но если отгораживаться от моего фанючества по никденам, сами сюжеты обеих книг очень хороши, взаимоотношения между персонажами очень хороши, бушующий айден отрезающий пальцы очень хорош ой я опять скатываюсь в никденов как же так....

я в искреннем восторге :( самое время начинать жить мыслями о чернильных мальчиках

— Не знал, что ты...

Эллиот останавливается в дверном проеме и облизывает губы.

Здесь, на Запретных землях, среди не лучшего ремонта и въевшегося запаха подгорелых котлет и сигарет, в серой поношенной рубашке, которая была больше нужного на пару размеров и едва не свисала с плеча, он выглядел немного не на своем месте.

Ангелам ведь положено быть на небесах, правда?

Ангелам положено покидать свой дом только по делу и исключительно будучи невидимыми, потому что эта дрянная земля не заслуживает нечто столь светлое. Среди тысячи хмурых, серых фигур, среди недовольств и раздоров не должно быть чего-то настолько прекрасного, просто потому что оно рассеется, сломается под натиском людской мразотности. Ну, так казалось – но Эллиот здесь, аккуратный, хрупкий, с распущенными волосами, распавшимися по плечам, и какой-то книгой в руках.

Кэмерон медлит, прежде чем зацепить пальцем свои очки и снять их.

— Что я умею читать? — подкалывает, по-доброму улыбаясь, и складывает дужки, чтобы зацепить их за ворот своей футболки. Эллиот все равно мнется, пусть и добродушный вид Кэмерона просто не давал подумать о том, что он обижается и язвит всерьез, трется обнаженной ступней о голень другой ноги – снова босиком, несмотря на то, что сотню раз был предупрежден о том, что на полу можно напороться на что угодно, в том числе на то, чему его чистокровные ножки не будут сильно рады. «Носки белые тоже хуйня тема, но это хоть что-то. Вот наступишь на... что-нибудь, будешь знать», — ворчал всегда Кэмерон, а Эллиот с тихим смехом принимался выспрашивать его, что же такое на этом полу может валяться. Иногда размышления доходили до того, что там могут быть и крокодилы.

Замечая неодобрительный взгляд на свои голые ноги, Эллиот спешно пытается спрятать одну ступню за другой, но запоздало понимает, что видно-то все равно будет, поэтому использует тактику «прости-пожалуйста-я-больше-так-не-буду» взгляда. Не так безотказно, но хоть что-то.

— Да нет, я не об этом, — медлит он, а Кэмерон машет рукой, намекая забыть и забить, а не придумывать оправдания. — У тебя библиотека едва ли не больше, чем у меня дома...

Кэмерон разражается смехом – звонким, искренним, беззлобным, но с легкой долей недоверия и насмешки – и Эллиота манит к себе. Смотрит так нежно, словно на несмышленого ребенка, да место рядом с собой на диване освобождает – читать как: выкидывает раскиданные шмотки Адама за его спинку.

— Уж не обижайся, светлячок, но вряд ли в этом доме что-то может быть лучше, чем у чистокровных, — хмыкает он, откладывая свою книгу – хочется напомнить ему оставить закладку или хотя бы посмотреть страницу, но Кэмерон обладал поразительной способностью невольно запоминать это всегда.

На диван Эллиот забирается с ногами, и ступни тут же ловят контрастно горячие руки, заставляя уложить их Кэмерону на колени и вовсе свалиться, занимая оставшуюся свободной часть дивана. Нарочно. И сопротивляться бесполезно. Эллиот и не пытается.

— Ну... хорошо, не больше. Но интереснее. У отца много книг, но им не сравниться с этим.

Дешевый роман в руках, но, держа его, Эллиот выглядит таким довольным, что Кэмерон невольно начинает верить в то, что в этом чтиве, которое однажды принес Скэриэл в очередной попытке устроить догонялки со сворачиванием шеи убегающему, то есть ему, что-то есть.

— На Запретных землях больше себе позволяют. Вот и все, — жмет плечами Кэмерон, растирая ноги Эллиота и согревая их своих руках. Крепкой хваткой – Эллиот морщит нос, но прячет это, откидывая голову на подлокотник дивана и щуря веки.

На Запретных землях.

На Запретных землях так много всего, что он чувствует себя потерявшимся мальчишкой, который неожиданно забрел во взрослый мир и сейчас разрывается от желания увидеть все и сразу, чтобы потом рассказать друзьям.

Но главным, пожалуй, все равно был Кэмерон.

— А я просто хотел сказать, что никогда не видел тебя в очках. Не думал, что ты их носишь, — тянет, поворачиваясь на бок и глядя на Кэмерона нежно-игриво-исподлобья.

Медлит немного, касаясь подушечкой пальцев губ, и мурчит.

— Но теперь носи почаще.

#песньсорокопута

я люблю новую главу хехехе бригаду как скипнуть время до следующей

за хорошеньких даблхитклифов я готов простить даже конец главы хехехе какая хорошая глава хехехе

жду когда выйдут самозванцы и можно будет официально форсить фразу готье, с которой меня размазало в щепки

пока всякое мужло фукает на любые уходовые средства и говорит что это исключительно женские штучки, сайлус, как настоящий мужчина, сидит с мс в тканевых масочках и с огурцами на глазах ☝️

пока всякое мужло фукает на любые уходовые средства и говорит что это исключительно женские штучки, адам, как настоящий мужчина, сидит с кэмероном в тканевых масочках и с огурцами на глазах ☝️

пока всякое мужло фукает на любые уходовые средства и говорит что это исключительно женские штучки, айден, как настоящий мужчина, сидит с николасом (и всем их поэтическим обществом, но инициатор все равно николас) в тканевых масочках и с огурцами на глазах ☝️

дарсериан – принцесса, нет, королева, бывают моменты, когда он именно так себя чувствует. не привычный взгляд свысока на весь мир и выводящая всех самоуверенность, а то самое чувство, когда смотришь в зеркало и тонешь в любви к себе, когда хочется смеяться, танцевать и творить всякие глупости, после которых обычно на себя смотреть стыдно, но сейчас совсем другое дело.

я уверен, дарсериан слушает леди гагу в больших наушниках и танцует перед зеркалом в свободной домашней футболке и шортах, волосы бесконечно взъерошены, зато глаза так блестят, когда он беззвучно подпевает очередной песне и представляет себя на сцене, а там, внизу, где-то в зеркальной глубине, стоят толпы его фанаток, которые рвутся на к нему, и у охраны едва выходит сдерживать их.

дарсериан никогда и никому в жизни не признается, чем занимается за закрытыми дверями, даже тому, кто для него ближе себя самого и дороже жизни – это личное, это глупости, после которых в глаза смотреть не захочется, но в моменте – сущее наслаждение. ну, он планировал сохранить эту тайну, но все попортил гильермо, который ухитрился зайти к нему в комнату именно посреди одного из импровизированных выступлений после того, как дарсериан не отвечал ему уже как полчаса, хотя был в сети. стоит отдать ему должное, сначала он постучал, но ему никто не открыл и не проверить было бы ошибкой – мало ли что произошло. но вместо худших опасений он обнаруживает дарси, который в своих больших (розовых или серых) наушниках зажигает перед зеркалом, держа в руках невидимую гитару и жмуря глаза, видимо чтобы лучше поедставить толпы своих фанаток.

гильермо очень быстро закрыл дверь, но не снаружи – зашел и прислонился плечом к дверному косяку, сложил руки на груди и с едва заметной улыбкой просто стал ждать, когда дарсериан заметит его и заметит ли вообще. заметил – не раньше, чем закончилась песня, но могло быть и дольше. случайно напоровшись взглядом на чью-то фигуру в отражении зеркала, он чуть не свалился с инфарктом на месте и уронил наушники. а потом очень резко и густо покраснел, и это был единственный момент, когда он проклял светлую чистокровную внешность, на которой слишком ярко выделяется румянец.

гильермо ничего не сказал. только качнул головой с еле заметной полуулыбкой, в пару шагов пересек комнату, положил на стол папку с бумагами, ради которой, собственно, и пришел сюда, взъерошил дарсериану волосы и невозмутимо вышел из комнаты, оставляя его в гордом и очень позорном одиночестве.

да, дарсериан считает, что ужасно опозорился, он больше никогда не выйдет из этой комнаты, выкинет все наушники, выкинет телефон, отчислится из академии святых и великих, переедет из ромуса, нет, из октавии сразу, в другую страну, на другой материк, на другой конец планеты, лишь бы больше НИКОГДА не сталкиваться с гильермо, потому что каждый раз, встречаясь с ним взглядом, он будет вспоминать этот позор.

предварительно заперев все-таки дверь и перепроверив ее еще десяток раз, он упадет лицом в подушку и будет лежать там до скончания дней пока не уснет, измотав себя этими дурацкими мыслями. а потом правда будет шкериться от гильермо, пытаясь не сталкиваться с ним даже если очень надо. рано или поздно конечно придется – но тогда дарсериан будет упорно делать вид, что ничего не было, при этом желая убиться об стенку каждый раз, когда видит в глазах гильермо хоть намек на забаву.

а гильермо правда забавно. разве дарсериан может быть не забавным?

#песньсорокопута

бригаду почему мне нельзя шипперить телемаха и антиноя

мое главное страдание в фандоме сорокопута это опросы «кто вам больше нравится», и неважно, это касается персонажей или пейрингов, потому что этот фандом кажется первый из всех моих, где я просто не могу назвать персонажей/пейринги, которые я не люблю. даже не ненавижу, просто не люблю. есть те, кто нравится немножко больше, есть те, к кому больше нейтралитета, но при этом каждый раз, когда нужно выбрать кого-то одного, я просто взрываюсь. я очень-очень люблю то, как фрэнсис их всех прописала и какие они чудесные вышли и ващеее :(((

привет, мы фандом сорокопута и у нас есть пейринги которые называются хэппимилы и макдональдсы
а еще оливье и древнегреческий салат

бургер кинг это люмтьеоны потому что киллиан кинг, а еще котлетка между булочками люмьером и гедеоном

привет, мы фандом сорокопута, накормите нас кто-нибудь пожалуйста, а то мы всем пейрингам придумаем съедобные названия

я с двадцатого января ждал дня когда все наконец зашарят за макдональдсов понимаете я дождался бригаду когда фанфики

если я напишу порно по макдональдсам, вы будете читать и любить его?

а если я буду писать по книжкам про которые знаю только я, девушка, у которой я эту книгу купил, и автор, вы будете меня любить...

я знаю что не будете правда я все равно буду писать