Еще немного о том, что Канада - это Америка и совсем не UK, даже не думайте. Как только в классе речь заходит об английской литературе, истории, политике, кто-нибудь возьмет да и упомянет классовую стратификацию. Мол, это там у британцев, а у нас тут демократия и каждый сам себе хозяин. Вот с тем профом, который никак не может успокоиться насчет своей бывшей, читали Франкенштейна. И говорит он нам, что роман этот о социальном контракте между человеком и обществом, между слугой и господином, ученым и технологией и т.д. И Мэри Шелли написала его, чтобы показать, какой Виктор Франкенштейн высокомерный аристократ и как монстр морально превосходит свое творение. А вот иногда она берет и скатывается сама до еще большего высокомерия и выплескивает свое колониальное чувство превосходства. Например, описывает ирландцев и шотландцев допотопными неприятными дикарями.

Вообще же я читала Франкенштейна в первый раз. И рада, что случилось это по-английски. Там готический не только сюжет, но и сам язык - уже не шекспировский, но еще не современный английский. Какой-то отстраненный и диковато-красивый. Короче, если соберётесь читать Франкенштейна, лучше обойтись без переводов.

Еще интересно этот роман рассмотреть как роман об искусственном интеллекте и сравнить его с современными версиями искусственного интеллекта в Черном Зеркале или Мире Дикого Запада. Обычно в этих произведениях герои с ИИ либо не-дочеловеки, либо как-человеки, а вот во Франкенштейне монстр (с искусственным интеллектом ) лучше человека. Он скорее сверх-человек.

Интересная серия "Популярная культура" и технологии. Они выпустили тома "Симпсоны и философия", "Нарния и философия", "Матрица и философия", "Капитан Америка" и много всего. Сейчас они готовят тома про Мир Дикого Запада, Твин Пикс и Сумеречную Зону. Можно отправить свою статью. https://www.popularcultureandphilosophy.com/

https://www.opencourtbooks.com/categories/pcp.htm А это список того, что они уже сделали.

Забукали аудитории для нашей конференции, заказали кейтеринг на ланч (азиатская еда), торт с эмблемой, и тут приходит письмо из центра Sustainability университета о том, что мы не можем использовать одноразовую посуду на конференциях, а должны взять у них многоразовую. И заставить андерградов ее потом мыть. Зачем еще нужны андерграды?) А вообще я рада, что нас заставляют меньше загрязнять мир.

В России еще ловят покемонов? в Канаде, представьте, ловят и еще как! Pokemon go объявили раз в месяц community day субботним утром, когда в одном определенном месте можно словить огромное количество покемонов. И ловит их толпа. Вот сегодня случайно оказалась в парке, где было не протолкнуться от людей и их айфонов. Фотографировать было неудобно, а так хотелось запечатлеть возрастной ценз игроков: подростков вообще не видела, была молодежь от 22 и дальше. Но больше всего было людей за 50 (!) и парочка совсем старичков. Это еще раз о том, КАК много в Северной Америке играют. Наверное, Шульман права, и компьютерные игры спасут Россию, если уж это помогает одиноким-канадцам индивидуалистам.

Решила делать lightning talk на конференции про вконтакте. Это не полноценный панельный доклад, а такая пятиминутка «К вашему сведению». Во-первых, я безнадёжно мечтаю, чтобы люди здесь перестали зацикливаться на твиттере и фейсбуке и поняли, что кроме промежутка между Калифорнией и Нью-Йорком тоже есть мир. Большой и разнообразный, и там, представьте, есть социальные сети. В Китае, например, своя. И в Иране. Во-вторых, я просто хочу поделиться тем, какой вконтакт классный (да, я, правда, так думаю), несмотря на Усманова, аресты за лайки и ворованный контент. Ведь несмотря на все это, он все равно остаётся пространством свободы, где люди общаются и договариваются. Украинцы вот продолжают им исподтишка пользоваться, несмотря на блокировку и то, что там лучше не шутить по поводу того, чей Крым. Думаю, в первые годы своего существования это была идеальная социальная сеть, какую можно было придумать.

Сегодня говорили о Cultural Studies и читали одну из первых статей на эту тему - 1962 года от британского профа. Он там очень осторожно говорит вещь, которая конфьюзит своей очевидностью: все люди обладают культурой, и наша задача изучать человеческую культуру во всех ее проявлениях. Опять Британия с ее классовой системой и опять пресловутый Новый критицизм со своим имманентным анализом. На тот момент и для той страны сказать такое было смело и непонятно. И связывать это стоит с созданием Open University в Британии, где cultural studies нашли свое место. Не в Оксфорде, а именно там.

Еще думали в связи с этим, что можно было бы хранить и изучать, связанного с Digital Humanities и cultural studies. Решили, что пока никто не догадался собирать алгоритмы, на которых работают современные технологии: все проклинают алгоритмы фейсбука и инстаграма, но никто ещё не пытался их собирать и анализировать. Ещё была идея анализировать ролики на ютубе, которые собрали меньше 30 просмотров- то есть именно то, что люди снимают только для себя. Это ведь и есть культура.

Город, в котором я учусь, называется Эдмонтон, и это столица провинции Альберта, хотя он и меньше Калгари. Когда-то в 80-е самый лучший канадский писатель Мордехай Ричлер назвал Эдмонтон бойлерной комнатой страны. За это время город, конечно, изменился, оброс парой десятков зданий в стиле Фрэнка Гэри, но суть, очевидно, мало поменялась. Город очень резких контрастов. С одной стороны, этот огромный университет (со всей инфраструктурой, кампусами занимает треть территории города+один кампус в пригороде), студенты с Кантом под мышкой. С другой стороны, какие-то совершенные дикие реднеки. Не бомжи, а именно какие-то странные люди, которых неполиткорректные канадцы называют white trash. Одеты примерно, как на вещевых рынках в России в начале 90-х, обвешаны символикой местной хоккейной команды oilers. Кстати, когда Уэйн Грецки забил все свои основные голы, он играл в этой команде. Ещё Эдмонтон знаменит тем, что в нем вырос Маршалл Маклюэн.

Вообще Канада - это про природу, а не про города. Иногда у меня ощущение, что люди здесь не очень-то и умеют жить в городах. Может, в Онтарио и есть потомственные городские жители, а на западе большинство тех, кто живет в городе в первом-втором поколении. Нередко в университете я встречаю людей, которые говорят, что они первые в семье/роду получают университетское образование. Их семьи жили на фермах в прериях, где выращивали пшеницу и по воскресеньям ходили в церковь. От этой незатейливой жизни довольное странные для городского жителя привычки: водить траки, например. Совсем не городская, угловатая машина. На ней бы сено возить, а тут на ней ездят на работу в офис. Но тут работает какая-то семейная память: у деда был трак, у отца, значит, и мне надо трак. Так мы и живем среди траков.

Говорили про неолиберализм. Он уже стал шуткой-страшилкой-пугалкой. Все, что нам не нравится, называют неолиберализм. Иногда мне кажется, вес окружающий мир - это неолиберализм. И Digital Humanities- это во многом уступка неолиберализма, конечно. В сущности, это просто поддержка бизнеса и не поддержка всего, что не приносит немедленную прибыль. Такая же утопия, как плановая экономика и либертарианство. Ведь опыт-то показывает, что низкие налоги и абсолютная свобода бизнеса не приносит ничего, кроме дефицита.

Вообще я немного завидую тем людям, которые смотрят на меня красивыми глазами и говорят: “Почему я должен отдавать 30 % своей зарплаты на налоги, чтобы обеспечивать безработных, матерей-одиночек, беженцев из Сирии?” Завидую, потому что надо обладать непоколебимой верой, чтобы быть уверенным, что он/она-то никогда не окажется матерью-одиночкой или беженкой, всегда будет работоспособной и здоровой. А люди, которые ратуют за легализацию ношения оружия в Канаде, не думают о том, что именно их ребенок окажется жертвой шутинга в школе. Вон Путин послание Федеральному собранию посвятил новому оружию, которое может уничтожить мир. Говорят, только рассказывая об этом старик оживился. Он тоже, очевидно, из тех людей, которые уверены, что бомбы убивают всех, кроме него.

Вспомнила, что мой телеграм про учебу, а не про Канаду и Путина. Буду писать про учебу. Сегодня была на интересной конференции «Benefits of Failure» про то, как приветствовать свои провалы и здраво к ним относиться. Был доклад спикера из Беркли Quinn Dombrowski , где она, в сущности, рассказывала о своей собственной карьере и рассказывала про разные типы провалов и ошибок, которые у нее были. Она делала BA и MA по славистике в Чикаго, поступила туда же на PhD, но через год решила бросить славистику и получить еще один мастерс в библиотековедении. Параллельно делала всякие диджитал проекты. Она делит провалы на те, на которых можно чему-то учиться и на просто провалы, которые ни от чего не зависят и на них нельзя ничему научиться. Первые- это проблемы с коммуникацией, неправильно выбранная техника, неготовность меняться. Вторые- это просто неудачи, т.н. arbitrary failures. Вот, к примеру, ее муж все-таки закончил PhD по славистике (специализация в старославянском!!) и как раз тогда открылась профессорская вакансия по славистике в Беркли. Что бывает где-то раз в пять лет в Северной Америке. Он прошел все интервью, прошел в самый шорт-шорт лист, а на последнем интервью он попался под плохое настроение старого профессора. И не получил позицию. В итоге они все-таки перебрались в Беркли, так как ее взяли туда в диджитал лабораторию, но, как она сказала, ее главные провалы ещё впереди.

фотки с конференции

«Если вы не будете читать литературу по своей теме летом, вы не защититесь через год и не получите степень. Я вам обещаю», - говорит на зав.кафедрой. Знаете, почему она так говорит? потому что на английском написано просто невероятное количество всего, а предполагается, что мы должны прочитать все, что близко и далеко касается нашей темы. Я как-то мало об этом думала, когда начинала учиться. Ведь работая с русской литературой, читаешь все равно в основном на русском, а на нашем великом и могучем не так-то много и написано. А мне понадобилось недавно какая-нибудь книга по истории американского телевидения 60-х годов, и я пробила в библиотечной базе. Мне вышло 200 книг и около 3К статей. И это только то, что есть в нашей библиотеке. Так-то про это написано еще больше. На английском пишут во всех англоязычных странах, на английском пишут те, для кого английский не родной, и даже если что-то написано не на английском, оно на английский преведено. Какая бы странная, узкая и оригинальная тема вам ни пришла в голову, скорее всего по-английски про нее уже написали. Big Data была задолго до компьютера и интернета- весь этот массив текстов на английском и есть биг дата.

Да, читать надо много. На английском читается гораздо медленнее, чем на русском. Но все-таки это не самое сложное . В конце концов, все самое сложное мы уже прочитали в России. Да, я опять перечитываю пострструктуралистов, и они здесь востребованы и круты. А вот сложно переместить свою точку зрения от Европы в Северную Америку. Когда я о чём-то думаю, все примеры, которые мне приходят в голову, европейские. И для меня Европа - это центр мира и центр сознания. Все-таки как бы ни старался Деррида, центр никуда не делся. Поэтому я не осуждаю моих профов и студентов, потому что их-то центр мира- в Северной Америке. И какими бы открытыми и толерантными они быть не хотели, они не понимают, что где-то люди не разговаривают на английском. Все аналогии, все примеры - это Америка и Канада. Я в общем, согласна, что все самое интересное за последние 50 лет совершалось на этом континенте, но вот переместить свою точку зрения чрезвычайно сложно.

Кстати, о книгах. Хочу порекомендовать подкаст, который мне очень нравится: The New York Times Book Review. Там интервью и обзоры современной литературы на английском. Многое из этого никогда не переведут на русский, и 90% - это очень интересные книги, фикшн и нон-фикшн. Обзоры серьезные и довольно глубокие, интервью умные и интересные. Для меня подкасты актуальны, так как четверть жизни я провожу за рулем, и переслушала я всего довольно много. И это один из тех, в котором информативно почти все.