Forwarded from N С К У С С Т В О
‘That Journey to the end of night’
Photographer and creative director Monelic Puryear for Lampoon Magazine
Photographer and creative director Monelic Puryear for Lampoon Magazine
Ты, холодок, больше тут не пленный,
Беги через речку и тот мосток,
Где время склоняет надо стогом сена
Седую гривку. И на восток,
Где ветер ласкает сухой песок,
Беги, беги, холодок.
Пройди, холодок, по земным оврагам
Легким воем среди тайги
По городам и по их ватагам —
Твоим невидимым, узким шагом
Беги, холодок, беги
Не знаю, к сожалению, чьи строчки, поэтому не могу подписать( Подскажете?
Беги через речку и тот мосток,
Где время склоняет надо стогом сена
Седую гривку. И на восток,
Где ветер ласкает сухой песок,
Беги, беги, холодок.
Пройди, холодок, по земным оврагам
Легким воем среди тайги
По городам и по их ватагам —
Твоим невидимым, узким шагом
Беги, холодок, беги
Не знаю, к сожалению, чьи строчки, поэтому не могу подписать( Подскажете?
В ресторанах «Рыба моя» Владимира Перельмана уже настоящая весна. По этому случаю появились новинки в меню от бренд-шефа Дмитрия Парикова и концепт-шефа Владимира Девятайкина.
«Гвоздики» одни из первых все продегустировали: ризотто с осьминогом, соусом ромеско и сыром пармезан и палтус со спаржей, кремом из сельдерея и соусом из эстрагона — безусловные хиты.
Ну а устрицы с морскими ежами — идеальный старт для ужина в наши турбулентные времена!
«Гвоздики» одни из первых все продегустировали: ризотто с осьминогом, соусом ромеско и сыром пармезан и палтус со спаржей, кремом из сельдерея и соусом из эстрагона — безусловные хиты.
Ну а устрицы с морскими ежами — идеальный старт для ужина в наши турбулентные времена!
Forwarded from НОМИ
Молокоотсосник и альбом с фотографиями Хельмута Ньютона - роскошной Каролин Вриланд удаётся сочетать, казалось бы, несочетаемые вещи.
Forwarded from Бунин
Какой позор! Патриарх и все князья церкви идут на поклон в Кремль!
13 марта 1918, 47 лет
13 марта 1918, 47 лет
Forwarded from Бахчисарайские гвоздики
Люди-константы постсоветской эпохи стремительно испаряются из нашей жизни: в Стамбуле снимает деньги из банкомата символ системного либерализма Чубайс, исчезает из эфира икона оппозиционной журналистики Алексей Венедиктов, и то уходит, то не уходит в мир иной единственный легальный националист постсоветской России — Владимир Вольфович Жириновский.
Кажется, в наступающей эпохе больше нет места ни его ораторскому драйву, ни вечным абсурдистским эскападам, да и консолидацию небогатого провинциального электората мечтающего о возрождении былой мощи страны власть, наконец, взяла на себя.
В новой сосредоточенной России постмодернистские телеиконы стремительно уходят в прошлое и, как это ни кощунственно говорить, ковид настиг Владимира Вольфовича в самый подходящий момент.
Кажется, в наступающей эпохе больше нет места ни его ораторскому драйву, ни вечным абсурдистским эскападам, да и консолидацию небогатого провинциального электората мечтающего о возрождении былой мощи страны власть, наконец, взяла на себя.
В новой сосредоточенной России постмодернистские телеиконы стремительно уходят в прошлое и, как это ни кощунственно говорить, ковид настиг Владимира Вольфовича в самый подходящий момент.