Компьютерные игры спасают от депрессии. Не прикол. Особенно это касается игр с открытым миром и несложным сюжетом.

Исследователи изучили игровые привычки, уровень одиночества и общее психическое состояние более двух тысяч человек возрастом 21+ лет. Они отметили, что игры с открытым миром и лайтовым геймплеем помогают психике оставаться стабильной и частично компенсируют недостаток общения в реальной жизни. Результаты опубликованы в журнале JMIR Serious Games.

Существует ли терапия играми в клинической практике? Правда ли геймеров можно назвать сверхлюдьми? И где грань между здоровыми игровыми привычками и зависимостью?

Поговорили с психологом Родионом Чепаловым, психиатром-наркологом Мариной Калюжной, нейробиологом Татьяной Смирновой и клиническим психологом, нейропсихологом Кариной Денисовой.

Корреляция, а не причина
А может, это не игры лечат от депрессии, а депрессивные люди чаще уходят в виртуальные миры, чтобы забыться? Фишка в том, что оба варианта возможны.

Психолог Чепалов поясняет:

Я наблюдал молодого человека, который после увольнения почти перестал выходить из дома. Онлайн-игра помогла ему сохранить общение с друзьями, не чувствовать себя одиноким и постепенно вернуться к активной жизни.

Но был и другой пример. Подросток переживал проблемы в школе и полностью ушёл в виртуальный мир. Перестал встречаться с друзьями, забросил учёбу и спорт. Внешне казалось, что настроение улучшилось, но на самом деле проблемы только откладывались.

Нейробиолог Смирнова дополняет:

Многие современные модели психотерапии подчёркивают важность поведенческой активации — постепенного возвращения человеку деятельности, которая приносит удовольствие, ощущение смысла. Если компьютерная игра помогает снова почувствовать вкус к жизни, она вполне может стать частью такого процесса.

Но важно понимать, что при клинической депрессии игры не заменяют психотерапию и медикаментозное лечение.

Терапия играми
Терапии играми как отдельного клинического метода не существует, подчёркивает психиатр-нарколог Калюжная.

Но существует другое:
— специальные геймифицированные программы как элемент когнитивно-поведенческой терапии, тренингов внимания, при восстановлении после инсульта или депрессии;
— обучающие симуляторы, технологии виртуальной реальности для работы, например, со страхами или тревожностью.

Задействованы иные механики, не похожие на те, что представлены в обычных компьютерных играх. Они спроектированы под конкретную задачу и нацелены на её решение, а не на развлечение.

Чё по сверхскиллам
Специалисты сошлись во мнении: игры могут развивать некоторые навыки. Например, скорость реакции, способность быстро принимать решения и адаптироваться к изменению обстановки.

Но также все отметили, что перенос этих навыков в реальную жизнь ограничен. Опытный геймер не обязательно хороший водитель, меткий стрелок или самый эффективный офисный работник.

Иногда излишняя скорость реакции может даже навредить. Мария Калюжная приводит пример из практики:

Был у меня пациент-айтишник, каждый вечер заходил в шутеры. Реакция как у спортсмена — и две аварии за год. Он был уверен в своей неуязвимости и перестраивался в последний момент. Скорость без осторожности — опасная комбинация.

Возрастное окно для "полезного" гейминга
Карина Денисова уверена, что конкретного возрастного окна, когда гейминг полезен, не существует.

Родион Чепалов считает, что "полезность" определяется не возрастом, а содержанием игр, временем, которое человек проводит за ними, и тем, вытесняют ли они другие сферы жизни. Если ребёнок играет час-полтора, гуляет, занимается спортом, общается с друзьями и хорошо учится, игры — лишь одно из хобби. Если же они вытесняют сон, учёбу, движение и живое общение, возрастает риск психологических проблем.

Мария Калюжная добавляет, что для взрослого с уже сформированной психикой игра как способ переключиться обычно безопасна. Но опять же — если нет перегибов. Татьяна Смирнова отмечает, что умеренный гейминг может поддерживать когнитивную активность.

❤️ Читай шире с Mash Room

🤩 Судьба НАТО: сценарии трансформации альянса

Сегодня в Анкаре начал работу 36 саммит НАТО. Подготовку встречи сопровождал ряд конфликтов. Министр войны США Пит Хегсет заявил о планах трансформации НАТО, а члены альянса не смогли согласовать долгосрочные обязательства по военной помощи Украине на 2027 год.

На фоне этих и множества других разногласий между США и Европой, резко обострившихся в 2026 году, консалтинговая группа «Полилог» подготовила экспертно-аналитический обзор «Американский (бес)порядок: судьба НАТО», который эксклюзивно вышел в «Известиях».

Мы провели экспертный опрос среди специалистов по американской и европейской политике, чтобы выяснить, насколько велик риск формального распада НАТО и какие существуют сценарии трансформации альянса к 2030 году.

В опросе участвовали:

🎯 Артем Соколов — кандидат исторических наук, старший научный сотрудник ИМИ МГИМО МИД России, специалист по Германии и европейской политике, автор Telegram-канала German Wings;
🎯 Вадим Трухачев — кандидат исторических наук, доцент Финансового университета, специалист по Центральной Европе, Евросоюзу, национальным и миграционным проблемам, автор одноименного Telegram-канала;
🎯 Глеб Игнатьев — преподаватель, стажер-исследователь Центра изучения стабильности и рисков НИУ ВШЭ, автор проекта «Политика за океаном»;
🎯 Джон Вароли — бывший иностранный корреспондент The New York Times, Bloomberg и Reuters, автор проекта «Вакцина против лжи»;
🎯 Павел Дубравский — политический консультант, руководитель «Дубравский Консалтинг», автор Telegram-канала Campaign Insider;
🎯 Роман Романов — американист, обозреватель отдела «Международный опыт» газеты «Ведомости», преподаватель РГГУ и автор Telegram-канала «Записки американиста»;
🎯 Руслан Андреев — политический консультант, руководитель проектов КГ «Полилог»

Полилог. Экспертиза | Подкаст | МАХ