Такер Карлсон заявил, что больше не поддерживает республиканскую партию

Недавно, в ходе выступления на подкасте Can't be Censored, журналист Такер Карлсон заявил, что отказывается поддерживать республиканскую партию.

Я больше не стану поддерживать Республиканскую партию. Ни единого шанса на это. Я и демократическую партию не стану поддерживать. Не знаю, что буду делать. Но сейчас не понимаю, как мне или любому другому американскому избирателю, если уж на то пошло, поддерживать политическую партию, которая не хранит верность Соединенным Штатам? Которая ставит интересы другой страны выше интересов собственных граждан?...

сказал он.

Карлсон также подчеркнул свою убежденность в том, что за ним последуют и другие. Исходя из того, что Карлсон — один из главных ЛОМов американского консервативного сообщества с более, чем 20 млн. подписчиками в его соцсетях, резонно ответить на два вопроса:

1) Повлияет ли его позиция на популярность Трампа среди республиканцев?

2) Повлияет ли его позиция на популярность республиканской партии в ее нынешнем виде?

3) Находимся ли мы на пороге создания реальной третьей партии?

Ответ на первый вопрос: Нет. Трамп остается владыкой и хозяином республиканской власти, удерживая железной хваткой сердца предположительно 30-40% республиканского электората. Соответственно, абсолютное большинство республиканцев. Согласно агрегатору RCP, на общенациональном уровне Трампа поддерживают 40% американцев. А учитывая, что до начала иранской операции у него было 43,5%, то потерял он из-за нее совсем немного. Да и тренд у его рейтинга до иранской авантюры был нисходящий. И при всем при этом он остается близ комфортного для себя диапазона 42-43%. Если брать чисто по партийной раскладке, то согласно майскому опросу Marquette Law School, Трампа поддерживают 76% республиканцев. Поэтому ни у Карлсона, ни у любых других консервативных ЛОМов не получится лишить Трампа власти над республиканским электоратом и, соответственно, над республиканской партией.

Ответ на второй вопрос: Незначительно. Позиция Карлсона может демотивировать часть электората, но этот эффект вряд ли будет долгосрочным. У республиканцев и так слабые показатели (38,6%), но для партии власти на пороге промежуточных выборов это абсолютно нормально. Для сравнения, у демократов рейтинг 36,5%. При этом и антирейтинг у ослов немного больше: 56,1% против 55,3% у слонов. Но по Generic Ballot (какую партию в целом поддержат граждане на грядущих выборах) демократы обгоняют республиканцев: 47,9% против 41,7%. Иначе говоря, исторический тренд и так не на стороне республиканцев: президентская партия исторически почти всегда проигрывает в палате представителей на промежуточных выборах.

Ответ на третий вопрос: Нет. На это есть запрос (62% считают необходимым появление третьей силы), есть средства у якобы желающих (вспомните того же Илона Маска или Эндрю Янга). Но все натыкается на бессмысленность таких проектов. А почему они бессмысленные? Да потому что республиканцы и демократы подогнали местное и федеральное избирательное законодательство таким образом, что ни у одной из других партий нет реального шанса показать себя. На 2025 г. в США, кроме республиканцев и демократов, насчитывалось до 50–60 партий (если считать и действующие только в одном штате). Выстрелить не смогла и не сможет ни одна. Потому что в бессмысленности, порожденной законодательными и бюрократическими ограничениями, убеждены сами американцы. Именно из-за этого даже при более чем 60% желающих кандидата от третьей партии готовы поддержать 15%.

Поэтому заявление Карлсона хоть и знаковое, но в кратко- и даже среднесрочной перспективе не окажет значительного влияния на расклад сил.

Голосовать – не значит быть сторонником!

В преддверии главных парламентских выборов страны развернулось много дискуссий вокруг электоральных рейтингов партий. Однако вне обсуждения осталась одна значимая характеристика, определяющая лояльность и мобильность электората, – рейтинг сторонников партий.

По данным ИНСОМАР, 45% россиян считают себя сторонниками одной из политических партий. Остальные 55% – нет. Приверженцами конкретной партии чаще себя называют женщины и жители старше 60 лет:

  👩‍🦰 52%        👨‍🦰 39% 

👨🏻‍🦳👵🏻 56%     👨👩 35–41%   

Отвечая на вопрос: "Что Вы делаете как сторонник?", кроме голосования за партию, чаще всего отмечали:
🔹 Слежу за новостями партии, подписан на партийные аккаунты – 36%. Чаще других об этом говорили жители до 44 лет (43% при 32% среди 45+).
🔹 Слежу за результатами выборов – 24%. Среди молодежи 18-29 лет этот показатель несколько выше (35% при 22–24% среди 30+).

Активные форматы, с большей личной включенностью, выбирают заметно реже:
🔹 Агитирую окружение голосовать за нее – 15%.
🔹 Участвую в организованных партией мероприятиях – 8%.
🔹 Обращаюсь в приемную, лично к депутатам – 6%.
🔹 Ношу мерч с символикой партии – 4%.
 
Быть сторонником партии сегодня – это скорее про электоральную лояльность, чем про активную вовлеченность. Россияне голосуют, иногда следят за новостями, но редко переходят к действиям.

Телефонный опрос населения РФ, 1200 опрошенных.

Ссылка на t.iss.one/insomar обязательна.

ПОДПИСАТЬСЯ В МАХ

Почему в России спорят о Трампе так, будто это внутренняя политика? Американист Павел Дубравский разбирает, что происходит в США перед выборами в Конгресс:

рейтинги Трампа, раскол республиканцев, конфликт ястребов и изоляционистов, роль Вэнса, Рубио, Сената, MAGA и американских левых. В выпуске — Иран, инфляция, Китай, USAID, НАТО, Европа и главный вопрос: есть ли у России шанс на диалог с Вашингтоном, пока украинский конфликт остаётся ключевым барьером.

Ютуб 👇 👇 👇

https://youtu.be/m19FQOiywdU?is=JsozLNvc0jraw_oF

Рутуб 👇👇👇

https://rutube.ru/video/c6e18919186a7cb096469df94b32210c/?r=a