Неправильное восстановление глобальной экономики
По итогам второго квартала мировая экономика показала V образную траекторию: восстановление развитых стран идет по крайне оптимистичному сценарию. Сочетание массовых вакцинаций и гос стимулов в итоге привели к самой быстрой реабилитации после крупного кризиса за всю историю.
США вернули граждан к нормальной жизни, скопившийся лишний $1 трлн у которых вызвал бум расходов и +30% к спросу на дорогие покупки, что взбодрило экспортеров из развивающихся стран.
В итоге мировое производство и торговля на 3% превысили докризисный уровень. Денег на рынке много и фондовые индексы по итогам квартала показали бодрый рост, S&P 500 взял очередной рекорд. Прогнозы на годовой рост Китая вновь увеличили, теперь до 8.5% - это десятилетний рекорд. В ЕС пошло ослабление ограничений, индексы деловой активности сразу скакнули на максимумы.
Ушли вниз с рекордов цены на сырье, хотя даже при продаже Китаем части резервов, они все еще на 25% выше, чем в начале года. В июне цены на продовольствие впервые за год тоже упали, но все еще на треть выше чем в 2020. Это перестает толкать инфляцию вверх, что добрый знак.
Увы, экономический рост почти везде был связан с эффектом низкой базы. И все говорит о том, что резервы почти исчерпаны. В Китае рост внутреннего спроса уже серьезно замедлился. Для ЕС и США появление дельта вируса снова включает тревожную кнопку. В июне индексы деловой активности упали и в промышленности, и в секторе услуг.
Так себе новости идут с развивающихся рынков, где прогнозы скорректированы не в лучшую сторону. В 60% стран мира ВВП останется ниже докризисного еще на 1-2 года. Особенно это касается Африки и Южной Америки, где тяжелое и медленное восстановление скорее всего просто вернет стагнацию.
К познавательным событиям квартала несомненно относится обрушение рынка криптовалют на паре твитов. А внимательно стоит следить за переговорами о глобальном корпоративном налоге. И за прессингом Пекином собственных хайтек корпораций: это явно часть экономической и политической игры с западным миром, но пока с загадочными результатами.
По итогам второго квартала мировая экономика показала V образную траекторию: восстановление развитых стран идет по крайне оптимистичному сценарию. Сочетание массовых вакцинаций и гос стимулов в итоге привели к самой быстрой реабилитации после крупного кризиса за всю историю.
США вернули граждан к нормальной жизни, скопившийся лишний $1 трлн у которых вызвал бум расходов и +30% к спросу на дорогие покупки, что взбодрило экспортеров из развивающихся стран.
В итоге мировое производство и торговля на 3% превысили докризисный уровень. Денег на рынке много и фондовые индексы по итогам квартала показали бодрый рост, S&P 500 взял очередной рекорд. Прогнозы на годовой рост Китая вновь увеличили, теперь до 8.5% - это десятилетний рекорд. В ЕС пошло ослабление ограничений, индексы деловой активности сразу скакнули на максимумы.
Ушли вниз с рекордов цены на сырье, хотя даже при продаже Китаем части резервов, они все еще на 25% выше, чем в начале года. В июне цены на продовольствие впервые за год тоже упали, но все еще на треть выше чем в 2020. Это перестает толкать инфляцию вверх, что добрый знак.
Увы, экономический рост почти везде был связан с эффектом низкой базы. И все говорит о том, что резервы почти исчерпаны. В Китае рост внутреннего спроса уже серьезно замедлился. Для ЕС и США появление дельта вируса снова включает тревожную кнопку. В июне индексы деловой активности упали и в промышленности, и в секторе услуг.
Так себе новости идут с развивающихся рынков, где прогнозы скорректированы не в лучшую сторону. В 60% стран мира ВВП останется ниже докризисного еще на 1-2 года. Особенно это касается Африки и Южной Америки, где тяжелое и медленное восстановление скорее всего просто вернет стагнацию.
К познавательным событиям квартала несомненно относится обрушение рынка криптовалют на паре твитов. А внимательно стоит следить за переговорами о глобальном корпоративном налоге. И за прессингом Пекином собственных хайтек корпораций: это явно часть экономической и политической игры с западным миром, но пока с загадочными результатами.
На машины будущего взглянули под другим углом
Беспилотные автомобили являются неотъемлемой частью наших представлений о будущем. Последние пять лет были безумной гонкой: только в США на стадии испытаний 1400 моделей от более чем 80 разработчиков. Но сейчас на дорогах только одна Honda с автопилотом третьего уровня и похоже, что на нашем уровне технологий это потолок.
Историю развития беспилотников проще всего отследить по приключениям Теслы. Элегантный современный электрокар, с системой умной помощи, иногда позволяющей водителю забыть про руль и педали, безусловно стал прорывом. Но имидж машины будущего завысил не только капитализацию компании, но и ожидания клиентов.
Автопилот Теслы официально имеет второй уровень: может брать управление на хороших шоссе с четкой разметкой. По статистике, он заметно снижает аварийность (что неудивительно при таких-то условиях). Зато побуждает водителей к откровенным глупостям - здесь уже вина полностью на маркетологах.
Умная система Теслы долго опережала всех конкурентов, но она глючит как и любой сложный софт, который к тому же прошел 30 апдейтов. На Tesla висит множество исков по авариям и еще больше жалоб на внезапное торможение и разгон, на пугающие маневры и неадекватное поведение. Отзыв почти 300 тысяч электрокаров был предсказуем.
Рабочему автопилоту нужна идеально прогнозируемая среда: то есть обратная связь как с дорогой, так и со всеми машинами рядом. Для полной самостоятельности на заданном маршруте нужно не обучать нейросети в одном беспилотнике, а строить городскую инфраструктуру нового поколения.
Собственно, до производителей это уже дошло - с начала 2021 фокус внимания сместился с автомобиля на водителя. Правда здесь им придется соперничать с IT-гигантами, которые уже давно работают над созданием в салоне интерактивного пространства и превращения машин в гаджеты на колесах.
Современные приборные панели - это мультимедиа системы с массой приятных и полезных опций. Но тачскрины не слишком удобны и обычно 9/10 возможностей автоприложений просто не используются. Поэтому сейчас в приоритете разработка годных систем управления голосом и жестами.
На примере S-класса можно (как всегда) посмотреть на автомобиль через несколько лет. Камеры машины постоянно следят за глазами водителя, определяя, куда он смотрит, а по движениям умный помощник понимает его желания. Голосовой ассистент дает полный доступ к сервисам в автомобиле и онлайне. Лобовое стекло - экран дополненной реальности, с полезными данными о дороге.
Вести машину легче и можно спокойно отвлечься на рабочие или личные дела. Можно звонить, смотреть и диктовать сообщения, искать информацию, заказывать доставку и т.д. Пусть все это комплектация только люксовых серий, но уже сейчас 45% выпускаемых автомобилей имеют приложения, для работы с которыми нужен голос.
Для IT-гигантов включить водителей в свои экосистемы - это одна из немногих свободных зон расширения. Если учесть что в мире почти миллиард людей регулярно находится за рулем - то речь идет о триллионах долларов. Плюс возможность приучить их к голосовым ассистентам и дополненной реальности, которые пока никак не могут набрать популярность в смартфонах.
И конечно, это дополнительная возможность собрать новые данные - за что всегда идет нешуточная борьба. Здесь уже в бой вступают даже не корпорации, а правительства. Китай давно планирует мировую экспансию для своих электрокаров. Умные продвинутые автосистемы, вроде Harmony от Huawei, могут стать серьезным конкурентным преимуществом.
Беспилотные автомобили являются неотъемлемой частью наших представлений о будущем. Последние пять лет были безумной гонкой: только в США на стадии испытаний 1400 моделей от более чем 80 разработчиков. Но сейчас на дорогах только одна Honda с автопилотом третьего уровня и похоже, что на нашем уровне технологий это потолок.
Историю развития беспилотников проще всего отследить по приключениям Теслы. Элегантный современный электрокар, с системой умной помощи, иногда позволяющей водителю забыть про руль и педали, безусловно стал прорывом. Но имидж машины будущего завысил не только капитализацию компании, но и ожидания клиентов.
Автопилот Теслы официально имеет второй уровень: может брать управление на хороших шоссе с четкой разметкой. По статистике, он заметно снижает аварийность (что неудивительно при таких-то условиях). Зато побуждает водителей к откровенным глупостям - здесь уже вина полностью на маркетологах.
Умная система Теслы долго опережала всех конкурентов, но она глючит как и любой сложный софт, который к тому же прошел 30 апдейтов. На Tesla висит множество исков по авариям и еще больше жалоб на внезапное торможение и разгон, на пугающие маневры и неадекватное поведение. Отзыв почти 300 тысяч электрокаров был предсказуем.
Рабочему автопилоту нужна идеально прогнозируемая среда: то есть обратная связь как с дорогой, так и со всеми машинами рядом. Для полной самостоятельности на заданном маршруте нужно не обучать нейросети в одном беспилотнике, а строить городскую инфраструктуру нового поколения.
Собственно, до производителей это уже дошло - с начала 2021 фокус внимания сместился с автомобиля на водителя. Правда здесь им придется соперничать с IT-гигантами, которые уже давно работают над созданием в салоне интерактивного пространства и превращения машин в гаджеты на колесах.
Современные приборные панели - это мультимедиа системы с массой приятных и полезных опций. Но тачскрины не слишком удобны и обычно 9/10 возможностей автоприложений просто не используются. Поэтому сейчас в приоритете разработка годных систем управления голосом и жестами.
На примере S-класса можно (как всегда) посмотреть на автомобиль через несколько лет. Камеры машины постоянно следят за глазами водителя, определяя, куда он смотрит, а по движениям умный помощник понимает его желания. Голосовой ассистент дает полный доступ к сервисам в автомобиле и онлайне. Лобовое стекло - экран дополненной реальности, с полезными данными о дороге.
Вести машину легче и можно спокойно отвлечься на рабочие или личные дела. Можно звонить, смотреть и диктовать сообщения, искать информацию, заказывать доставку и т.д. Пусть все это комплектация только люксовых серий, но уже сейчас 45% выпускаемых автомобилей имеют приложения, для работы с которыми нужен голос.
Для IT-гигантов включить водителей в свои экосистемы - это одна из немногих свободных зон расширения. Если учесть что в мире почти миллиард людей регулярно находится за рулем - то речь идет о триллионах долларов. Плюс возможность приучить их к голосовым ассистентам и дополненной реальности, которые пока никак не могут набрать популярность в смартфонах.
И конечно, это дополнительная возможность собрать новые данные - за что всегда идет нешуточная борьба. Здесь уже в бой вступают даже не корпорации, а правительства. Китай давно планирует мировую экспансию для своих электрокаров. Умные продвинутые автосистемы, вроде Harmony от Huawei, могут стать серьезным конкурентным преимуществом.
Вклад мирового океана в глобальную экономику
Отвлечемся от злободневного, поговорим о важном. Введение контейнерных перевозок в середине XX века стало основным фактором глобализации: 90% международной торговли до сих пор приходится на морские маршруты. И это лишь одна из причин важности мирового океана, без которого современный мир ждет мгновенный коллапс.
Для старта - еда. Каждый второй человек в мире основной белок получает из морепродуктов. Ежегодная добыча в 180 млн тонн, при росте производства, опережающем рост населения, является одной из причин снижения голода в мире. Ловля и выращивание рыбы, моллюсков и крабов - важнейший сектор для густо населенных стран АТР.
Более 60 млн человек заняты на 4.5 млн судов и 23 тыс. траулеров. Самые крупные коммерческие обороты приходятся на анчоусы, минтай и тунца. Регулирование отрасли позволило остановить перелов и вернуть многие виды в устойчивые пределы - сейчас в безопасности 65% морских популяций.
Следующая ключевая отрасль - энергия. Доля глубоководных и шельфовых месторождений - более 35% мировой нефтегазовой добычи и в обозримом будущем продолжит расти. С морского дна идет 10-15% полезных ископаемых: фосфориты, уголь, железные руды, олово, никель, ртуть, алмазы, сера и др.
Здесь же хранится мировой энергетический резерв - газовые гидраты. Это объемные глубоководные залежи кристаллов, из тонны которых можно получить 164 кубометра метана - самого экологически чистого из горючих ископаемых. Решив пару технических задач, их добыча - вопрос времени.
Океан - источник альтернативной энергетики. Морские ветряные турбины больше в размерах и за счет сильного ветра работают эффективнее. Приливные турбины - это предсказуемое и почти непрерывное производство, с потенциалом генерации половины нужного планете электричества. Они сложнее в установке и пока тестируются, но уже дают 500 МВт бесплатной энергии.
А еще океаны - природные фильтры, расщепляющие большинство отходов и поглощающие треть производимого СО2. Разумеется они не могут переварить по 20 млн тонн пластика в год, нефтяные разливы и радиоактивные сбросы, которых на дне накопилось уже на 30 Чернобылей. К счастью, люди взялись на ум и запускают все больше практических программ по очистке мирового океана.
Отвлечемся от злободневного, поговорим о важном. Введение контейнерных перевозок в середине XX века стало основным фактором глобализации: 90% международной торговли до сих пор приходится на морские маршруты. И это лишь одна из причин важности мирового океана, без которого современный мир ждет мгновенный коллапс.
Для старта - еда. Каждый второй человек в мире основной белок получает из морепродуктов. Ежегодная добыча в 180 млн тонн, при росте производства, опережающем рост населения, является одной из причин снижения голода в мире. Ловля и выращивание рыбы, моллюсков и крабов - важнейший сектор для густо населенных стран АТР.
Более 60 млн человек заняты на 4.5 млн судов и 23 тыс. траулеров. Самые крупные коммерческие обороты приходятся на анчоусы, минтай и тунца. Регулирование отрасли позволило остановить перелов и вернуть многие виды в устойчивые пределы - сейчас в безопасности 65% морских популяций.
Следующая ключевая отрасль - энергия. Доля глубоководных и шельфовых месторождений - более 35% мировой нефтегазовой добычи и в обозримом будущем продолжит расти. С морского дна идет 10-15% полезных ископаемых: фосфориты, уголь, железные руды, олово, никель, ртуть, алмазы, сера и др.
Здесь же хранится мировой энергетический резерв - газовые гидраты. Это объемные глубоководные залежи кристаллов, из тонны которых можно получить 164 кубометра метана - самого экологически чистого из горючих ископаемых. Решив пару технических задач, их добыча - вопрос времени.
Океан - источник альтернативной энергетики. Морские ветряные турбины больше в размерах и за счет сильного ветра работают эффективнее. Приливные турбины - это предсказуемое и почти непрерывное производство, с потенциалом генерации половины нужного планете электричества. Они сложнее в установке и пока тестируются, но уже дают 500 МВт бесплатной энергии.
А еще океаны - природные фильтры, расщепляющие большинство отходов и поглощающие треть производимого СО2. Разумеется они не могут переварить по 20 млн тонн пластика в год, нефтяные разливы и радиоактивные сбросы, которых на дне накопилось уже на 30 Чернобылей. К счастью, люди взялись на ум и запускают все больше практических программ по очистке мирового океана.
Как Huawei стал угрозой нацбезопасности США
Китайский гигант Huawei - это крупнейший поставщик телеком оборудования, в 2020 сумевший, пусть и ненадолго, стать мировым лидером в продажах смартфонов. И еще поучительный пример компании, попавшей в жернова технологического соперничества между США и Китаем.
Для Китая Huawei - эталонный техногигант, партнерство с которым считается огромным успехом для любой компании. Как «национальный чемпион», то есть компания, работающая на стратегические цели Пекина, корпорация получает большие госсубсидии и может спокойно ставить цены на оборудование на десятки процентов ниже западных конкурентов.
При президенте Си Цзиньпине госсектор и частные компании образуют все более прочные связи. Жесткое регулирование и госинвестиции дают Пекину железные рычаги влияния. То есть продукты от китайских подрядчиков имеют ненулевой шанс иметь бэкдор не только для корпорации, но и для компартии.
Huawei продавал сетевое оборудование в 45 из 50 крупнейших операторов связи мира, обслуживая более трети жителей планеты. Его годовые расходы на R&D в $19 млрд позволили компании стать одним из лидеров в разработке технологий 5G, где у нее самое большое число патентов >1500.
Когда стало понятно, что в глобальном внедрении 5G, основе будущей системы IoT, лидерство отходит любимой компании Великого Си, правительство США решило, что такое счастье - это прямая угроза национальной безопасности. И закрыло Huawei доступ к американским софту и технологиям.
В год после санкций из $137 млрд выручки Huawei 50% приходилось на потребительский сектор, 34% на телеком оборудование, 11% на решения для бизнеса. Без компонентов и программ из США, сектор смартфонов для Huawei оказался потерян. Как и доступ на почти все западные рынки.
У Huawei остался весь Китай и еще 170 стран, десятки тысяч действующих патентов, а еще готовность менять стратегию. Был смещен фокус с производства на софт, облачные сервисы и вычисления, а главное - развитие собственной ОС Harmony, которая должна лечь в основу экосистемы IoT.
Вся история вокруг Huawei оставила неприятный осадок. Масштабы возможных злоупотреблений от техно корпораций и меркантильный беспредел от правительств не оставляют людям других вариантов, кроме как стараться об этом поменьше думать и тихо заниматься потреблением.
Китайский гигант Huawei - это крупнейший поставщик телеком оборудования, в 2020 сумевший, пусть и ненадолго, стать мировым лидером в продажах смартфонов. И еще поучительный пример компании, попавшей в жернова технологического соперничества между США и Китаем.
Для Китая Huawei - эталонный техногигант, партнерство с которым считается огромным успехом для любой компании. Как «национальный чемпион», то есть компания, работающая на стратегические цели Пекина, корпорация получает большие госсубсидии и может спокойно ставить цены на оборудование на десятки процентов ниже западных конкурентов.
При президенте Си Цзиньпине госсектор и частные компании образуют все более прочные связи. Жесткое регулирование и госинвестиции дают Пекину железные рычаги влияния. То есть продукты от китайских подрядчиков имеют ненулевой шанс иметь бэкдор не только для корпорации, но и для компартии.
Huawei продавал сетевое оборудование в 45 из 50 крупнейших операторов связи мира, обслуживая более трети жителей планеты. Его годовые расходы на R&D в $19 млрд позволили компании стать одним из лидеров в разработке технологий 5G, где у нее самое большое число патентов >1500.
Когда стало понятно, что в глобальном внедрении 5G, основе будущей системы IoT, лидерство отходит любимой компании Великого Си, правительство США решило, что такое счастье - это прямая угроза национальной безопасности. И закрыло Huawei доступ к американским софту и технологиям.
В год после санкций из $137 млрд выручки Huawei 50% приходилось на потребительский сектор, 34% на телеком оборудование, 11% на решения для бизнеса. Без компонентов и программ из США, сектор смартфонов для Huawei оказался потерян. Как и доступ на почти все западные рынки.
У Huawei остался весь Китай и еще 170 стран, десятки тысяч действующих патентов, а еще готовность менять стратегию. Был смещен фокус с производства на софт, облачные сервисы и вычисления, а главное - развитие собственной ОС Harmony, которая должна лечь в основу экосистемы IoT.
Вся история вокруг Huawei оставила неприятный осадок. Масштабы возможных злоупотреблений от техно корпораций и меркантильный беспредел от правительств не оставляют людям других вариантов, кроме как стараться об этом поменьше думать и тихо заниматься потреблением.
Идеальные работники не желают размножаться
Мем всегда найдется азиат, который делает это лучше следует понимать буквально. Культурные особенности и реформы образования превратили зону АТР в фабрику по производству пугающе трудолюбивых и квалифицированных работников. Но во что им это обошлось?
Даже самые продвинутые страны Азии, вроде Южной Кореи, Японии и Китая совсем недавно были бедными и сельскими. Обеспечить детей лучшим образованием, которое ведет к хорошим доходам и высокому социальному статусу стало главной семейной целью, переходящей в патологию.
Уже с начальных классов шестидневка по 6-8 часов в день. После уроков следуют дополнительные курсы, чтобы знать больше, набирать баллов больше и затем попасть в хорошую среднюю и старшую школы. Задача школьника проходить тесты лучше всех остальных не требует особых талантов или способностей - просто дикого круглосуточного заучивания.
Все результаты тестов складываются в открытые рейтинги: с первым и последним местом. Верхние строчки дают дорогу в престижный ВУЗ, за них идет лютая конкуренция, вызывающая постоянный стресс и убивающая здоровые взаимоотношения. При подготовки к финальным экзаменам у старшеклассников нет ничего кроме учебы и сна. После оглашения результатов которых прокатывается волна подростковых суицидов.
Далее следует высшее образование. В последнее время зона АТР хорошо поднялась в мировых рейтингах - Китай по числу топовых вузов уступает только США и Великобритании, Токио - второй среди лучших студенческих городов. Тем не менее лишь 2% школьников поступают в институты первого эшелона и конкурсы в них достигают 1000 человек на место.
Разные успехи в образовании увеличивают и без того высокое социальное расслоение, а после выхода из вузов выпускники, убившие детство на учебу, получают контрольный в голову на работе. Если не готовы трудиться по 80 часов в неделю без сверхурочных - то скорее всего вас заменят на более решительного. Единицы не выгорают еще до тридцати.
Измучившись сами и зная сколько придется вкладывать в своих детей, развитые азиаты теряют интерес к семьям. В Японии и Корее самая низкая рождаемость на планете, а вскоре будет и наибольшее соотношение пожилых к работающим. Китай пытается свернуть с этого пути, ослабить давление, снизить стоимость заведения ребенка (и его последующего обучения), но сложившаяся система слишком эффективна и инертна.
Огромное население на небольших и относительно небогатых ресурсами территориях рождает гипер конкуренцию внутри социума. По факту корейцы или японцы начинают карьеру в 5-6 лет, пробиваясь через изнурительную учебу, которая после завершения цикла выпускает тот самый типаж гениального азиата. По факту здесь не генетика, а культура и менталитет, которые дают терпение выдержать механическую муштру.
Мем всегда найдется азиат, который делает это лучше следует понимать буквально. Культурные особенности и реформы образования превратили зону АТР в фабрику по производству пугающе трудолюбивых и квалифицированных работников. Но во что им это обошлось?
Даже самые продвинутые страны Азии, вроде Южной Кореи, Японии и Китая совсем недавно были бедными и сельскими. Обеспечить детей лучшим образованием, которое ведет к хорошим доходам и высокому социальному статусу стало главной семейной целью, переходящей в патологию.
Уже с начальных классов шестидневка по 6-8 часов в день. После уроков следуют дополнительные курсы, чтобы знать больше, набирать баллов больше и затем попасть в хорошую среднюю и старшую школы. Задача школьника проходить тесты лучше всех остальных не требует особых талантов или способностей - просто дикого круглосуточного заучивания.
Все результаты тестов складываются в открытые рейтинги: с первым и последним местом. Верхние строчки дают дорогу в престижный ВУЗ, за них идет лютая конкуренция, вызывающая постоянный стресс и убивающая здоровые взаимоотношения. При подготовки к финальным экзаменам у старшеклассников нет ничего кроме учебы и сна. После оглашения результатов которых прокатывается волна подростковых суицидов.
Далее следует высшее образование. В последнее время зона АТР хорошо поднялась в мировых рейтингах - Китай по числу топовых вузов уступает только США и Великобритании, Токио - второй среди лучших студенческих городов. Тем не менее лишь 2% школьников поступают в институты первого эшелона и конкурсы в них достигают 1000 человек на место.
Разные успехи в образовании увеличивают и без того высокое социальное расслоение, а после выхода из вузов выпускники, убившие детство на учебу, получают контрольный в голову на работе. Если не готовы трудиться по 80 часов в неделю без сверхурочных - то скорее всего вас заменят на более решительного. Единицы не выгорают еще до тридцати.
Измучившись сами и зная сколько придется вкладывать в своих детей, развитые азиаты теряют интерес к семьям. В Японии и Корее самая низкая рождаемость на планете, а вскоре будет и наибольшее соотношение пожилых к работающим. Китай пытается свернуть с этого пути, ослабить давление, снизить стоимость заведения ребенка (и его последующего обучения), но сложившаяся система слишком эффективна и инертна.
Огромное население на небольших и относительно небогатых ресурсами территориях рождает гипер конкуренцию внутри социума. По факту корейцы или японцы начинают карьеру в 5-6 лет, пробиваясь через изнурительную учебу, которая после завершения цикла выпускает тот самый типаж гениального азиата. По факту здесь не генетика, а культура и менталитет, которые дают терпение выдержать механическую муштру.
❤1
Как была проиграна битва за приватность
Если вы не платите за товар, то вы и есть товар. Личные данные - новый тип ценного ресурса, который стал основой цифровой экономики. Каждое наше действие, каждая покупка оставляет свой след. Любой договор или пользовательское соглашение включает пункт о работе с вашими контактами, которые затем перепродаются десятки раз.
Существует заблуждение, что главную опасность для личных данных представляют хакеры. Чтож, современные системы настолько сложны, что там по умолчанию полно уязвимостей. Касперский фиксирует более 400 тыс. массовых кибератак в день, основная доля которых (86%) нацелены именно на персональные данные.
Из 160 тысяч больших утечек ежегодно, половина приходится на взломы, остальное - ошибки самих компаний. Идеальной защиты нет даже в ЦРУ, Apple, GitHub или Народном банке Китая. Персональные данные и финансовые документы в прошлом году теряли половина европейских и 91%(!) российских компаний. За год утекают данные о приблизительно 4 млрд адресов и аккаунтов.
Ясно, что требования к киберзащите становятся все строже. Регламенты GDPR приняты в 107 странах и предполагают штрафы разной степени драконистости. Но даже в ЕС 60% организаций не соответствуют требованиям, 90% защиту данных оставляют подрядчикам, а штрафов было выписано всего $160 млн, из которых почти треть пришлась на Google.
Все эти усилия носят скорее сдерживающий характер и не дают хакерам вольно развиваться. Обычно об утечке узнают где-то через полгода, когда базы уже многие месяцы продаются через даркнет. Разумеется компании стараются скрывать эти факты - клиенты отчего-то бесятся, когда узнают что их личные данные не сберегли. Но несмотря на масштабы, глобальный ущерб от мошенничеством с данными для скама, фишинга и т.д. составляет несерьезные $1 млрд в год.
Другие варианты использования личных данных приносят на порядки больше прибыли. Госслужбам положено знать все ключевые факты о жителях, но роль главных агрегаторов данных перешла к цифровым экосистемам: соцсетям, банкам, ритейлерам, сервисам и прочим. Которые непрерывно собирают и обрабатывают данные о поведении, общении, событиях и тратах неведающих пользователей.
Огромные потоки персональных данных обучают умные алгоритмы, который стали основой для маркетинга и работы с потребителями. Они позволяют знать о клиентах все и понимать как увеличить прибыль. Экосистемы всеми силами стимулируют вовлеченность пользователей: больше трафика, больше данных - выше доходы.
Безусловно, есть и более значимые эффекты. Если убирать имена, то обезличенные базы данных дают точный анализ поведения аудиторий и позволяют строить долгосрочные стратегии. Собранные терабайты информации превращаются в новые сервисы, меняющие нашу жизнь. Есть только один небольшой вопрос - насколько этично держать людей в цифровых аквариумах, где больше нет понятия приватности?
Если вы не платите за товар, то вы и есть товар. Личные данные - новый тип ценного ресурса, который стал основой цифровой экономики. Каждое наше действие, каждая покупка оставляет свой след. Любой договор или пользовательское соглашение включает пункт о работе с вашими контактами, которые затем перепродаются десятки раз.
Существует заблуждение, что главную опасность для личных данных представляют хакеры. Чтож, современные системы настолько сложны, что там по умолчанию полно уязвимостей. Касперский фиксирует более 400 тыс. массовых кибератак в день, основная доля которых (86%) нацелены именно на персональные данные.
Из 160 тысяч больших утечек ежегодно, половина приходится на взломы, остальное - ошибки самих компаний. Идеальной защиты нет даже в ЦРУ, Apple, GitHub или Народном банке Китая. Персональные данные и финансовые документы в прошлом году теряли половина европейских и 91%(!) российских компаний. За год утекают данные о приблизительно 4 млрд адресов и аккаунтов.
Ясно, что требования к киберзащите становятся все строже. Регламенты GDPR приняты в 107 странах и предполагают штрафы разной степени драконистости. Но даже в ЕС 60% организаций не соответствуют требованиям, 90% защиту данных оставляют подрядчикам, а штрафов было выписано всего $160 млн, из которых почти треть пришлась на Google.
Все эти усилия носят скорее сдерживающий характер и не дают хакерам вольно развиваться. Обычно об утечке узнают где-то через полгода, когда базы уже многие месяцы продаются через даркнет. Разумеется компании стараются скрывать эти факты - клиенты отчего-то бесятся, когда узнают что их личные данные не сберегли. Но несмотря на масштабы, глобальный ущерб от мошенничеством с данными для скама, фишинга и т.д. составляет несерьезные $1 млрд в год.
Другие варианты использования личных данных приносят на порядки больше прибыли. Госслужбам положено знать все ключевые факты о жителях, но роль главных агрегаторов данных перешла к цифровым экосистемам: соцсетям, банкам, ритейлерам, сервисам и прочим. Которые непрерывно собирают и обрабатывают данные о поведении, общении, событиях и тратах неведающих пользователей.
Огромные потоки персональных данных обучают умные алгоритмы, который стали основой для маркетинга и работы с потребителями. Они позволяют знать о клиентах все и понимать как увеличить прибыль. Экосистемы всеми силами стимулируют вовлеченность пользователей: больше трафика, больше данных - выше доходы.
Безусловно, есть и более значимые эффекты. Если убирать имена, то обезличенные базы данных дают точный анализ поведения аудиторий и позволяют строить долгосрочные стратегии. Собранные терабайты информации превращаются в новые сервисы, меняющие нашу жизнь. Есть только один небольшой вопрос - насколько этично держать людей в цифровых аквариумах, где больше нет понятия приватности?
❤1
ЕС не в силах выйти из цикла ковидной истерии
Европа пытается выйти на экономическое восстановление, но все еще во власти инерции пандемических ограничений. По итогам июня прогнозы роста еврозоны повысили до 4,8% и к докризисному уровню она должна вернуться к концу года. Ускорение вакцинаций, массивная поддержка от правительств и международная торговля дают позитивный импульс, но все это в шатком положении под угрозой продолжения локдаунов.
В ЕС входят 27 независимых стран, общий внутренний рынок которых позволяет говорить о единой экономике для 447 млн человек. Объем в $15 трлн делает ее третьей по величине, а евро является второй по популярности валютой в мире.
Главные торговые партнеры - США и Китай - восстановились раньше и обеспечили заказами производителей из ЕС. На них приходится почти четверть ВВП, что весьма помогло трем крупнейшим экономикам блока: Германии, Франции и Италии.
Но в целом Евросоюзу пора уже решать проблему с вирусом, а точнее с overreaction. Без сомнений это богатейший регион на планете, от топового Люксембурга со $106 тыс. ВВП на душу населения, до $23 тыс. в считающейся прозябающей Болгарии. Он может позволить себе пару локдаунов и поддержать людей пакетами помощи, но точно не сделать это новой нормой.
ЕС выделил на стимуляцию и компенсации уже более €3 трлн, в планах еще €800 млрд. Но сейчас только у двух стран дефицит меньше пороговых 3%, а соотношение госдолга к ВВП выросло за кризис до 95%, что в полтора раза выше стандартов - все цифры кричат о необходимости возвращения к нормальной экономике или готовиться к последствиям.
В ЕС 62% взрослых получили по уколу, 45% - вакцинированы. Но инерция панической реакции дает о себе знать. Приход варианта дельты поставил дилемму между возвращением к нормальной жизни или к ограничениям. Англичане решили: нафик все. На континенте сыграли труса - снова лоудауны и наши добрые знакомые - QR паспорта.
А ведь в июне все уже налаживалось - фондовый индекс Stoxx 600 с начала года вырос на 13%, инфляция упала до 1.9%, безработица - до приемлемых 7.6%. Сектор услуг, на который приходится почти три четверти ВВП, приветствовал клиентов и даже надеялся на возврат туристов, которые давали огромные потоки кэша для не самых благополучных стран Юга Европы.
Психологический выбор между свободой и безопасностью, сделанный европейцами в 2020 будет еще долго иметь последствия. Вирусология после варианта дельта обычно показывает гамму, а затем и другие буквы. Если в ответ на каждый просто закрывать людей по домам и делать экономике выкл - то обозримого будущего не будет.
А между тем у ЕС есть и другие задачи. Приключения британцев после выхода из союза ослабили других энтузиастов независимости. Но падение оборотов с третьим по масштабам торговым партнером, Великобританией - та еще задача для европейского бизнеса. Плюс сложные переговоры с США о глобальном налоге. Где желание ЕС прижать американских техно гигантов не находит понимания в Белом Доме.
Ну и разумеется, ЕС в процессе чудовищно затратного экономического перехода к углеродной нейтральности к 2050. Энергия из возобновляемых источников уже превысила сжигание и достигло 1 млн ГВт·ч. Но большая часть из них приходится на гидростанции и богатые страны. А как себе представить отказ от ископаемых для Польши, где 75% энергобаланса приходится на уголь - непонятно в принципе.
Европа пытается выйти на экономическое восстановление, но все еще во власти инерции пандемических ограничений. По итогам июня прогнозы роста еврозоны повысили до 4,8% и к докризисному уровню она должна вернуться к концу года. Ускорение вакцинаций, массивная поддержка от правительств и международная торговля дают позитивный импульс, но все это в шатком положении под угрозой продолжения локдаунов.
В ЕС входят 27 независимых стран, общий внутренний рынок которых позволяет говорить о единой экономике для 447 млн человек. Объем в $15 трлн делает ее третьей по величине, а евро является второй по популярности валютой в мире.
Главные торговые партнеры - США и Китай - восстановились раньше и обеспечили заказами производителей из ЕС. На них приходится почти четверть ВВП, что весьма помогло трем крупнейшим экономикам блока: Германии, Франции и Италии.
Но в целом Евросоюзу пора уже решать проблему с вирусом, а точнее с overreaction. Без сомнений это богатейший регион на планете, от топового Люксембурга со $106 тыс. ВВП на душу населения, до $23 тыс. в считающейся прозябающей Болгарии. Он может позволить себе пару локдаунов и поддержать людей пакетами помощи, но точно не сделать это новой нормой.
ЕС выделил на стимуляцию и компенсации уже более €3 трлн, в планах еще €800 млрд. Но сейчас только у двух стран дефицит меньше пороговых 3%, а соотношение госдолга к ВВП выросло за кризис до 95%, что в полтора раза выше стандартов - все цифры кричат о необходимости возвращения к нормальной экономике или готовиться к последствиям.
В ЕС 62% взрослых получили по уколу, 45% - вакцинированы. Но инерция панической реакции дает о себе знать. Приход варианта дельты поставил дилемму между возвращением к нормальной жизни или к ограничениям. Англичане решили: нафик все. На континенте сыграли труса - снова лоудауны и наши добрые знакомые - QR паспорта.
А ведь в июне все уже налаживалось - фондовый индекс Stoxx 600 с начала года вырос на 13%, инфляция упала до 1.9%, безработица - до приемлемых 7.6%. Сектор услуг, на который приходится почти три четверти ВВП, приветствовал клиентов и даже надеялся на возврат туристов, которые давали огромные потоки кэша для не самых благополучных стран Юга Европы.
Психологический выбор между свободой и безопасностью, сделанный европейцами в 2020 будет еще долго иметь последствия. Вирусология после варианта дельта обычно показывает гамму, а затем и другие буквы. Если в ответ на каждый просто закрывать людей по домам и делать экономике выкл - то обозримого будущего не будет.
А между тем у ЕС есть и другие задачи. Приключения британцев после выхода из союза ослабили других энтузиастов независимости. Но падение оборотов с третьим по масштабам торговым партнером, Великобританией - та еще задача для европейского бизнеса. Плюс сложные переговоры с США о глобальном налоге. Где желание ЕС прижать американских техно гигантов не находит понимания в Белом Доме.
Ну и разумеется, ЕС в процессе чудовищно затратного экономического перехода к углеродной нейтральности к 2050. Энергия из возобновляемых источников уже превысила сжигание и достигло 1 млн ГВт·ч. Но большая часть из них приходится на гидростанции и богатые страны. А как себе представить отказ от ископаемых для Польши, где 75% энергобаланса приходится на уголь - непонятно в принципе.
Пустые стадионы не смогли отбить тягу к зрелищам
Мировой рынок спортивных игр по понятным причинам в прошлом году упал, хотя и составил вполне весомые $388 млрд. Сейчас он быстро восстанавливается и вырастет в этом году до $440 млрд. Вирус проверил на прочность тягу людей к захватывающим шоу и очевидно проиграл.
Спортивные соревнования и игры собирают больше зрителей, чем что-либо еще на планете, Чемпионат мира по футболу посмотрели 3.5 млрд человек. Олимпийские игры, турниры Большого шлема, Лига Чемпионов и даже Тур де Франс привлекают более миллиарда зрителей. И разумеется, все это означает большие деньги.
Несмотря (или даже благодаря) соревнованиям при пустых трибунах, рынок трансляций взял очередные рекорды. Крупным спортивным лигам они приносят более $50 млрд в год: только НФЛ подписал новое соглашение на $100 млрд за 10 лет вперед. Включение в конкуренцию Amazon и других стриминговых платформ продолжит задирать цены.
На Северную Америку приходится 30% рынка, за ней следуют Западная Европа и АТР. Богатые и падкие на шоу зрители, сильные традиции спортивного боления - все это дает мощную базу. Хотя она оказалась чувствительна к падению доходов от продаж билетов и мерча, в зависимости от популярности команды, клуба или игроков, приносящая до 40% выручки.
Очевидно что эмоции спортивных зрителей и болельщиков дико привлекательны для рекламодателей. Спонсорство - один из самых сильных шагов для брендов, которые готовы платить огромные деньги за возможность ассоциировать себя со спортивными кумирами. Конечно им идут навстречу - если актив можно маркировать и продать - от простых баннеров до названия стадиона, от нашивки на футболке до сорта пива - везде найдется способ монетизации.
Золотые реки достигают и спортсменов - 50 топовых звезд заработали в 2020 почти $2.8 млрд. При этом у большинства профессионалов вполне скромные доходы. Вне элитных футбольных, баскетбольных, хоккейных и бейсбольных лиг, где средние доходы превышают $2 млн, остальным, включая бокс, гольф, теннис, велоспорт, атлетика или крикет, миллионы достаются только на самой вершине.
Но доходы спортсменов меркнут перед прибылями клубов. Средняя стоимость самых популярных команд в топ-50 за год прибавила 11% и выросла до $3.4 млрд у каждой: 26 из них представляют НФЛ, по 9 баскетбол и футбол и еще 6 бейсбол.
Из заметных трендов стоит отметить внедрение хайтека. И спортсмены, и реквизит уже обвешаны датчиками, которые снимают все происходящее: роль арбитров спокойно могут брать на себя VAR или Hawkeye. Тотальные замеры и статистика позволяют анализировать все аспекты состязаний и превращать их в состязание стратегий. А новые трансляции получаются все лучше, динамичнее и драматичней.
Еще игры привлекают все больше женщин и пожилых зрителей, молодые поколения превращают киберспорт в признанный сектор, а рынок спортивных ставок, который уже превышает $100 млрд, легален в 20 странах и скоро будет расширен много куда еще.
Мировой рынок спортивных игр по понятным причинам в прошлом году упал, хотя и составил вполне весомые $388 млрд. Сейчас он быстро восстанавливается и вырастет в этом году до $440 млрд. Вирус проверил на прочность тягу людей к захватывающим шоу и очевидно проиграл.
Спортивные соревнования и игры собирают больше зрителей, чем что-либо еще на планете, Чемпионат мира по футболу посмотрели 3.5 млрд человек. Олимпийские игры, турниры Большого шлема, Лига Чемпионов и даже Тур де Франс привлекают более миллиарда зрителей. И разумеется, все это означает большие деньги.
Несмотря (или даже благодаря) соревнованиям при пустых трибунах, рынок трансляций взял очередные рекорды. Крупным спортивным лигам они приносят более $50 млрд в год: только НФЛ подписал новое соглашение на $100 млрд за 10 лет вперед. Включение в конкуренцию Amazon и других стриминговых платформ продолжит задирать цены.
На Северную Америку приходится 30% рынка, за ней следуют Западная Европа и АТР. Богатые и падкие на шоу зрители, сильные традиции спортивного боления - все это дает мощную базу. Хотя она оказалась чувствительна к падению доходов от продаж билетов и мерча, в зависимости от популярности команды, клуба или игроков, приносящая до 40% выручки.
Очевидно что эмоции спортивных зрителей и болельщиков дико привлекательны для рекламодателей. Спонсорство - один из самых сильных шагов для брендов, которые готовы платить огромные деньги за возможность ассоциировать себя со спортивными кумирами. Конечно им идут навстречу - если актив можно маркировать и продать - от простых баннеров до названия стадиона, от нашивки на футболке до сорта пива - везде найдется способ монетизации.
Золотые реки достигают и спортсменов - 50 топовых звезд заработали в 2020 почти $2.8 млрд. При этом у большинства профессионалов вполне скромные доходы. Вне элитных футбольных, баскетбольных, хоккейных и бейсбольных лиг, где средние доходы превышают $2 млн, остальным, включая бокс, гольф, теннис, велоспорт, атлетика или крикет, миллионы достаются только на самой вершине.
Но доходы спортсменов меркнут перед прибылями клубов. Средняя стоимость самых популярных команд в топ-50 за год прибавила 11% и выросла до $3.4 млрд у каждой: 26 из них представляют НФЛ, по 9 баскетбол и футбол и еще 6 бейсбол.
Из заметных трендов стоит отметить внедрение хайтека. И спортсмены, и реквизит уже обвешаны датчиками, которые снимают все происходящее: роль арбитров спокойно могут брать на себя VAR или Hawkeye. Тотальные замеры и статистика позволяют анализировать все аспекты состязаний и превращать их в состязание стратегий. А новые трансляции получаются все лучше, динамичнее и драматичней.
Еще игры привлекают все больше женщин и пожилых зрителей, молодые поколения превращают киберспорт в признанный сектор, а рынок спортивных ставок, который уже превышает $100 млрд, легален в 20 странах и скоро будет расширен много куда еще.
Facebook красиво удаляется в сторону заката
Главная мировая соцсеть с начала года подорожала на 30% - аудитория все еще растет, а цифровая реклама набирает обороты. Стоимость компании на пару дней даже превысила заветные $1 трлн. Впрочем, остаться в одной лиге с Google, Apple, Microsoft и Amazon в будущем ей вряд ли удастся.
В июне Facebook начал падать, в то время как остальные из группы FAANG прибавили 2-8%. На первый взгляд 1.9 млрд ежедневных пользователей - это капитал, который сложно не реализовать. С другой, сумасшедшие годовые доходы в $84 млрд на 97% обязаны рекламе - а здесь появились проблемы.
Фишка недавнего обновления Apple - запрос у пользователей разрешения на забор персональных данных, привела к очевидным результатам: 75% оказались против. В результате Facebook потерял актуальную статистику о пользователях iOS в мобильных приложениях (это львиная доля посещений) и больше не может показывать заказчикам эффективность рекламы в яблочной экосистеме.
Меньше данных означает худший таргетинг и соответственное падение выручки - в июне реклама в приложениях на iOS стоила уже на 30% дешевле чем на гаджетах с Android. Для Facebook это могло бы стать лишь сменой каналов дохода при сохранении баланса. Но когда Google сделает то же самое в 2022-м - упадет стоимость всей рекламы FB.
Рынок цифровой рекламы растет дикими темпами, но для Facebook окно возможностей в нем стремительно сжимается. Без таргетирования рекламодатели будут платить меньше и от Цукерберга тут уже мало что зависит. Соцсеть не совершала ошибок - просто правила меняются, конкуренты оказались изобретательнее, а ФБ слишком велик и потому инертен.
Весь западный мир уже подписан на Facebook, Instagram и WhatsApp. Поэтому прирост аудитории идет с развивающихся рынков, причем не из вкусного Китая (где у компании бан), а от бедных жителей из Индии, Нигерии, Пакистана и т.д. Это дешевый трафик на грани самоокупаемости.
Компания долго не проигрывала ни одному конкуренту, вроде Google+, Viber, Telegram, Snap или ВК. Но появился TikTok и отжал молодое поколение вчистую. Его уже скачали 3 млрд раз - а это рубеж, который впервые покорило приложение не от Facebook. Уже треть компаний включила TikTok в медиапланы, в США он все чаще становится главной рекламной площадкой.
Главная проблема Facebook в том, что впервые компания не понимает куда идти. Криптовалюта Libra была интересным проектом, но регуляторы зарубили ее на корню. Инвестировать $1 млрд в развитие платного контента тоже слабый шаг - в этой нише острая конкуренция и очень сильные игроки. А функция добавления заказов в Instagram выглядит бледной тенью китайских экосистем social ecommerce.
Facebook - знаковая компания, которая без всяких сомнений является одним из архитекторов нашей цифровой эры. Но своего пика она достигла в 2016-17 годах. И хотя ее цикл пока далек от завершения, но очевидно что он направлен в сторону медленного, но неудержимого угасания.
Главная мировая соцсеть с начала года подорожала на 30% - аудитория все еще растет, а цифровая реклама набирает обороты. Стоимость компании на пару дней даже превысила заветные $1 трлн. Впрочем, остаться в одной лиге с Google, Apple, Microsoft и Amazon в будущем ей вряд ли удастся.
В июне Facebook начал падать, в то время как остальные из группы FAANG прибавили 2-8%. На первый взгляд 1.9 млрд ежедневных пользователей - это капитал, который сложно не реализовать. С другой, сумасшедшие годовые доходы в $84 млрд на 97% обязаны рекламе - а здесь появились проблемы.
Фишка недавнего обновления Apple - запрос у пользователей разрешения на забор персональных данных, привела к очевидным результатам: 75% оказались против. В результате Facebook потерял актуальную статистику о пользователях iOS в мобильных приложениях (это львиная доля посещений) и больше не может показывать заказчикам эффективность рекламы в яблочной экосистеме.
Меньше данных означает худший таргетинг и соответственное падение выручки - в июне реклама в приложениях на iOS стоила уже на 30% дешевле чем на гаджетах с Android. Для Facebook это могло бы стать лишь сменой каналов дохода при сохранении баланса. Но когда Google сделает то же самое в 2022-м - упадет стоимость всей рекламы FB.
Рынок цифровой рекламы растет дикими темпами, но для Facebook окно возможностей в нем стремительно сжимается. Без таргетирования рекламодатели будут платить меньше и от Цукерберга тут уже мало что зависит. Соцсеть не совершала ошибок - просто правила меняются, конкуренты оказались изобретательнее, а ФБ слишком велик и потому инертен.
Весь западный мир уже подписан на Facebook, Instagram и WhatsApp. Поэтому прирост аудитории идет с развивающихся рынков, причем не из вкусного Китая (где у компании бан), а от бедных жителей из Индии, Нигерии, Пакистана и т.д. Это дешевый трафик на грани самоокупаемости.
Компания долго не проигрывала ни одному конкуренту, вроде Google+, Viber, Telegram, Snap или ВК. Но появился TikTok и отжал молодое поколение вчистую. Его уже скачали 3 млрд раз - а это рубеж, который впервые покорило приложение не от Facebook. Уже треть компаний включила TikTok в медиапланы, в США он все чаще становится главной рекламной площадкой.
Главная проблема Facebook в том, что впервые компания не понимает куда идти. Криптовалюта Libra была интересным проектом, но регуляторы зарубили ее на корню. Инвестировать $1 млрд в развитие платного контента тоже слабый шаг - в этой нише острая конкуренция и очень сильные игроки. А функция добавления заказов в Instagram выглядит бледной тенью китайских экосистем social ecommerce.
Facebook - знаковая компания, которая без всяких сомнений является одним из архитекторов нашей цифровой эры. Но своего пика она достигла в 2016-17 годах. И хотя ее цикл пока далек от завершения, но очевидно что он направлен в сторону медленного, но неудержимого угасания.
Потерянный мир путешествий и туризма
Вспомним как это было раньше, в бесконечно прекрасном, но таком далеком 2019-м. В тот год люди совершили 1.5 млрд международных поездок. Объем туристического рынка достиг рекордных $8.8 трлн - это, на секунду, почти 10% мирового ВВП. Сектор создавал каждое четвертое новое рабочее место, а всего в нем было занято 320 млн - каждый десятый в мире.
А потом произошел мировой коллапс, которому сложно найти аналоги. Разве что Помпеи и Хиросима столь же резко теряли туристов. В первый же год пандемии поток отдыхающих упал на миллиард и откатился до уровня 1990-го. По итогам 2020-го убытки сектора составили $4.5 трлн. И если мировой ВВП сократился на 3.7%, то сфера туризма - на 80%.
Большинство участников туристической области - это малый и средний бизнес, которые привыкли к регулярным сезонным паузам. Но точно не к циничному растворению будущего в тумане неопределенности. Было сразу потеряно 62 миллиона рабочих мест, еще 272 млн в подвешенном состоянии.
Даже по оптимистичным прогнозам в ближайшие два года ситуация не исправится. Это было бы возможно лишь в двух мало реалистичных сценариях. Первый - создание сильной вакцины, как от полиомиелита, которая навсегда заблокирует коронавирусы. Второй - убрать ковид из повестки, перевести ее в разряд неприятного гриппа и заниматься только людьми с сильными симптомами, отменив статус пандемии.
Но вероятнее третий вариант - оставить все как есть. Принять планетарные протоколы безопасности, давить на вакцинацию и маски, постоянно вводить локальные ограничения и QR коды. Физические неудобства и психологический дискомфорт просто сотрут большой открытый мир, каким он стал в последние десятилетия. Путешествия для впечатлений, отдыха и встреч с новыми людьми? Просто забудьте.
В таком варианте очевиден рост влияния цифровых сервисов. Мобильные приложения, которые стали естественными помощниками туристов, предлагая бронирование, геокарты, платежи, заказ транспорта, языковые переводчики и пр, будут дополнены аларм программами, которые позволят жить и передвигаться в дивном новом мире.
В любом случае сектор туризма ждет переосмысление и обновление бизнес-моделей. Переориентация на внутренние и региональные поездки, больше предложений отдыха на природе и индивидуальных программ. На иностранных туристов приходилось 29%, но видимо придется работать с не такими богатыми, да еще и опасливыми местными.
В РФ закрытие границ не особо сыграло в пользу внутреннего туризма - он упал на 40%. Востребован был пляжный отдых и поездки в столицу. Но и Краснодарский край (выбор половины отдыхающих) и Крым (20%) показали настолько удивительную погоду, что даже самые стойкие и готовые мириться с их убогими сервисами, еще дважды подумают о новом визите.
Вспомним как это было раньше, в бесконечно прекрасном, но таком далеком 2019-м. В тот год люди совершили 1.5 млрд международных поездок. Объем туристического рынка достиг рекордных $8.8 трлн - это, на секунду, почти 10% мирового ВВП. Сектор создавал каждое четвертое новое рабочее место, а всего в нем было занято 320 млн - каждый десятый в мире.
А потом произошел мировой коллапс, которому сложно найти аналоги. Разве что Помпеи и Хиросима столь же резко теряли туристов. В первый же год пандемии поток отдыхающих упал на миллиард и откатился до уровня 1990-го. По итогам 2020-го убытки сектора составили $4.5 трлн. И если мировой ВВП сократился на 3.7%, то сфера туризма - на 80%.
Большинство участников туристической области - это малый и средний бизнес, которые привыкли к регулярным сезонным паузам. Но точно не к циничному растворению будущего в тумане неопределенности. Было сразу потеряно 62 миллиона рабочих мест, еще 272 млн в подвешенном состоянии.
Даже по оптимистичным прогнозам в ближайшие два года ситуация не исправится. Это было бы возможно лишь в двух мало реалистичных сценариях. Первый - создание сильной вакцины, как от полиомиелита, которая навсегда заблокирует коронавирусы. Второй - убрать ковид из повестки, перевести ее в разряд неприятного гриппа и заниматься только людьми с сильными симптомами, отменив статус пандемии.
Но вероятнее третий вариант - оставить все как есть. Принять планетарные протоколы безопасности, давить на вакцинацию и маски, постоянно вводить локальные ограничения и QR коды. Физические неудобства и психологический дискомфорт просто сотрут большой открытый мир, каким он стал в последние десятилетия. Путешествия для впечатлений, отдыха и встреч с новыми людьми? Просто забудьте.
В таком варианте очевиден рост влияния цифровых сервисов. Мобильные приложения, которые стали естественными помощниками туристов, предлагая бронирование, геокарты, платежи, заказ транспорта, языковые переводчики и пр, будут дополнены аларм программами, которые позволят жить и передвигаться в дивном новом мире.
В любом случае сектор туризма ждет переосмысление и обновление бизнес-моделей. Переориентация на внутренние и региональные поездки, больше предложений отдыха на природе и индивидуальных программ. На иностранных туристов приходилось 29%, но видимо придется работать с не такими богатыми, да еще и опасливыми местными.
В РФ закрытие границ не особо сыграло в пользу внутреннего туризма - он упал на 40%. Востребован был пляжный отдых и поездки в столицу. Но и Краснодарский край (выбор половины отдыхающих) и Крым (20%) показали настолько удивительную погоду, что даже самые стойкие и готовые мириться с их убогими сервисами, еще дважды подумают о новом визите.
❤1
Индустрия смерти проигнорировала кризис
В прошлом году отдельный мировой рынок вообще не заметил пандемии - он прибавил 3.6% и достиг рекордных $2 трлн. Беспилотники, бронетехника, самолеты, эсминцы, ракетные комплексы и просто стрелковое оружие: военный импорт и экспорт чувствовал себя прекрасно, несмотря на локдауны.
Медиа-повестка обычно слишком занята другими новостями, а между тем гражданские войны идут в Ливии, Йемене, Сирии и Южном Судане, есть ИГИЛ в Ираке и талибы в Афганистане, этнические войны в центральной Африке, арабо-израильская дружба, нарковойны в Латинской Америке и еще множество мест на планете, где маска и QR код не помогают.
Оружие - всегда востребованный товар. Наиболее популярный даже не у воюющих, а у их соседей. Иметь территориальные конфликты столь же увлекательно, как и этнические чистки у своих границ или религиозные разногласия. Стоит одной стране в регионе начать наращивать военный бюджет - остальные вынуждены следовать примеру.
42% военного импорта приходится на зону АТР: Индия, Китай, Южная Корея и Пакистан богаты, недавно воевали с соседями и никто не решил проблем. Плюс фактор Северной Кореи. И жесткие позиции о статусе Восточно- и Южно-Китайского морей. Хотя на Ближнем Востоке обстановка еще горячее и выводит в лидеры по росту военных трат Катар (+361%).
США с большим отрывом крупнейший экспортер - они продают оружия и техники на $175 млрд в год в 96 государств, почти половина идет союзникам на Ближнем Востоке. У РФ давно прочное второе место и торговля с 45 странами, которые не совсем дружат с западом. Но в прошлом году экспорт упал на 22% из-за сокращения наполовину заказов от Индии.
Следующие крупнейшие экспортеры мира - Франция и Германия - увеличили продажи и заняли 8 и 6% мирового рынка, их быстро догоняет Китай с 5%. Выручка у 25 ведущих оружейных компаний превысила $360 млрд - в Топ-5 все занято американскими корпорациями смерти, во главе с Lockheed Martin, заработавшей $56 млрд.
У США своя политика по допуску к технологиям, поэтому многие системы, вроде беспилотников, не продаются. И вот тут вступает в игру Китай. Для Ближнего востока он все более важный торговый партнер и инвестор, к тому же готовый на продажу технологий и совместное производство. Что помогает в борьбе с США и Европой за оружейные рынки.
Если говорить о трендах - то пока не наступит мир во всем мире, то военные бюджеты будут стабильно расти. Кроме того, большинство стран готовятся к качественной модернизации армий. Рынок умного оружия уже $80 млрд и он удвоится в ближайшие 5 лет. Дроны, боевые роботы, управляемые боеприпасы, лазеры, нелетальное оружие, боевые костюмы - все это хотя и дорого, но перспективно. Ни выросший госдолг, ни бюджетные дефициты не остановят военные заказы.
В прошлом году отдельный мировой рынок вообще не заметил пандемии - он прибавил 3.6% и достиг рекордных $2 трлн. Беспилотники, бронетехника, самолеты, эсминцы, ракетные комплексы и просто стрелковое оружие: военный импорт и экспорт чувствовал себя прекрасно, несмотря на локдауны.
Медиа-повестка обычно слишком занята другими новостями, а между тем гражданские войны идут в Ливии, Йемене, Сирии и Южном Судане, есть ИГИЛ в Ираке и талибы в Афганистане, этнические войны в центральной Африке, арабо-израильская дружба, нарковойны в Латинской Америке и еще множество мест на планете, где маска и QR код не помогают.
Оружие - всегда востребованный товар. Наиболее популярный даже не у воюющих, а у их соседей. Иметь территориальные конфликты столь же увлекательно, как и этнические чистки у своих границ или религиозные разногласия. Стоит одной стране в регионе начать наращивать военный бюджет - остальные вынуждены следовать примеру.
42% военного импорта приходится на зону АТР: Индия, Китай, Южная Корея и Пакистан богаты, недавно воевали с соседями и никто не решил проблем. Плюс фактор Северной Кореи. И жесткие позиции о статусе Восточно- и Южно-Китайского морей. Хотя на Ближнем Востоке обстановка еще горячее и выводит в лидеры по росту военных трат Катар (+361%).
США с большим отрывом крупнейший экспортер - они продают оружия и техники на $175 млрд в год в 96 государств, почти половина идет союзникам на Ближнем Востоке. У РФ давно прочное второе место и торговля с 45 странами, которые не совсем дружат с западом. Но в прошлом году экспорт упал на 22% из-за сокращения наполовину заказов от Индии.
Следующие крупнейшие экспортеры мира - Франция и Германия - увеличили продажи и заняли 8 и 6% мирового рынка, их быстро догоняет Китай с 5%. Выручка у 25 ведущих оружейных компаний превысила $360 млрд - в Топ-5 все занято американскими корпорациями смерти, во главе с Lockheed Martin, заработавшей $56 млрд.
У США своя политика по допуску к технологиям, поэтому многие системы, вроде беспилотников, не продаются. И вот тут вступает в игру Китай. Для Ближнего востока он все более важный торговый партнер и инвестор, к тому же готовый на продажу технологий и совместное производство. Что помогает в борьбе с США и Европой за оружейные рынки.
Если говорить о трендах - то пока не наступит мир во всем мире, то военные бюджеты будут стабильно расти. Кроме того, большинство стран готовятся к качественной модернизации армий. Рынок умного оружия уже $80 млрд и он удвоится в ближайшие 5 лет. Дроны, боевые роботы, управляемые боеприпасы, лазеры, нелетальное оружие, боевые костюмы - все это хотя и дорого, но перспективно. Ни выросший госдолг, ни бюджетные дефициты не остановят военные заказы.
❤1
Инвесторы опасно разгоняют венчурный рынок
Второй квартал 2021 стал самым успешным для венчурного капитала за всю историю. За шесть месяцев инвесторы уже влили в стартапы $290 млрд - почти столько же, как за весь предыдущий год. Из более чем 7700 заключенных сделок, каждая десятая превысила $100 млн!
Рекордные цифры на этом не кончаются. С начала года цена еще 249 компаний превысила планку в $1 млрд - это уже вдвое больше новых единорогов, чем за весь прошлый год. Технологический индекс Nasdaq вдвое выше чем 5 лет назад, Microsoft и Apple стоят больше двух триллионов каждая.
Удачно совпали несколько факторов: у инвесторов много денег, а запредельные темпы роста стартапов подстегивают страх упустить шанс сверхприбылей. Второй - снижение общих рисков инвестиций: грамотный венчурный фонд приносит гарантированную прибыль в 15-30% годовых. Доля венчурных инвестиций в распределенных портфелях стабильно растет и уже достигает 10-20%.
Свой вклад в рост рынка вносят и крупные компании: в год они потратили более $200 млрд на приобретение стартапов. На них же приходится 23% всех инвестиций. За пять лет число сделок с участием корпоративного венчура удвоилось, а вложения выросли в 5 раз: с $10 млрд до $53 млрд в год.
Корпоративные стартап-программы есть у 80% компаний из списка S&P 500. Они оказалось эффективным инструментом развития: разработки изначально нацелены на интеграцию в главный бизнес, поддержка команды стартапа гораздо дешевле, чем внутренняя разработка. Плюс новички имеют свежий взгляд, креативнее и гораздо свободнее.
Если корпоративный стартап добивается успеха, то это усиливает бренд, открывает новые рынки и аудитории: в погоне за тройным призом компании инвестируют в свои команды больше, чем на том же этапе развития имеют независимые. Конкуренция между корпорациями увеличивает поток венчурного кэша и еще больше разогревает рынок.
Есть мнение, что оценки техно стартапов все дальше уходят от реальности и начинают напоминать траекторию доткомов. Инвесторы часто имеют очень поверхностное видение рынка и вкладываются в хайповые направления - например, 22% идет в финтех. Многие стартапы цинично пользуются трендом и сосредоточены не на развитии, а на искусственном поднятии своей стоимости за счет все новых и новых раундов привлечения больших денег.
Второй квартал 2021 стал самым успешным для венчурного капитала за всю историю. За шесть месяцев инвесторы уже влили в стартапы $290 млрд - почти столько же, как за весь предыдущий год. Из более чем 7700 заключенных сделок, каждая десятая превысила $100 млн!
Рекордные цифры на этом не кончаются. С начала года цена еще 249 компаний превысила планку в $1 млрд - это уже вдвое больше новых единорогов, чем за весь прошлый год. Технологический индекс Nasdaq вдвое выше чем 5 лет назад, Microsoft и Apple стоят больше двух триллионов каждая.
Удачно совпали несколько факторов: у инвесторов много денег, а запредельные темпы роста стартапов подстегивают страх упустить шанс сверхприбылей. Второй - снижение общих рисков инвестиций: грамотный венчурный фонд приносит гарантированную прибыль в 15-30% годовых. Доля венчурных инвестиций в распределенных портфелях стабильно растет и уже достигает 10-20%.
Свой вклад в рост рынка вносят и крупные компании: в год они потратили более $200 млрд на приобретение стартапов. На них же приходится 23% всех инвестиций. За пять лет число сделок с участием корпоративного венчура удвоилось, а вложения выросли в 5 раз: с $10 млрд до $53 млрд в год.
Корпоративные стартап-программы есть у 80% компаний из списка S&P 500. Они оказалось эффективным инструментом развития: разработки изначально нацелены на интеграцию в главный бизнес, поддержка команды стартапа гораздо дешевле, чем внутренняя разработка. Плюс новички имеют свежий взгляд, креативнее и гораздо свободнее.
Если корпоративный стартап добивается успеха, то это усиливает бренд, открывает новые рынки и аудитории: в погоне за тройным призом компании инвестируют в свои команды больше, чем на том же этапе развития имеют независимые. Конкуренция между корпорациями увеличивает поток венчурного кэша и еще больше разогревает рынок.
Есть мнение, что оценки техно стартапов все дальше уходят от реальности и начинают напоминать траекторию доткомов. Инвесторы часто имеют очень поверхностное видение рынка и вкладываются в хайповые направления - например, 22% идет в финтех. Многие стартапы цинично пользуются трендом и сосредоточены не на развитии, а на искусственном поднятии своей стоимости за счет все новых и новых раундов привлечения больших денег.
❤1
Текущие тренды технологической эволюции
В продолжение венчурной темы: кроме модных приложений и гаджетов, а также странных новинок, о которых никто не просил, стартапы работают в областях и с технологиями, которые действительно оказывают серьезное влияние на мир.
Все больше компаний занимаются развитием голосовых помощников, которые вполне способны заменить реальных людей. В 2013 они могли распознавать 77% произносимых слов, сегодня - 97%. Уже четверть людей в мире используют голос, а не контакт, для общения со своими гаджетами.
С помощью 3D-печати создают одежду, инструменты, мебель, дома, комплектующие, а также ракетные двигатели и даже органы. Аддитивные технологии, по сравнению с обычным производством, требуют меньше инвестиций и гораздо экологичнее. В мире уже 1.5 млн серьезных промышленных 3D-принтеров и области их применения становятся все шире.
Литий-металлические аккумуляторы имеют энерго плотность почти в два раза больше, чем у литий-ионных батарей. Их заряд держится на 80% дольше, они заряжаются гораздо быстрее и держат более 800 циклов. Первые электромобили с такими батареями можно ждать уже в конце года.
Водород является частью карты перехода на возобновляемые источники. Автомобили на водороде выпускают Audi, Toyota, Honda, BMW, Ford и др. Стоимость солнечной и ветровой энергии падает, так что электролиз становится дешевле, а расширение применения водородных элементов позволит убрать до миллиарда тонн лишних выбросов СО2 в год.
В этом году будет выпущено более 300 млн мобильных устройств с поддержкой Wi-Fi 6. Добавленная к двум уже имеющимся, частота 6 ГГц не только ускоряет передачу данных - вместе с 5G они могут поддерживать до 1 млн подключенных устройств на квадратный километр, что уже вполне достаточно для развертывания интернета вещей.
Постоянные утечки персональных данных - часть цифрового мира: текущая модель с миллионами хранилищ в принципе не может гарантировать защиту от кибератак. Data Trusts предлагает любопытный формат - особый фонд, который хранит личные данные и делится ими только по точному указанию, что на порядок снизит число лазеек для утечек.
CaaS - периферийные вычисления, то есть запуск процессов на удаленных серверах и передача результатов на другие гаджеты. Все больше корпоративных данных обрабатываются именно так. Совершенствование машинных алгоритмов позволит оптимизировать распределение вычислений и трафика, что расширит доступность новых услуг.
Pfizer и Moderna выпустили первые массовые матричные РНК вакцины. Если векторные содержали ослабленный штамм вируса, то эти побуждают организм вырабатывать фрагменты белка и тем самым включать иммунную систему. Такие вакцины можно программировать под типы и штаммы вирусов, инфекций и, возможно, даже раковых клеток.
В продолжение венчурной темы: кроме модных приложений и гаджетов, а также странных новинок, о которых никто не просил, стартапы работают в областях и с технологиями, которые действительно оказывают серьезное влияние на мир.
Все больше компаний занимаются развитием голосовых помощников, которые вполне способны заменить реальных людей. В 2013 они могли распознавать 77% произносимых слов, сегодня - 97%. Уже четверть людей в мире используют голос, а не контакт, для общения со своими гаджетами.
С помощью 3D-печати создают одежду, инструменты, мебель, дома, комплектующие, а также ракетные двигатели и даже органы. Аддитивные технологии, по сравнению с обычным производством, требуют меньше инвестиций и гораздо экологичнее. В мире уже 1.5 млн серьезных промышленных 3D-принтеров и области их применения становятся все шире.
Литий-металлические аккумуляторы имеют энерго плотность почти в два раза больше, чем у литий-ионных батарей. Их заряд держится на 80% дольше, они заряжаются гораздо быстрее и держат более 800 циклов. Первые электромобили с такими батареями можно ждать уже в конце года.
Водород является частью карты перехода на возобновляемые источники. Автомобили на водороде выпускают Audi, Toyota, Honda, BMW, Ford и др. Стоимость солнечной и ветровой энергии падает, так что электролиз становится дешевле, а расширение применения водородных элементов позволит убрать до миллиарда тонн лишних выбросов СО2 в год.
В этом году будет выпущено более 300 млн мобильных устройств с поддержкой Wi-Fi 6. Добавленная к двум уже имеющимся, частота 6 ГГц не только ускоряет передачу данных - вместе с 5G они могут поддерживать до 1 млн подключенных устройств на квадратный километр, что уже вполне достаточно для развертывания интернета вещей.
Постоянные утечки персональных данных - часть цифрового мира: текущая модель с миллионами хранилищ в принципе не может гарантировать защиту от кибератак. Data Trusts предлагает любопытный формат - особый фонд, который хранит личные данные и делится ими только по точному указанию, что на порядок снизит число лазеек для утечек.
CaaS - периферийные вычисления, то есть запуск процессов на удаленных серверах и передача результатов на другие гаджеты. Все больше корпоративных данных обрабатываются именно так. Совершенствование машинных алгоритмов позволит оптимизировать распределение вычислений и трафика, что расширит доступность новых услуг.
Pfizer и Moderna выпустили первые массовые матричные РНК вакцины. Если векторные содержали ослабленный штамм вируса, то эти побуждают организм вырабатывать фрагменты белка и тем самым включать иммунную систему. Такие вакцины можно программировать под типы и штаммы вирусов, инфекций и, возможно, даже раковых клеток.
❤1
Противостояние первой и второй экономик мира
США, Европа и Япония обвинили Китай в систематическом кибершпионаже и организации хакерских команд, работающих в интересах Пекина и занимающихся взломами, шантажом, кражей интеллектуальной собственности и криптовалют. Это дипломатическая победа Вашингтона, который давно ищет активных союзников для дружбы против Китая.
Для США Китай становится все более неприятным соперником и угрозой мировому балансу, что на фоне растущих амбиций КНР, стало основой масштабного противостояния. Усиленного тем, что первая и вторая экономика мира тесно связаны мощнейшими торговыми связями и любой удар по экономике Китая часто становится выстрелом в ногу.
Например, введение тарифов на товары из Китая, суммарно увеличило их стоимость на $300 млрд, Ритейлеры повысили цены, в итоге удар пришелся по американским потребителям. Тем временем повышенный спрос в США уже восстановил торговый оборот до состояния, которое было до начала тарифных войн и спада во время пандемии.
Американский бизнес, который рос за счет китайского рынка, вдруг понял, что попал в довольно сильную зависимость от политики Пекина, плюс способствовал возникновению и росту китайских компаний-конкурентов. Сейчас это пытаются исправить точечными санкциями, переводом производств в другие страны юго-восточной Азии, запретом на экспорт передовых технологий и субсидиями на $200 млрд для импортозамещения и развития американских корпораций.
У Китая свои козыри - как один из главных бенефициаров глобализации, он построил на ней мощную экономику, вытащил жителей из хронической бедности и создал один из лучших мировых технологических секторов. Еще благодаря щедрым инвестициям в другие страны, получил политическое влияние, которое в том же АТР уже сравнимо с американским.
При этом Пекин тоже не против самострела - в борьбе за неприкосновенность внутренних баз данных, китайские регуляторы прошлись ковровыми бомбардировками по собственному хайтеку. Один запрет листинга корпораций в США обрушил акции технологического сектора на 10% или на $830 млрд за пару дней.
Также рост китайской экономики в перспективе будет замедляться: с докризисных 6% в год, до умеренных 3-4%. В основном из-за старения населения, больших долгов и замедления роста производительности труда. Политические игры тоже не идут на пользу экономике. И разумеется, он еще долго не может сравнится с США в военной сфере.
Америка и Евросоюз будут постоянно напоминать Китаю про притеснения уйгуров и других этнических и религиозных групп. Еще за Пекином числятся агрессивные территориальные претензии, сокрытие данных о начале пандемии, а теперь и кибершпионаж. Каких-либо предпосылок для ослабления градуса противостояния в будущем пока нет. Что до РФ, то нам это скорее на пользу: экономическому обороту с Китаем в $63 млрд ничего не угрожает. А конкурирующие стороны будут скорее искать хороших отношений, чтобы склонить баланс в свою пользу.
США, Европа и Япония обвинили Китай в систематическом кибершпионаже и организации хакерских команд, работающих в интересах Пекина и занимающихся взломами, шантажом, кражей интеллектуальной собственности и криптовалют. Это дипломатическая победа Вашингтона, который давно ищет активных союзников для дружбы против Китая.
Для США Китай становится все более неприятным соперником и угрозой мировому балансу, что на фоне растущих амбиций КНР, стало основой масштабного противостояния. Усиленного тем, что первая и вторая экономика мира тесно связаны мощнейшими торговыми связями и любой удар по экономике Китая часто становится выстрелом в ногу.
Например, введение тарифов на товары из Китая, суммарно увеличило их стоимость на $300 млрд, Ритейлеры повысили цены, в итоге удар пришелся по американским потребителям. Тем временем повышенный спрос в США уже восстановил торговый оборот до состояния, которое было до начала тарифных войн и спада во время пандемии.
Американский бизнес, который рос за счет китайского рынка, вдруг понял, что попал в довольно сильную зависимость от политики Пекина, плюс способствовал возникновению и росту китайских компаний-конкурентов. Сейчас это пытаются исправить точечными санкциями, переводом производств в другие страны юго-восточной Азии, запретом на экспорт передовых технологий и субсидиями на $200 млрд для импортозамещения и развития американских корпораций.
У Китая свои козыри - как один из главных бенефициаров глобализации, он построил на ней мощную экономику, вытащил жителей из хронической бедности и создал один из лучших мировых технологических секторов. Еще благодаря щедрым инвестициям в другие страны, получил политическое влияние, которое в том же АТР уже сравнимо с американским.
При этом Пекин тоже не против самострела - в борьбе за неприкосновенность внутренних баз данных, китайские регуляторы прошлись ковровыми бомбардировками по собственному хайтеку. Один запрет листинга корпораций в США обрушил акции технологического сектора на 10% или на $830 млрд за пару дней.
Также рост китайской экономики в перспективе будет замедляться: с докризисных 6% в год, до умеренных 3-4%. В основном из-за старения населения, больших долгов и замедления роста производительности труда. Политические игры тоже не идут на пользу экономике. И разумеется, он еще долго не может сравнится с США в военной сфере.
Америка и Евросоюз будут постоянно напоминать Китаю про притеснения уйгуров и других этнических и религиозных групп. Еще за Пекином числятся агрессивные территориальные претензии, сокрытие данных о начале пандемии, а теперь и кибершпионаж. Каких-либо предпосылок для ослабления градуса противостояния в будущем пока нет. Что до РФ, то нам это скорее на пользу: экономическому обороту с Китаем в $63 млрд ничего не угрожает. А конкурирующие стороны будут скорее искать хороших отношений, чтобы склонить баланс в свою пользу.
❤1
Рекламный рынок познакомился с тревожным трендом
Проходящая без зрителей Олимпиада стала одним из главных разочарований для рекламодателей. Спонсоры вложили в мероприятие более $3 млрд и уже многие из них говорят о понесенных убытках. А учитывая неприятие олимпиады у японской аудитории, компании следуют примеру Toyota и отказываются от показов рекламы, связанной с играми.
В остальном рынок рекламы растет лучшими темпами за десятилетие. Расходы на рекламу во втором квартале выросли на 24% и достигли $158 млрд. По итогам года сектор должен превысить $665 млрд, а главным драйвером станет онлайн: совокупные расходы на него выросли на 31%, в основном ростом в e-commerce, соцсетях и поисковиках.
Рекламный рынок в обычных медиа, после потери $63 млрд в прошлом году, не спешит реанимироваться. ТВ рассчитывает на 1% рост в мире (+8% в РФ). Прогноз по радио тоже умеренный (+4% глобально, -2% у нас). Прессу ждет очередное падение на -8% (и нулевая динамика в России).
Стриминговые платформы вытесняют ТВ: в первом полугодии на Netflix со товарищами впервые пришлось больше четверти просмотров в США. Продакт-плейсмент заменяет рекламные паузы, а благодаря технологиям его можно настраивать под аудитории и показывать в одном ролике разные бренды.
Основные доходы с рекламы переместились в интернет - в прошлом году на них пришлось $336 млрд и они впервые обогнали традиционную. Обороты FB и Google, в $86 и $182 млрд соответственно, оставляют старые медиахолдинги далеко позади. Но и здесь свои перемены - главный рост трафика будет в основном приходится на мобильный сегмент.
На смартфоны приходится больше трети сетевого времени и они победили в борьбе за внимание: с десктопов в интернете проводят менее 2 часов в день, с мобильных - больше трех. 90% времени тратится на приложения, в основном игры. А в рекламе предпочитают видео и интерактивные креативы, которые отлично вовлекают и удерживают пользователей.
До недавнего момента казалось, что будущее онлайн рекламы - в дальнейшем развитии алгоритмов programmatic: дикие объемы данных о поведении пользователей позволят делать точечный таргетинг и показывать чуть ли не именную рекламу. И внезапно оказалось, что люди не любят, когда их личная информация свободно гуляет по сети, а отношение к ней хуже чем легкомысленное, оно просто потребительское.
Глобальный тренд на защиту персональных данных только набирает обороты, а рекламодатели уже познакомились с последствиями. Apple первой дала пользователям выбор - и меньше четверти из них согласились делиться своими данными. В ближайшем будущем это станет нормой для всех браузеров и смартфонов. Без слежки за пользователями нельзя таргетировать показы - реклама вскоре вероятно снова станет рандомной. Это не значит что ее будет меньше - но прибыль с клиента, как и цены не нее, однозначно упадут.
Проходящая без зрителей Олимпиада стала одним из главных разочарований для рекламодателей. Спонсоры вложили в мероприятие более $3 млрд и уже многие из них говорят о понесенных убытках. А учитывая неприятие олимпиады у японской аудитории, компании следуют примеру Toyota и отказываются от показов рекламы, связанной с играми.
В остальном рынок рекламы растет лучшими темпами за десятилетие. Расходы на рекламу во втором квартале выросли на 24% и достигли $158 млрд. По итогам года сектор должен превысить $665 млрд, а главным драйвером станет онлайн: совокупные расходы на него выросли на 31%, в основном ростом в e-commerce, соцсетях и поисковиках.
Рекламный рынок в обычных медиа, после потери $63 млрд в прошлом году, не спешит реанимироваться. ТВ рассчитывает на 1% рост в мире (+8% в РФ). Прогноз по радио тоже умеренный (+4% глобально, -2% у нас). Прессу ждет очередное падение на -8% (и нулевая динамика в России).
Стриминговые платформы вытесняют ТВ: в первом полугодии на Netflix со товарищами впервые пришлось больше четверти просмотров в США. Продакт-плейсмент заменяет рекламные паузы, а благодаря технологиям его можно настраивать под аудитории и показывать в одном ролике разные бренды.
Основные доходы с рекламы переместились в интернет - в прошлом году на них пришлось $336 млрд и они впервые обогнали традиционную. Обороты FB и Google, в $86 и $182 млрд соответственно, оставляют старые медиахолдинги далеко позади. Но и здесь свои перемены - главный рост трафика будет в основном приходится на мобильный сегмент.
На смартфоны приходится больше трети сетевого времени и они победили в борьбе за внимание: с десктопов в интернете проводят менее 2 часов в день, с мобильных - больше трех. 90% времени тратится на приложения, в основном игры. А в рекламе предпочитают видео и интерактивные креативы, которые отлично вовлекают и удерживают пользователей.
До недавнего момента казалось, что будущее онлайн рекламы - в дальнейшем развитии алгоритмов programmatic: дикие объемы данных о поведении пользователей позволят делать точечный таргетинг и показывать чуть ли не именную рекламу. И внезапно оказалось, что люди не любят, когда их личная информация свободно гуляет по сети, а отношение к ней хуже чем легкомысленное, оно просто потребительское.
Глобальный тренд на защиту персональных данных только набирает обороты, а рекламодатели уже познакомились с последствиями. Apple первой дала пользователям выбор - и меньше четверти из них согласились делиться своими данными. В ближайшем будущем это станет нормой для всех браузеров и смартфонов. Без слежки за пользователями нельзя таргетировать показы - реклама вскоре вероятно снова станет рандомной. Это не значит что ее будет меньше - но прибыль с клиента, как и цены не нее, однозначно упадут.
❤1
У науки есть проблемы поважнее борьбы с вирусом
Мы привыкли воспринимать современную науку как должное - кто-то изобретает электричество, машины, ракеты, телефоны, компьютеры, роботов и прочее. Что поделать, у них работа такая. На практике, в мире исследований и разработок хватает своих проблем и подводных камней.
60 лет назад глобальные расходы на R&D составляли $12 млрд, в этом году они превысят $2.4 трлн. Большая часть из которых приходится на США ($657 млрд) и стремительно нагоняющий Китай ($526 млрд). Входящие в пятерку Япония, Германия и Южная Корея расходуют в разы меньше. Даже РФ со скромными $44 млрд входит в топ-10, а 80% стран мира вообще направляют в свою науку менее 1% ВВП.
За пять последних лет научное финансирование увеличилось на 20%, а число ученых выросло на 14%. В лидирующей Корее из 10 тыс. работающих уже 159 заняты в R&D. Увы, мы не в тренде: Россия по затратам на одного ученого на 44-м месте и расходы на науку стабильно снижаются.
Пандемия прервала многие проекты и сократила общение, но расходы на исследования продолжают расти. Неспособность научного сообщества справится с простым вирусом вызвало серьезное общественно разочарование, но для людей в теме отнюдь не стало сюрпризом. Так что будет не лишним упомянуть структурные проблемы сектора.
Научная сфера не такая прозрачная, как все думают: 70% результатов находятся в закрытом доступе, международные команды и проекты не столь уж частое явление, а самые вкусные исследования правительства предпочитают держать при себе. Наиболее инновационные продукты приходятся не на ученые институты, а на небольшие коллективы и компании.
Корень зла - в сложившейся системе финансирования науки через гос и частные гранты, число которых ограничено и достается в среднем одному из пяти соискателей. Все это ведет к нездоровому градусу конкуренции. Университетская среда с самого начала ученой карьеры дает старт гонке за славой, наградами, должностями, публикациями и лекциями, а точнее - за выживанием и следованию интересам спонсора.
Метрика продуктивности ученых или школ включает число публикаций - но погоня за количеством серьезно вредит качеству исследований. Ожидание, что наука сама движется от ложных убеждений к истине, некорректна для большинства областей, включая медицину, биологию, экономику, физику, климатологию и т.д. - результаты многих опубликованных исследований позже просто не воспроизводятся.
При этом одно неверное исследование становится источником для работ, изначально исходящих из ложных предпосылок. Часть которых являются следствием спешки, небрежности или подгонки результатов авторами. А другие - следствием умышленной игры против конкурентов. Да, наука объективна, а вот ученые, к сожалению, нет.
Растерянность науки перед лицом пандемии понятна, если ты воспитан работать с предельной осторожностью, в условиях шаткого финансирования и недоверия к коллегам. Как и то, почему корпорации постоянно жалуются на нехватку хороших специалистов, не умеющих добиваться результатов. Они просто вышли из среды, где приоритеты совсем другие.
Естественно эти проблемы очевидны и давно обсуждаются. Дефицит специалистов в науке, технике, инженерии и математике вынуждает искать все новые инструменты исправления ситуации. Но если даже в условиях, далеких от идеала, наука все равно строит магическо-технологический прогресс, то смена модели в пользу команд и проектов, а не именитых и эгоистичных исследователей, дает позитивный сигнал для нашего общего будущего.
Мы привыкли воспринимать современную науку как должное - кто-то изобретает электричество, машины, ракеты, телефоны, компьютеры, роботов и прочее. Что поделать, у них работа такая. На практике, в мире исследований и разработок хватает своих проблем и подводных камней.
60 лет назад глобальные расходы на R&D составляли $12 млрд, в этом году они превысят $2.4 трлн. Большая часть из которых приходится на США ($657 млрд) и стремительно нагоняющий Китай ($526 млрд). Входящие в пятерку Япония, Германия и Южная Корея расходуют в разы меньше. Даже РФ со скромными $44 млрд входит в топ-10, а 80% стран мира вообще направляют в свою науку менее 1% ВВП.
За пять последних лет научное финансирование увеличилось на 20%, а число ученых выросло на 14%. В лидирующей Корее из 10 тыс. работающих уже 159 заняты в R&D. Увы, мы не в тренде: Россия по затратам на одного ученого на 44-м месте и расходы на науку стабильно снижаются.
Пандемия прервала многие проекты и сократила общение, но расходы на исследования продолжают расти. Неспособность научного сообщества справится с простым вирусом вызвало серьезное общественно разочарование, но для людей в теме отнюдь не стало сюрпризом. Так что будет не лишним упомянуть структурные проблемы сектора.
Научная сфера не такая прозрачная, как все думают: 70% результатов находятся в закрытом доступе, международные команды и проекты не столь уж частое явление, а самые вкусные исследования правительства предпочитают держать при себе. Наиболее инновационные продукты приходятся не на ученые институты, а на небольшие коллективы и компании.
Корень зла - в сложившейся системе финансирования науки через гос и частные гранты, число которых ограничено и достается в среднем одному из пяти соискателей. Все это ведет к нездоровому градусу конкуренции. Университетская среда с самого начала ученой карьеры дает старт гонке за славой, наградами, должностями, публикациями и лекциями, а точнее - за выживанием и следованию интересам спонсора.
Метрика продуктивности ученых или школ включает число публикаций - но погоня за количеством серьезно вредит качеству исследований. Ожидание, что наука сама движется от ложных убеждений к истине, некорректна для большинства областей, включая медицину, биологию, экономику, физику, климатологию и т.д. - результаты многих опубликованных исследований позже просто не воспроизводятся.
При этом одно неверное исследование становится источником для работ, изначально исходящих из ложных предпосылок. Часть которых являются следствием спешки, небрежности или подгонки результатов авторами. А другие - следствием умышленной игры против конкурентов. Да, наука объективна, а вот ученые, к сожалению, нет.
Растерянность науки перед лицом пандемии понятна, если ты воспитан работать с предельной осторожностью, в условиях шаткого финансирования и недоверия к коллегам. Как и то, почему корпорации постоянно жалуются на нехватку хороших специалистов, не умеющих добиваться результатов. Они просто вышли из среды, где приоритеты совсем другие.
Естественно эти проблемы очевидны и давно обсуждаются. Дефицит специалистов в науке, технике, инженерии и математике вынуждает искать все новые инструменты исправления ситуации. Но если даже в условиях, далеких от идеала, наука все равно строит магическо-технологический прогресс, то смена модели в пользу команд и проектов, а не именитых и эгоистичных исследователей, дает позитивный сигнал для нашего общего будущего.
Быстрая экскурсия по инфраструктуре мировой сети
Где находится интернет, кто им владеет, как я попадаю на сайты, есть ли у него кнопка выкл? Все уже относятся к онлайну как к данности, а между тем это сложнейшая система, включающая 20 млрд устройств и 5 млрд пользователей и без которой просто немыслим современный мир.
Начнем с того, что физически интернет в основном хранится в огромных центрах обработки данных (ЦОДах) по всему миру. Серверы и клиенты связаны сетью магистральных и локальных кабелей через узлы маршрутизаторов, работающих по единым протоколам. Все это добро совокупно потребляет более 1% мировой энергии а на вершине пирамиды - дюжина операторов 1 уровня, вроде CenturyLink, NTT, AT&T и др.
Ни один человек или организация не контролируют интернет целиком, хотя многие люди, компании и правительства владеют некоторыми частями. Так как сеть - американское изобретение, то компании из США до сих пор сохраняют контроль над большей частью инфраструктуры. Из 1200 ЦОДов половина приходится на Amazon, Microsoft и Google. Крупнейшие и старейшие операторы также американские.
Сеть не имеет единого центра управления - более того, избыточность каналов и умная маршрутизация создают массу путей для данных и позволяют гонять их максимально быстро. У мировых и местных операторов свои сети, которые переплетаются и пересекаются в узлах обмена трафиком.
В США находятся корневые DNS-сервера, с данными о сетевых адресах и штаб-квартира ICANN - регистратора всех доменов. Хотя это ключевые элементы интернета, но это не значит, что американцы все решают: у серверов масса зеркал по всему миру, в том числе в РФ, а ICANN находится под международным контролем. В теории, через ICANN можно отключать от сети регионы и страны - временно или навсегда. В реальности на красную кнопку пока не нажимали.
Инфраструктура интернета состоит из безумного числа соединений, которые многократно дублируются. Но все же есть узлы, удар по которым вполне чувствителен. Например CDN, отвечающие за доставку контента: локальное отключение электричества может вырубить доступ к сегментам сети - в Англии так в июне отключили Amazon, PayPal, Spotify и др.
Огромная нагрузка лежит на маршрутизаторах: от домашних роутеров до чудовищ от Huawei, рассылающих по 30 млрд пакетов в секунду. Но здесь все схвачено - если узел перегружен или обесточен, файлы автоматически найдут другой путь. Даже если повредить крупный центр или кабель, интернет замедлится, но не отключится полностью.
Самая масштабная часть инфраструктуры - подводные и подземные кабели. Сплетенные в пучки нити оптических волокон, собранных в еще более и более толстые связки и покрытые армированной изоляцией. Главных линий в мире более 400, суммарной длиной 1.3 млн км. - через них со скоростью света проходит 98% всего трафика.
На американские компании все еще приходится более половины кабельной системы. Хотя она является частной, но доступ к инфраструктуре есть у всех (если не вмешивается геополитика). Замена проводов спутниками пока не грозит - крупнейшая сеть Илона Маска из 1800 аппаратов Starlink слишком дорогая, капризная и при многомиллиардных инвестициях в ближайший год едва наберет 500 тыс. клиентов.
В целом интернет сделан так, что поломать его можно только локально и только на время. Из неблагоприятных прогнозов есть вариант консолидации, когда одна страна при желании может блокировать 90% сети (не будем тыкать в США пальцем, этот вопрос уже решается). Противоположная крайность - фрагментация. Дублировать Великий китайский файервол на все страны и сидеть в своих песочницах. Здесь мировая сеть тоже так просто не сдастся - построить чебурнет, не угробив экономику - задача запредельной сложности.
Где находится интернет, кто им владеет, как я попадаю на сайты, есть ли у него кнопка выкл? Все уже относятся к онлайну как к данности, а между тем это сложнейшая система, включающая 20 млрд устройств и 5 млрд пользователей и без которой просто немыслим современный мир.
Начнем с того, что физически интернет в основном хранится в огромных центрах обработки данных (ЦОДах) по всему миру. Серверы и клиенты связаны сетью магистральных и локальных кабелей через узлы маршрутизаторов, работающих по единым протоколам. Все это добро совокупно потребляет более 1% мировой энергии а на вершине пирамиды - дюжина операторов 1 уровня, вроде CenturyLink, NTT, AT&T и др.
Ни один человек или организация не контролируют интернет целиком, хотя многие люди, компании и правительства владеют некоторыми частями. Так как сеть - американское изобретение, то компании из США до сих пор сохраняют контроль над большей частью инфраструктуры. Из 1200 ЦОДов половина приходится на Amazon, Microsoft и Google. Крупнейшие и старейшие операторы также американские.
Сеть не имеет единого центра управления - более того, избыточность каналов и умная маршрутизация создают массу путей для данных и позволяют гонять их максимально быстро. У мировых и местных операторов свои сети, которые переплетаются и пересекаются в узлах обмена трафиком.
В США находятся корневые DNS-сервера, с данными о сетевых адресах и штаб-квартира ICANN - регистратора всех доменов. Хотя это ключевые элементы интернета, но это не значит, что американцы все решают: у серверов масса зеркал по всему миру, в том числе в РФ, а ICANN находится под международным контролем. В теории, через ICANN можно отключать от сети регионы и страны - временно или навсегда. В реальности на красную кнопку пока не нажимали.
Инфраструктура интернета состоит из безумного числа соединений, которые многократно дублируются. Но все же есть узлы, удар по которым вполне чувствителен. Например CDN, отвечающие за доставку контента: локальное отключение электричества может вырубить доступ к сегментам сети - в Англии так в июне отключили Amazon, PayPal, Spotify и др.
Огромная нагрузка лежит на маршрутизаторах: от домашних роутеров до чудовищ от Huawei, рассылающих по 30 млрд пакетов в секунду. Но здесь все схвачено - если узел перегружен или обесточен, файлы автоматически найдут другой путь. Даже если повредить крупный центр или кабель, интернет замедлится, но не отключится полностью.
Самая масштабная часть инфраструктуры - подводные и подземные кабели. Сплетенные в пучки нити оптических волокон, собранных в еще более и более толстые связки и покрытые армированной изоляцией. Главных линий в мире более 400, суммарной длиной 1.3 млн км. - через них со скоростью света проходит 98% всего трафика.
На американские компании все еще приходится более половины кабельной системы. Хотя она является частной, но доступ к инфраструктуре есть у всех (если не вмешивается геополитика). Замена проводов спутниками пока не грозит - крупнейшая сеть Илона Маска из 1800 аппаратов Starlink слишком дорогая, капризная и при многомиллиардных инвестициях в ближайший год едва наберет 500 тыс. клиентов.
В целом интернет сделан так, что поломать его можно только локально и только на время. Из неблагоприятных прогнозов есть вариант консолидации, когда одна страна при желании может блокировать 90% сети (не будем тыкать в США пальцем, этот вопрос уже решается). Противоположная крайность - фрагментация. Дублировать Великий китайский файервол на все страны и сидеть в своих песочницах. Здесь мировая сеть тоже так просто не сдастся - построить чебурнет, не угробив экономику - задача запредельной сложности.
❤1
Фондовые рынки оценили итоги второго квартала
Неделя квартальных отчетов компаний, представляющих треть индекса S&P500, оставила смешанные впечатления. На отличные цифры, особенно в техно секторе, фондовый рынок отреагировал сдержанно - акции не подорожали, а местами даже упали, и основные индексы закончили неделю в минусе.
Перед тем как разбираться, в чем причина такой реакции рынков, посмотрим на главных биржевых игроков: трейдеров и инвесторов. Первые зарабатывают спекуляциями на разнице цен покупки и продажи: через анализ трендов и новостей они пытаются угадать краткосрочные движения котировок акций для быстрых сделок в течение одного дня.
Инвесторы формируют портфель ценных бумаг на базе долгосрочных ожиданий, доход получают от роста их цен и получаемых дивидендов. При выборе акций учитывают фундаментальные экономические факторы, ситуацию в секторе, конкурентов, корпоративные новости и пр. Впрочем инвесторы тоже могут провести быстрые операции, если нужно срочно зафиксировать прибыль.
Парад отчетов принес блестящие результаты: техно гиганты на пике роста и показывают рекордную выручку. Более того, все факторы в пользу того, что у большинства из них развитие продолжится. Но дело в том, что все это знали и до выхода отчетов - позитивные новости уже давно заложены в котировки акций. Инвесторы не спешат докупать бумаги на и так очевидно перегретом рынке.
Более важными, чем рекорды второго квартала, для рынка стали сигналы о том, что в третьем рост явно замедлится. Поскольку трейдерам все равно на чем зарабатывать, на росте или падении, то даже намека на снижения темпов у Amazon уже хватило, чтобы опустить его акции. Таковы парадоксы биржевой торговли - ничего плохого вроде не случилось, но рынок явно желает прогуляться вниз.
Дополнительный риск в том, что влияние FAAMG стабильно растет и достигло почти четверти капитализации всего списка S&P 500. Поэтому при падении акций у FB и Amazon, S&P 500 упал на 0.4%, Nasdaq - на 1%. Впрочем, хотя биржевые игроки в ожидании начала коррекции, больших падений ждать не стоит - лишних денег много, движение вниз быстро выкупают.
США, судя по всему, действительно проходят пик своего восстановления и рынок акций уже отметил это ростом S&P 500 на 17% c начала года. Но Европа и развивающиеся рынки отстают от американцев во времени на 1-2 квартала, то есть можно ждать перетекания денег на фондовые рынки регионов, где восстановление только набирает ход.
Это точно будет не Китай - от поведения акций местных компаний инвесторы в последнее время в ужасе. Регуляторы из Пекина превзошли самих себя - они щемят собственный техно сектор с начала года, в июле добрались до сервисов доставки и просто пристрелили сферу доп. образования. Есть шансы, что на этом еще всё не кончилось.
На российском рынке новости наоборот хорошие: он далек от перегрева, большинство экспортеров показывают отличные результаты на фоне высоких цен на сырье и слабого рубля. Очень хорошие отчеты пришли от Яндекса и Сбера. И не смотря на печальную общую ситуацию в экономике РФ, для фондового рынка наступает скорее благоприятный период.
Неделя квартальных отчетов компаний, представляющих треть индекса S&P500, оставила смешанные впечатления. На отличные цифры, особенно в техно секторе, фондовый рынок отреагировал сдержанно - акции не подорожали, а местами даже упали, и основные индексы закончили неделю в минусе.
Перед тем как разбираться, в чем причина такой реакции рынков, посмотрим на главных биржевых игроков: трейдеров и инвесторов. Первые зарабатывают спекуляциями на разнице цен покупки и продажи: через анализ трендов и новостей они пытаются угадать краткосрочные движения котировок акций для быстрых сделок в течение одного дня.
Инвесторы формируют портфель ценных бумаг на базе долгосрочных ожиданий, доход получают от роста их цен и получаемых дивидендов. При выборе акций учитывают фундаментальные экономические факторы, ситуацию в секторе, конкурентов, корпоративные новости и пр. Впрочем инвесторы тоже могут провести быстрые операции, если нужно срочно зафиксировать прибыль.
Парад отчетов принес блестящие результаты: техно гиганты на пике роста и показывают рекордную выручку. Более того, все факторы в пользу того, что у большинства из них развитие продолжится. Но дело в том, что все это знали и до выхода отчетов - позитивные новости уже давно заложены в котировки акций. Инвесторы не спешат докупать бумаги на и так очевидно перегретом рынке.
Более важными, чем рекорды второго квартала, для рынка стали сигналы о том, что в третьем рост явно замедлится. Поскольку трейдерам все равно на чем зарабатывать, на росте или падении, то даже намека на снижения темпов у Amazon уже хватило, чтобы опустить его акции. Таковы парадоксы биржевой торговли - ничего плохого вроде не случилось, но рынок явно желает прогуляться вниз.
Дополнительный риск в том, что влияние FAAMG стабильно растет и достигло почти четверти капитализации всего списка S&P 500. Поэтому при падении акций у FB и Amazon, S&P 500 упал на 0.4%, Nasdaq - на 1%. Впрочем, хотя биржевые игроки в ожидании начала коррекции, больших падений ждать не стоит - лишних денег много, движение вниз быстро выкупают.
США, судя по всему, действительно проходят пик своего восстановления и рынок акций уже отметил это ростом S&P 500 на 17% c начала года. Но Европа и развивающиеся рынки отстают от американцев во времени на 1-2 квартала, то есть можно ждать перетекания денег на фондовые рынки регионов, где восстановление только набирает ход.
Это точно будет не Китай - от поведения акций местных компаний инвесторы в последнее время в ужасе. Регуляторы из Пекина превзошли самих себя - они щемят собственный техно сектор с начала года, в июле добрались до сервисов доставки и просто пристрелили сферу доп. образования. Есть шансы, что на этом еще всё не кончилось.
На российском рынке новости наоборот хорошие: он далек от перегрева, большинство экспортеров показывают отличные результаты на фоне высоких цен на сырье и слабого рубля. Очень хорошие отчеты пришли от Яндекса и Сбера. И не смотря на печальную общую ситуацию в экономике РФ, для фондового рынка наступает скорее благоприятный период.
Рынок произведений искусства для элит и не только
Пандемия негативно отразилась на арт-рынке: искусство и антиквариат относятся к предметам далеким от первой необходимости. Мировые продажи в прошлом году упали на 22% и составили всего $50 млрд. Но тяга к прекрасному у людей не пропала и рынок быстро восстанавливается.
Приобретение произведений искусства сохраняет имидж элитарности и выводит участников на новый статусный уровень. Арт рынок включает не только живопись, это антиквариат, скульптуры, монеты, часы и прочие предметы для коллекций. Перед кризисом 42% рынка приходилось на США и еще по 20% на Великобританию и Китай.
Главные игроки - это 300 тыс. дилеров и частных галерей, которые формируют предложение. И 14 тыс. аукционных домов, которые благодаря медиа стали самой известной частью арт-бизнеса, смесью высокой культуры, драматичных шоу и рекордных цен. В реальности 95% лотов стоят менее $50 тыс. На предметы дороже 1 млн приходится всего 1% оборота (и 55% выручки).
Манхэттен - центр рынка США и мира в целом. Но тон задают старые европейские аукционные дома: на Sotheby's и Christie's приходится 46% продаж. Притоки предметов искусства обычно связаны с историческими кризисами. Революция во Франции в 18-м и закат аристократии в 19-м веке, конец Российской империи и разгром Третьего рейха в 20-м - все это приводило к распродажам наследных (или награбленных) коллекций.
Если раньше ведущими на арт рынке были искусствоведы, то сейчас это чистый маркетинг - особенно в том, что касается современного искусства. В 2017 Christie's провел эпическую рекламную кампанию по всему миру, прославляющую гений Да Винчи и единственную его картину в частном владении. На аукционе в Нью-Йорке торги за "Спасителя мира" Леонардо выиграл арабский принц, заплатив рекордные $450 млн.
Общее состояние рынка отслеживает индекс Art 100, куда входят 100 признанных художников всех областей и стилей. Хотя цены обновляются не в реальном времени, а по итогам аукционов, это позволяет страховым компаниям оценивать музейные и частные коллекции.
Инвестиции в искусство - в основном удел элит: работы признанных мастеров не теряют свою ценность и, хотя и не быстро, но дорожают. Пусть шедевры не слишком ликвидны, плюс расходы на хранение, комиссии, налоги, экспертизу и страхование, но обладание ими делает людей счастливыми.
Микро инвесторы могут войти в художественные фонды, которые продают доли в имеющихся у них произведениях искусства. Есть еще быстрорастущий рынок NFT - уникальных цифровых объектов. Их средняя цена в районе $1000 и с начала года продажи уже превысили $500 млн. Но вот честно - понимания перспектив NFT нет ни у кого.
Несмотря на ажиотажный мировой спрос с начала 2000-х на русское и советское изобразительное искусство, в РФ арт рынок практически незаметен. Россия обладает одним из лучших в мире музейных художественных фондов, но частный сектор коллекционеров только начал робко формироваться, испытывая нехватку как продавцов, так и покупателей.
Пандемия негативно отразилась на арт-рынке: искусство и антиквариат относятся к предметам далеким от первой необходимости. Мировые продажи в прошлом году упали на 22% и составили всего $50 млрд. Но тяга к прекрасному у людей не пропала и рынок быстро восстанавливается.
Приобретение произведений искусства сохраняет имидж элитарности и выводит участников на новый статусный уровень. Арт рынок включает не только живопись, это антиквариат, скульптуры, монеты, часы и прочие предметы для коллекций. Перед кризисом 42% рынка приходилось на США и еще по 20% на Великобританию и Китай.
Главные игроки - это 300 тыс. дилеров и частных галерей, которые формируют предложение. И 14 тыс. аукционных домов, которые благодаря медиа стали самой известной частью арт-бизнеса, смесью высокой культуры, драматичных шоу и рекордных цен. В реальности 95% лотов стоят менее $50 тыс. На предметы дороже 1 млн приходится всего 1% оборота (и 55% выручки).
Манхэттен - центр рынка США и мира в целом. Но тон задают старые европейские аукционные дома: на Sotheby's и Christie's приходится 46% продаж. Притоки предметов искусства обычно связаны с историческими кризисами. Революция во Франции в 18-м и закат аристократии в 19-м веке, конец Российской империи и разгром Третьего рейха в 20-м - все это приводило к распродажам наследных (или награбленных) коллекций.
Если раньше ведущими на арт рынке были искусствоведы, то сейчас это чистый маркетинг - особенно в том, что касается современного искусства. В 2017 Christie's провел эпическую рекламную кампанию по всему миру, прославляющую гений Да Винчи и единственную его картину в частном владении. На аукционе в Нью-Йорке торги за "Спасителя мира" Леонардо выиграл арабский принц, заплатив рекордные $450 млн.
Общее состояние рынка отслеживает индекс Art 100, куда входят 100 признанных художников всех областей и стилей. Хотя цены обновляются не в реальном времени, а по итогам аукционов, это позволяет страховым компаниям оценивать музейные и частные коллекции.
Инвестиции в искусство - в основном удел элит: работы признанных мастеров не теряют свою ценность и, хотя и не быстро, но дорожают. Пусть шедевры не слишком ликвидны, плюс расходы на хранение, комиссии, налоги, экспертизу и страхование, но обладание ими делает людей счастливыми.
Микро инвесторы могут войти в художественные фонды, которые продают доли в имеющихся у них произведениях искусства. Есть еще быстрорастущий рынок NFT - уникальных цифровых объектов. Их средняя цена в районе $1000 и с начала года продажи уже превысили $500 млн. Но вот честно - понимания перспектив NFT нет ни у кого.
Несмотря на ажиотажный мировой спрос с начала 2000-х на русское и советское изобразительное искусство, в РФ арт рынок практически незаметен. Россия обладает одним из лучших в мире музейных художественных фондов, но частный сектор коллекционеров только начал робко формироваться, испытывая нехватку как продавцов, так и покупателей.
Британия вышла из локдауна и ударилась об реальность
В июле Великобритания пошла на радикальный шаг - взяла и отменила все ограничения, введенные во время пандемии. До этого 66 млн британцев трижды уходили в локдауны, одни из самых длинных в мире. Терпение на острове явно кончилось и даже приход дельта варианта их больше не пугает.
При одном из самых высоких уровней вакцинации (один укол получили 87% взрослых), план по выработке коллективного иммунитета очевидно не сработал. Сами британцы полностью разочарованы в ответе правительства и считают что дальше так жить нельзя и пора возвращаться к прежней жизни.
С этим есть проблема, на фоне событий все как-то подзабыли о пятилетней эпопее Brexit и том, что в мае включились новые правила отношений с ЕС. За 47 лет остров выстроил мощные экономические связи с континентом. И сейчас их проверят на прочность визовый режим и таможенный контроль.
С самого 1973 года заносчивые англичане косо смотрели на влияние Брюсселя. А простые обыватели бухтели про наплыв мигрантов. Референдум был эмоциональной реакцией и никто не ожидал что 52% проголосуют за. А тем более, что выход из ЕС действительно придется оформлять, а все экономические связи буквально резать по живому.
Кстати, в ЕС выходку англичан встретили прохладно, но без драматизма. Хотя она была второй по величине экономикой, финансовым центром и ядерной державой, а ее уход создал довольно много технических и идеологических проблем. Но в целом островитян не особо любили, они должны выплатить неустойку в $56 млрд, да и евроскептики стали потише.
В таких условиях экономике UK предстоит восстанавливаться после сильнейшей за 300 лет рецессии. За прошлый год их ВВП упал сильнее всех в G7, на 9.9%. И в отличие от всех остальных, новый рост пока не спешит. Кстати, мечта идиота все же сбылась - более миллиона иностранцев покинули страну, что создало острейший за 20 лет дефицит кадров.
30% ВВП Великобритании формирует экспорт. Сейчас в силу вступили 1400 новых барьеров с ее главным торговым партнером, в результате, несмотря на мировой подъем, доля UK в импорте ЕС ниже докризисной. Второй серьезно потерпевший - финансовый сектор, на который приходится 7% ВВП. Если раньше половина торговли акциями ЕС шла в Лондоне, то сейчас его доля - меньше 20%.
Следует помнить, что хотя меры стимуляции компенсировали до 80% зарплат и поддержали потерявших работу англичан, это увеличило объем государственных заимствований в пять раз, а госдолг достиг почти 100% ВВП. Отказ от локдаунов означает не возвращение старой доброй Англии, а неприятное столкновение с пачкой новых проблем.
В июле Великобритания пошла на радикальный шаг - взяла и отменила все ограничения, введенные во время пандемии. До этого 66 млн британцев трижды уходили в локдауны, одни из самых длинных в мире. Терпение на острове явно кончилось и даже приход дельта варианта их больше не пугает.
При одном из самых высоких уровней вакцинации (один укол получили 87% взрослых), план по выработке коллективного иммунитета очевидно не сработал. Сами британцы полностью разочарованы в ответе правительства и считают что дальше так жить нельзя и пора возвращаться к прежней жизни.
С этим есть проблема, на фоне событий все как-то подзабыли о пятилетней эпопее Brexit и том, что в мае включились новые правила отношений с ЕС. За 47 лет остров выстроил мощные экономические связи с континентом. И сейчас их проверят на прочность визовый режим и таможенный контроль.
С самого 1973 года заносчивые англичане косо смотрели на влияние Брюсселя. А простые обыватели бухтели про наплыв мигрантов. Референдум был эмоциональной реакцией и никто не ожидал что 52% проголосуют за. А тем более, что выход из ЕС действительно придется оформлять, а все экономические связи буквально резать по живому.
Кстати, в ЕС выходку англичан встретили прохладно, но без драматизма. Хотя она была второй по величине экономикой, финансовым центром и ядерной державой, а ее уход создал довольно много технических и идеологических проблем. Но в целом островитян не особо любили, они должны выплатить неустойку в $56 млрд, да и евроскептики стали потише.
В таких условиях экономике UK предстоит восстанавливаться после сильнейшей за 300 лет рецессии. За прошлый год их ВВП упал сильнее всех в G7, на 9.9%. И в отличие от всех остальных, новый рост пока не спешит. Кстати, мечта идиота все же сбылась - более миллиона иностранцев покинули страну, что создало острейший за 20 лет дефицит кадров.
30% ВВП Великобритании формирует экспорт. Сейчас в силу вступили 1400 новых барьеров с ее главным торговым партнером, в результате, несмотря на мировой подъем, доля UK в импорте ЕС ниже докризисной. Второй серьезно потерпевший - финансовый сектор, на который приходится 7% ВВП. Если раньше половина торговли акциями ЕС шла в Лондоне, то сейчас его доля - меньше 20%.
Следует помнить, что хотя меры стимуляции компенсировали до 80% зарплат и поддержали потерявших работу англичан, это увеличило объем государственных заимствований в пять раз, а госдолг достиг почти 100% ВВП. Отказ от локдаунов означает не возвращение старой доброй Англии, а неприятное столкновение с пачкой новых проблем.
❤1
Дорогие читатели! Если вам интересно узнать что-то про определенные события или тренды в мировой экономике - просто оставляйте свои заявки в комментариях. Я обязательно сделаю пост или хотя бы отвечу в треде.
С уважением, ваш скромный автор и аналитик А. Е.
С уважением, ваш скромный автор и аналитик А. Е.
❤1