Екатерина Шульман
333K subscribers
3.44K photos
122 videos
20 files
4.8K links
Российский политолог, специалист по проблемам законотворчества. Официальный канал. Для связи: @Obratnaya_Svyaz_EM_bot
Download Telegram
Семинар Школа гражданского просвещения - School of Civic Education об оппозиции в Международном Мемориале: моё выступление и ответы на вопросы совместно с Михаилом Фишманом. Пытаемся нарисовать портрет тех, кого ждет не находящая удовлетворения народная потребность, и даже составляем первую тройку. Timecodes provided!
https://youtu.be/OENvIHwUnWs
Лечу из Казахстана (don't ask), а тут, как оказалось, самая горячая политическая тема - многодетность и государственная демографическая политика. Смотрите, какая статья разумная на эту тему - мало того, что меня правильно цитируют (что всегда разумно), так ещё и сравнивают разные пирамидки! Данные - пища наша, любите и потребляйте данные.
"Говорить, что бедные рожают много – несправедливо"
По словам российского политолога Екатерины Шульман, общество привыкло обвинять во всех проблемах бедняков. Например, говоря, что малообеспеченные многодетные семьи плохо влияют на благосостояние страны. Но на самом деле увеличение или уменьшение рождаемости — это естественные демографические процессы.
Когда общество переходит к индустриализации, ресурсы становятся доступнее, люди начинают чаще заводить детей, но смертность остаётся высокой. Это обычно называют первым демографическим переходом.
Если общество продолжает развиваться, наступает второй демографический переход. При нём уровни смертности и рождаемости постепенно выравниваются.
Рождаемость падает за счёт того, что люди живут дольше и лучше. Больше нет необходимости рано вступать в брак, чтобы успеть оставить потомство. Высокий уровень жизни и медицина позволяют человеку быть более активным, а соответственно – и более полезным в экономике.
Но общество развивается неравномерно. В одном и том же социуме могут сосуществовать люди, для которых большое потомство уже не цель жизни, и люди с более традиционными взглядами, которые придерживаются мнения, что много детей – это престижно.
В таких условиях, по словам Екатерины Шульман, в корне неправильно осуждать тех, кто придерживается старых взглядов.
"Постепенно самой большой стратой занятости становятся не рабочие и крестьяне, а служащие и люди сферы сервиса: от продавцов, работников культуры и до развлечений. Соответственно, рожают все по-разному, но в принципе говорить, что бедные рожают много – это несправедливо, это не так. Когда люди понимают, что можно не рожать каждый год, они этим пользуются", – прокомментировала политолог Екатерина Шульман.
В Казахстане не было второго демографического перехода
Данные по Казахстану показывают, что мы пока далеки от второго демографического перехода: смертность у нас ещё высока. Кроме того, 48% населения Казахстана всё ещё проживает в сёлах, а это значит, что традиционная ориентация на многодетность некоторое время будет сохраняться.
Демографическая пирамида Казахстана, которая показывает распределение населения по полу и возрасту, больше похожа на развивающийся Афганистан с его высокой рождаемостью, чем на развитые страны.
По демографической пирамиде Казахстана 2018 года можно увидеть, что смертность после 35 лет достаточна высока, а к 60-65 годам она ещё выше. В то время как в более развитых странах соотношение более молодого и пожилого населения более или менее равное.
"Государство должно бороться не за высокую рождаемость, а с ранней смертностью"
Пока что государство призывает граждан Казахстана больше рожать, так как переживает, что общество стареет, а граждане вымирают. Но, по словам Екатерины Шульман, старение общества – это естественный демографический процесс: с ростом качества жизни люди старше 40 лет начинают жить дольше.
Политолог утверждает, что государственная пропаганда всегда будет агитировать за высокую рождаемость, в то время как в современном мире необходим более высокий уровень жизни и выживаемости населения и особенно его мужской части. Согласно данным национального доклада научно-исследовательского центра "Молодёжь", уровень смертности среди молодых мужчин от 15 до 28 лет в 2017 году был в 2,5 раза выше, чем среди женщин.
"Если говорить с точки зрения экономической целесообразности, то государство должно бороться не за высокую рождаемость, а с ранней смертностью и особенно ранней мужской смертностью. В качестве лозунга это не так красиво звучит, как "давайте все родим много красивых младенцев". Второй демографический переход откатить назад нельзя, а высокая рождаемость никому не нужна. Если без сантиментов, то нужно, чтобы взрослые люди были максимально долго трудоспособными. Выгода для государства именно в этом", – уверена Шульман.
Znak.com спросил про питерского врио с лопатой и его электоральные шансы. Объяснила, что у нас вместо праймериз (что у нас вместо сдержек и противовесов, уже все поняли). Вообще, если вы не применяете у себя какую-нибудь цивилизованную практику, из этого не следует, что вы отменили саму проблему, для решения которой цивилизованная практика придумана. Проблему вам придется решать всё равно, только получаться у вас будет плохо - потому что от хорошего способа вы отказались.

"Политолог Екатерина Шульман считает, что «оценивающей работу Беглова стороной выступают не избиратели, а федеральный политический менеджмент — те, кто выборы губернатора организует». «Поэтому вопрос не в том, запомнят ли петербуржцы, как им было плохо зимой, тем более что есть способы заставить их это забыть, сменить повестку. Вопрос в том, как потенциальный кандидат от власти ведет себя, какие управленческие, политические и личные качества он демонстрирует», — уверена Шульман.
По ее мнению, пока нет даже однозначного решения, будет ли фамилия Беглова в избирательном бюллетене: это решается именно сейчас. «Сейчас в Петербурге происходит то, что в России подменяет праймериз: внутриэлитные соревнования за право стать кандидатом на выборах губернатора», — говорит политолог".
Плоды поездки в Казахстан: интервью телеканалу 365info.kz о том, как общество и административная машина смотрят друг на друга и чем друг друга раздражают. Также о том, как отказаться от обязательств, не отказываясь от контроля (власть без обязанностей - это ли не мечта).
https://youtu.be/7YpaSnhCf0U
Плоды поездки в Казахстан-2: то, что издание Kaz informburo.kz называет "монологом", на самом деле представляет собой нарезку из моих ответов на вопросы интервьюера. Но в монологической форме выходит даже более медитативно: эксперт обозревает равнину реальности, наигрывая на воображаемой зурне. Темы, меж тем, самые токсичные: деколонизация, феминизм и латиница.
https://informburo.kz/stati/o-razvode-kazahstana-s-imperiey-perehode-na-latinicu-i-globalizacii-monolog-ekateriny-shulman.html
В продолжение фестиваля гуманитарности: эта публикация в Wonderzine делалась больше года (!), потому что сперва надо было приехать и сфотографироваться, и еще книжки привезти, потом меня снимали, потом по скайпу разговаривали, потом редактура - в общем, долгий процесс. Зато вышли глубокомысленные фоточки и рассуждения о книгах. Чтоб не получился совсем уж сусальный рассказ о том, что читал эксперт, когда был он маленький, с кудрявой головой (спойлер: не был), в финале интервьюеры попросили меня всё же оскорбить чьи-то чувства. Постаралась, как могла.

(под прошлым постом люди жалуются, что длинно, не могут дочитать Куприна и запутались в сравниваемых фрагментах. Ишь, Куприн им длинно! Давно таблиц поправок ко второму чтению не читали, небось)
Екатерина Шульман
В продолжение фестиваля гуманитарности: эта публикация в Wonderzine делалась больше года (!), потому что сперва надо было приехать и сфотографироваться, и еще книжки привезти, потом меня снимали, потом по скайпу разговаривали, потом редактура - в общем, долгий…
"Чтобы не создалось впечатления, что меня воспитывала перестроечная публицистика, надо упомянуть книги, которые учат системному, процессуальному взгляду на исторические и политические процессы. Для меня очень важным автором стал Евгений Та́рле. На письме будет неважно, как произносится его фамилия, но мне потом рассказали люди, которые были с ним знакомы, что на самом деле он Та́рле. Дома были его книги о Наполеоне, Талейране и войне 1812 года. Была ещё книга Манфреда «Наполеон Бонапарт», но это было ощутимо классом ниже. «Талейран» Тарле особенно меня впечатлил. О Наполеоне тоже была прекрасная книга, но в том, что касалось конфликта с Россией, даже мне в нежном возрасте было видно давление советской идеологии. Талейран же никого особенно не тревожил, он был однозначно отрицательный персонаж, там не нужно было разводить патриотизм — это была книга не столько о дипломате, сколько о внутриполитическом интригане. Конечно, всё это базировалось на марксистском взгляде на исторические формации и их смену, но в то же время это было ужасно обаятельно и содержательно, и стилистически.
Потом, когда я уже стала постарше, я стала покупать другие книги Тарле, которые не так хорошо известны и не так часто издавались: например, у него была прекрасная работа о колониальных войнах, точнее, о великих географических открытиях и их последствиях для европейских стран, и книга о Первой мировой войне — «Европа в эпоху империализма». Уже будучи самостоятельной работающей девушкой в Москве, я купила в антикварном отделе магазина «Москва» на Тверской двенадцатитомное собрание сочинений Тарле за жуткие для меня тогда деньги. Ещё труднее было уволочь его из магазина домой на метро. Очень рада, что я это тогда сделала — стоит теперь это синее монументальное собрание сочинений автора, которому я очень обязана.
Второй мой любимый историк — Эдвард Гиббон. Дочитать до конца «Упадок и гибель Римской империи» чрезвычайно трудно, и я сама застряла на Юстиниане, но слог и логика его неотразимо обаятельны. Кстати, значительно позже я поняла, что стилистически именно он, а не кто-то из предыдущих романистов — настоящий отец Джейн Остин.
Я всегда с некоторым пренебрежением относилась к людям, которые говорят, что «с возрастом» они стали меньше читать художественную литературу, потому что их тянет на всё такое подлинное и настоящее. Художественный текст — это сложный текст, а с любого рода текстовыми мемуарами всегда будет проще: как бы они ни были хорошо написаны, всё равно им свойственна линейная композиция. Это всегда разновидность рассказывания истории из жизни в более интеллектуальной оболочке. А художественная литература — высшее проявление человеческого духа, чего уж там. Она — наша мать и кормилица, и поддержка нам на все дни нашей жизни. Тем не менее, когда смотришь на свои списки прочитанного, обнаруживается, что если даже не брать профессиональную научную литературу и мегабайты законопроектов и пояснительных записок к ним, то ты читаешь чрезвычайно много мемуаров и исторического нон-фикшена. Назову своих старых и новых любимцев: Де Рец, Сен-Симон, Ларошфуко, Нэнси Митфорд о Людовике XIV, Вольтере и мадам де Помпадур (о Фридрихе Великом, мне кажется, у неё не очень получилась книга), Самуэль Пипс о себе, любимом, Вальтер Скотт о шотландской истории, Черчилль о прадедушке Мальборо, Питер Акройд обо всём на свете (биография Шекспира у него хорошая, новый том «Истории Англии» недавно пришёл).
Екатерина Шульман
В продолжение фестиваля гуманитарности: эта публикация в Wonderzine делалась больше года (!), потому что сперва надо было приехать и сфотографироваться, и еще книжки привезти, потом меня снимали, потом по скайпу разговаривали, потом редактура - в общем, долгий…

Ну а среди художественной литературы автор моей души — это, конечно, Набоков. Вот он был значимым трансформационным потрясением, но не единомоментным, а постепенным. Это автор, который в максимальной степени соответствует моим эмоциональным и интеллектуальным потребностям. Ничего не изменилось: сколько я его читала, где-то с 1993 года, столько и продолжаю читать. Последний невероятный подарок — вышедший в конце 2018 года комментарий Александра Долинина к «Дару». Этот капитальный труд я имела счастье получить одной из первых, по знакомству, и даже записать интервью с автором, когда он сюда приезжал. Я очень быстро прочитала весь том: он кажется толстым, неподъёмным, а когда заканчивается, хочется, чтобы он был ещё толще. Если сам «Дар» — это чистая радость, то комментарий Долинина — дистиллированная радость. Просто читаешь — и сам себе завидуешь".
Эфир программы Статус S02E24 #62 (19 февраля 2019г.)
События: умягчение муниципального фильтра (хорошо, но мало), сегодня в Совбезе - завтра в питерском избирательном бюллетене, президентские поправки к ст. УК 210 и практическое применение ст. УК 159 к иностранным инвесторам. Термин: организованная преступность. Отец: Мансур Олсон и его стационарный бандит. Три вопроса: что за мода на меньшинства (спойлер: это не мода), как всех запретить по закону о ложных новостях и какими добродетелями должно украшаться народному избраннику (спойлер: избираемостью).
https://youtu.be/IQq67hns3XQ
Статус S02E24 #62: текстовая расшифровка.
Статус S02E24 #62: текст. События: сдвиг муниципального фильтра, надбавка за лидерство в ОПГ, арест по ст. УК 159, которого не должно быть, но он есть. Термин: организованная преступность (quoted Mark Galeotti and his latest book The Vory!). Отец: Мансур Олсон, общественное благо, проблема безбилетника и государство как стабильный бандит (в хорошем смысле). Вопросы слушателей: польза от меньшинств, наказание за инсайд и ценные качества избираемых.

Так же из истин, выведенным Мансуром Олсоном: малые группы эффективнее больших. Это известно тем, кто изучает лоббизм, например. Легче провести законопроект, отвечающий интересам малой группы, чем тот, который отвечает интересам общества в целом. Это определение нужно немножко модифицировать. Не малые группы эффективнее больших (большие группы очень эффективны), а организованные группы эффективнее неорганизованных. В политическом пространстве то, что не организовано, вообще не существует, не имеет субъектности. Вас может быть страшным миллиард и триллиард, но если у вас нет структуры, нет организации, то вас вообще нету.
Собственно говоря, единственный способ неорганизованному большинству не быть съеденным какой-то группой малой либо конгломератом малых групп — это демократия, электоральная демократия. Это тот единственный, вообще, шанс, который есть у вас, не являясь членом никакой группы, хоть как-то выразить свои требования, продвинуть свои интересы и отстоять свои права. Поэтому держитесь, граждане за выборы. Это более ценно, чем вам кажется.
И, собственно говоря, про «кочующего бандита» и «бандита стационарного». Олсон выдвинул теорию происхождения государства, которая отличается от всех, ранее созданных — и от теории общественного договора и от теории божественного происхождения государства, и от теории милитаристской, то есть представления о том, то государство родилось путем завоевания. Его идея, грубо говоря, состоит в следующем. Государство ассоциируется с оседлым или стационарным бандитом, который принял решение закрепиться на территории, которую оно ранее грабило бессистемно, контролировать единолично и получать доход от населения.
Екатерина Шульман
Статус S02E24 #62: текстовая расшифровка. Статус S02E24 #62: текст. События: сдвиг муниципального фильтра, надбавка за лидерство в ОПГ, арест по ст. УК 159, которого не должно быть, но он есть. Термин: организованная преступность (quoted Mark Galeotti and…
М.Наки
― Крышевать.
Е.Шульман: Президентские законопроекты, к сожалению, править практически запрещено
― Совершенно верно. Этим государство отличается от кочующих бандитов или бандитов-гастролеров, которые хотят извлечь максимальную выгоду в краткосрочной перспективе. Мы с вами говорили уже здесь, что долгосрочные связи снижают уровень насилия, удерживают общество вместе и позволяют ему развиваться. В некотором смысле теория Олсона тоже про это. Краткосрочная выгода — это насильственная выгода. Краткосрочный связи — опасны. Долгосрочные — гораздо лучше. Это касается вообще всего. Это принцип, который работает на всех уровнях. Соответственно, наш бандит-гастролер заинтересован в том, чтобы схватить свое и убежать, ему не интересует, что с вами завтра будет. Поэтому он, скорее, вас зарежет, потому что ему надо сейчас. А дальше он убежит. Ну, вот гастролерами называют преступников, которые приезжают в какой-нибудь другой регион с целью заняться там своей преступной деятельностью. Кочующий бандит, когда он стал стационарным, уменьшил свою немедленную выгоду, но увеличил выгоду долгосрочную. Кроме того он приобрел власть, которую можно капитализировать практически бесконечно.
М.Наки
― То есть к стабильности привел.
Е.Шульман
― Да. И с тех пор очень держится за нее и всячески всем остальным ее рекламирует, хотя в какой-то момент становится непонятно, кто заинтересован в этой стабильности, кроме самого этого оседлого бандита. Но термин бандит тут не следует понимать оценочно. Это просто политологическая теория такая. Олсон считал, что этот стационарный бандит стимулирует развитие хозяйственной деятельности на подотчетной ему территории и вообще заинтересован в том, чтобы свою овцу не резать, а стричь ее, и чтобы она была, соответственно, курчавее, он ее тоже будет подкармливать и охранять от других.
М.Наки
― От кочующих.
Е.Шульман
― От Кочующих бандитов. Для этого он заводит границы, полицию, спецслужбы и камеры наблюдения на каждому углу. Соответственно, стационарные лучше нестационарного".
Граждане, активно распространяемая цитата про "а так не будут" - это не аргумент в пользу создания изолированного российского интернета, а аргумент против вероятности отключения России от интернета снаружи. Типа, это самим "им" (загадочным зловещим "им", располагающимся "там") невыгодно: так они собирают про нас информацию, а эдак не смогут. Не вдаваясь сейчас в рациональность этой аргументации, замечу, во-первых, что всегда надо читать первоисточники. Это из стенограммы встречи президента с главными редакторами после послания (https://kremlin.ru/events/president/news/59865). Любите и цените сайты госструктур, за их отталкивающей наружностию скрывается ценный контент. Во-вторых, Meduza, фу такими быть. Кликбейт кликбейтом, а информация информацией. Прошлый раз такая глупая история была про "президент не поддержал пенсионную реформу", потому что тоже никто стенограмм не читал (кроме грустных пожилых доцентов). Но тогда глупая история распространялась силами каких-то глупых СМИ, и бог бы с ними.
Видео о том, какая бесценная функция - отключение звука на телефоне.
https://youtu.be/UMiiSsTLlBY
А это утренний эфир с Дмитрием Потапенко на радиостанции Серебряный Дождь. В начале основном про послание, но не только, а потом про силовые войны, выборы и Magna Carta. Также делимся воспоминаниями, как мы однажды оба сдуру пришли на Первый канал, и поклялись больше так не делать. Таймкоды в первом комментарии.
https://youtu.be/PHMcEKDNXyA
Neil MacFarquhar in The New York Times on Russian garbage protests and general depressive mood, with me supplying a bit of political realism. Also, lovely evocative photos inside (not of me, of the depressive mood):
"Still, while people want change, said Ekaterina Schulmann, a political scientist at Ranepa, a university for technocrats, they “are not going to storm the Kremlin.”
Protest votes lost the government four governor’s races last fall, with similar defeats expected this year. Aleksei A. Navalny, Russia’s most popular opposition politician, announced the formation of a national trade union to fight for decent wages for doctors, nurses, teachers and other professionals, an unfulfilled Putin promise".
https://www.nytimes.com/2019/02/19/world/europe/russia-putin-landfill.html
Любимый сайт Cracked.com, статья "Обложки классических книг, если бы на них писали правду". 1984, роман о деспотической власти, в которой каждый читатель каждого поколения видит своего действующего президента. Навеки. От себя заметим, что это роман, не предсказавший не то, что 1984 год, но вообще ничего нигде, и не особенно даже схожий со своей исторической моделью - советским тоталитаризмом (Советский союз не так горазд был воевать с другими глобальными державами), и при этом он остается классикой профетического жанра и регулярно цитируется с укором, неизвестно к кому относящимся. Как хорошо быть пророком. Почему я ещё не в этом бизнесе.
(там ещё есть смешное, в частности, Камасутра, Маленькие женщины и Библия)