Деннис Бергкамп на вопрос о том, кто самый неудобный защитник, против которого он играл:

«У меня есть типаж сильных, быстрых защитников, которые могут читать тебя. Рио (Фердинанд), Яп Стам и Сол (Кэмпбелл). Сол наверное был самым тяжелым соперником из них».

Мойзес Кайседо о том, кто лучший игрок в истории Эквадора:

«Антонио Валенсиа».

Неожиданные новости поступают из Тайнсайда. По информации Крука, «Ньюкасл» якобы готов рассмотреть продажу Нико Вольтемаде за подходящее предложение. Тут правда стоит уточнить, в каком диапазоне будет варьироваться слово «подходящее», но даже слухи касаемо потенциального ухода наталкивают на мысль, что клуб не особо в восторге от адаптации новичка.

Неужели затянувшаяся безголевая серия, последовавшая за впечатляющим стартом, заставила Эдди Хау усомниться в немце? Рядом с ним нужен хотя бы один результативный вингер-раннер, способный снимать груз ответственности регулярно забивать - Эланга и Гордон с 3+3 на двоих за целый экватор сезона никак не подходят под это описание, хотя оба несомненно обладают такими качествами. Вольтемаде входит в категорию таких раритетных профайлов, как Хавертц, Фирмино и Зиркзи (примечательно, что все из них - выходцы из Бундеслиги).

Возможен и такой вариант, что сам футболист надумал сменить обстановку. Ведь совершенно очевидно, что при Хау он никогда не покажет свой истинный максимум. Из него просто можно выжать намного больше.

Ман Юнайтед выходит на рынок за полузащитником и выясняет, что у Дэка остается 2 года по контракту.

Деклан Райс следующим летом:

Матеуш Кунья о Рубене Амориме:

«Я всегда был очень благодарен за всё, что сделал Рубен. Несмотря ни на что, когда всё меняется, очень легко начать видеть в прошлом одни лишь проблемы. Но всё как раз наоборот: я считаю его невероятным человеком.

Думаю, наш нынешний успех во многом связан с ним — многие новые игроки пришли именно благодаря ему, так что его заслуга в наших сегодняшних результатах огромна.

Мне кажется, давление в погоне за результатом в той системе стало настолько сильным, что мы забыли, насколько простым был общий контекст, и слишком сосредоточились на негативе».