The Study of Human Evil
Сегодня отменили класс и я ходила на публичную лекцию о Холокосте. Сейчас в университете идет неделя Jewish Studies и каждый год институт изучения Восточной Европы организует эти лекции. Холокост - не самая новая для меня тема, но парящий в канадском чистом воздухе антисемитизм, которому здесь придумали красивое название анти-Израилизм, мне порядком надоел, и я пошла слушать лекцию. Не пожалела.
Во-первых, так как лекция публичная, там мало было привычной университетской публики, зато было полно еврейских бабушек в вуальках, которые приветствовали друг друга “Мазаль Тов”. Давно этого не видела, и было приятно.
Лекцию читал профессор университета Оттавы Ян Гробовски. И говорил он про Холокост в Польше. Основная идея в том, что Холокост следует изучать в контексте исследований человеческого зла (the study of human evil), потому что Холокост иррационален. Нам кажется, что Холокост изучен вдоль и поперек (множество фильмов на эту тему дает иллюзию этого), но, как водится, на самом деле, мы знаем о нем очень мало. Он много говорил о современном состоянии изучений Холокоста в Польше, как там увольняют его друзей, которые трогают эту тему. Как Польша даже пыталась его самого уволить из универстета Оттавы. Как прослушивают все его телефонные звонки в Польшу. Говорил о том, что доступ к архивам католической церкви того времени закрыт.
Ну и про сам Холокост в Польше. Мне нравится этот новый-старый тренд в исторических исследованиях говорить о чем-то большом и глобальном через маленькую историю. Вот он просто пересказал по часам и минутам 21 сентября 1942 года - день полной ликвидации еврейского гетто в одном из городков (10 тыс. население) на севере Польше.
Мы часто думаем о Холокосте, как о продуманной, современной машине уничтожения с газовыми камерами и холодными собранными немецкими солдатами. А картина вырисовывается совсем другая. Очень часто это была публичная массовая казнь (на примере этого городка - на главной площади), произведенная с иррациональной жестокостью. Производилась она часто руками не немцев, а поляков и украинцев (их наняли немцы в этой истории) и зачастую без всякого приказа со стороны немцев. Так после ликвидации основной массы евреев поляки искали спрятавшихся евреев и убивали их. Причем в большинстве своем это были их личные знакомые - соседи и приятели. Более того, убивавшие евреев поляки, часто были участниками Польского Сопротивления. Вывод лекции не весел: Холокоста в таком масштабе не произошло бы в Восточной Европе, если бы не было широкого одобрения и принятия со стороны местного населения.
Не сказать, что эта информация была нова для меня да и для всех присутствующих, но, опять же, в зеркале “маленькой”, отдельной истории все звучало ну очень страшно и очень иррационально.
Сегодня отменили класс и я ходила на публичную лекцию о Холокосте. Сейчас в университете идет неделя Jewish Studies и каждый год институт изучения Восточной Европы организует эти лекции. Холокост - не самая новая для меня тема, но парящий в канадском чистом воздухе антисемитизм, которому здесь придумали красивое название анти-Израилизм, мне порядком надоел, и я пошла слушать лекцию. Не пожалела.
Во-первых, так как лекция публичная, там мало было привычной университетской публики, зато было полно еврейских бабушек в вуальках, которые приветствовали друг друга “Мазаль Тов”. Давно этого не видела, и было приятно.
Лекцию читал профессор университета Оттавы Ян Гробовски. И говорил он про Холокост в Польше. Основная идея в том, что Холокост следует изучать в контексте исследований человеческого зла (the study of human evil), потому что Холокост иррационален. Нам кажется, что Холокост изучен вдоль и поперек (множество фильмов на эту тему дает иллюзию этого), но, как водится, на самом деле, мы знаем о нем очень мало. Он много говорил о современном состоянии изучений Холокоста в Польше, как там увольняют его друзей, которые трогают эту тему. Как Польша даже пыталась его самого уволить из универстета Оттавы. Как прослушивают все его телефонные звонки в Польшу. Говорил о том, что доступ к архивам католической церкви того времени закрыт.
Ну и про сам Холокост в Польше. Мне нравится этот новый-старый тренд в исторических исследованиях говорить о чем-то большом и глобальном через маленькую историю. Вот он просто пересказал по часам и минутам 21 сентября 1942 года - день полной ликвидации еврейского гетто в одном из городков (10 тыс. население) на севере Польше.
Мы часто думаем о Холокосте, как о продуманной, современной машине уничтожения с газовыми камерами и холодными собранными немецкими солдатами. А картина вырисовывается совсем другая. Очень часто это была публичная массовая казнь (на примере этого городка - на главной площади), произведенная с иррациональной жестокостью. Производилась она часто руками не немцев, а поляков и украинцев (их наняли немцы в этой истории) и зачастую без всякого приказа со стороны немцев. Так после ликвидации основной массы евреев поляки искали спрятавшихся евреев и убивали их. Причем в большинстве своем это были их личные знакомые - соседи и приятели. Более того, убивавшие евреев поляки, часто были участниками Польского Сопротивления. Вывод лекции не весел: Холокоста в таком масштабе не произошло бы в Восточной Европе, если бы не было широкого одобрения и принятия со стороны местного населения.
Не сказать, что эта информация была нова для меня да и для всех присутствующих, но, опять же, в зеркале “маленькой”, отдельной истории все звучало ну очень страшно и очень иррационально.
Последние недели
Через три недели кончится семестр, и у меня больше не будет классов. Следующий семестр - только работа Research Assistant и диплом. Итак, прошло полтора года моего канадского университета. Выводы? Итоги? Пожалуй:
1) Неожиданно: у меня сильно упал уровень разговорного английского. Всего три класса в неделю, поговорить особо не с кем. На бытовые темы я и так могла говорить. Дома только по-русски. Grad school - не самое лучшее место, если хочешь подтянуть речь.
2) Зато я почти удовлетворена своим письменным языком. Могу играться с выражениями, оттенками и знаю полно слов, которые мне никогда не пригодятся в жизни и которые неизвестны 90 % нейтив-спикеров.
3) Я рада, что не забросила занятия французским, несмотря на нагрузку. Недавно я читала английский текст по лингвистике и не заметила, что прочла цитату на французском. Не заметила, потому что поняла все. Было круто! Для Канады это реально оказалось важно. В университете французский витает везде.
4) Российское гуманитарное филфаковское образование - это реально крутая база! Оказалось, что критическую теорию я знаю лучше почти всех моих одногруппников. А если чего-то я не знаю, то понять мне это гораздо легче, чем им. Почему? Да потому что благодаря провинциальному заштатному Самарскому университету я прочитала “О грамматологии” Деррида в 18 лет. И мне не страшно читать все остальное.
5) Самыми крутыми предметами для меня были все-таки практические - Python и PhP. Не только из-за того, что это нужно для жизни и работы, но потому что в зеркале Digital Humanities все это выглядело вообще не скучно- технично. Нам это сумели подать так, что я теперь вижу, как языки программирования связаны вообще со всем, что в мире находится. Программирование - это офигенно гуманитарное занятие. Я думаю, красота iOS тоже растет из этого понимания (простите, я люблю айфоны).
6) Мне дико нравится атмосфера в университете и как же я рада, что приехав в Канаду, я не нашла сразу работу, но пошла учиться. И тем не менее… я четко поняла, что на данном этапе жизни я не хочу оставаться в университете. Не хочу получть PhD, не хочу пробивать локтями путь к профессорскому креслу. Хочу увидеть жизнь за пределами готических башенок. Но человек - существо быстро меняющееся. Возможно, “мир за пределами” меня разочарует еще быстрее.
Через три недели кончится семестр, и у меня больше не будет классов. Следующий семестр - только работа Research Assistant и диплом. Итак, прошло полтора года моего канадского университета. Выводы? Итоги? Пожалуй:
1) Неожиданно: у меня сильно упал уровень разговорного английского. Всего три класса в неделю, поговорить особо не с кем. На бытовые темы я и так могла говорить. Дома только по-русски. Grad school - не самое лучшее место, если хочешь подтянуть речь.
2) Зато я почти удовлетворена своим письменным языком. Могу играться с выражениями, оттенками и знаю полно слов, которые мне никогда не пригодятся в жизни и которые неизвестны 90 % нейтив-спикеров.
3) Я рада, что не забросила занятия французским, несмотря на нагрузку. Недавно я читала английский текст по лингвистике и не заметила, что прочла цитату на французском. Не заметила, потому что поняла все. Было круто! Для Канады это реально оказалось важно. В университете французский витает везде.
4) Российское гуманитарное филфаковское образование - это реально крутая база! Оказалось, что критическую теорию я знаю лучше почти всех моих одногруппников. А если чего-то я не знаю, то понять мне это гораздо легче, чем им. Почему? Да потому что благодаря провинциальному заштатному Самарскому университету я прочитала “О грамматологии” Деррида в 18 лет. И мне не страшно читать все остальное.
5) Самыми крутыми предметами для меня были все-таки практические - Python и PhP. Не только из-за того, что это нужно для жизни и работы, но потому что в зеркале Digital Humanities все это выглядело вообще не скучно- технично. Нам это сумели подать так, что я теперь вижу, как языки программирования связаны вообще со всем, что в мире находится. Программирование - это офигенно гуманитарное занятие. Я думаю, красота iOS тоже растет из этого понимания (простите, я люблю айфоны).
6) Мне дико нравится атмосфера в университете и как же я рада, что приехав в Канаду, я не нашла сразу работу, но пошла учиться. И тем не менее… я четко поняла, что на данном этапе жизни я не хочу оставаться в университете. Не хочу получть PhD, не хочу пробивать локтями путь к профессорскому креслу. Хочу увидеть жизнь за пределами готических башенок. Но человек - существо быстро меняющееся. Возможно, “мир за пределами” меня разочарует еще быстрее.
Увидела объявление о лекции про канадских украинцев-марксистах. Едва ли пойду, но тема интересная. Обычно украинских пионеров здесь рисуют какими угодно, только не левыми. А называется все Perogies and Politics. Кто не знает, пИроги - это вареники. Точнее, польский вариант вареников, который здесь считается украинским.
На последнем классе по Дисциплинам Литератур профессорка рассказала нам, что завтра улетает в Оксфорд, а через два дня оттуда сразу обратно в Канаду в Халифакс. Все на конференции. Это все не удивительно, и путешествия - это одна из плюшек профессии. Удивило только то, что, оказалось, она берет с собой свою собачку во все перелеты и на все конференции. Поэтому сегодня мы закончили раньше - собачке нужно было вколоть недостающие прививки. Вот это уже профессорская жизнь по-канадски! Собачка - маленький пудель с глупыми глазами. Я видела его на фотографии, что в парадной рамке висит у профессорки в кабинете. На пулеле был розовый бант.
И, кстати, я сейчас написала «профессорка» машинально. Честно-честно! Это значит, что язык таки прогнулся и теперь это таки норма.
На кампусе отмечают National Day of Remembrance and Action on Violence Against Women. Все это не случайно, а в связи с тем, что в 1989 в монреальском политехе расстреляли 14 студенток инженерного факультета (среди них был один клерк). Они делают каждый год разные акции из-за 14 человек, убитых почти 30 лет назад. Если бы Россия вспоминала по именам всех расстрелянных и убитых хотя бы за последние 50 лет, не хватило бы, наверное, часов в году.
Еще пара фоток с ужина в доме у профессора по Academic Writing. Я не ходила вообще ни на какие другие вечеринки из универа (а приглашений присылали масса - от моей программы, от всего факультета, от профессора по проджект менеджменту, от факультета междисциплинарных наук - здесь любят отмечать), только пришла к ней в уютный домик рядом с кампусом. На ужин был суп из мидий, домашний хлеб, ямайский рис, овощное стю и пироги.
И, как всегда тут, полно животных в домах: два кота и две собаки.