Ну извините меня, это же безумие, Сбербанк кредитует моё предприятие под 20% годовых, выручка предприятия 550 млн, 70 млн прибыль, 60 млн проценты, нормально? Мы на кого работаем? И зачем это нужно? Для того, чтобы рабочие места сохранить? Предприятие не мелкое, а среднее, это 12 тысяч гектаров пашни и выручка 550 млн неплохая, а мы ничего не зарабатываем, мы всё кому-то и куда-то отдаём. Так вот к чему мы приходим, наверное, к спекулятивной экономике 90-х годов. Мне выгоднее сейчас за 1 млрд рублей продать активы, положить деньги на депозит и ничем не заниматься. В итоге, я заработаю 150 млн в год.

Кадры с МЭФ продолжают нарезать на цитаты - в этот раз отличился фермер Александр Чепухин, пожаловавшийся на то, что реальный сектор экономики превращается в обслуживающий персонал для банковского капитала. И его можно понять - если среднее агропредприятие с земельным банком в 12 тысяч гектаров и выручкой в полмиллиарда рублей отдаёт почти всю прибыль на обслуживание долга, всякая мотивация заниматься своим делом лишается смысла. Монетарная политика, заградительные ставки которой держатся годами, создала абсурдный стимул -созидание становится менее выгодным, чем пассивное ожидание. Сейчас бизнесмену проще реализовать активы, уйти в кэш и жить на проценты с депозита, получая вдвое больше чистой прибыли без производственных рисков, засух и прочей головной боли. Примечательно, что многие так и делают - значительная часть из 65 трлн рублей банковских накоплений, формально числящихся за гражданами, по факту принадлежит бизнесу.

Досье. Секретный контур - перейти в канал.

История из Нижегородской области, где депутат-психопат пять лет рулил налоговой политикой - отличная иллюстрация того, как устроена наша вертикаль. Человек годами принимал управленческие решения, и никого его состояние не смущало, пока не дошло до суда.

Причина тому - закрытость власти и депутатский иммунитет, благодаря которым любые странности легко маскируются под суровую государственную волю. Ситуацию могла бы исправить честная независимая экспертиза перед назначением на пост. Но система к такому не готова: прозрачность и отчётность перед людьми никогда не были свойственны российскому Левиафану.

А ведь это сейчас как нельзя актуально: глядя на то, какие инициативы сегодня выдвигают народные избранники и какой курс выбирают для страны, в голову нет-нет да и закрадётся подозрение, что у этих людей явно что-то не в порядке с головой. Слишком часто в последнее принимаемые решения выглядят не просто спорно, а откровенно неадекватно.

Досье. Секретный контур - перейти в канал.

Скажите, пожалуйста, почему власти, которые совсем не стесняется в средствах и максимально жёстко преследует любое инакомыслие, так упорно отказывается возвращать смертную казнь, хотя, казалось бы, для них это был бы самый удобный инструмент?

Да, на первый взгляд кажется парадоксом, что власть, отринувшая многие сдержки, упорно отказывается возвращать смертную казнь. На самом деле отказ от расстрелов - это не столько проявление гуманизма, сколько вопрос прагматики. В нынешних условиях смертная казнь - слишком фатальный инструмент, лишающий систему пространства для маневра.

Пожизненный срок или десятилетия в колонии гораздо эффективнее в плане контроля. Человека можно годами ломать, изолировать, использовать для обмена или показательного помилования. Убив заключенного, власть теряет над ним власть, оставляя же в живых - сохраняет полный контроль над его судьбой. Здесь принципиально важно не смешивать внесудебное устранение политических оппонентов (типа Навального или Немцова) с юридическим возвратом смертной казни. Одно - теневая практика, применяемая в исключительных случаях в тёмную. Другое - открытое признание права государства на узаконенное лишение жизни. И вот эту черту власть, при всей своей жёсткости, пока пересекать не готово.

Кроме того, смертная казнь делает судебную ошибку - или заказной характер дела - необратимой катастрофой. Даже при жёстком режиме система не хочет брать на себя риск создания «сакральных жертв». Расстрелянный оппонент или даже преступник быстро может стать мучеником, вокруг которого может объединиться протест или международное давление. Тюрьма же делает человека невидимым, когда он постепенно перестаёт быть предметом внимания и со временем перестаёт занимать умы.

Иными словами, возвращение института смертной казни для путинской вертикали несёт в себе слишком много рисков. Сильной в репрессивном смысле системе в нынешних реалиях гораздо выгоднее не убивать сразу, а держать человека в полной зависимости от государства годами. Однако подход к смертной казни в будущем может быть пересмотрен, если режим почувствует себя «припёртым к стенке». Страх перед внутренним взрывом вполне может перевесить рациональность.

Досье. Секретный контур - перейти в канал.

Статистика запросов на эмиграцию выросла в два раза за квартал.

Казалось бы - несколько десятков тысяч, разве это много? Но за сорока тысячами цифровых запросов стоят конкретные люди, чаще всего молодые и образованные, которые всё чаще приходят к мысли, что оставаться здесь для них просто не имеет смысла.

Причины на поверхности: люди бегут от войны и её последствий, их толкает страх перед возвращением советских практик - тотальная цензура, пропаганда из каждого утюга, идеологизация образования, преследование инакомыслящих, отъём активов и многое другое. Снос памятников жертвам репрессий и одновременная установка бюстов Сталину и вовсе создают пугающую атмосферу, полностью лишённую каких-либо позитивных перспектив. Блокировки интернета и общая изоляция довершают мрачную картину бытия, из которого всё больше желающих уехать.

Конечно, до реального отъезда дойдут не все. Многие останутся, кто-то вернётся. Но даже если в итоге уедет лишь малая часть, для страны со всё больше вымирающим и стареющим населением это всё равно ощутимый удар. В условиях демографической катастрофы даже тысяча уехавших активных и думающих граждан - это уже серьёзная потеря. Эти люди могли бы платить налоги, развивать науку и растить детей здесь, но вместо этого они будут приносить пользу чужим странам. Самое горькое, что за этим стоят не происки внешних врагов, а решения руководства собственной страны, шаг за шагом лишающее людей будущего.

Досье. Секретный контур - перейти в канал.

Уже более четверти века Путин ведёт непримиримый бой с ростом цен в ЖКХ, регулярно напоминая подчинённым, что обдирать население недопустимо. Хронику этой многолетней борьбы за справедливость в квитанциях отметить следующими цитатами:

▪️2003 год: Проблему ЖКХ нельзя решать простым поднятием тарифов.

▪️2011 год: Реформирование отрасли за счёт кошелька граждан недопустимо.

▪️2012 год: В сфере будет наведён порядок, а цена наконец-то начнёт соответствовать качеству и надёжности услуг.

▪️2017 год: Платежи стали «зашкаливающими», необходимо их срочно отрегулировать.

▪️2021 год: К вопросу подключается прокуратура, чтобы разобраться с неоправданным ростом цен.

▪️2026 год: Нужно контролировать, чтобы тарифы «не задирались», так как в системе обслуживания людей происходит «бум».

Примечательно, что с 2000 года стоимость коммунальных услуг увеличилась примерно в 5 раз, причём последние годы цены растут особенно активно: только за 2026 год средний чек подскочил ещё на 10–15% на фоне признания властей, что рост цен «неизбежен». Такая вот парадоксальная закономерность: чем чаще на высшем уровне звучат призывы остановить рост цен, тем стремительнее они штурмуют новые высоты.

Досье. Секретный контур - перейти в канал.

Источник в МВД сообщает, что следственные действия в офисах «Эксмо» - лишь начало масштабной зачистки книжного рынка. Силовики планируют всерьёз взяться за крупнейших частных игроков. Под прицелом могут оказаться «Азбука-Аттикус», «Альпина», «Росмэн» и «Clever». Схема, обкатанная на кейсе «Эксмо», станет своего рода шаблоном для зачистки других участников книжного рынка.

Поводом для новых дел послужит не только ЛГБТ-повестка. Экспертизы уже готовятся по линиям оскорбления чувств верующих, реабилитации нацизма и дискредитации армии. Главная цель - полная идеологическая инвентаризация частных фондов. Книжных магнатов хотят поставить перед выбором: либо они создают внутри компаний цензурные отделы, либо активы будут национализированы.

Досье. Секретный контур - перейти в канал.

- И ГУЛАГ, я когда на Соловках был, просто огромная библиотека, там до сих пор книг очень много разваленных, здание театра, то есть, пытались исправить человека, а не просто покарать и это было круто.
- Когда Беломорканал строили, там же даже награждали заключённых высшими наградами Советского Союза. Торжественно вручали, ну это естественно отражалось на сроке. Я не говорю, что это должно быть примером каким-то навсегда, но действительно назывались исправительные учреждения.

Левые пытаются представить руины лагерных библиотек и театров как доказательство того, что ГУЛАГ был местом исправления, а не истребления. Но наличие книг и постановок не отменяло сути режима. В нацистских лагерях, таких как Бухенвальд, Дахау или Аушвиц, тоже были библиотеки, в Терезиенштадте ставили оперу, а в Биркенау и Гросс-Розене были оборудованы футбольные поля. И да - самая распространённая категория нацистских лагерей также именовалась «рабоче-воспитательной» (Arbeitserziehungslager). Очевидной глупостью было бы представить эти места курортами на оном основании.

Вообще, стоит признать, что процесс ресоветизации России без пропагандистской работы многих левых публицистов, блогеров и политиков был бы невозможен. Получая государственные гранты и эфиры на федеральных каналах, они десятилетиями транслируют идею о том, что советские репрессивные практики были нормой. И вроде как на словах идейные левые ратуют за простого человека, на деле же обслуживают интересы правящей корпорации, упаковывая страшное прошлое в привлекательную для масс обертку, по сути занимаясь тем, что на молодежном сленге сегодня называют «прогревом гоев».

И теперь, вместо признания чудовищной цены, заплаченной за несбывшееся «светлое будущее», обществу предлагают гордиться лагерным прошлым как примером созидания. Романтизируя бараки и концлагеря, левые лишь помогают правящему режиму нормализовать насилие как инструмент управления, делая его приемлемым в глазах современного человека.

Но советофилы забывают, что каток репрессий не делает исключений для своих. История не раз показывала, как идеологи «правильного» насилия в итоге сами оказывались в тех же бараках, успевая лишь в недоумении выкрикнуть: «Товарищ Сталин, произошла чудовищная ошибка!», но машина, появление которой они так долго приближали своей пропагандой, уже не слышала их голосов.

Досье. Секретный контур - перейти в канал.

Власти ещё не успели окончательно утвердить второй пакет мер против кибермошенников, а в коридорах Госдумы уже вовсю кипит работа над «Антифродом 3.0». Источники из Госдумы поделился деталями следующего этапа, который обещает стать ещё более жёстким:

▪️Единый риск-профиль гражданина. В ГИС «Антифрод» планируют создать гигантское озеро данных, где ИИ будет присваивать каждому абоненту и владельцу карты «уровень благонадёжности». Любое отклонение от привычного финансового поведения или смена гаджета приведут к автоматической заморозке всех операций до личного подтверждения.

▪️Голосовая биометрия «по умолчанию». Для борьбы с дипфейками и подменой голоса звонки могут начать пропускать через фильтры нейросетей операторов связи. Система будет сравнивать слепок голоса звонящего с базой данных, блокируя вызовы, если ИИ заподозрит синтетическую речь или подозрительные интонации.

▪️Режим «запрещено всё, что не разрешено». Любые трансграничные переводы, удалённый выпуск SIM-карт и привязка новых устройств по умолчанию планируется заблокированы. Активировать эти функции можно будет только вручную через МФЦ или биометрический портал, доказывая, что это действительно происходит по вашей воле.

▪️Принудительный «период охлаждения». Паузу перед получением денег хотят распространить не только на кредиты, но и на крупные переводы новым получателям или снятие наличных в кассах. Деньги будут зависать в системе на сутки или двое, чтобы у человека было время прийти в себя и осознать, что он действует под влиянием мошенников.

▪️Развитие института «второй руки». Механизм подтверждения операций доверенным лицом из опции хотят превратить в обязательное условие для определённых категорий граждан. Банки получат право требовать согласия родственников на любую сделку, которую алгоритм сочтёт рискованной для конкретного возраста или психотипа.

▪️Жёсткая привязка симок к устройствам. Обсуждается возврат идеи обязательной регистрации IMEI-кодов смартфонов в связке с конкретным номером телефона. Это сделает невозможным использование серых SIM-карт в шлюзах и затруднит жизнь тем, кто привык часто менять гаджеты без уведомления регулятора.

Общий вектор развития системы просматривается максимально чётко. Государство переходит от точечного вылова преступников к созданию полностью контролируемого цифрового периметра. О финансовой и коммуникационной свободе в такой модели приходить не приходится, оные приносятся в жертву безопасности.

Смотрите, даже по официальному ВЦИОМу Путина не поддерживают десятки миллионов граждан России (23%, в реальности ближе к 60%, если убрать страх).

Почему у этих людей нет политического представительства? Они что, какие-то дефективные?Думские партии не представляют этих людей, они боятся Путина критиковать. Значит нужен кто-то другой.

Вот почему я совершил свой демарш. Ради представления интересов десятков миллионов граждан, настроенных против действующей власти. Вот чем надо заниматься сейчас всем смелым политикам.

Операция «Психоз» или как быстро и дёшево слепить из лоялиста оппозиционера.

В истории Ильи Ремесла всё слишком складно, чтобы быть правдой. Ну подумайте сами - в стране, где за неосторожный комментарий люди уезжают на годы в места не столь отдалённые, появляется персонаж, который публикует на широкую аудиторию максимально жёсткую критику первого лица. Причём делает это человек, чья биография неразрывно связана с АП, отметившегося в своё время борьбой против внесистемной оппозиции. Персонажа на месяц помещают в психушку, после чего он спокойно выходит и как ни в чём не бывало продолжает писать крамольные посты.

Отношение правящего режима к сему персонажа объясняется просто: у автора сей крамольщины есть «бронь». И выдана она кем-то настолько влиятельным, что ни силовики, ни спецслужбы не могут к нему прикоснуться. Но как продать «вчерашнего» подрядчика АП рассерженной публике? Нужно обнулить его прошлое и создать ореол мученика.

Схема с психушкой в этом смысле идеальна и процедурно намного удобнее тюрьмы. Суд - это сложный механизм, который по логике вещей обязан был закончиться реальным сроком на годы, иначе бы система продемонстрировала свою слабость. Психиатрия же позволяет «помурыжить» человека несколько недель и выпустить без лишнего шума. Это идеальное прикрытие - официально всё можно списать на временный психоз, мол, переутомился человек, подлечили и отпустили. При этом в глазах аудитории он мгновенно превращается в диссидента, пострадавшего от карательной медицины.

Какую политическую функцию Ремеслу придают кураторы? Тут два варианта: либо система готовит управляемый «сливной бачок» на случай, если рейтинги поползут вниз окончательно и протест нужно будет куда-то аккуратно слить, либо это подготовка «своего» лидера для перехвата повестки у настоящей оппозиции. Цель одна - это попытка подменить реальную оппозицию её качественным муляжом. Вместо стихийного бунта людям хотят подсунуть подготовленного вожака, который в нужный момент всегда готов будет ответить на звонок для получения инструкций сверху.

Полагаем, что пожилой дедушка, чьё мировоззрение ковалось в эпоху проводных телефонов и бумажных папок с надписью «Совершенно секретно», плохо осознаёт степень проникновения интернета в повседневную жизнь. Это уже далеко не только про «поболтать», сейчас интернет - это нервная система, кровеносные сосуды и скелет современного общества в одном флаконе. Ключевое слово - современного. В попытке запретить «крамолу», регуляторы бьют по жизненно важным сферам - даже по тем, которые на первый взгляд кажутся максимально далёкими от интернета. Например:

▪️Например, медицина. Глюкометры, передающие данные врачу в реальном времени, кардиодатчики, системы вызова экстренной помощи - всё это всё чаще завязано на облачные сервисы и стабильную связь. При ограничениях интернета такие системы работают с перебоями, а цена которых измеряется здоровьем людей.

▪️Городская среда давно уже стала насквозь цифровой. Без сети встаёт логистика распределительных центров, ломается учёт на складах продуктов, парализуется работа курьерских служб, которые кормят миллионы. Ограничения превращают современный мегаполис в бетонные джунгли, где никто не знает, когда приедет автобус и где находится ближайший магазин.

▪️Мы привыкли, что деньги - это давно уже не хрустящие купюры, а виртуальные цифры на экране телефона. Блокировки бьют по платёжным шлюзам, терминалам на кассах и проверке QR-кодов. Каждый раз, когда сеть лагает из-за очередного включения суверенного рунета белых списков, тысячи малых бизнесов теряют выручку просто потому, что покупатель не может использовать карту или зайти в банковское приложение.

▪️Современный комбайн в поле или станок на заводе обменивается данными с сервером чаще, чем подросток в соцсетях. Контроль высева, учёт зерна, телеметрия оборудования - всё это требует стабильного соединения. И когда «рубильник» опускают, сельское хозяйство и производство откатываются в эпоху ручного управления, эффективность падает в разы, как и издержки.

▪️Образование сегодня - это доступ к мировым библиотекам кода, базам данных и научным публикациям. Блокируя инструменты совместной разработки или образовательные платформы, государство, по сути, ставит крест на будущем. То самое, в котором воспроизводят сложные технологии - без доступа к зарубежным базам данных мы или вовсе ничего не разработаем, или разработаем, но вкривь и вкось, так ещё и заплатим в несколько раз дороже.

▪️Общение в мессенджерах - это не только обмен мэмами про котиков, но и родительские комитеты, домовые чаты, координация волонтёров и самоорганизация в ЧС. Убивая привычные каналы связи, власть разрушает горизонтальные связи, на которых держится общественная устойчивость. Впрочем, тут-то как раз правящая корпорация попала в самую точку - то что надо!

И это мы перечислили наиболее очевидные примеры использование интернета в повседневной жизни. Но их много больше: бухгалтерия, логистика, ЖКХ, безопасность, транспорт, бытовые сервисы и так далее. Но судя по рвению регуляторов, лишение обывателей всего перечисленного - не такая уж и большая цена ради спокойствия кучки геронтократов, страшно переживающих за своё положение.

Досье. Секретный контур - перейти в канал.

Забери свой бонус до 1000$

Приветствую! Могли бы вы ответить на мой вопрос? Хочу узнать вашу точку зрения. Что будет, если преемником нынешнего президента станет Мишустин? Я правильно понимаю, что толком ничего не поменяется, так как, Он является примерно членом того же круга, что и сам президент? (К тому же у господина Мишустина, если не ошибаюсь, есть определенная доля управления в каком то производстве в Германии, и он, вроде, имеет какое-то отношение к "еврейско-американским" партнёрам).

Для нас важно не то, кто займёт трон, а то, изменится ли сам характер государства. А он, скорее всего, останется прежним. Рассматривать фигуру Михаила Мишустина как фактор стратегических перемен - значит оставаться в плену иллюзии, будто личность на вершине способна переломить работу устоявшихся механизмов власти. Он - плоть от плоти системы, эффективный технократ, чья задача заключается в доведении административного контроля до абсолюта.

Смена лиц не затрагивает основу системы. Российская государственность в любой её ипостаси - царской, советской или нынешней - неизменно воспроизводит имперскую модель, где народу отведена роль ресурса. Это вечный цикл превращения нации в «податное сословие». Царская бюрократия, партийная номенклатура и новиопская «корпорация» едины в одном: им не нужен самостоятельный народ-субъект с правом голоса, им нужно топливо для очередных геополитических фантазий, буде то строительство «светлого будущего» или «евразийского государства-цивилизации».

Трагедия в том, что за поколения такой селекции мы привыкли считать интересы левиафана своими собственными. Государство-паразит успешно внушило нам, что без него мы - ничто. И пока мы не разделим в своём сознании национальное и государственное, пока не обретём внутреннюю самость, отдельную от казённого аппарата, всё останется прежним. Любой преемник на троне будет лишь новым оператором машины, выжимающей из нас соки.

Подписчики интересуются, кто из чиновников может позволить себе вести игру, независимую от воли президента, и даже обеспечивать «иммунитет» своим протеже? Если искать фигуру, способную на самостоятельную партию, то первым на ум приходит Сергей Кириенко.

Он - персона в российской иерархии уникальная. Пока внимание публики приковано к силовикам или технократам вроде Вайно, именно «главный кадровик» Кремля выстраивает конструкцию, масштаб которой выходит за рамки простого администрирования. Чтобы понять глубину его влияния, стоит оглянуться в март 2000 года.

Тогда «Союз правых сил» (СПС) - мощнейшая на тот момент либеральная платформа - официально поддержал кандидатуру Владимира Путина. Именно Кириенко и его соратники по СПС стали тем фундаментом, который обеспечил легитимность транзита власти от Ельцина к его преемнику. Сразу после этого решения Кириенко отправился в США, где вёл переговоры на самом высоком уровне: от руководства МВФ и Всемирного банка до встреч с экс-директором ЦРУ Джеймсом Вулси. Это был уровень признания, недоступный рядовому чиновнику.

Путин долг не забыл. Карьерная траектория Кириенко - полпредство, руководство «Росатомом», а затем ключевой пост в Администрации президента - превратила его в архитектора внутренней политики. В отличие от Антона Вайно, который остаётся образцовым «послушным», инициативный Кириенко создал внутри системы собственную экосистему. Проекты вроде «Лидеров России» сформировали целое поколение управленцев, обязанных своим взлётом лично ему.

Сегодня Кириенко обладает ресурсом, позволяющим не просто исполнять волю сверху, но и вести сложную автономную игру. Обладая иммунитетом, который он распространяет на своих подопечных, и контролируя смысловую повестку страны, он стал тем редким игроком, чьё влияние сопоставимо с президентским. Он - единственный в нынешней вертикали, кто перерос статус «доверенного лица» и перешёл к проектированию собственной властной вертикали, в которой Путину отведена роль лишь отправной точки.

Досье. Секретный контур - перейти в канал.

Россия первая вышла на гиперзвук. И что мы сделали? Мы на всех углах говорили: "у нас есть оружие, которого нет ни у одной страны". Но от этого опасности для нашей страны меньше не стало. И вот мы говорили про "красные линии". Ну куда уж краснее? Я не знаю, какое у вас было ощущение, когда украинский дрон сел на купол здания, в котором находится верховный главнокомандующий - президент РФ. Я не говорю уже, когда эти дроны садились на наши самолёты дальнего радиолокационного обнаружения, когда они наносили удары по нашим объектам, я всё ждал: ну когда мы начнём воевать по-настоящему?

Экс-начальник Генерального штаба ВС РФ Юрий Балуевский задаётся риторическим вопросом «когда начнём воевать по-настоящему?». Правда прозвучал он крайне запоздало - на пятый-то год войны, когда от ура-патриотического угара не осталось и следа.

Ответ на вопрос Балуевского на самом деле простой: переход к полноценной войне с тотальной мобилизацией и переводом экономики на военные рельсы невозможен по причине того, что Путин видит в оном риск повторения сценария 1917 года. Миллионы вооружённых людей, вырванных из «нормальности», брошенных в мясорубку и потому обозлённых, представляют для режима большую угрозу, чем внешний противник. Большинство населения, включая «зет-сообщество», не горит желанием принять участие в бойне на чужбине.

Но и остановить войну Путин не может - для этого нужно или привести Украину к капитуляции, а на это нет сил, или соглашаться на её условия для полноценного замирения, в противном случае война будет продолжена.

Такой вот цугцванг, где Кремлю из всех вариантов приходится выбирать наименее худший для себя - ведение вялотекущей «операции» в надежде на истощение противника. При этом, сам конфликт используется режимом себе на пользу, позволяя бесконечно продлевать режим чрезвычайщины, где репрессивный аппарат давно уже заменил собой общественный диалог. Стратегического выхода из сложившегося тупика по-прежнему не просматривается.

Досье. Секретный контур - перейти в канал.

Скажите, пожалуйста, стоит ли сейчас держать деньги на счету или это слишком рискованно? Хотелось бы узнать ваше мнение.

В управлении капиталом я неизменно придерживаюсь позиции, что государство при любом удобном случае предпочтёт решить свои проблемы за счёт граждан. Благодаря скепсису ко всему казённому мне удалось сохранить основные накопления в девяносто восьмом году, когда власти отказались платить по обязательствам, по сути, совершив дефолт, который они до сих пор официально так и не признали.

Тогдашний премьер-министр Сергей Кириенко, ныне занявший крайне высокое положение на Старой площади, дал сей манипуляции характерное объяснение:

Во-первых, дефолта мы не объявляли. Поверьте, мне сейчас нечего прятаться за слова, но юридически дефолт - это отказ платить по своим обязательствам, мы же сказали другое: сейчас заплатить не можем - что само по себе, конечно, мерзкое решение, - но через несколько лет долги обязательно отдадим.

Разумеется, этих денег никто больше не увидел. Подобные сценарии повторялись в нашей истории регулярно. Можно вспомнить денежную реформу Павлова девяносто первого года, отмену выплат по госзаймам в пятьдесят седьмом или денежную «реформу» сорок седьмого года. Весь исторический опыт буквально кричит нам о том, что наше государство - крайне ненадёжный тип, способный обнулить частные активы в любой момент.

Учитывая исторический бэкграунд и нынешние реалии, банковский счёт сегодня - это последнее место, куда стоит нести свои средства. Предлагаемая доходность в 10-15% не компенсирует вероятности обесценивания всех накоплений. Впрочем, хранение крупных сумм в наличных рублях - затея едва ли не менее опасная. Разумной альтернативой остаются только «твёрдые» активы - валюта, металлы, недвижимость. В крайнем случае - даже бытовая техника и электроника, которая по крайней мере не превратится в пыль по решению очередного премьера.

Досье. Секретный контур - перейти в канал.

Министр обороны Мали убит — Al Jazeera. Дом Садио Камара подвергся нападению на фоне одновременных атак повстанцев по всей стране. Он был центральной фигурой в военном правительстве, захватившем власть после двух переворотов подряд в 2020 и 2021 годах.

Против России открыли африканский фронт. События в Мали - дерзкое нападение на резиденцию в Кати и гибель министра обороны Садио Камара - следует рассматривать не как одиночный теракт, а как попытку демонтажа всего российского влияния в регионе.

Камара был не просто функционером, а ключевым интересантом союза Бамако и Москвы. Его устранение в самом защищённом военном городке страны, в 15 километрах от столицы явно свидетельствует не в пользу системы безопасности, которую помогали выстраивать в том числе и российские специалисты. Да и прочим элитам Сахеля подаётся однозначный сигнал: российское покровительство больше не гарантирует им личную безопасность

Для России ситуация осложняется тем, что этот вызов пришёл в момент максимальной концентрации ресурсов на украинском направлении. Ресурс не бесконечен - это касается и людей, и техники, и финансов. Поддержание порядка в Мали, Буркина-Фасо или Нигере требует постоянного присутствия «на земле», но в условиях большой войны маневр крайне ограничен.

Противники Москвы грамотно нащупали уязвимость - напрямую Россию победить сложно, зато можно создать цепочку очагов напряжения в глубоком тылу, заставляя распылять силы. Теперь перед Кремлём стоит нелёгкий выбор: либо идти на кратное усиление африканского контингента, оттягивая дефицитные резервы, либо готовиться к постепенному, но болезненному сокращению географии присутствия.