Все же реальность всегда богаче всех предсказаний. Никогда бы не предположил, что первая страна, в которой накопленные реакцией правительств на ковид агрессия и напряжение населения выльются в бунт против текущего правительства, окажется Куба.

К актуальной проблеме внутренней противоречивости одной формулы государственной власти. Часть 1.

Поскольку после вчерашней статьи, проблематика идеи «Самодержавие, православие, народность» снова на какое-то время перестала быть делом профессиональных историков, а стала актуальным вопросом, уместно в ней разобраться. Справедливости ради отмечу, что следующий ниже текст опирается на работы историка А. Марея.

Итак, в 1833 году министр народного просвещения Российской империи граф Сергей Семенович Уваров обессмертил себя идеологической формулой "Самодержавие, православие, народность". Контекста этой формулы, кроме специалистов, сейчас мало кто знает.

Ключевая проблема – понятие «народность». Как и сегодня, в это понятие в зависимости от предпочтений говорящего вкладывалось, все что угодно. Можно было отождествлять народность с национальностью. Можно, как представители имперской великодержавности отрубать у этого слова последний суффикс и оставлять просто "народ". Поэтому, в рамках триады, квалифицировать «народность» возможно только через два других элемента триады "самодержавие" и "православие".

В российской традиции XIX века слово "православие" можно заменить на "христианство". Тогда получается формула, которая очень напоминает развитую традицию, существовавшую в Европе как минимум с 16-17 веков и прекрасно известную отцам Киево - Могилянской академии, которые, в свою очередь, дали России высшее православное духовенство 18 века и через него идеологов века 19. Так вот эта академия существовала и существует не в русле православной теолого-политической традиции, а в русле западной и ее обитатели работали с теориями и концептами, первоначально сформулированных в реалиях правовой и философской системы Священной Римской Империи. И именно в той древности возникает непереводимый на русский язык конструкт - res publica christiana. Перевести это невозможно, так как слово "республика" в русском языке прочно слилось с одной из форм государственного устройства, чем оно никогда не было в латыни. В больших кавычках res publica christiana можно описать как "христианское государство/христианское сообщество" или просто "Церковь". Церковь не как иерархия прелатов от аббатов до Папы Римского, но как сообщество всех христиан. И тогда народ (populus) – это populus romanus – все верные чада христианской церкви, живущие как в СРИ так и за ее пределами. Но множество людей, рассеянных совершенно везде в территориальном плане, не могло иметь никакой политической субъектности и территориальной ограниченности! Ведь Церковь границ не имеет, она безгранична по определению.

К актуальной проблеме внутренней противоречивости одной формулы государственной власти. Часть 2.

Итак, с одной стороны, ясно, что понимается под "народом" и "христианством" (в российском случае с "православием"), но в этой конструкции возникает проблема отсутствия у народа субъектности. Когда народ лишен субъектности, он становится пустым множеством, а пустое множество, будучи часть теории делает ее внутренне противоречивой и уязвимой. Соответственно, необходимо на теоретическом уровне как-то субъектизировать народ, для чего богословы переосмыслили идею власти.

Аврелий Августин - один из крупнейших христианских богословов поздней античности и раннего средневековья в трактате "О Граде Божьем" дает ключевое для средневековой традиции определение народа, которое повлияет на философов Нового Времени, через них на отцов Киево-Могилянской академии и, через них, идеологов Российской империи. Гипонский епископ считал, что "народ, — это множество, объединенное вокруг предмета своей любви". В Средневековье, в политическом смысле, народ мог любить только своего короля, а король обязан отвечать народу взаимностью в этой любви. У этой взаимности есть два измерения: во-первых, монарх становится носителем абсолютной власти, полученной через, говоря языком современной политологии, "легитимирующую волю народа". Во-вторых, абсолютная ответственность монарха, прежде всего перед Богом, за судьбу народа.

Далее – средневековое решение очевидного парадокса. Любое королевство имеет четко выстроенные границы, а у средневековой империи их нет, где же тогда границы у любви ее народа? Средневековые юристы, нашли следующее решение этой проблемы: в королевстве есть субъектный народ, в то время как в империи есть население, лишенное субъектности, в силу отсутствия границ и фиксированной территории, а значит и фиксированного народа, который становится больше с каждым расширением империи.

К актуальной проблеме внутренней противоречивости одной формулы государственной власти. Часть 3.

Вернемся к Российской Империи. Отцы Могилянской академии заимствуют из европейской мысли теорию народа, которая потом трансформируется в теорию нации. Через них принцип общности крови, общности территории и любви к объединяющему фактору (для поляков это Rzeczpospolita (любовь к Польше)) попадает в Россию, где в реалиях 1833 года становится неразрешимым парадоксом. Возможно непротиворечиво сочетать "самодержавие" и "народ" по подобию модели королевской власти. И народ, и монарх субъектны в своей любви друг к другу. Но тогда пропадает «православие». Иначе, возможно непротиворечиво сочетать “народ" и "православие". Подобно populus romanus – народом становится вся паства православной церкви. Но в таком случае исчезает территориальное измерение народа – в него можно включить кого угодно (хоть прихожанина православной церкви в Буркина Фасо). Попытки сочетания этих схем, когда от первой пары берется критерий национальности, те кто живут на одной земле и говорят на одном языке, а от второй пары - критерий религиозной идентичности, создают на выходе крайне противоречивый уже в XIX веке тезис: "Русский — значит православный". Для графа Уварова, апологета идеи империи, это было неприемлемо.

Поэтому "народность" снова необходимо становится пустым сосудом, в который каждый наливает все то, что ему заблагорассудится, и теряет какое-либо фиксированное значение. И если в XIX веке хотя бы формально был самодержец – источник суверенитета и власти, под которого можно было поместить пустое множество народа - населения, то в XXI веке ни самодержавца, ни империи нет, а желание описать реальность уваровской максимой, судя по всему, есть.

Политика может напоминать детский сад не только в Восточной Европе. В Техасе вся фракция Демократической партии села на самолет и улетела из штата, ради того, чтобы не допустить кворума по голосованию относительно изменений в порядок организации выборов. В Техасе полиция штата имеет право силой доставить конгрессмена на заседание, поэтому Демократы решили временно переехать в Вашингтон. Шаг безусловно запоминающийся, но вряд ли повлияющий на процесс.

Испанский конституционный суд признал несоотвующими конституции ограничения, введенные правительством страны во время первой ковидной волны. Тогда население страны было де факто помещено под домашний арест, за исключением дороги до ближайшего магазина и "незаменимых" поездок на работу. Иск подала правая партия Vox, что скорее всего добавит ей голосов в случае внеочередных выборов. Пока не понятно, смогут ли граждане на основе этого решения выставить правительсву страны счет за потерянные бизнесы и работы. Окажется ли это решение для стран ЕС первой ласточкой из многих, или исключением из правил, покажет время.

В продолжение поднятой в последнем стриме стриме, посвященном теории Питера Турчина, темы контрэлиты и ее роли в истории, цитата из фундаментальной работы историка Ричарда Пайпса о Русской Революции:

"именно интеллигенция доводит конкретные и вполне разрешимые противоречия до полного отрицания существующего порядка. Мятежи — случаются, революции — совершаются: «Сначала мятеж бездумен — он нутряной, непосредственный. Революция же подразумевает доктрину, проект, программу... В революции действуют в том или ином виде интеллектуальные силы, которых нет в мятеже. Более того, революция стремится институировать себя... Превращение мятежа в революцию характеризуется стремлением учредить новый порядок (в отсутствии общества!), и это... подразумевает наличие... «делателей» революции» ....В начале XX века в России не было предпосылок, неумолимо толкавших страну к революции, если не считать наличия необычайного множества профессиональных и фанатичных революционеров. Именно они в 1917 году хорошо организованными агитационными кампаниями сумели раздуть огонь волнений Петроградского военного гарнизона в пожарище, охватившее всю страну ...

Для нарождения интеллигенции требуется наличие двух условий:

1. Идеология, основанная на убеждении, что человек не исключительное создание, наделенное бессмертной душой, а податливый материал, всецело формируемый окружением. Из этой предпосылки следует, что, переорганизовывая социальное, экономическое и политическое окружение человека на «рациональных» началах, можно создать новую расу абсолютно рациональных человеческих существ. Эти убеждения возносят интеллектуалов, носителей рационального начала, в разряд социальных инженеров и как бы оправдывают их посягательства на место правящей элиты.

2. Предпосылки, дающие возможность интеллектуалам занять определенное социальное и профессиональное положение для достижения интересов своей группы, то есть размывание сословных и кастовых границ и появление либеральных профессий, делающих их независимыми от правящих кругов, — в связи с развитием правоведения, журналистики, высших светских учебных заведений, промышленных предприятий, нуждающихся в специалистах, и наличием образованной читательской аудитории."

Интересная карта, показывающая отношение к мусульманам в Европе на основе социологического опроса, проведенного Pew центром (оригинал у Михаила Минакова в facebook). Юго-Восточная Европа стоит бастионом анти - мусульманских настроений, а на первое место по терпимости вышли Великобритания и Российская Федерация.

Скорее всего, объяснима эта разница степенью этнической гомогенности того или иного сообщества. Страны Восточной Европы после трагедий двадцатого века стали крайне однородны в этническом смысле, вдобавок отсутствие колониального опыта, ограничило приток в них мигрантов из стран Азии и Ближнего Востока после 1989 года.

Страны же с колониальным прошлых (в случае Германии с прошлым политики гастарбайтеров – наемных рабочих из Турции и их потомков), или страны со значительной группой местного мусульманского населения (крымские татары в случае Украины, татары, башкиры, народы Кавказа в случае России) показывают большую открытость и терпимость к присутствию мусульман и их образа жизни в стране.

Вчера правительство США озвучило публично, что его цель установка фильтров для распространения информации в интернете для борьбы с фальсификациями и «мисинформированием». Речь идет, прежде всего, о facebook, twitter и подобных корпорациях. В идеале, с точки зрения правительства все пользователи, распространяющие сообщения, которые правительство посчитает вредными, должны быть удалены из публичного интернета. Таким образом, либеральный эксперимент подходит к своему концу. Примерно год назад, я подробно описал логику этого процесса как такового (применительно к либерализму как идеологии), но на фоне новостей имеет смысл повторить:

1. Начиная с либерализма политика и идеология начинаются не со стремления к собственно осмыслению мира, а с материальной причины (cause) - отдельной несовершенства/несправедливости, особо беспокоящих будущего основателя движения. На этом этапе происходит сакрализация и абсолютизация этого несовершенства. Как правило им является материальное неравенство, но 20 век "обогатил" и другими сакральными причинами, такими как раса и пол. Ключевая особенность такой идеологии в том, что существует противоречие философским статусом такой теории (чья цель познание и объяснение мира) и его истинной причиной (стремление изменить что-то материальное, при полном равнодушии к познанию). Идеологии после либерализма уже знают все ответы, уже обладают полнотой объяснения всей реальности, что познание им не нужно. Они не является мышлением, но есть механизм реализации политической воли по осуществлению некоего материального преобразования мира. Отсюда неизбежным следствием является механизм создания особой среды публичного мышления:

2. Создание избранным "пророком" Движения набора принципов, текста или корпуса текстов, которые наделяются особым сакральным статусом.
3. Столкновение с подлинной свободой интерпретаций "священного текста" со стороны сторонников движения прежде всего. Наиболее знакомым примером может служит критика принципов марксизма-ленинизма "слева" другими марксистами.
4. Столкновение с внешней критикой, будучи постоянно открытой которой, движение рискует потерять свой непогрешимый статус в глазах сторонников.
5. Решением проблемы критики как изнутри, так и снаружи движения, становится табу не на критику как таковую а на инструменты критики, представляющие угрозу Движению. И, как следствие, те, кто продолжают прибегать к табуированным инструментам, подвергаются социальному остракизму и поруганию. Результатом становится "кастрированная" публичная среда, в которой можно обсуждать только те вопросы, которые не противоречат фундаментальным принципам движения.
6. Разделение движения на "мудрецов" и "профанов". Первые объявляются хранителями высшего знания, последние должны принять его без осмысления. На современном западе это Ученые и Борцы за Социальную справедливость.
7. В случае, если публичная борьба не может быть выиграна полностью, если споры и дебаты с гностическим движением продолжаются, единственным решением проблемы становится привлечение аппарата государство, которое обеспечит силовой запрет на критику. Вслед за кастрированными дебатами всегда приходит государственное принуждение к единомыслию.

Надо понимать, что этот цикл – на самом деле – одна история, повторяющаяся из раза в раз, и, судя по всему, неизбежная, для любого гностического по природе движения. Более подробно о гностиках, я писал тут и тут (развернутая версия этого поста).

Как бы выглядела повседневная жизнь в развитых странах, если бы правительства действительно были бы намерены добиться радиpкального снижения выбросов углекислого газа (того самого сокращения глобального повышения температуры выше 1.5°C). Об этом дает представление статья коллектива исследователей университета Лидса под руководством Эфима Вогеля:

1. Потребление электроэнергии на человека должно сократиться до 7 500 kWh (сейчас в США – 80 000)
2. Потребление бензина на человека – 181 литров в год.
3. Сокращение потребляемых в день калорий на человека до 2100.
4. Количество допустимого использования стиральной машины – 20 раз на человека в год.
5. 1 компьютер на домохозяйство, правда каждому разрешено пользоваться мобильником.

Исследователи не скрывают, что эти цели невыполнимы при текущем уровне технологического развития. На сегодняшний день не существует ни одной страны с приемлемым уровнем жизни, которая была бы близка к этим нормам (красная линия на графике ниже), а некоторые страны (Турция, Российская Федерация, Китай, Иран) потребляя огромное количество ресурсов, все еще не могут обеспечить гражданам жизненные стандарты, сравнимые с Западными странами.

Таким образом, рискну предположить, что не одно правительство не решится на реальные перемены, так как население развитых стран, и даже развивающих, будучи поставленным перед необходимостью жить как средний боливиец или ганец, скорее всего взбунтуется: либо у избирательной урны, либо на улицах.

Что же остается? Ждать новых технологий – тех, которые позволят сохранить достойный образ жизни, при уменьшении нагрузки на окружающую среду.

Постоянно увеличивающиеся возможности федерального правительства проводить обязательную к исполнению политику, затрагивающую все стороны повседневной жизни граждан, в крайне культурно неоднородной стране, предсказуемо пробуждают к жизни центробежные тенденции. Данные свежего опроса по США показали, что 36% американцев выступают в поддержку отделения своего региона и образования независимого государства. Причем, это желание, в зависимости от региона, растет во всех крайностях политического спектра. Так в Калифорнии, Орегоне и Вашингтоне, в среднем, 47% демократов хотели бы независимости, а в южных штатах - 66% республиканцев, считают разумным создание нового независимого регионального союза.

Эти цифры служат сильным аргументом в пользу старой истины, что степень полномочий "большого" правительства всегда пропорциональна гомогенности сообщества. Другими словами, чем сложнее устроена страна, чем она больше географически, тем меньше возможностей и полномочий у центрального правительства должно быть, иначе значительная часть страны неизбежно почувствует "угнетение". В реальной жизни, то, что разделяет всегда больше чем то, что объединяет, и разумный политик концентрирует сферу политического именно там, где объединение возможно. Когда же в неодродном сообществе происходит насаждение однородности сверху, риск саморазрушения со-бытия увеличивается.

Ниже копия поста из facebook экономиста Юрия Кузнецова, который демонтрирует новый политический язык "европейского проекта" - "зеленый мессианизм". Что называется, сегодня в Финляндии - завтра во всех странах ЕС, а далее везде - вряд ли автократы откажутся от столь благородного предлога навсегда удержать власть в своих руках.

"[темник]
Попалась заметка в ведущей финской экономической газете Kauppalehti под заголовком "Покончить с интеллектуальной нечестностью. Необходимо полностью переменить угол зрения в дискуссии о климате". ("Lopetetaan älyllinen epärehellisyys – Näkökulma ilmastokeskusteluun pitäisi kääntää päälaelleen"; ссылка в первом комменте.)
Заметка хорошая, т.к. позволяет представить себе, как выглядит аналог наших "темников" в передовых цивилизованных странах. Я не утверждаю, что в них существует что-то вроде апэшечки, там действуют другие организационные процессы. Однако сходство жанров поражает. В небольшом объеме представлены практически все пропагандистские ходы и риторические фигуры, необходимые для вбивания в головы новейших климатических установок правительства ЕС. Можно прямо брать этот небольшой текст и продуцировать на его основе сотни материалов для СМИ, соцсетей и пр. Думаю, в ближайшее время трансляция этих установок будет идти по нарастающей и достигнет ранее невиданных "децибелов".

Вот сжатое изложение этих установок и риторических фигур. (В квадратных скобках я включил добавления, которые напрямую не содержатся в тексте, но легко восстанавливаются по контексту.)

1) Если [правительства развитых стран] не применят прямо сейчас предлагаемые ограничительные меры, а жители не согласятся на соответствующие затраты, то изменения климата приведут к гибели миллионов людей, не говоря уж об исчезновении биологических видов и радикальном изменении образа жизни [т.е. сокращении благосостояния] всего человечества.

2) Существуют всего два сценария – (а) при котором люди отказываются пожертвовать сейчас привычным образом жизни и платят потом гораздо больше -- и жизнями, и материальными лишениями; и (б) при котором они смирятся с [запланированными руководством ЕC и развитых стран] расходами и жертвами и дадут отпор дальнейшим изменениям климата. Никаких других вариантов заведомо нет.

3) Отказ от сценария (б) означает, что при реализации сценария (а) в какой-то момент [кому-то, обладающему властью] придется принимать гораздо более радикальные меры, а людям -- нести намного большие лишения.

4) [Последствия обоих сценариев гарантированно реализуются и заранее известны; эти последствия именно такие, как сказано, и никаких других быть не может.]

5) Попытки вести разговор о жертвах и расходах, которые придется понести сейчас для реализации сценария (б) — это увод обсуждения в сторону и уступка дискурса "противникам перемен"; более того, это «интеллектуальная нечестность».

6) Время утекает сквозь пальцы. Пока что есть возможность для относительно плавного изменения [образа жизни человечества], но с каждым потерянным десятилетием проблема будет нарастать [и в какой-то момент понадобятся очень радикальные меры].

7) Но истинно говорю вам: в [светлом] будущем, где будут предотвращены изменения климата (сценарий (б)), придется отказываться от гораздо меньшего, чем в [темном] будущем, где изменения климата буду пущены на самотек (сценарий (а)) и наступит катастрофа. И все же человечество никогда не боялось «идти вперёд» [и мы точно знаем, где этот «перёд»], [так что не надо бояться, а тем более и сомневаться, что изменения климата будут предотвращены]".

Я ранее писал в канале о прямой связи между протестанским культом "избранности" и современным американским прогрессивизмом. Интересно, что прямые религиозные корни были и у русских социалистов - революционеров столетней давности. Об этом рассказывает Юрий Слезкин в своей книге: "Дом Правительства: сага о русской революции"

“Глашатаи «настоящего дня» делились на христиан и социалистов. «Второе пришествие» оставалось метафорой бесконечной отсрочки, но все больше «задумчивых» христиан ожидали Страшного суда на своем веку. Их веру разделяли революционеры, которые отождествляли Вавилон с капитализмом и жили в ожидании конца старого мира.

У них было много общего. Одни считали революционный социализм видом христианства, другие считали христианство видом революционного социализма. Бердяев и Сергей Булгаков предлагали дополнить христианство политическим апокалипсисом, Горький и Луначарский причисляли марксизм к религиям земного спасения, Бонч-Бруевич называл хлыстов и баптистов «передаточными пунктами» большевистской пропаганды, а большевик-пропагандист (и сын священника) Александр Воронский знал революционера, который использовал Евангелие как руководство к «насильственному свержению царского строя».

Но обычно они считали друг друга антиподами. Христиане видели в социалистах атеистов или антихристов; социалисты с этим не спорили и называли христиан ханжами или невеждами. В стандартных социалистических автобиографиях отказ от «религии» был обязательным условием духовного пробуждения.

Большинство проповедников христианского апокалипсиса были рабочими и крестьянами. Большинство теоретиков рабоче-крестьянской революции были студентами и «вечными студентами». Студенты были детьми священников, чиновников, врачей, учителей и других «пролетариев умственного труда»: интеллигентов как метафорических евреев (избранных, изгнанных, образованных) и евреев как почетных “интеллигентов независимо от профессии. Пожизненные вундеркинды, они наследовали священной миссии и жили чужаками среди «народа».

... Социалистическое миссионерство отличалось от христианского в двух отношениях. Во-первых, оно не было универсальным. Христианская проповедь обращена к каждому; социалистическая рассчитана на рабочих или крестьян. Кальвинисты, проповедовавшие спасение избранных, не знали, кто и почему избран. Социалисты, верившие в особую миссию пролетариата, не сомневались, из кого состоит коренное население Царства свободы. Первые проповедники коммунизма могли быть кем угодно – и в реальности были почти исключительно «студентами», – но главным смыслом их агитации и единственным шансом на приход революции было обращение обращаемых. Принц пришел разбудить спящую красавицу, а не ее уродливых сводных сестер".

Все недемократические страны с сильными лидерами в чем-то похожи друг - друга. Вот и у Турции появился свой видеоблогер антикоррупционер. Это бывший криминальный авторитет Садат Пекер, видеоролики которого собрали более 75 миллионов просмотров. Есть и последствия в реальном мире, так в Австрии был арестован по подозрению в отмывании денег один из героев фильмов Пекера – Сегзин Баран Коркмаз.

Ролики Пекера выходят в момент, когда турецкие граждане особо чувствительны к злоупотреблениям в высших эшелонах власти, так как, если в предыдущие годы быстрый экономический рост позволял общественности закрывать глаза на роскошь верхних эшелонов, то в последние годы, в силу объективных причин, негативные последствия неограниченной монетарной политики привели к финансовому кризису, бьющему по сбережениям и доходам всех слоев населения.

Вкратце, турецкий Центробанк вот уже на протяжении двух лет пытается поднять базовую ставку, что бы хоть как-то снизить темпы инфляции, раздутой дешевыми деньгами, вливавшихся в экономику на протяжении предыдущего десятилетия. Поскольку эти меры не могут популярными ни во власти, ни среди населения – за 2 года в Турции сменилось уже 3 главы Центробанка. Ключевую роль играет и лично Эрдоган, отстаивающий собственный взгляд на основы макроэкономики, который правда противоречит всем существующим учебникам для первого курса института. Турецкий лидер считает: «Если избавим инвестиции от бременим процентных ставок, то наступит период спокойствия, поскольку именно процентные ставки создают инфляцию».

В итоге к июню 2021 года курс лиры по отношению к доллару достиг минимума за последние 20 лет. А по данным Мирового Банка совокупный эффект от экономических экспериментов правительства и пандемии короновируса, вытолкнул за черту бедности 1,6 миллионов турок. Более того, последние годы полностью свели на нет прогресс в области снижения неравенства в стране, достигнутый Эрдоганом в первые годы у власти.

И вот в этой обстановке, ролики Садата Пекера являются мощным катализатором, топящими и без того слабый рейтинг партии Эрдогана – на данный момент он в районе 26%, что гарантирует поражение на выборах. Последние должны состояться в 2023, но уже порядка 60% турок выступают за досрочное голосование.

Ссылки на источники с подробностями:

https://www.economist.com/europe/2021/07/08/recep-tayyip-erdogans-image-and-turkeys-economy-are-both-taking-a-battering

https://www.wsj.com/articles/after-history-of-erratic-economic-policy-erdogan-plunges-turkey-into-fresh-turmoil-11616599501

https://www.bloomberg.com/news/articles/2021-06-07/turkish-mafia-boss-dishes-dirt-becomes-youtube-phenomenon

Эта песня может длиться вечно ...

Три человека заразились высокопатогенным птичьим гриппом H5N6 на юго-западе Китая, один из них скончался. Пациент, 54-летняя женщина, умерла через 10 дней после появления симптомов.

Утопия (Не)Счастья? Часть 1: Парадокс

Недавно вышла очередная редакция Мирового Рейтинга Счастья, опубликованная ООН. Если очень упрощать, то согласно аналитикам, наиболее близко к условной утопии приблизились скандинавские страны (в среднем уровень счастья 7,5 - 8,0 по 10 балльной шкале), далее идут страны Западной Европы и США (в районе 6,5 – 7,5), страны Южной Америки, Юго-Восточной Европы, Япония, Саудовская Аравия, Турция (5,5-6,5), часть Африки и Китай (4,5 – 5,5) и соответственно Индия и все остальные страны оказались ниже 4,5.

Методология рейтинга, как и любой метрики небезупречная (в частности, он совершенно не учитывает культурные особенности, а например в той же Скандинавии, в силу социальных норм, люди с детства привыкли отвечать, что у них все замечательно, дабы не нарушить спокойствие местного сообщества), но один вывод сделать можно. Для самого богатого, самого технологически развитого общества за всю историю человечества, уровень удовлетворенностью собственной жизнью крайне мал. Особенно, если принять во внимание, что большая часть стран развитого мира достигла в рейтинге таких показателей благодаря формально-экономическим показателям (ВВП на душу населения). Другими словами, миллиарды людей живут так, как не снилось королям буквально 200 лет назад, но остаются в значительной мере несчастными.

Если копнуть, глубже, то видно, что темпы прироста психических расстройств, требующих медикаментозного лечения в этих самых счастливых странах, растут по экспоненте. Так, еще до пандемии в США депрессию, состояние тревоги или иное расстройство психики диагностировали у примерно 20% молодежи возрастом до 20 лет. А на фоне COVID – 19, 40% американцев признались в проблемах с психическим здоровьем или злоупотреблением медикаментами. А несмотря на всю серьезность последствий, пандемия COVID – 19 даже близко не стоит по масштабу угрозы жизни и здоровья как пандемии 20 века (Испанка и Гонконгский грипп), не говоря уже о разрушениях, приносимых в прошлые века оспой и чумой. Эпидемия последних, такими темпами, привела бы к краху механизмов психической защиты у 99%.

Параллельно в США с 2000-х годов неуклонно растет число самоубийств – тревожная тенденция, «тень» и фигура умолчания современного благополучия, так как в странах с высокими доходами на душу населения, в среднем этот показатель даже выше, чем в бедных. На данный момент, в мире в целом, от суицида погибает людей больше, чем от войн, терактов, криминальных и бытовых убийств вместе взятых.

В целом, если вычеркнуть из системы материальные вопросы, то обнажиться глубокая массовая неудовлетворенность настоящим: вся культура, от популярной до авторской пропитана ощущением усталости, апатии или страдания отдельной личности в непонимающим и угнетающим ее мире.

Неудовлетворенность состоянием государственных дел еще выше: в США наблюдается стабильный тренд на снижение доверия к правительству: если в 1960-ые годы средняя цифра была в районе 70%, к 2000 она упала до 49%, а последние 10 лет она колеблется в районе 10%. И даже в самой счастливой стране – Финляндии, эта цифра сократилась за последние 10 лет на 12% с 76 до 64.

Другими словами, никогда в истории человечество не жило так обеспечено, но эта обеспеченность не транслируется в целостное ощущение жизни и осмысленного принятия своего места в мире на индивидуальном уровне. Этот парадокс – прекрасная почва для размышлений, чему и будет посвящена серия постов на следующей неделе.

Утопия (Не)Счастья? Часть 2: Стагнация

Как я уже не раз отмечал в своих лекция, текущее состояние экономической системы можно описать как стагнацию. Мечта образа жизни среднего класса становится все более и более недостижимой не только для развивающихся стран, но и для большинства стран развитых. Наверное нигде, это не отражено так ярко как в популярном образе Гомера Симпсона, который будучи по своим рыночным свойствам в лучшем случае середнячком, в худшем – неудачником, умудряется содержать 3-х детей, жену, которая не работает, большой дом с двумя машинами и частые отпуска. В современных реалиях такой образ жизни в американских реалиях бывает не доступен даже профессионалам с зарплатой в $ 100 000 в год.

Американцы, рожденные после 1950 - первое поколение в истории страны, которое обладает меньшим относительным богатством чем люди старше их на 10 лет. Для мужчин возраста 25-44, без университетского образования, средние реальные располагаемые доходы упали ниже уровня 1969 года. Что еще примечательной, нельзя сказать, что эта группа населения стала хуже работать. Напротив, на фоне полной стагнации реальных доходов, производительность труда рабочего увеличилась на 74%. Другими словами, в среднем нынешний 30-ний, с учетом инфляции, зарабатывает меньше, чем его отец 30 лет назад, и не потому, что он плохо работает. И такая ситуация стагнации реальных доходов характерна не только для США, а для развитых стран в целом.

Сложно четко отметить причины этой стагнации. С одной стороны, определенную роль сыграло государственное вмешательство. В частности, в условиях американских реалий, именно благодаря государственной политике массовой раздачи кредитов на обучение всем желающим, на рынке бакалавриата и магистратуры возник классический пузырь: больше относительной стоимости образования выросли только медицинские услуги. В то же время, в сфере потребления, рынок успешно создал общество материального изобилия, о чем свидетельствует падение относительной стоимости любой бытовой техники, от компьютеров до автомобилей.

Однако, вне зависимости от причин, остается факт. Осмысленной работы, которая наполняла бы жизнь человека не только материальными благами, но чувством контроля над собственной жизнью и самодостаточностью становится в среднем всем меньше и меньше. Работа из зоны карьеры и стабильности, из зоны сообщества все больше и больше приобретает сдельный характер. Это конечно повышает ВВП, но разрушает социальную ткань. Работа сдельного характера усложняет заведение прочных социальных связей как внутри, так и во вне ее (та же семья), и только для относительно небольшого числа людей способна наполнять жизнь смыслом… И тем более работа полностью теряет свою функцию как институт гражданского общества, так как для жизнеспособности последнего необходимы длительность, надежность и регулярность - все то, чего в сдельной работе нет. Более того, на другом конце полюса - в развивающихся странах те, кто только-только, зацепился за средний класс и не имеют собственной недвижимости, ренты или иных накоплений, вынуждены работать в режиме 996 (с 9 утра до 9 вечера, 6 дней в неделю). Психика не выдерживается, и не удивительно, что набирает негативную мощь движения дауншифтеров (Европа и США) или «лежащих» (Китай), которые проповедуют добровольный отказ от участия в рыночном соревновании и в гонке социальных статусов. Лежачие работают только для того, чтобы оплатить интернет и минимальное потребление калорий, не заводят семьи и детей, не создают новых бизнесов.