Материалы для раскрытия некоторых тезисов из сегодняшнего стрима:

К тезису о несвязанности "национального освобождения" и "процветания".
Цифры показывают процент ВВП на душу населения в стране от ВВП на душу населения США. Источники:
1)Таблицы Angus Maddison
2)Von der Theorie zur Wirtschaftspolitik - ein österreichischer Weg : Festschrift zum 65. Geburtstag von Erich W. Streissler. - Stuttgart : Lucius & Lucius, ISBN 3828200842. - 1998, p. 147-168
3) Good, David F. New estimates of income levels in Central and Eastern Europe, 1870 - 1910
стр.164
4) World Bank.

Жан Боден о суверенитете :

"Государство возникает либо через постепенный рост семейного домохозяйства, либо через контракт и договор собравшейся группы людей, либо через колонизацию более древним сообществом, подобно тому как рой пчел покидает улей, или как отросток чужеродного дерева, посаженный на новой почве приносит больше плодов, чем растение, выросшее из зернышка. Во всех случаях государство основано либо на насилии, либо на согласии. В первом случае группа (целиком или частью) отдает свои свободы суверенной власти других чтобы они стали их Сувереном либо вне закона, либо в согласии с традицией и естественными правами."

IV книга о государстве.

К предыдущей цитате. Пресловутый контракт существовал только в одном случае, поэтому в стриме я говорил о насилии как о главном источнике в рамках этой модели:

"Учреждение монашества стало первым примером конституции: добровольный союз, созданный с нуля, с оговоренными правами и обязанностями участников. Индивиды сошлись и договорились, как им жить вместе: такое впервые в реальности было у монахов"
(из Джорджо Агамбена. Высочайшая бедность).

Благодаря дополнительному выходному дню посмотрел свежий сериал от Netflix Unorthodox. Краткий синопсис - девушка из крайне религиозной семьи ортодоксальных иудеев из Бруклина совершает побег в современный Берлин. Сюжет пересказывать не буду - желающие сами посмотрят, но центральная проблема, которую сериал ставит перед зрителями - конфликт между личностью и общиной заслуживает сложного обсуждения.

Свобода личности, ее право на выбор концептуально противопоставлено ценности выживания группы. Еврейская община, из которой героиня сбегает, была до этого почти полностью уничтожена в Холокосте. Не будь в ней строгой семейной этики, и контроля сексуальности, направленного на максимальное увеличение рождаемости, возможно к настоящему дню самарских хасидов не сохранилось бы.

И если радикализировать конфликт, предложенный сценаристами, то вопрос в том, какой долей личных свобод, мы готовы пожертвовать, ради сохранения уникальности того или иного сообщества. Глобализация увеличивает, ну или по крайней мере увеличивала до недавнего времени, гомогенность/похожесть человечества. Разумеется, мы готовы поддерживать на словах малые народы, их языки, традиции - а на практике? Если эти традиции, необходимы для культурного выживания, но не приемлемы в рамках этики права на личный выбор? И если мы выбираем какие традиции мы допускаем возможным сохранять, а какие нет - то тогда какой критерий, и кто определяет норму? Более того, иронично, что именно сейчас, когда ведущие либеральные политики, называют растущее неравенство одной из ключевых проблем современности, члены общины сатмарских иудеев в США, будучи одними из самых статистически бедных в стране, демонстрируют пример социального благополучия: в них отсутствуют трущобы и бездомные, нет голодающих или неряшливо одетых людей, в них практически нет преступности. Что если столь любимая Просвещением наука докажет, что строгие моральные нормы - лучший механизм для социально гармоничного существования - будем ли мы готовы изменить наш взгляд и отвернуться от личных трагедий, подобных той, через которую прошла героиня сериала.

Вне зависимости от конкретики, ответ находится в зоне философского вопрошания. Конфликт заложен в этике, в том, что мы считаем первичным элементом общества - разные системы по-разному смотрят на этот вопрос. На слуху для большинства - дихотомия индивид/общество, но любопытно, что от классических греков и вплоть до 15 века таковой единицей была семья. Это и не коллектив из множества единиц, лишенных личностей, с воображаемым, как источником солидарности, но и не атомизированный индивид, существующий в вакууме, пустом от механизмов солидарности. Вместо этого греческий взгляд видел идеал в общности, рождаемой из постоянного каждодневного личного контакта и практик совместной жизни, которые создают целое, большее суммы его частей, в котором части, тем не менее, сохраняют индивидуальность. А государство мыслилось как продолжение семейных, а не массовых отношений….
Современному миру, где в общности объединены десятки миллионов и миллиарды, вряд ли подойдет простое копирование греческого взгляда, но помнить о его существовании может оказаться полезным, если мы хотим выйти из ловушки ложного противопоставления. Мой личный взгляд: нужно искать не тиранию иерархии железных норм, и не надеяться на вакуум индивидуальной автономии, но пробовать способы симфонии, когда оркестр (сообщество) подчеркивает индивидуальность и важность каждого инструмента (личности).

ПС а сам сериал рекомендую.

И снова об этике. В New York Times (ведущее лево-либеральное СМИ США) вышла интересная статья философа и по совместительства консультанта еще одного шоу Netflix “The Good Place” Пода Мэйя. Статья в противовес господствующим настроениям оптимистическая. Тезисно логика автора движется так.

1. Абсолютное большинство населения развитых стран согласилось с соблюдением карантина, для того что бы не заразиться и что бы не заразить других.
2. У этого решения есть этическое измерение, явное или неявное:
2.1 Мы предполагаем что наши повседневные действия влияют на другиХ
2.2 Это влияние может быть вредящим
2.3 У нас есть долг, снизить это вредное влияние наших повседневных действий на других
3. Если мы можем ограничить наши действия во время эпидемий, то такая же логика может и должна применяться и относительно изменений климата, разрушения локальных сообществ, покупка более дешевых товаров, но произведенных рабочими в рабских условиях.Может не все из нас станут святыми, да мы и не должны пытаться. В жизни есть множество сторон, напрямую не связанных с моралью. Что мы можем сделать - соблюдать этические правила приличия. Первым шагом на этом пути может стать признание того факта, что мы существуем в этической сети с другими, [а не как атомизированные индивиды]

Оптимизм автора вызывает у меня ряд вопросов.

- Прежде всего совершенно не очевидно, что граждане ВЫБИРАЮТ соблюдать карантин, а не подчиняются дисциплинарной власти суверенных институтов. А вопрос о свободном выборе в этике ключевой.

- Кроме того, не факт, что в мотивации людей на карантине в массе присутствуют именно забота о других, а не утилитарный интерес повышения собственных шансов на выживание во время пандемии.

⁃ Где границы этической сети, о которой пишет Мэй? Допустим мы готовы соблюдать карантин ради ближних - наших прямых родственников и друзей, жителей нашей деревни и города: со всеми этими людьми мы можем встретиться и можем испытать солидарность. Готовы ли мы распространить эту сеть на весь мир, совершать дорогие этические выборы ради улучшения условий труда в Индии, или снижения выбросов углекислого газа - вопрос более чем открытый.

⁃ Наконец, даже если закрыть глаза на вопросы выше, то все равно остается неразрешимая дыра. Вся эта система висит в неопределенности: прекрасно описано почему мы МОЖЕМ соблюдать этические правила приличия, совершенно не понятно почему мы ДОЛЖНЫ их соблюдать? А этика это именно о долге.

Статья интересна прежде всего тем, что открыто описывает мышление стоящее за мотивацией будущих решений, которыми рано или поздно будут ограничивать индивидуальные свободы (каким вам пользоваться автомобилем, еду и одежду из каких стран/производителей вам покупать и по какой цене (а вдруг с них не уплачен экологический налог, а машина ездит на бензине а не биотопливе))? Собственно логика защиты такой политики хромает, а стремление применить карантинную панику ко всему комплексу “прогрессивной повестки”, и закрепить ее как догму в массовом сознании, вызывает напряжение.


Ссылка на оригинал статьи:
https://www.nytimes.com/2020/04/29/opinion/coronavirus-ethics.html?fbclid=IwAR14haT4Ql-CoAocqAaq57BRMqzFrrFpo-30V9U9PGQj3LsZR38jtls5Rw8

Похоже, что в способах влияния СМИ на власть приципиально за последние 3500 ничего не изменилось.
В библейской истории царя Саула, последний восстает против Божественной воли, после того как: восклицали “игравшие [музыкальных инструментах] женщины, говоря Саул победил тысячи, а Давид - десятки тысяч! И Саул сильно огорчился и неприятно было ему это слово” (2 Книга Царств, 18. 6-8).

Говоря по современному, воздействие на восприятие в общественном мнении действий того или иного политика, а по просту на его честолюбие, - самый простой способ привести последнего к ошибке. И хотя формально СМИ в библейской истории не соврали, но, надавив на больную мозоль, произвели намеренно, или ненамеренно манипуляцию. Интересно в этом ключе смотреть на динамику конфликта американских медиа и Дональда Трампа.

#“Кто бы мог подумать?”

Под этим хэштеэгом буду собирать передовые “открытия” из социальных наук, которые являются открытиями только если забыть о существовании классических этики и философии.

Начать рубрику подтолкнуло прочтение нескольких исследований, посвященных проблеме факторов, влияющих на благополучие детей. Источником служат в-основном американские данные, просто в силу полноты, но здравый смысл подсказывает, что они не так сильно отличаются в развитых странах.

Итак, в США оказалось, что только 8% детей из полных семей оказываются во взрослой жизни в состоянии бедности, что в 3,5 раза меньше в сравнении с детьми из неженатых пар. Другое исследование демонстрирует, что подростки из полных семей зарабатывают больше денег, больше работают, с большей охотой вступают в брак во взрослом возрасте в сравнении с семьями, где только один родителей. Что примечательно, эта разница сохранялась, даже если финансовые возможности полной или неполной семьи были одинаковы. Ну и третий факт, оказалось что для школьного успеха, ключевым оказалось личное человеческое вовлечение родителей в учебу. Причем статистически значимы оказались не условно 10 кружков в неделю, а простые вещи: чтение детям, чтение с детьми, изучение с ними алфавита и таблицы умножения, помощь с организацией школьных экскурсий, и проявление интереса к успехами и сложностями при выполнении домашних заданий.

То есть, для успеха в сложном современном, технологическом мире ключевыми оказались такие “устаревшие” традиционные институты как полная семья и вовлеченность родителей в процесс образования и просто в ребенка как в личность! Та самая семья, ценность которой для взрослого человека в мире индивидуализма видится как анахронизм, оказывается ключевым фактором в детстве и как следствие в будущем поколений, а значит и в каком-то смысле человечества. Ну подумаешь, что о семье как о ключевой социальной среде, говорили философы начиная с Аристотеля и вплоть до Просвещения.

ПС ссылки на оригинальные исследования.
1.Melissa S. Kearney and Phillip B. Levine, “The Economics of Nonmarital Childbearing and the Marriage Premium for Children,” Annual Review of Economics 9, no. 1 (2017): 340
2.Robert I. Lerman, Joseph Price, and W. Bradford Wilcox, “Family Structure and Economic Success across the Life Course,” Marriage and Family Review 53, no. 8 (2017): 744–58
3.Nick Axford, Vashti Berry, Jenny Lloyd , Darren Moore , Morwenna Rogers , Alison Hurst, Kelly Blockley, Hannah Durkin and Jacqueline Minton; How Can Schools Support Parents’ Engagement in their Children’s Learning? Evidence from Research and Practice (2019)

# умные мысли философов
Важнейший аспект текущей эпидемеологической ситуации высветил Джорджо Агамбен:

"Всегда опасно оставлять решения проблем, которые, в конечном счете, являются моральными и политическими, на врачей и ученых. Понимаете, ученые, правильно или неправильно, добросовестно преследуют свои цели, которые отождествляются с интересами науки и во имя которых — история это убедительно доказывает — они готовы принести в жертву любые моральные принципы. Мне не нужно напоминать, что при нацизме высокоуважаемые ученые проводили политику евгеники и без малейших колебаний использовали концлагеря для проведения смертельных экспериментов, которые они считали полезными для научного прогресса и заботы о немецких солдатах. В данном случае шоу особенно смущает, потому что в действительности, даже если средства массовой информации скрывают это, нет согласия между учеными и некоторые из наиболее известных среди них, такие как Дидье Рауль, возможно, величайший французский вирусолог, имеют другое мнение о значении эпидемии и эффективности мер изоляции, которые в одном из интервью он назвал средневековым суеверием. Я уже писал, что наука стала современной религией. Эту аналогию с религией нужно понимать буквально: богословы заявляли, что не могли четко определить, что такое Бог, но во имя его диктовали людям правила поведения и без колебаний сжигали еретиков; вирусологи признают, что не знают точно, что такое вирус, но во имя Его утверждают, что они точно знают, как жить человечеству."

Источник: https://www.quodlibet.it/giorgio-agamben-nuove-riflessioni

#к следующему стриму

Согласно греческому классику Платону - война неотъемлемая часть реальности общественной жизни. Но слово “война” или “war” слишком однобоко, чтобы описать сложность этого явления. Платон проводил принципиальное различие между двумя типами конфликтов: “есть два вида войны: первый вид, который мы все называем междоусобием [stasis] , как мы только что сказали, самый тягостный; второй же, как все мы, думаю я, считаем, это война в случае раздора с внешними иноплеменными врагами [polemos]; этот вид гораздо безобиднее первого”, (Законы, 629 d)

Внутренняя война - война внутри греческого полиса или между греческими цивилизованными полисами видится Платону страшным бедствием, возникающим когда: “бедные и неимущие добиваются доступа к общественным благам,
рассчитывая урвать себе оттуда кусок, тогда не быть добру: власть становится
чем-то таким, что можно оспаривать, и подобного рода домашняя, внутренняя
война [stasis] губит и участвующих в ней, и остальных граждан”.(Государство, 521 е)

Поэтому чтобы обуздать стихию Statis необходим Закон и особые правила игры между участвующими сторонами: “Раз они эллины, они не станут опустошать Элладу или поджигать там дома; они не согласятся считать в том или ином государстве своими врагами . всех – и мужчин, и женщин, и детей, а будут считать ими лишь немногих – виновников распри. Поэтому у них не появится желания разорять страну и разрушать дома, раз они ничего не имеют против большинства граждан, а распрю они будут продолжать лишь до тех пор, пока те, кто невинно страдает, не заставят ее виновников наконец понести кару” (Государство 471,б). Более того, целью войны между “цивилизованными людьми” должно стать согласие и объединение: “чтобы дружба и мир возникли вследствие примирения и чтобы все внимание было, таким образом, неизбежно обращено на внешних врагов [polemos]” (Законы, 628 b).

В отношении же варвара не-эллина, никакие законы соблюдать нет необходимости : “наши граждане должны относиться к варварам – так, как теперь относятся друг к другу эллины [то есть жечь, грабить, порабощать]” (Государство 471,б).

Таким образом, идеальная международная система состоит по Платону из 3-х элементов: Мы - Полис, Другой - греческие города-государства, похожие на нас, и Исключенный из правила варвар, которого можно безнаказанно притеснять и угнетать. Более того, именно этот варвар и есть гарант внутреннего мира и спокойствия, его страдания - противоядие от внутриполисной гражданской войны.

Поразительно, насколько долговечной оказалась эта семантическая модель, и насколько ее различные модификации продолжают доминировать вплоть до сегодняшнего дня. Сразу на ум приходят Американская “ось зла” из середины 2000-ых годов, и различные итерации российского представления о внешнеполитическом.