Быт наш протекает на фоне головокружительного роста цен на продовольствие (ценами на промтовары не приходится даже интересоваться). Мясо — 90 рублей за килограмм, скверная колбаса — 100, яйца — 19 рублей за десяток и т. д. Государственные цены только на хлеб и молоко. Они тоже повышены: хлеб — 3 рубля за батон, молоко — 2 рубля за литр. Но если хлеб есть почти всегда, то за молоком — очереди и не всем хватает.
Однако, не сбывается мрачный прогноз экономистов-пессимистов о том, что, несмотря на рост цен, продукты в магазинах не появятся. Появились! В нашем рядовом, окраинном магазине имеются постоянно: мясо, колбаса, пельмени, яйца, сыр (хотя и скверный), сметана и даже сардины — по десятке за баночку... а ведь всего два месяца назад в этом же магазине я выстаивал в очереди всю ночь, с вечера (списки, переклички и проч.) в надежде что с утра «выбросят» немного мяса... по 2 рубля за килограмм.

В другом соседнем магазине, овощном, всегда есть картофель, капуста, свекла, морковь, лук, но все дико дорого: 4—7 рублей за килограмм, а год назад было 20—60 копеек.

Недавно издан Указ, разрешающий торговлю на улицах с рук, с лотков и автомашин. Это может сыграть важную роль, так как рынков в городе мало и они контролируются криминальными элементами, которые искусственно поддерживают высокие цены.

Благодаря запасенным еще по относительно низким ценам крупам и консервам (их хватит месяца на три) мы с Линой питаемся вполне сносно и даже деньги до получки остаются — мало чего покупаем, кроме продуктов. Ей повысили зарплату до 1100 в месяц. Еще 800 рублей составляет ее и моя пенсия. И, хотя это вдвое меньше официального прожиточного минимума, на питание, транспорт и коммунальные услуги — хватает. Кстати, мы явно не самые запасливые из москвичей. Ходит шутка, что главная тревога жителей города — это какой груз могут выдержать балконы, где сейчас они хранят свои запасы.

Настроение в очередях, по-прежнему, спокойное — во всяком случае в нашем, преимущественно интеллигентском районе (хотя в нем же, в прошлом декабре люди в очередях были озлоблены)...

03.02.92, Лев Остерман, 68 лет, ученый биохимик, писатель

Сижу с дочкой Леночкой. Ждал Жарова. У того — сплин. Тошно быть бравурным, да еще когда самому нелегко. Я накрыл стол — суп-буше-ротоньер, капуста, сало, жареный кролик, ну и, конечно, бутылка... С завтрашнего дня я — американец: подтянут, спортивен, трезв, библиотечен, мобилен, постоянен (это я-то?). Ленка сидит на коленях, я пишу эти строки. За день ни одного звонка! Вообще все мы пропали (не в этом смысле) — Пирог, Алтунин, Студеникин, Бубнов... Сон: комната моя. Я сплю вместе с какой-то молодой женщиной. Она пытается открыть дверь, но ее загораживает стеллаж, вставший поперек комнаты. Что это за стеллаж? Видимо, на нем стоят книги, которые я прочитал.

03.02.92, Владимир Бессонов, 39 лет, историк, москвовед

Ночь. Со мной случился сон, этакое лёгкое путешествие в зарю человечества, к первым дням творения. Я увидел себя в виде кочана капусты. На моём теле было много надето, но одежда эта меня не стесняла, а, наоборот, была мне впору. В ней хорошо было двигаться. Было даже ощущение, что я родился с ней. Все кругом были одеты и тоже не подавали никаких признаков к беспокойству. Это был день, и вместе с тем день неяркий. Но какое-то беспокойство не покидало меня. На прохожих, на их одежде я стал замечать какие-то надписи, но я не придал этому никакого значения. В стекле, похожем на витрину, но почему-то воздушном, я посмотрел на себя и на своей одежде увидел тоже надпись — надпись, отштампованную, как обычно пишут в общественных местах «не курить!». В толпе её трудно было разглядеть, да и все люди куда-то бежали. Неожиданно я как-то легко, словно шарик, подлетел к какому-то невзрачному подъезду жилого дома и влетел в него. Стало тихо. Я пошёл по коридору и попал в комнату — зальчик пустой парикмахерской. Там не было никаких признаков жизни, кроме большого, в рост, зеркала, да ещё каких-то предметов, которые я не запомнил. Помимо моей воли я очутился перед зеркалом. Тут было светло, и я увидел надпись, которая шла наискосок, от правого плеча к левому бедру: «русский». Мне это показалось странным и несущественным. Я с рождения это знал. Я решил снять этот пиджак-балахон с надписью. И как только я его снял, чтобы разглядеть, чем сделана надпись и можно ли её стереть, как тут же обнаружил под этим балахоном поддёвку, на которой жирно было намалёвано: «татарин». Мне стало грустно, и я стал раздеваться далее, тем более что было тепло и никого не было. Да и воздух был как на морском побережье, явно не комнатный. Рубаха была исписана словами: «хазарин и печенег», и отлетела от тела с треском, как будто лист, оторвавшийся от кочерыжки. Штаны, они же шаровары, быстро упали, так что я не разглядел, что было на них написано. Но зато на ярко-розовых трусах было ярким ультрамарином напечатано слово «чудь». На несвежей майке почему-то латинскими буквами было тонко напечатано: «гунн из косогов». Очень быстро я оказался голым, но в носках. Я даже обрадовался своей стати и стал соображать, на кого я похож, и тут же, на животе в волосах, обнаружил надпись чернилами, какими обыкновенно метят скот. Было написано ученической рукой: «адам». Я обрадовался и вспомнил Библию и вспомнил Бога, который создал человека по образу и подобию своему, имя которого было поставлено на моём теле. Путешествуя взором по животу вниз, я обнаружил те предметы, из-за которых пострадал наш первопроходец. Разглядывая эти мешки соблазна, я почему-то вообразил себя «евреем», причём очень древним евреем, которого ещё никто не обрезал. Вспомнив, что Адама выгнали из Рая и к тому же одежды, которые я с себя сбрасывал, исчезли, я заплакал. Мне стало грустно оттого, что я смертный и что я умру. Я вдруг понял то, что после моего создания ничего не произошло, а то, что происходило, меня не коснулось.

3.2.92, Вячеслав Павлов, 57 лет, художник

В Москве состоялся съезд фермеров на котором делегаты потребовали от правительства права пользоваться огнестрельным оружием для защиты от рекетиров. В Москве сегодня бастовали врачи «скорой помощи» требуя повышения зарплаты. Правительство Москвы запретило массовые шествия по улицам. Собираться разрешено только на Манежной площади.

04.02.1992, Аноним "Веткин", 22 года, Казань

4 февраля
Выехали из центра около 13 часов. Просидели почти до 17-ти — ни одной поклёвки. Погода скверная. Мело с утра, давление низкое.

1992, Борис Голов, 71 год, биолог, ученик Формозова А.Н.

День отдыха.

4 февраля 1992, Валерий Хрищатый, альпинист

День отдыха.

5 февраля 1992, Валерий Хрищатый, альпинист

Приснилось, что попал на какую-то выставку.

Там картина.

Занесенное снегом поле… Перелесок... Сквозящая сквозь черные деревья красноватая полоска заката...

На поле три волка.

Они стоят над обезглавленным человеческим телом. Отгрызенная голова откатилась в сторону, к зрителю.

Я смотрю на нее и просыпаюсь от ужаса.

Это моя голова…

5 февраля 1992 года, Санкт-Петербург

Николай Коняев, 42 года, секретарь Правления Союза писателей России

Видимо, межличностные общения также как и все остальное, подвержены волновым колебаниям. Живешь — и всё вроде здорово; даже, наоборот, становится лучше и лучше; все в тебе поёт, ждёшь каждой новой встречи с радостью и вдруг — бац!!! Заклинило! Пошло резкое падение вниз! Вместо — улыбок — настороженные взоры, вместо нормального общения — недоговорённости... Это случилось дня 4-5 назад, я места себе не находил, так волновался. Сейчас положение нормализуется, но я не теряю бдительности. Кажется, я теряю чувство меры в общении: слишком часто много позволяю себе “вольностей” с учениками. Собраться!

5.1.92, Игорь Овсянников, 29 лет, школьный учитель в Старой Руссе

Среда. В Наг. Карабахе ведется позиционная война. Армянские части вырыли окопы в полный профиль. Шуша и Ханкенди держат друг друга в блокаде. Продовольствие удается подвозить только на вертолетах.
Президент Украины Кравчук заявил, что он приглашает поволжских немцев поселяться в Крыму. Сами крымчане не знают что с ними будет дальше. Будут ли они принадлежать Украине, России или станут самостоятельной республикой в составе СНГ.

TV. 22.35 Святослав Федоров: «…Военные должны помочь народу взять свою собственность».

05.02.1992, Аноним "Веткин", 22 года, Казань

…В «Новостях» самое главное — приезд Ельцина в Париж, где его зовут «царь Борис»! Завтра он встречается с великим князем Владимиром Кирилловичем, который собирается переехать на жительство в Россию. Зачем? Он родился в 1917 году и никогда в России не жил. Не надеется же он получить корону. Звонила Наташа. Она ни о чем слушать не хочет, говорит, что «мы уже завоеваны, что государства уже нет». Ну, нет Советского Союза, но Россия есть, и никуда она не денется. Всё равно — есть и будет.

06.2.92, Татьяна Коробьина, 80 лет, заслуженная учительница РСФСР

Наконец-то выкатился мой суженый вместе со своей ангиной за ворота. Гора с плеч. Я могу быть сама собой — петь, слушать музыку, читать, писать стихи ( нужное подчеркнуть, ненужное вычеркнуть).
Два дня картина моя лежала с ангиной и два дня изводила меня своими придирками, капризами и угрозой скорой кончины.

И вот мы с Артемкой вдвоем. Сказу на диск 2-й концерт Метнера. Сама сажусь за за стихи и за дневник. За окном солнышко смотрит по — весеннему. Краткий миг свободы. Кошка гуляет сама по себе.

Надюшка только вот ушла от Вити и сидит одна в Курганской квартире. Дурочка моя маленькая. Может уже помирились? Все, еду в Курган.

06.02.92, Наталья Саяпова, 45 лет, техник-конструктор, жительница села Первомайское Курганской области

Митинг на Манежной площади, 17 марта 1992 года

Н.А. Назарбаев в интервью венгерской газете «Непсабадшаг» подтвердил: у Казахстана есть договор с Россией, по которому единой валютой для обоих государств остаётся нынешний рубль.
А наш собкор в Экибастузе Булат Ахметов пишет, что средняя зарплата в объединении «Экибастузуголь» отныне будет составлять две с половиной тысячи рублей в месяц. Пенсионерам-горнякам установлена ежемесячная денежная надбавка в 500 рублей. А пенсионеров здесь — 2794.

Для сравнения (из нашей же газеты): среднемесячная зарплата в Лебяжинском районе в прошлом году не дотягивала до 250 рублей.

Пенсионер А. Циркевич, у которого свой дом в Павлодаре, делится на страницах «ЗП» опытом выращивания свиней на собственном подворье. Начинал он с одного-двух поросят, а в прошлом году установил личный рекорд, выкормив сразу восьмерых с двухмесячного до годовалого возраста и продав затем на базаре. Сколько заработала семья, А. Циркевич скромно умалчивает, сообщая лишь, что деньги поделили по справедливости: сыну, дочери и себе. Плюс натуральный продукт: натопили пять вёдер внутреннего свиного жира, насолили сала на всех и мясом себя обеспечили до нового «урожая».

Предприимчивый пенсионер призывает и других горожан не сетовать на тяготы жизни, а последовать его примеру.

6.2.1992, Юрий Поминов, 38 лет, главный редактор павлодарской областной газеты «Звезда Прииртышья»

По радио сообщили: Сегодня утром войска Временного правительства вошли в Сухуми.
Мужики на работе (я сейчас делаю там шабашку) отреагировали на это так: «Дурдом!»

Приехала тетя из Москвы, рассказывает: сосиски по талонам стоят 70 руб/кг, без талонов – 140. В Казани сосисок вообще нет.

Нехватка денег в стране дает неожиданно комичные ситуации. КГБ обратилось к правительству о выделении ему денег для того, чтобы можно было вернуть из-за границы советских шпионов. Прокуратура России жалуется, что невозможно вести дело ГКЧП так как абсолютно нет денег.

06.02.1992, Аноним "Веткин", 22 года, Казань

Пора кончать душевно разлагаться. Вернее бездействовать. Я пишу, но абсолютно ничего не делаю, чтобы напечататься, популяризировать свои стихи, становиться известной. Не то, что я этого не хочу, просто не занимаюсь этим. Подборка стихов лежит в «Юности» с лета, в «Идели» с весны. Ничего не известно о московском конкурсе, откуда прислали диплом (будут ли издавать сборник). Дозвониться туда я не смогла.
Сейчас читала снова И. Одоевцеву, потом стихи Г. Иванова. Какие это удивительные стихи! Как понравилось. Я его раскрыла для себя. Год назад не понимала, не ценила. Боже, замечательнейшие люди, мои любимые поэты и писатели Серебряного века!

У меня полная, абсолютная убежденность, что я буду, что меня признают. Я уверена, вся моя жизнь будет в неразрывной связи с литературой. Все остальное — вторично. И бизнес, который сейчас манит. И любовь, без которой не в силах дышать. Все, что я люблю и ценю, и уважаю. Но поэзия — это превыше. Это небесное. Я знаю, я поэт. Я не могу не чувствовать своей избранности. Не спорю, я самоуверенна, тщеславна и еще ни на пылинку не приблизила себя к осуществлению мечты о славе и признании. Но, боже мой, я-то знаю, будет. Все будет. Судьба исполнит предназначенное. Не знаю, какие преграды и неудачи еще будут подстерегать меня в жизни. Но я буду, кем предначертано. Я верю. Очень много сейчас черновиков. И большинство стихов последнего времени в единственном экземпляре. Я не все помню даже. Надо много печатать. Далее, снова отнесу свои работы в Литературный. На этот раз на два фака: поэзия и проза. Хотя, я думаю, что уже не особенно хочу там учиться. Не знаю еще, хочу попробовать послать отрывок «Алины» во ВГИК на сценарный. Это безумие, я знаю. Но ведь это ничего не стоит сделать. Почти не рассчитываю, чтобы что-то получилось.

Февраль. Я уже чувствую будущую весну. Хотя еще много снега, но в воздухе с каждым днем неуловимое присутствие других измерений, нового ощущения самой жизни. Через неделю — День святого Валентина. Го д назад в этот день я написала одно из моих любимых стихов. Я не знаю, как это удается. Иногда сидишь часами и не довольна итогами. А то вдруг возьмешь ручку, и почти с ходу — «шедевр». Я шучу. Впрочем, только наполовину, если честно. Уверенность в своей гениальности — удел графоманов и талантливых беспокойных сердец. Но настоящий поэт всегда чуть-чуть графоман. Но быть поэтом чуть-чуть невозможно.

07.02.92, Елена Полюшкина, 22 года, студентка-театровед, поэтесса

В Грузии на территорию одного предприятия ворвалась вооруженная банда и похитила платиновые решетки общим весом 50 кг. Их стоимость 250 млн.руб.

07.02.1992, Аноним "Веткин", 22 года, Казань

8 февраля воскр. С утра сдал в прачечную белье, ездил по магазинам (нужны гуталин, дезодорант, паста для ванн, контрастная фотобумага — ничего не достал), выкупил на Сретенке очередной том Солженицына. Звонил бабулям из Кружка, пытался организовать у себя первую в этом сезоне(!) встречу.
К 4-м часам приехал на Тверскую в музей Н. Островского (салон Зинаиды Волконской), куда пригласила Иосифовна на концерт М. Брохоса — аккомпаниатора Вертинского. Он рассказывал о Вертинском и спел несколько его песен, удачно (хотя чуть утрированно) подражая его интонациям.

Потом я встретился на Маяковской с Н.А Казачковой, ходили в зал Чайковского на концерт по моему абонементу. Оказалось, что был реквием Верди. Было очень здорово (хотя я чувствовал себя немного чересчур усталым, это мешало); дирижер Эрмлер, капелла им. Юркова, солисты — Зураб Соткилава, бас Крутилов, сопрано Лапина, леццо-сопрано Терентьева, все очень хорошо. Проводил Наталью Алексеевну до дома, пил с бабулями чай.

1992, Олег Амитров, 55 лет, палеонтолог, турист, собиратель песен

Сегодня утром я выходил из двора и проходил мимо помойки. Навстречу мне попалась старушка (довольно чистенькая не пьяница какая-нибудь). Когда я проходил мимо нее, то услышал что она бормочет: «Сейчас хлебушка найдем! Сейчас всё найдем». Я оглянулся. Она подошла к помойке и принялась шарить в мусоре. Что можно к этому добавить?! Жизнь постепенно превращается в кошмар, а мы этого не замечаем. Плацкартный билет на поезд Москва-Казань стоит 40 руб, а Казань-Москва 42 руб.

9.2.1992, Аноним "Веткин", 22 года, Казань

… Да! Полдня смотрела и слушала митинги на Манежной и у «Белого дома». На Манежной — защитники России против демократов. Но их мало показывали. У Белого дома — члены партии «Демократическая Россия» и вообще демократы, ненавидящие коммунистов и называющие их «красно—коричневыми», «бандитами» и тому подобным. Ораторы истерично, с выкриками кричали: «Ель—цин! Рос—си—я! До—лой (коммунистов)!» и скандировали до тех пор, пока и толпа не начинала скандировать. Зачем? Чтобы показать единство? Наиболее толково, без крика и с деловой критикой из демократов выступали Галина Старовойтова, Черниченко, один из депутатов. А уж Хазанов выскочил с пародией на Жириновского вовсе ни к чему. Зато Клавдии Григорьевне он очень понравился. А там как раз было много таких, как она.

9.2.92, Татьяна Коробьина, 80 лет, заслуженная учительница РСФСР

Москва тешится митингами, а провинция вздыхает, ругается и потихоньку приноравливается, подстраивается, как делала это и 300, и 100, и полвека назад, но ведь теперь терпение во спасение, нутром все это понимают. Слов нет, неприятно и тревожно видеть скачущие в одну сторону цены, совсем бесстыжие: колбаса с 3-00 до 250 рублей, сметана с 1-40 до 42, рыба с 1-50 до 30-50, хлеб с 0-20 до 5, пальто со 150 до 2-3 тысяч. Помогает осознание неизбежности и привычка довольствоваться малым.

09.02.1992, Игорь Карпусь, 46 лет, школьный учитель