Дыра быстро затягивается. Реальность вообще не терпит пустоты: человек нуждается в том, чтобы существовать в понятном пространстве. Насколько изощренная метафизика требуется для его конструирования — вопрос вторичный. Шок проходит, черные воды покрываются ледком, начинает разворачиваться аппарат цензуры, выпячивающий одно и вытесняющий другое. В некоторых случаях рационализация доходит до того, что все действительное объявляется разумным и необходимым.

Кто-то сидит в холодном окопе. Кто-то ищет близкого, от которого уже несколько недель нет вестей: он мог сгинуть в степи. Кто-то мыкается с детьми по чужбине. А мы, отложив телефон с кадрами допросов пленных и разбомбленных городов, устало просим у официанта счет. Трагедия затянулась и превратилась в рутину. Почти кончился март, а за окном снег с дождем. Пора уже написать начальнику по тому проекту. В кафе новое меню. Из Мариуполя снова никого не отпустили. Солдата доедают собаки. Чья на нем форма? Не разобрать.

Хуже этой отстраненности только причитания о сочувствии. Настоящее сочувствие деятельно, сочувствовать сложно даже ближним. На это способны немногие. То, что в последний месяц постоянно воспроизводится под именем сочувствия в постах и комментариях, ближе к увлеченности происходящим на киноэкране, чем к этике. Человек нарциссичен, и непросто принять то, что наши слова о сочувствии и единении для тех, кто отделен от нас смертью и болью, не значат ничего. Вы пишите, что вы — с ними, но правда в том, что вы — тут, а они — там. Этот разрыв нужно уважать.

#проходящее
#Entwurf

Иван Полторацкий

у мира
стали
такие тонкие
косточки
что страшно
к нему прикоснуться

у мира
стали
такие острые
чёрточки
что больно
на него смотреть

у мира
стали
такие нежные
пяточки
что трудно
его держать

но
надо
к нему прикоснуться
надо
на него смотреть
надо
его держать

этот
страшный
этот
острый
этот
новорождённый
мир

(Авторский блог)
#выбор_Маргариты_Шабуровой

Как такое вам? Надо было бы как-то поаккуратнее с Алупкой что ли….

А как я сама переживаю за «Кинотавр»! Всё-таки самое красивое светское мероприятие, кто бы что ни говорил. Реально несколько дней в год абсолютно счастья.

«На днях я маялся бессонницей, а в таких случаях советуют или что-нибудь подсчитывать, или шпарить наизусть стихи. Я занялся и тем и этим, и вот что обнаружилось: я знаю слово в слово беззапиночным образом 5 стихотворений Андрея Белого, Ходасевича - 6, Анненского - 7, Сологуба - 8, Мандельштама 15, а Саши Черного только 4, Цветаевой - 22, Ахматовой - 24, Брюсова - 25, Блока - 29, Бальмонта - 42, Игоря Северянина 77. А Саши Черного - всего 4. Меня подивило это, но ненадолго».

Венедикт Ерофеев, эссе «Саша Чёрный и другие».

Желаю нам всем хоть на йоту приблизиться к подобному количеству. И это, учитывая, что Ерофеев пожизненно не трезвел.

Джоанна Стингрей и Бондарчук, начало 90-х.

Лисовец с персонажами самого себя в разные периоды жизни? Очень круто!

Таня Пёникер, «ППЦ» из серии «XVII», 2017

Солистка группы "Стрелки" Юлия Долгашева поет для солдата раненого в Чечне, 2000 год

Эрнст Юнгер с сыном в роскошных халатах на отдыхе на Майорке, 1931 год.

«Где каждый в душе Сид Вишез, а на деле Иосиф Кобзон», — любитель кириешек Кинчев был прав не только относительно рок-н-ролла.

Все уже успели заметить, как стабильно и неизбежно деградируют те, про кого говорили «вот он точно взорвет рэп-сцену надолго». Gone Fludd скатился в ничтожество, Lizer предпочел из него не выбираться, Фараон клюет с рук у поехавшего Невзорова, а Ваня Дремин, оравший, что он «участник группировок» закенселил старого себя, а нового так и не нашел.

Как говорил другой стареющий герой Сид Спирин: «Ну что с тобой сделал, русский рок, друг? Такой молодой, а уже Шевчук». Впрочем, даже в нынешнем возрасте и состоянии Юрий Юлианыч способен напихать за щеку дюжине Фейсов. И не потому, что герои мельчают. Скорее потому, что не все вывозят образ жизни икон. Рэпа или рока — вопрос второстепенный.

Пришла недавно на «Брата» в «Художественный». Обомлела — полный зал приличных людей, ни креслица свободного. Но это же дикость какая-то. Обращение к теме «Брата» в каждой ситуации — это же абсолютный моветон.

Да, Балабанов выстроил самостийную Россию. Но улюлюкащая толпа в кинотеатрах, упивающаяся противопоставлением себя Западу и гоготанием под стотысячный раз пересмотренную цитату про бендеровцев — это, извините, чернуха.

А сегодня лучше всего о «Братьях» высказалась уважаемая киноведка Мария Кувшинова.

Комментарии к посту о брате — лучшая репрезентация того, какие черви ползают в голове у людей. Заберите у русских всё, но бутылку и Багрова не троньте.