This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Мастерская Андрея Митенёва на Бобровом переулке ломится от поклонниц. В этом году Андрей вышел из тюрьмы, где сидел по народной статье 228 (хранение наркотиков). Гостям мастерской Андрей показывает свои работы на тюремных простынях и своего главного героя — инверсивного кентавра с головой лошади и ногами человека.
Forwarded from Собака.ru
Музей-квартира Бродского на Литейном откроется уже в эту пятницу — 25 декабря. Подробнее о работе музея:
https://www.sobaka.ru/entertainment/books/121710#tl
https://www.sobaka.ru/entertainment/books/121710#tl
Собака.ru
Названа дата открытия музея Бродского «Полторы комнаты» в доме Мурузи на Литейном проспекте
Билеты уже в продаже!
Представьте — бассейн «Москва» (на месте нынешнего Храма Христа Спасителя), акционист Александр Бренер в красных приспущеных трусах дрочит с вышки, внизу художники Нина Котёл и Владимир Сальников рисуют на бетонном дне «Проект идеального русского государства», ещё несколько перформеров создают свои произведения в чаше бассейна, а вокруг этого весёлого карнавала ведётся крестный ход с транспарантами «Мы русские, с нами Бог» (среди них и Ольга Свиблова с сыном).
27 мая 1994 года — день, достойный экранизации. Лучшая групповая акция Бренера и одна из лучших в истории Москвы вообще!
27 мая 1994 года — день, достойный экранизации. Лучшая групповая акция Бренера и одна из лучших в истории Москвы вообще!
Рома Уваров со своей командой начали долгосрочный проект с Ленинкой, их первое произведение — фантастический мешок новогодних подарков в аутентичном стиле начала XX века. Ребята несколько месяцев работали в архивах с антикварной периодикой, изучали изображения и технологии производства, на выходе получился настоящий подарок из прошлого — карнавальные маски, шарфик, хлопушки, открытки, пряник и бенгальские огни. Всё максимально дореволюционно, прям вальсы Шуберта и хруст французской булки слышны.
Одно из любимых зимних стихотворений моей юности:
Идут белые снеги,
как по нитке скользя...
Жить и жить бы на свете,
но, наверно, нельзя.
Чьи-то души бесследно,
растворяясь вдали,
словно белые снеги,
идут в небо с земли.
Идут белые снеги...
И я тоже уйду.
Не печалюсь о смерти
и бессмертья не жду.
Я не верую в чудо,
я не снег, не звезда,
и я больше не буду
никогда, никогда.
И я думаю, грешный,
ну, а кем же я был,
что я в жизни поспешной
больше жизни любил?
А любил я Россию
всею кровью, хребтом —
ее реки в разливе
и когда подо льдом,
дух ее пятистенок,
дух ее сосняков,
ее Пушкина, Стеньку
и ее стариков.
Если было несладко,
я не шибко тужил.
Пусть я прожил нескладно,
для России я жил.
И надеждою маюсь,
(полный тайных тревог)
что хоть малую малость
я России помог.
Пусть она позабудет,
про меня без труда,
только пусть она будет,
навсегда, навсегда.
Идут белые снеги,
как во все времена,
как при Пушкине, Стеньке
и как после меня.
Идут снеги большие,
аж до боли светлы,
и мои, и чужие
заметая следы.
Быть бессмертным не в силе,
но надежда моя:
если будет Россия,
значит, буду и я.
Евгений Евтушенко, 1965 г.
Идут белые снеги,
как по нитке скользя...
Жить и жить бы на свете,
но, наверно, нельзя.
Чьи-то души бесследно,
растворяясь вдали,
словно белые снеги,
идут в небо с земли.
Идут белые снеги...
И я тоже уйду.
Не печалюсь о смерти
и бессмертья не жду.
Я не верую в чудо,
я не снег, не звезда,
и я больше не буду
никогда, никогда.
И я думаю, грешный,
ну, а кем же я был,
что я в жизни поспешной
больше жизни любил?
А любил я Россию
всею кровью, хребтом —
ее реки в разливе
и когда подо льдом,
дух ее пятистенок,
дух ее сосняков,
ее Пушкина, Стеньку
и ее стариков.
Если было несладко,
я не шибко тужил.
Пусть я прожил нескладно,
для России я жил.
И надеждою маюсь,
(полный тайных тревог)
что хоть малую малость
я России помог.
Пусть она позабудет,
про меня без труда,
только пусть она будет,
навсегда, навсегда.
Идут белые снеги,
как во все времена,
как при Пушкине, Стеньке
и как после меня.
Идут снеги большие,
аж до боли светлы,
и мои, и чужие
заметая следы.
Быть бессмертным не в силе,
но надежда моя:
если будет Россия,
значит, буду и я.
Евгений Евтушенко, 1965 г.
Forwarded from Искусство кино
«Зритель, пришедший в кино на «фильм о писателе», рискует быть ошеломлен». В ограниченном прокате идет «Сентенция» — сомнамбулическое черно-белое кино о Варламе Шаламове. Отказавшись от иллюстративности и даже биографичности, дебютант Дмитрий Рудаков находит неожиданный ракурс для взгляда на судьбу писателя. О фильме пишет Андрей Карташов.
https://s.kinoart.ru/o3EC
https://s.kinoart.ru/o3EC
Отличный подарок на Новый год — карта музея «Гараж»! Карантинные ограничения все равно рано или поздно закончатся, а искусство вечно.
По это карте можно не только ходить на выставки сколько угодно раз (а для больших проектов вроде Триеннале, это особенно актуально), но и посещать специальные мероприятия только для друзей музея, а ещё получить скидку в кафе и магазине. Оптимальный вариант — это карта +1, можно ходить на выставки со всеми друзьями по очереди!
По это карте можно не только ходить на выставки сколько угодно раз (а для больших проектов вроде Триеннале, это особенно актуально), но и посещать специальные мероприятия только для друзей музея, а ещё получить скидку в кафе и магазине. Оптимальный вариант — это карта +1, можно ходить на выставки со всеми друзьями по очереди!
garagemca.org
Карта GARAGE
Дает возможность получать скидки в магазинах Музея и Дома Наркомфина, Garage Café, на экскурсионную программу, а также предоставляет доступ в коммунальный блок Дома Наркомфина.
Сгорел дом Пименовых-Шараповых —одна из самых красивых усадеб ленинградской области. В здании располагался корпус детского санатория
Никто не пострадал, но памятник разрушен до основания и восстановлению не подлежит.
Никто не пострадал, но памятник разрушен до основания и восстановлению не подлежит.