только не "идите" а ИДЕМ - большая семантическая разница.

А на железнодорожном вокзале в Липецке проблема трансфера уже решена. 80 рублей и вся недолга. Купите, предводители.

Ясно, понятно.

Об авторе и книге:

Отец Раисы Торбан был сослан в Сибирь на поселение, а будущая писательница закончила университет в Иркутске, затем поехала в Ленинград учиться на сценариста. Начала сниматься в кино («Юность поэта»). Но вскоре вышла замуж за архитектора и о карьере забыла. Она писала для газеты «Пионерская правда», плюс детские книжки. Первая из них – «Снежный человек», повествующая о партизанах, вышла в 38-м. В тот же год мужа Раисы Торбан забирают в Сталинские лагеря. За то, что обивала пороги чиновников с требованием освободить мужа, Торбан получила сама 10 лет колонии. В лагере Раисе Торбан удалось уговорить начальников открыть цех деревянных детских игрушек, и тем самым спасти сотню женщин, работавших на лесоповале в сорокаградусный мороз.
Реабилитировали писательницу во время хрущевской «оттепели». Муж умер в лагере. Она подалась в Липецк, устроившись в детский санаторий няней. Здесь ей была написана повесть «Заколдованная палата», сразу же включенная в школьную программу за 5 класс.

Между тем, невзначай пришёл ответ на:

— Кто мы? Откуда? Куда мы идём?
— Идём правее к солнцу, вдоль рядов кукурузы.

В финале новеллы "Тайна Боскомской долины", выслушав несчастного старика Тёрнера, мистер Холмс замечает, что его подписанные показания вряд ли придётся использовать в суде, а потом произносит ещё кое-что.

“God help us!” said Holmes after a long silence. “Why does fate play such tricks with poor, helpless worms? I never hear of such a case as this that I do not think of Baxter’s words, and say, ‘There, but for the grace of God, goes Sherlock Holmes.’”

Этому фрагменту в наших переводах не везло.
У Войтинской (перевод 1946 года) он звучит так:
— Бедные мы, бедные! — после долгой паузы воскликнул Холмс. — Почему судьба играет такими жалкими, беспомощными созданиями, как мы?

В классическом переводе Майи Бессараб (1956), который мы все читали в детстве, последнее предложение не выброшено, но лучше бы было:
— Да поможет нам бог! — после долгой паузы проговорил Холмс — Зачем судьба играет нами, жалкими, беспомощными созданиями? Когда мне приходится слышать что-нибудь подобное, я всегда вспоминаю слова Бейкстера и говорю: "Вот идёт Шерлок Холмс, хранимый милосердием господа бога".

У Ирины Дорониной (2005) цитата ближе к истине, но без промахов тоже не обошлось:
— Да поможет нам Бог! — воскликнул Холмс после долгой паузы. — Почему судьба так жестоко играет жалкими беспомощными червями, подобными нам всем? Никогда не слышал ничего более душераздирающего, и мне остаётся лишь, перефразируя Бакстера, сказать: "Если бы не милость Божия, шёл бы так и Шерлок Холмс".

Новые переводы, которых предостаточно, в сети не вдруг найдёшь, надеюсь, там всё в порядке. У Дойла, в общем, сказано следующее:
— Помоги нам, боже! — сказал Холмс, помолчав. — Для чего только судьба учиняет такое над бедными беспомощными червями? Всякий раз, услышав о подобном деле, я невольно вспоминаю слова Бакстера и говорю: "С ними, кабы не милость божья, идти и Шерлоку Холмсу".

Мистер Холмс вспоминает расхожую историю о благочестивом человеке, который, увидев преступников, ведомых на виселицу, произнёс: "Кабы не милость Божья, идти бы с ними и мне".
Чаще всего эти слова приписывают проповеднику Джону Брэдфорду, протестантскому мученику, сожжённому на костре 1 июля 1555 года, но впервые о том, что он говорил нечто подобное, упоминается лишь в публикации 1818 года. Согласно книге 1848 года, эту фразу якобы произнёс английский священник XVIII столетия Джон Ньютон — он ещё написал гимн Amazing Grace, но это так, к слову. Бакстер, на которого ссылается Холмс, это Ричард Бакстер, пуританский богослов и проповедник XVII века, который и в тюрьме за свои убеждения посидел, и перед Кромвелем с проповедью выступил.

Но дело, собственно, не в том, кто именно произнёс эти слова. Дело в том, что мистер Холмс, глядя на человека в той стадии отчаяния, которая заставляет пойти на убийство, понимает: неколебимых мало. Одним милосердием Провидения мы хранимы от зла, а вовсе не нашими безупречными принципами и общей образцовой добродетельностью в мирное время.
Холодный, рациональный, человек-машина, чуждый всякой эмоции... что там ещё про него говорят обычно, про скрипача нашего? А, да, не знает, что Земля вокруг Солнца вращается, как я могла забыть!..
Вот и по "Обряду дома Месгрейвов" сразу понятно: не знает.

Нашел старый стишок, десятилетней где-то давности. Вдруг кому.

ИЗ ГЕЙНЕ

Охранник Петухов (так следует из бэджа) - рукастый на размах и резкий на плечо. На злобу не готов, не сетует на бедность и прав перед людьми да чем-то там ещё. Когда-то Петухов служил, где было надо - быть может, в ЗГВ, а то и в КГБ. Теперь в охране он. Ему, наверно, рады - скрывая гамму чувств, однако же, в себе: за верные труды, за взгляд, надёжней стали, не дарят резеды, не пишут и стихов. И к празднику ему не выдадут медали - хоть бдительность являл в охране Петухов. Не то, чтоб он любил подобные прикрасы; раз так - пусть будет так; не надо ничего.

А северней служил охранник Пидарасов. И западло спросить: ему-то каково.

Всегда знал, что Войнович, мир его праху — не столько пророк, сколько каркуша. "Москва 2042" сбывается на каждом шагу.

Вот, скажем, финал Второй симфонии Чайковского Петра Ильича. Народный плясовой финал, с народной же песни на классическую музыку положенный. Медью блистая, тарелками громыхая, струнными пассажами на атомной тяге головокружительно давя, всячески изощряясь в контрапункте, на тотальном фортиссимо и никак не тише, - о чем пытается поведать миру автор, он же демиург?

Да всё о том же, на самом деле:

повадился журавель журавель
на зелёну конопель конопель

А все, небось, подумали, что русская душа. И даже успели испугаться, если вдруг.

Вот она, иллюзия прибавочной стоимости. И ее волшебная сила, конечно же.

А то, что симфония называется "Малороссийской", вообще прекрасно, но немного не при делах.

Clavis Artis (17th century), a manuscript of alchemy and is attributed to the Persian Zoroaster.

Отец космической программы США - штурмбанфюрер СС Вернер Фон Браун (с гипсом) во время ареста в 45 м году американскими военными.

Ну и как не вспомнить великого Тома Лерера с его пророческим — если дослушать до конца — "Вернером фон Брауном"? Кстати, вещи этой ровно 50 лет.


Gather round while I sing you of Wernher von Braun,
A man whose allegiance
Is ruled by expedience.
Call him a Nazi, he won't even frown.
"Ha, Nazi Schmazi," says Wernher von Braun.

Don't say that he's hypocritical,
Say rather that he's apolitical.

"Once the rockets are up, who cares where they come down?
That's not my department," says Wernher von Braun.

Some have harsh words for this man of renown,
But some think our attitude
Should be one of gratitude,
Like the widows and cripples in old London town
Who owe their large pensions to Wernher von Braun.

You too may be a big hero,
Once you've learned to count backwards to zero.
"In German oder English I know how to count down,
Und I'm learning Chinese," says Wernher von Braun.

И новости из ближайшего будущего. Роскосмос сообщает, что запуск экипажа пилотируемого корабля «Союз МС-15» в составе

космонавта Олега Скрипочки,
астронавта Джессики Меир
и участника космического полета Хаззаа Аль Мансури

запланирован на 25 сентября 2019 года с космодрома Байконур.

Так и запишем: "Меир со Скрипочкой покорят космос".

"Губернатор" (2019). Холст, масло, prisma.

Умер, пожалуй, главный сыч мира — Польди. Не помню уже, сколько за ним наблюдали у Тани Брандт. За ним и за Инго, овчаркой-малинуа. Кажется, что всегда.

Какая-то нелепость, на самом деле. Его задавили собственные дети, защемили в клетке. Вчера Польди весь день пытались спасти — сделали операцию, отняли крыло, строили планы на то, как ему жить дальше, если выкарабкается. Параллельно Таня рявкала на тех, кто сразу же предлагал эутаназию: "Нет, потому что это Польди". Выходить не смогли.

Это была очень длинная и трогательная история — документированная тщательно, почти ежедневно, многие годы. Маленький сыч и большая собака. И его большая собака, так точнее. Полноценный графический роман в сотнях, тысячах отдельных фото; каждое — особым сюжетом, а все вместе огромной мозаикой. Редкая осмысленность в глазах обоих — даже при том, что Инго недавно стал слепнуть. Абсолютно зрелые, осознанные взаимоотношения противоположностей — ну да, птицы и зверя, то есть неба и земли.

И совершенная человечность безо всякой, даже подразумеваемой антропоморфности. Человечность, которую, конечно же, несла Таня со своей стороны фотоаппарата. При том, сколько собственной жизни вложила она в своих героев и в этого с полуповорота головы узнаваемого сыча — даже представить нельзя, что с ней теперь. И потом — тоже.

Теперь только пересматривать. И благодарить за то, что такой сыч с нами был.

Да, что-то читал. Мальчик пытался сложить слово "блокировка", но букв было всего четыре.

А вот то, о чем справедливо говорили все это время: регистрация для выборов через Госуслуги и цифровое голосование. То ли быстрый технологичный ответ на эту прошловековую мутотень с офлайновыми подписями, то ли как раз сейчас довели цифровые участки до опытных образцов, достаточных для эксперимента. Но в любом случае — дополнительный повод последить за тем, что будет 8 сентября.

*не хватало лично мне и так полутора десятков региональных выборов, ага.

Журнал "Театр", №11, 1939 г.

"Варенье на завтра" от моего доброго друга Андрея Тесли, одного из наиболее интересных мыслителей русского правого фланга:

Понял, что больше всего напрягает в сюжете "Грета Тунберг".

Вне ТТХ самого персонажа — через собственный диагноз педалирующего собственное же нежелание жить в социуме по сложившимся социальным нормам.

Вне того, что за персонажем стоит. По налогам. По переделам. По всему тому, что в русской традиции лучше всего на материале Тунберг описывает Игорь Мальцев, ув.

Даже вне самих Гретиных спекуляций вокруг глобального потепления — плохо пересказанных отчётов экологических организаций, сдобренных лозунгами вроде "теперь мы должны делать невозможное" и прочим взвейся да развейся.

В конце концов, внедрение тревожности © — старый почтенный бизнес. Не менее стремный, чем любой активизм на дисбалансе и во имя дисбаланса. Но и не более того.

Больше всего напрягает, что с помощью Греты Тунберг глобально таранят основной цивилизационный принцип: чтобы чему-то учить, человек должен чему-то научиться. Принцип этот, строго говоря, довольно давно ощипан сетевой действительностью — где каждый суслик агроном, каждая точка зрения сверхценна, а любое знание можно опрокинуть должным количеством мнений. С которыми бороться — себе дороже и точно жалко времени; потому и новый status quo. И онлайн, и в реале.

Но все же до Греты Тунберг сама идея "не ходить в школу за все хорошее" корректировалась в разбросе от "вызвать ювеналку" до "твоя жизнь, тебе решать". А не в установленном большими дядями и тетями поле выбора, куда сначала позвать выступать нового пророка — на TED или сразу в ООН. Какую обложку ей дать — GQ или NYT, и не сразу ли все. Заставить ли Дональда Трампа умолять Грету о встрече (девушка отказывается, понимаете ли: президенту США нечего ей сказать) — или же его жизнь, ему решать.

Конечно, фундамент можно подвести подо все, что угодно. Устами младенца; взрослый мир скромпрометирован; крестовый поход детей. Сами накидаете, вы умнее любого автора, тем более меня.

Просто, когда будете накидывать — и после того — помните: Грета Тунберг — это 16-летняя недоучка, выставленная против самой идеи Просвещения. И того, что на ней выстроилось лет так за триста.

А демонтаж Просвещения каждый может остановить реально лишь своими силами. Хорошо бы, чтобы не через невозможное.

ну собственно, коллега, истерическое внедрение миллионов магоментан в страны, где их отродясь не было, а также всяческая #meetoo = также и есть планомерная работа по демонтажу завоеваний эпохи Просвещения

А это у нас все Г.К. Честертон виноват. И его "Перелетный кабак". Честно человек все описал, ещё когда.

https://t.iss.one/fuckyouthatswhy/25784