Это смешно

Стырила у Рабкина.

​​Поиск образцовой белой рубашки — такой чтобы и в пир, и в мир — привел меня к Bourrienne Paris X — совсем молодому французскому монобренду с немного любопытной историей создания. Основатель, Шарль Бегбедер, бизнесмен, брат писателя Фредерика Бегбедера, несколько лет назад купил большой красоты отель Hôtel de Bourrienne — место с богатым прошлым и с французской интеллигенцией в виде постояльцев — и превратил его в ресторан. Эти самые гости, от Наполеона Бонапарта, Франсуа Рене де Шатобриана и до Виктора Гюго, проводившие вечера в лобби отеля в дебатах, неизменно одетые в белые рубашки, и послужили вдохновением для создания бренда. Шарль доверил работу на маркой дизайнеру Сесиль Фушер. То есть, состоявшийся предприниматель, уже совсем не юного возраста ( 55 лет), решает вот так запустить бренд исключительно с белыми рубашками — представить такое сложно и возможно, наверное, только во Франции.


Bourrienne предлагает на выбор мужчинам и женщинам 8 моделей одинаково белоснежных, но разных в деталях сорочек, созданных на основе винтажных экземпляров. Самая навороченная и дорогая модель (440 евро) — из нормандского льна, с воротником стойкой, вручную созданной плиссированной вставкой на груди, сборками у манжета и с перламутровыми пуговицами — выглядит более чем достойно, а ощущается, наверное, еще лучше. Мне же больше всего понравилась вариация попроще и с романтичным названием POÈTE (210 евро) — сделана из поплина, имеет маленький, прямо-таки минималистичный воротник, фигурные складки на рукавах у планки, закругленные манжеты и небольшая вставка с вышитыми римскими цифрами.

Fashion общественность отмечает в этом году 25-летие Supreme. По этому поводу отличная, очень обстоятельная, хоть и слегка затянутая статья в GQ. Из которой выстраивается внятная картинка, очень точно проясняющая не только историю, но и причины успеха и как говорили советские журналисты « творческого долголетия». А главное, поразительно, насколько все это применимо сегодня. Главный вывод: “Supreme created the world that the entire fashion industry lives in today”. Так что, советую не лениться, прочитать до конца. И кстати, отличное пособие по fashion журналистике - как брать интервью и как его использовать в тексте, ну и вообще как эти самые тексты писать.
https://www.gq.com/story/inside-supreme

Паша Осовцов, один из немногих и нечастых авторов про мужскую моду, которого я читаю еще с бородатых времен, в колонке для Москвич Mag рассказывает о том, как устроена тяжелая жизнь московских концепт-сторов в наше непростое время:

«Если говорить о небольших независимых магазинах, владельцы которых бегают по шоурумам на неделях моды, заказывают товар, затем cвоими руками продают одежду в торговом зале, а по выходным встречают гостей на мероприятиях, то вот имена героев: DAD, Project 3.14, SV Moscow, Belief; все они пережили последние тяжелые пять лет и по-прежнему дают москвичам возможность покупать хорошую одежду в родном городе».

А еще у Паши есть свой маленький канал (@osovtsovgovorit), который я советую, потому что мне он просто нравится и вам, думаю, понравится тоже.

https://moskvichmag.ru/moskva-stala-po-nastoyashhemu-modnym-gorodom-nesmotrya-na-krizisy-i-sanktsii/

Все так и есть ⬇️

На Highsnobiety как всегда отличная колонка Евгения Рабкина. Называется How Luxury Fashion Was reduced to Logomania.

Кто знает, тот поймет. Заголовок отсылает к прекраснейшей книге Даны Томас Deluxe: How Luxury Lost Its Luster, изданной больше 10 лет назад. Ее главная мысль была в том, что люкс переориентировался на массовый вкус, растеряв по дороге навыки старого ремесла, предавая таким образом свою историю и своих старых клиентов. Ее тогда обвинили в снобизме. Абсолютно незаслуженно, на мой взгляд!
Рабкин же пишет о том, что сегодня люкс все чаще говорит не об эксклюзивности, а об инклюзивности. Притом что еще совсем недавно люкс и эксклюзивность все же были почти синонимами. (тут можно поспорить - это все-таки, было уже довольно давно, увы!). Рабкин вспоминает всю историю с продажей лицензий в 60-80-е, затем с запуском вторых, более доступных линий в 90-е, о том как и то, и то привело к размыванию имиджа брендов, а потому схлопнулось несмотря на то, что поначалу приносило немалые доходы. Ну и собственно о том, что сейчас все, словно забыв эту совсем недавнюю историю бросились производить мелочовку с логотипами, шлепанцы, повязки, поясные сумки и скатились в то что он отлично называет “premium mediocre”, потребляемый теми, кому важна демонстрация статуса, как правило лишь желаемого, потому что у тех, кто реально обладает деньгами и статусом нет желания его демонстрировать и уж точно не с помощью логотипов. У Даны Томас кстати, была еще одна важнейшая мысль: как только бренд становится частью корпорации, он неизбежно превращается в дойную корову и все высокие художественные соображения отходят на второй план. И тут как раз, очень понятна мысль Рабкина о том, что Vintage по сути, становится сегодня тем самым люксом, который мы потеряли. Потому что винтажная вещь уникальна, ну или эксклюзивна, кому какое слово больше нравится.
Ну короче, enjoy❗️
https://www.highsnobiety.com/p/luxury-fashion-appeal-lost-today/