В Alina Pinsky Gallery вчера началась экспозиция совсем молодого, но уже очень успешного художника Евгения Музалевского. В галерее на Пречистенке пол сотни его полотен, абстрактных, диких и очень харизматичных. Учился Музалевский в школе Родченко, затем занимался фотографией. Сейчас учится в школе искусств в Оффенбахе под руководством Хайнера Блюма.
«Гвоздикам» лично во всей этой истории особо симпатична галерея Алины Пинской, которая сейчас в топе не только репутационно, но и в плане продаж. А их открытия выставок всегда максимально светские и элегантные. В общем #РекомендованоГвоздиками!
«Гвоздикам» лично во всей этой истории особо симпатична галерея Алины Пинской, которая сейчас в топе не только репутационно, но и в плане продаж. А их открытия выставок всегда максимально светские и элегантные. В общем #РекомендованоГвоздиками!
После мрачных средневековых стенаний по ранам Христа возникает совсем другой образ уютной «ранки» в моравских молитвенных карточках середины XVIII века. Рана дословно становится «норкой в боку» (Seitenhöhlchen), пространством, в котором человек чувствует себя защищенно.
Подписи к картинкам: «Как тепло лежится в ранке», «Я сплю в маленькой ранке», «не будите мою благородную душу», «Без головы и мудрствования», «Здесь я вкушаю все яства», «Здесь я трапезничаю утром и вечером», «В ранке я хожу гулять».
Такой поворот от страстей к бюргерскому уюту продолжает идею раны Христа как женской ипостаси, из которой рождается церковь. Рана здесь также играет функцию оберегающей матери. Красота.
Подписи к картинкам: «Как тепло лежится в ранке», «Я сплю в маленькой ранке», «не будите мою благородную душу», «Без головы и мудрствования», «Здесь я вкушаю все яства», «Здесь я трапезничаю утром и вечером», «В ранке я хожу гулять».
Такой поворот от страстей к бюргерскому уюту продолжает идею раны Христа как женской ипостаси, из которой рождается церковь. Рана здесь также играет функцию оберегающей матери. Красота.
Память о Холокосте или Ведическая Женственность? Смотрите не перепутайте!
Telegram
Strelka Mag
Арт-объект «Кристальная стена плача» Марины Абрамович открылся в Мемориальном центре Холокоста «Бабий Яр» в Киеве. Это стена из украинского антрацита и 93 кристаллов кварца.
В чем смысл работы и какое она предполагает взаимодействие: https://stre.lk/L9lc
В чем смысл работы и какое она предполагает взаимодействие: https://stre.lk/L9lc
Не знаю, кто меня доводит
И отчего я занемог,
Но кто-то странный во мне ходит
Туда-сюда и поперёк.
Я чувствую его под кожей
В сырой тоске грудных костей.
Но чей он – человечий, божий?
Бесовский или же – ничей?
Иль это я в иных пределах,
В иных отсеках бытия,
Средь лейкоцитов обалделых
В жару, в бреду – всё я да я?
Вот так на монастырских сводах
Парит иконописный Бог.
А этот, странный, ходит, ходит
По ним не вдоль, а поперёк.
Домбровский, 1997
И отчего я занемог,
Но кто-то странный во мне ходит
Туда-сюда и поперёк.
Я чувствую его под кожей
В сырой тоске грудных костей.
Но чей он – человечий, божий?
Бесовский или же – ничей?
Иль это я в иных пределах,
В иных отсеках бытия,
Средь лейкоцитов обалделых
В жару, в бреду – всё я да я?
Вот так на монастырских сводах
Парит иконописный Бог.
А этот, странный, ходит, ходит
По ним не вдоль, а поперёк.
Домбровский, 1997
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Великолепная Алиса Горшенина рассказывает о новом деревенском искусстве в 42 выпуске подкаста «Тоже Россия». Спойлер: не только Билибин и кокошники.
Уральская художница объединяет в своих работах фольклор, древнеегипетских богов, славянские костюмы, заброшенные деревни, тюркские мотивы, шьет маски и костюмы для театра, фотографирует и мечтает о мастерской в родной деревне Якшина.
Уральская художница объединяет в своих работах фольклор, древнеегипетских богов, славянские костюмы, заброшенные деревни, тюркские мотивы, шьет маски и костюмы для театра, фотографирует и мечтает о мастерской в родной деревне Якшина.
Forwarded from Stoff
Мертвый Христос в гробу. Ганс Гольбейн Младший, 1522.
«Ничуть не приукрашенное изображение человеческой смерти, почти анатомическая картина трупа передает зрителю ощущение невыносимой тревоги перед смертью Бога, смешиваемой здесь с нашей собственной смертью,— ведь здесь нет ни малейшего намека на трансценденцию… Гольбейн подводит нас к крайнему пределу веры, к порогу бессмыслицы».
См. «Черное солнце: депрессия и меланхолия»
#Кристева
«Ничуть не приукрашенное изображение человеческой смерти, почти анатомическая картина трупа передает зрителю ощущение невыносимой тревоги перед смертью Бога, смешиваемой здесь с нашей собственной смертью,— ведь здесь нет ни малейшего намека на трансценденцию… Гольбейн подводит нас к крайнему пределу веры, к порогу бессмыслицы».
См. «Черное солнце: депрессия и меланхолия»
#Кристева
Ян Флеминг и «Казино «Рояль» в рубрике #КультурноеГастро
— Я выбрала два блюда, — рассмеялась она, — и оба изумительные, но коли вы настаиваете, чтобы я вела себя, как миллионер, я начну с икры, затем roguon de vean [блюдо из почек (фр.)] на гриле с суфле. И еще я хочу землянику с большим количеством взбитых сливок. Я неправильно поступаю, что так решительна и так расточительна? — И она вопросительно улыбнулась.
— На мой взгляд, это исключительно добродетельное сочетание, особенно, когда речь идет о простой и здоровой пище. — Бонд повернулся к метрдотелю: — И принесите корзинку тостов. Вся трудность не в том, чтобы было достаточно икры, а чтобы хватило тостов. Ну а я, — сказал он, возвращаясь к меню, — я составлю мадемуазель компанию в том, что касается икры, но затем я хотел бы небольшой ломтик tournedos [нарезанное кусками говяжье филе (фр.)] с кровью, под беарнским соусом, и с coeur d'artichaut [мякоть артишока (фр.)]. И пока мадемуазель будет наслаждаться земляникой, я бы попробовал авокадо с каплей майонеза. Одобряете?
Метрдотель поклонился.
— Прекрасный выбор, мадемуазель и месье.
— Месье Жорж! — крикнул он старшему официанту и повторил ему меню Бонда и Линд.
— Прошу вас, — месье Жорж протянул Бонду винную карту в кожаном переплете.
— Если вы согласитесь, я хотел бы пить сегодня шампанское. Веселое вино и подходит для нашего вечера... По крайней мере, я надеюсь, что подходит.
— Да, я буду пить шампанское, — ответила Веспер.
Отметив пальцем нужную строчку, Бонд повернулся к официанту:
— Что вы скажите о «Тэттинже» сорок пятого года?
— Это замечательное вино, месье. Но если месье позволит, — и официант указал карандашом другую строчку, — «Блан де Блан Брют» сорок третьего года среди прочих таких вин совершенно несравнимо.
— Я согласен... Это не очень известная марка, — пояснил Бонд своей спутнице, — но, пожалуй, это лучшее шампанское в мире.
— Я выбрала два блюда, — рассмеялась она, — и оба изумительные, но коли вы настаиваете, чтобы я вела себя, как миллионер, я начну с икры, затем roguon de vean [блюдо из почек (фр.)] на гриле с суфле. И еще я хочу землянику с большим количеством взбитых сливок. Я неправильно поступаю, что так решительна и так расточительна? — И она вопросительно улыбнулась.
— На мой взгляд, это исключительно добродетельное сочетание, особенно, когда речь идет о простой и здоровой пище. — Бонд повернулся к метрдотелю: — И принесите корзинку тостов. Вся трудность не в том, чтобы было достаточно икры, а чтобы хватило тостов. Ну а я, — сказал он, возвращаясь к меню, — я составлю мадемуазель компанию в том, что касается икры, но затем я хотел бы небольшой ломтик tournedos [нарезанное кусками говяжье филе (фр.)] с кровью, под беарнским соусом, и с coeur d'artichaut [мякоть артишока (фр.)]. И пока мадемуазель будет наслаждаться земляникой, я бы попробовал авокадо с каплей майонеза. Одобряете?
Метрдотель поклонился.
— Прекрасный выбор, мадемуазель и месье.
— Месье Жорж! — крикнул он старшему официанту и повторил ему меню Бонда и Линд.
— Прошу вас, — месье Жорж протянул Бонду винную карту в кожаном переплете.
— Если вы согласитесь, я хотел бы пить сегодня шампанское. Веселое вино и подходит для нашего вечера... По крайней мере, я надеюсь, что подходит.
— Да, я буду пить шампанское, — ответила Веспер.
Отметив пальцем нужную строчку, Бонд повернулся к официанту:
— Что вы скажите о «Тэттинже» сорок пятого года?
— Это замечательное вино, месье. Но если месье позволит, — и официант указал карандашом другую строчку, — «Блан де Блан Брют» сорок третьего года среди прочих таких вин совершенно несравнимо.
— Я согласен... Это не очень известная марка, — пояснил Бонд своей спутнице, — но, пожалуй, это лучшее шампанское в мире.
Telegram
Бахчисарайские гвоздики
Андрей Бартенев и Мамышев-Монро в рубрике #КультурноеГастро
На экранах страны гремел «Ночной дозор», тут звонит Владик:
—Бартенев, деньги есть? Одолжи!
—У меня только тысяча, могу пятьсот.
—Скоро буду
Сквозь гоп-стоп Владик оказывается у меня на Таганке…
На экранах страны гремел «Ночной дозор», тут звонит Владик:
—Бартенев, деньги есть? Одолжи!
—У меня только тысяча, могу пятьсот.
—Скоро буду
Сквозь гоп-стоп Владик оказывается у меня на Таганке…
Forwarded from Антон Чехов. Лайфстайл
Скука удручающая. Жениться, что ли?
1887 год, 13 сентября
27 лет
1887 год, 13 сентября
27 лет