ИИ ограничен рамками своего обучения — он может применять знания только из тех данных, которые были у него изначально. Если модель обучена на устаревших или ограниченных данных, ее предсказания будут такими же неточными. Это делает искусственный интеллект полезным, но лишь в определенных рамках. Его прогнозы и выводы лучше всего рассматривать как вспомогательный инструмент.

Все зависит от инфраструктуры, которая требуется для производства знаний. Если мы говорим о науках с серьезной инфраструктурой, которая включает суперкомпьютеры и спутники, то, конечно же, санкции сильно ударили по этой сфере. Если это инфраструктура, которая легко обходит такие ограничения, как социально-гуманитарные науки, ситуация чуть лучше.

Если говорить про социально-гуманитарный блок, к которому отношусь я, то для работы нам надо мало — компьютер, ручка или карандаш. Правда, мы остались без баз данных статей.

"Я жду от следующего года постепенную стабилизацию инфляции в России и начало снижения ключевой ставки. При этом я бы не рассчитывала на быстрое замедление роста цен — это инерционный процесс, и изменение инфляционных ожиданий, на мой взгляд, займет время."