Перечитываю «Ведьмака», и встретилось что-то знакомое. Антикризисный менеджмент фэнтези-средневековья.

Может, проблема ЛОС в том, что их изначально строили не эльфы?

Перевод некоторых русских выражений на язык министра образования Воронежской области:

«‎писать ЕГЭ» — «‎заниматься теми процессами, которые регламентированы во время проведения экзамена»;

«‎видеть много журналистов» — «‎иметь факты визуального восприятия большого количества аккредитованных журналистов»;

«‎люди» — «некоторое количество определённых лиц»;

«скандал в школе № 62‎» — «ситуация с наличием организационно-педагогических условий и некоторых отходов от них»;

«‎инструктировать» — «активно реализовывать тот комплекс действий, которые, возможно, являются проактивными на тех направлениях, которые нужно усилить».

День, которого я ждала почти 7 месяцев. Столько понадобилось, чтобы подняться с какого-то там что ли 32-го места в топ-10 за неделю по LI.

Журналисты нашего издания настолько талантливы, что делают не только репортаж, но и судебные зарисовки к нему

Господибожемой, да что происходит с нашими чиновниками и их пресс-секретарями? Они так сильно боятся, что все поймут, что они живые люди, а не бумажки с печатями, и поэтому готовы использовать любые слова, которые выглядят «официально» — даже если они не подходят?

Небольшая подборка вопросов журналистов профессору ВГУ Юрию Трещевскому после того, как его отправили под домашний арест, а не в СИЗО. Думаю, Юрий Игоревич всё же в шоке.

Сегодня закинула вакансию — мы ищем человека — и в очередной раз столкнулась вот с чем. Вы знали, что очень многие журналисты считают новости самым низшим уровнем? Многие уверены, что новостник — это профессия для вчерашнего студента журфака. Что можно посидеть на ленте годик-другой, но вот потом обязательно надо «расти дальше».

А еще многие думают, что стать новостником может кто угодно. Я не раз встречала вот такие сопроводительные письма: «Работаю уборщицей в ТСЖ, но хотелось бы попробовать себя в творчестве, у меня высокая грамотность»; «Уже много лет читаю ваш сайт и думаю, что тоже смог бы писать новости»; «Всю жизнь продаю бытовую технику, но хотел бы сменить сферу деятельности. У меня есть примеры моих текстов — могу скинуть скрины своих сообщений, которые я обычно пишу в рабочий чат, когда даю ТЗ менеджерам». Я сейчас не преувеличиваю и не выдумываю.

На прошлой работе я собеседовала девочку, которая только окончила журфак. Она сказала, что новости писать не хочет — хочет писать «более серьёзные тексты». И я спросила у неё, почему она считает, что новости — это не серьёзные тексты. (Ничего внятного она не ответила).

Если вы так воротите носы от новостей, то почему постоянно их читаете?

У меня был коллега, который говорил, что научить писать новости можно даже медведя. Мы с ним много спорили по этому поводу. Спустя время он, кстати, взял свои слова обратно.

Я в журналистике 8 лет (понятия не имею, много это или мало), и учила писать новости десятки (а может уже и больше сотни) практикантов, стажёров, корреспондентов. И знаете, сколько из них реально научились писать качественные новости? Ну может четыре. К сожалению, я видела людей, которые в журналистике 20 лет, но новостную заметку написать не способны. Есть журналисты, которые делают крутейшие репортажи или расследования, но новость на три абзаца у них разваливается и напрочь лишена логики.

Многие журналисты, которые работают в «высших жанрах» думают, что вот эти вот новостники, которые сидят там на своём сайте и на свет белый не выходят, — это вчерашние студенты или просто бездельники, которые всего-навсего рерайтят пресс-релизы. Туда-сюда слова переставляют то есть. Ды зачем они вообще нужны в 2к24 году, когда их работу может выполнить нейросеть?

А на самом деле написать качественную новость — это значит собрать и подтвердить инфу, получить комментарии, разгадать чиновничий шифр, добыть детали и драматургию, часто — найти фотки и видео, видео прослушать на наличие мата, запикать мат, заблюрить лица, придумать заг для сайта, придумать заги для дзена и гугла, «предсказывая» поведение последних, чтобы залететь в их топ, грамотно засеошить текст. И всё это нужно сделать максимально быстро — чтобы по возможности быть первыми. Времени на раздумья нет. И, конечно, надо постараться сделать так, чтобы читателям было всё понятно и у них не осталось вопросов. Всё это тоже искусство.

Да, мы, кстати, корреспондента ищем (не новостника).

Великий Лемми Килмистер собирается на пресс-конференцию в Воронежский Дом журналистов. Фото в цвете.

Я/Мы Леонид Шифрин

Пожалуй, одна из самых любимых фраз пресс-секретарей и прочих пярщиков — «временно приостановить». Я когда была прессеком, постоянно боролась с руководством по этому поводу. Говорю: «Даже школьники знают, что это плеоназм. Нельзя "временно приостановить", можно "временно остановить" или просто "приостановить"». Но нет, руководство считало, что лучше допустить лексическую ошибку, чем выпустить пресс-релиз с таким вопиющим безобразием, как «временно остановили», которое, скорее всего, навсегда и непоправимо разрушит имидж компании. Вот «временно приостановить» — это очень мягко, даже любяще! Горожане, скорее всего, после таких тёплых слов даже и не будут против того, что им что-то там «временно ограничили».

Очередная тяжёлая ночь. Но отрадно, что, когда люди нуждаются в информации, они идут в два моих любимых СМИ.

Сижу смотрю прирост трафика за сегодня у воронежских СМИ. Ну, у кого открыта статистика. У РБК, Губернии, МК, Горкома, Абирега и Коммерса она закрыта. У остальных, понятное дело, виден значительный прирост к этому часу по сравнению со вчерашним днем. У Моёхи +171к, у Блокнота +81к, у Вестей +89к, у РИА +47к, у нас +54к и т. д. И только у Комсы -10к. Это что же надо делать, чтобы уйти в минус в эти сутки?

Есть подозрение, что не все воронежцы смогут понять, что не так на этих фотографиях. На третьей ещё ладно — лежит упавшая ветка. Ну так в Воронеже не просто ветки падают, у нас дерево девушку убило.