На кампусе отмечают National Day of Remembrance and Action on Violence Against Women. Все это не случайно, а в связи с тем, что в 1989 в монреальском политехе расстреляли 14 студенток инженерного факультета (среди них был один клерк). Они делают каждый год разные акции из-за 14 человек, убитых почти 30 лет назад. Если бы Россия вспоминала по именам всех расстрелянных и убитых хотя бы за последние 50 лет, не хватило бы, наверное, часов в году.

Еще пара фоток с ужина в доме у профессора по Academic Writing. Я не ходила вообще ни на какие другие вечеринки из универа (а приглашений присылали масса - от моей программы, от всего факультета, от профессора по проджект менеджменту, от факультета междисциплинарных наук - здесь любят отмечать), только пришла к ней в уютный домик рядом с кампусом. На ужин был суп из мидий, домашний хлеб, ямайский рис, овощное стю и пироги.

И, как всегда тут, полно животных в домах: два кота и две собаки.

Торжественно обещаю, что больше не буду забрасывать телеграм! Мало, что мне приносит столько искренной (хотела написать модное словечко''незамутненной'') радости, как эти ни к чему не обязывающие записки. Не писала, потому что первую половину декабря я была в завалах текстов и дедлайнов, потом был день перерыва, а теперь пошли новые дедлайны. Формат немного изменится, потому что классов уже не будет. Здесь будет меньше про университет, но больше про Канаду и науку, конечно. И про технологии и жизнь, потому что куда без них?

Но сегодня, сегодня, сегодня - день отдыха. Сегодня мне исполняется 32 года (я из тех, кто не скрывает свой возраст). Мне 32 и мне хорошо! Гораздо лучше, чем в 22 или, упаси Боже, 16. Однако, если меня тут читают те, кому меньше 25, я знаю, о чем вы думаете! Я сама так думала. Вы думаете, что к вашим 32 жизнь ваша будет устоявшейся и прекрасной. Прекрасной она будет, но вот устоявшейся едва ли. Однако после 30 полностью понимаешь смысл выражения embrace it!

В университетских поздравительных имейлах везде «Happy holidays» и никакого вам «Merry Christmas». Чтобы никого вдруг не обидеть (но я все равно всех поздравляю с Рождеством 😉). Ещё праздники - это не совсем праздники, потому что 27 декабря уже все работают. Мне вот статью надо отправить научному руководителю до 2 января. Поэтому люди одной рукой празднуют и другой рукой фигачат. Хоть Рождество здесь красивое и стильное, но я начинаю скучать по разухабистому, где-то неуклюжему постсоветскому Новому году. В Канаде в Рождество все сидят по хаткам с семьей, а город стоит мертвый и пустой. Думаю, одинокие и несемейные люди в этот день чувствуют себя хуже обычного. В России же в Новый год людей объединяет радость и надежда. И пусть эта надежда граничит с забытьем, но она общая, а, значит, настоящая.

В этом году я получила много-много замечательных подарков, но вот, что я подарила сама себе:

Книжку про Питон для начинающих (да, несмотря на 4 месяца занятий питоном, я все еще начинаю) и новый роман Таны Френч. Читала ее нашумевшее детективное «Тайное место», но уже на 10-й странице догадалась, кто убил и потеряла всякий интерес. Этот роман - не детективный, что внушает надежды.

Новый год же в Канаде - это маленький фейерверк в 12 и пустые улицы сразу после. Гуляют и радуются только русскоязычные и их друзья. Вы бы знали, как прекрасен вкус старого-доброго оливье на канадской земле! Канадцы ведь толком не умеют ни праздновать, ни тусить и мало что понимают в еде. Зато мы видели новогодней ночью краем глаза, как канадские менты укутывали бомжа в одеялко. Очень мило.

Я - обсессивный нерд во всем, что касается освоения Арктики. А пропавшая экспедиция Франклина просто взрывает во мне все мои подростковые приключенческие триггеры. В этом я немного канадка, так как Северо-Западный Проход и Франклин - важнейшие (если не единственные) источники канадской национальной идентичности. Все это к тому, что в Калгарийском музее сейчас выставка об Арктике. В основном там британская живопись 19 века - своего рода «воображаемая Арктика»: романтическая и мускулинная (да, это слово раз десять сегодня увидела на всех экспликациях) репрезентация канадского севера. Но были там и подлинные предметы (офигеть!!) с кораблей Франклина («Террор» и «Эребус») и вещи, принадлежащие участникам экспедиции и найденные инуитами, например, столовые приборы. Показалось, тем не менее, что выставка немного застряла в концептах и нарратив в ней не завершен и не продуман. Например, там нет ничего о том, как проход открыли, как корабли нашли, как сейчас там тают льды и ходят туристические теплоходы, а Франклин ушел в массовую культуру (кстати, я пока боюсь смотреть сериал «Террор», кто смотрел, как вам?)