Бахчисарайские гвоздики
Photo
В этот холодный октябрьский вечер решила возродить одну из своих любимых рубрику #Киновыходногодня. Наслаждайтесь!
«Где бы ты ни был», 2011 — Паоло Соррентино
Роуд-муви от Паоло Соррентино про рок-звезду на пенсии, отправившегося в Штаты на поиски престарелого нациста, издевавшегося над его отцом в концлагере. Самая неожиданная роль Шона Пенна под идеальный саундтрек Дэвида Бирна и его Talking Heads.
«Шапито-шоу», 2011 — Сергей Лобан
Фильм-лабиринт контркультурщика Лобана, разбитый на четыре новеллы в Крыму, самом сакральном месте для наших соотечественников. Чобану удалось вместить в фильм и перестроечную сцену, и наследие СССР, и аккуратный треш. Один из немногих наших роскошных фильмов без хтони. Любителям «Шырли-мырли» посвящается!
«Отсчёт утопленников», 1988 — Питер Гринуэй
Трагикомедия главного визуального эстета независимого европейского кино, Питера Гринуэя о трёх женщинах с одинаковым именем Сисси Колпитц, топящих своих мужей в ванне, море и бассейне. Абсолютно заслуженный приз Канн «За лучший художественный вклад». Самая красивая история про женскую месть и поэтику чисел.
Предыдущую подборку сморите тут и по хэштегу
«Где бы ты ни был», 2011 — Паоло Соррентино
Роуд-муви от Паоло Соррентино про рок-звезду на пенсии, отправившегося в Штаты на поиски престарелого нациста, издевавшегося над его отцом в концлагере. Самая неожиданная роль Шона Пенна под идеальный саундтрек Дэвида Бирна и его Talking Heads.
«Шапито-шоу», 2011 — Сергей Лобан
Фильм-лабиринт контркультурщика Лобана, разбитый на четыре новеллы в Крыму, самом сакральном месте для наших соотечественников. Чобану удалось вместить в фильм и перестроечную сцену, и наследие СССР, и аккуратный треш. Один из немногих наших роскошных фильмов без хтони. Любителям «Шырли-мырли» посвящается!
«Отсчёт утопленников», 1988 — Питер Гринуэй
Трагикомедия главного визуального эстета независимого европейского кино, Питера Гринуэя о трёх женщинах с одинаковым именем Сисси Колпитц, топящих своих мужей в ванне, море и бассейне. Абсолютно заслуженный приз Канн «За лучший художественный вклад». Самая красивая история про женскую месть и поэтику чисел.
Предыдущую подборку сморите тут и по хэштегу
Telegram
Бахчисарайские гвоздики
Сегодня в рубрике #Киновыходногодня:
Безумный Пьеро — Жан-Люк Годар, 1965
Молодой эстет Фердинанд (Ж. Бельмондо) и няня Марианна (А. Карина) сбегают от мирских забот на краденом автомобиле. Кино, сперва предстающее лирической мелодрамой, но обернувшееся…
Безумный Пьеро — Жан-Люк Годар, 1965
Молодой эстет Фердинанд (Ж. Бельмондо) и няня Марианна (А. Карина) сбегают от мирских забот на краденом автомобиле. Кино, сперва предстающее лирической мелодрамой, но обернувшееся…
Фотограф Снежана фон Бюдинген родилась в Перми, сейчас работает в Кёльне и специализируется на социальных историях. Одна из самых знаменитых ее работ «Встреча Софи» — съёмки девушки с синдромом Дауна на протяжении нескольких лет как хроника взросления.
У нас не так много хороших медиа об архитектуре и городской среде (блогеры не в счёт). Но теперь эту лакуну начал заполнять Главстрой. Из интересного здесь статья Анны Бушман, которая рассказывает, что в споре между архитектором и общественностью прав обычно первый. Отличная статья Серёжи Сдобнова (мрачное обозрение) о том, каково людям с плохим зрением в современном мегаполисе. И самое важное интервью с режиссёром Викой Приваловой о необходимости новых общественных пространств для питомцев. А ещё цитаты из классиков об ужасах съёмного жилья и прочий лёгкий, но важный контент обо всём, что нас окружает.
Писать мы разучились, а вот в винный погребок заглядываем:
Чувствуя отвращение к мещанским «чайным» обществам, Гофман проводил большую часть вечеров, а иногда и часть ночи, в винном погребке. Расстроив себе вином и бессонницей нервы, Гофман приходил домой и садился писать; ужасы, создаваемые его воображением, иногда приводили в страх его самого. А в узаконенный час Гофман уже сидел на службе и усердно работал.
В возрасте 46 лет Гофман был окончательно истощён своим образом жизни; но и на смертном одре он сохранил силу воображения и остроумие.
Чувствуя отвращение к мещанским «чайным» обществам, Гофман проводил большую часть вечеров, а иногда и часть ночи, в винном погребке. Расстроив себе вином и бессонницей нервы, Гофман приходил домой и садился писать; ужасы, создаваемые его воображением, иногда приводили в страх его самого. А в узаконенный час Гофман уже сидел на службе и усердно работал.
В возрасте 46 лет Гофман был окончательно истощён своим образом жизни; но и на смертном одре он сохранил силу воображения и остроумие.