— кошмар, а до этого он типо не видел его, как генерала?
— он для него просто разгельдяй, пидорас и бессовестный

совместные чтения, они такие

«Психопатологические черты и социальная детерминированность поведения Сюэ Яна»
Дисклеймер: любительский анализ, основанный более на тексте, нежели на реальной психологии и психиатрии.

Прежде всего, давайте составим небольшой психологический портрет личности Сюэ Яна.
Самые яркие черты, которые бросаются в глаза при прочтении – легкая форма сумасшествия, отсутствие общепринятого социального взаимодействия (общение с друзьями, семья) по собственной инициативе, полное игнорирование социальных норм и всё это под соусом импульсивности в действиях и агрессивности в поведении. Не верите?
А если вспомнить сцену, когда Сюэ Ян отравил деревню трупным ядом и вырезал языки у жителей, чтобы Шуанхуа не мог различить энергию и принял живых людей за ходячих мертвецов?

Скрестив на груди руки, Сюэ Ян стоял на обочине дороги и, слегка склонив голову, улыбался. Напротив него Сяо Синчэнь неторопливо обнажил меч, и Шуанхуа, сверкнув серебряным блеском, вонзился в сердце крестьянина.
На тот момент человек был ещё жив.*

*Здесь и далее перевод YouNet Translate.

Потерявший человеческий рассудок творил зло за чужой счёт и платил чёрной неблагодарностью своему спасителю, безжалостно оскверняя его руки убийствами. (Вэй Усянь в качестве повествователя о Сюэ Яне)

Сюэ Ян заставляет убивать живых людей того, кто всю жизнь стремился их спасать, и при этом забавляется данной картиной.
Черты, которые выше были перечислены, безусловно, не все. Но и их достаточно, чтобы сделать кое-какие выводы. К примеру, что у Сюэ Яна диссоциальное расстройство личности, или, по-простому, психопатия. Он склонен к садизму, ему приносит удовольствие чужие страдания.

Сюэ Ян взорвался оглушительным хохотом.
Сяо Синчэнь упал на колени перед отупело застывшим Сун Ланем, обхватил руками голову и разразился горькими рыданиями, словно страдания раздирали его душу на части.
Сюэ Ян смеялся так остервенело, что в уголках его глаз проступили слезы.

Но как он к этому пришёл?

Ярким переломным моментом стал эпизод с запиской в детстве и лишение мизинца. Дитя, ещё невинно смотрящее на мир несмотря на свой образ жизни (перманентный голод, отсутствие постоянного места жительства), столкнулось с насмешкой взрослых, социальной несправедливостью и в целом жестоким отношением к себе. И за свою наивность мальчишка получил не тарелку пирожных, а адскую физическую боль и, в дальнейшем, недоверие к людям.

Но мне больше интересно акцентировать внимание на том, к чему персонаж приходит в итоге. Его душа, можно сказать, разрывается на части: он на самом деле умеет чувствовать, просто предпочитает отрезать всевозможные попытки к доверию ещё на корню. Но даже так, всякий человек стремится избавиться от одиночества и войти в социум, поэтому у них с Сяо Синчэнем и А-Цин проигрывался какой-никакой сюжет семьи. Самое яркое тому доказательство – починка крыши. Казалось бы, самая простая сцена, но зачем Сюэ Яну было помогать, если бы он просто хотел отомстить Сяо Синчэню? Зачем беззаботно болтать и смешить его? Напоминаю, Сяо Синчэнь не знал, кто перед ним находится, ровно до того момента, пока ему не сказала А-Цин. И, таким образом, наш маленький психопат в любой момент мог воспользоваться моментом.

Дальше. Его внутренний ребёнок никуда не делся. Сюэ Ян запер в себе травмированное дитя, и не давал ему выход долгое время. Он сам лишил себя детства и юношества, закрывшись от людей и живя в недоверии. И, как итог, при смерти Сяо Синчэня, т.е. во время сильнейшего эмоционального потрясения, слабость вырывается. Об этом нам буквально прямо говорит Вэй Усянь:

Между ребёнком из истории Сюэ Яна, громко плакавшим из-за невозможности насладиться пирожными, и нынешним Сюэ Яном пролегала бездонная пропасть. Соотнести этих двоих друг с другом было практически невозможно. Однако сейчас Вэй Усяню наконец удалось поймать отражение того глупого, растерянного ребёнка на лице Сюэ Яна.

Внезапно глаза Сюэ Яна в один миг налились кровью. Он резко встал, сжал обе ладони в кулаки и принялся с грохотом разносить похоронный дом, швыряя, пиная и уничтожая только что наведённый им же самим порядок.
В тот момент выражение лица и звуки, издаваемые им, подходили под описание «сумасшедший» точнее, чем все его предыдущие безобразные состояния, вместе взятые.

Вам не видится здесь и дальнейшем его поведении в этой сцене мольба не оставлять его одного? Просьба к человеку, который впервые за всю жизнь не принимал его монстром и убийцей, а считал простым пареньком, обиженным жизнью. Да, всё это благодаря маске Сюэ Яна, но если бы А-Цин ничего не узнала и не рассказала даочжану, он бы мог ещё немного пожить в этом “идеальном мире”, где у него есть семья. Люди, которые не пользуются им как предметом для убийства. Люди, которые его по собственному желанию вылечили и показали, что такое доброта (тот же самый жест с конфетами, символизирующий искреннюю заботу о тех, кого принижала судьба).

Наконец, Сюэ Ян обретает свою идею фикс. Можно даже сказать, что он становится одержимым образом Сяо Синчэня: живет единой целью собрать его душу, использует его меч, ищет в других его отражение:

— Смейся. Смейся, сколько влезет. Можешь хоть лопнуть от смеха, но тебе ни за что не собрать душу Сяо Синчэня воедино. Он питал к тебе величайшее отвращение, но, тем не менее, ты всеми силами пытаешься его вернуть, чтобы продолжить забавляться с ним.
Сюэ Ян то громко хохотал, то вдруг разразился громкими проклятиями:
— Кто здесь хочет забавляться с ним?!
Вэй Усянь спросил:
— А иначе зачем ты валялся у меня в ногах, умоляя восстановить его душу?

— Ты не просто убил его, ты отчего-то выбрал линчи пытку, олицетворяющую наказание, кару. И если предположить, что ты мстил за себя, то почему тогда воспользовался Шуанхуа, а не Цзянцзаем, своим собственным мечом? Почему вырвал Чан Пину глаза, тем самым уподобив его Сяо Синчэню?

Сам герой отрицает всё, в своё оправдание выводя желание отомстить и насладиться страданиями. Только вот, это не так. Почему, спросите вы? Потому что когда Сюэ Ян в последний раз по-крупному отомстил Сяо Синчэню, и тот по-настоящему страдал (непосредственно их последний разговор), удовольствия у Сюэ Яна не возникло. А если и возникло, мне бы хотелось назвать это аффектом. Сильной эмоциональной реакцией в моменте. Ведь когда к нему приходит осознание, что даочжан мертв, а его душа раскололась, мы можем наблюдать совершенно другие эмоции, нежели радость от мести и злорадство.

Итак, что мне хотелось сказать этим анализом. По моему мнению, нужно смотреть не на отношение других к персонажу и их маркировку его поступков, а на самого персонажа, его историю, поведение и эмоции. В Зелени наше восприятие как читателя искажается двойным рассказчиком: мы видим историю глазами А-Цин с помощью Вэй Усяня, у которых своё отношение к Сюэ Яну. И из-за этого приёма Мосян Тунсю многие забывают смотреть на героя чистым взглядом.

art cr: @・元宝宁・
#чернушкины_почеркушки

мне одновременно плохо и хорошо

напоминаю, ради чего создавался этот канал
я не только распиздяй, но ещё и креатор, прикиньте, да
эдит с Шэнь Цзю 🥰

Seven Seas показали подробности бокса лимитного издания «Системы»!

cr: @sevenseasentertainment on tiktok

мы снова сели читать «Этот господин, должно быть, болен» (другое название: «Вы случайно не больны?»)
вот вам мем из главы, с которого нас вынесло моментально

ЭТО МОЙ СЫН
ЭТО МОЙ МАЛЬЧИК
ЭТО МОЙ СВЕТ
ЭТО МОЯ ТЬМА
ЭТО МОЙ БЕСПОКОЙНЫЙ СОН
ЭТО МОЯ СЛАДКАЯ БЕССОННИЦА
нельзя влюбляться в собственных осов, нельзя... но он... он... ему простительно