Русский Сыч
7.23K subscribers
4.89K photos
147 videos
9.25K links
Юрий Васильев, ВЗГЛЯД
Download Telegram
Давидыч — да, мы про него знаем многое, а кто-то и всё, но тем не менее — обозначил важную тему. Куда большую, чем судьба собственно "Москвича", где Эрик теперь подвизается советником гендиректора.

Известно, что нынешний "Москвич" начался с большого кидалова со стороны "Рено" — в рамках "мы не хотим иметь дело с Россией". Куда менее известно то, как именно "Рено" уходил с бывшего АЗЛК. Заблокировав сервера, поломав через колено производственные цепочки, послав лесом все гарантии работникам и покупателям. И отдельно с большим наслажденьем вскрыв весь блеск и нищету тезиса "у нас более половины производства локализовано в России" — когда оказалось, что из пяти компонентов фары made in Russia за пределами РФ произведены все пять.

И таких "Рено" — по автопрому и другим производствам в России — десятки, если не сотни. И многие из них оставили по себе что-то подобное. Заслуживающее серии заметок, а если по-хорошему, то книги. Про большой кидок 20-х — аналогичный, а где-то и сопоставимый с большим хапком 90-х.

Занялся бы кто, коллеги. Себе тему для Россиюшки буду иметь в виду — там, где корпорации за десятилетия проросли, а потом выдрали себя с мясом; и что из этого получилось — какие истории преодоления и, надеюсь, побед.

А про "Москвич" как таковой уже говорил, повторю ещё:  с нетерпением жду осени-2027, столетия АЗЛК. Потому что при любом исходе следующие четыре с половиной года не будут похожи ни на что на целом веку "Москвича". Даже на Великую Отечественную и на начало 90-х.
Что-то хреново я поработал, гляжу. Игорь Валентинович есть, меня нет. Всех попавших в зелюковские прескрипции поздравляю, ваш Мыротворэць (всего лишь).
Нарьян-Мар и минутка заполярного конфуцианства на нашем канале.

Очень трудно выкинуть ёлку после Нового года. Особенно если она тут растёт.
Господа на экране, меняя облик, продолжали без умолку болтать, пока Карлсон им не помешал.

- Я лично считаю... - начал один из них.

- А какое мне дело, что ты считаешь? - перебил его Карлсон. - Отправляйся-ка лучше домой и ложись спать!

Он с треском выключил аппарат и радостно засмеялся.

- Вот он, наверно, разозлился! Так я и не дал ему сказать, что он лично считает! ©
Тем временем батальон "Готенланд" — или как там духовные отцы господина Муждабаева планировали обозвать Крым? — готовится нанести решающий удар России. Ну, как России.
От авторов "места казни Зои Космодемьянской как идеального фона для фэшн-съемки": лукбуки из разрушенного Мариуполя и "недопустимость эстетизации захваченного уничтоженного города". О том, сколько там всего уже понастроили — скорее всего, ни звука. Нет, читать не буду, просто отмечу два разных захода с одного адреса отправления.
У нас с женой моей Ящерью выработалась формула, которой закрепляется любой, самый безумный прогноз на окружающую действительность:

— Ты серьезно?
— Я — нет. А вот они — да.

Итак, в режиме "я нет, а они да" видится следующее.

Взамен на танки для Украины, видимо, пан Моравецкий пообещает простить немцам репарации. Не все полтора триллиона, конечно — но это больше, чем не прощать совсем ничего.

А там и подопечные, получив танки, отблагодарят варшавских радетелей очередной Волынью. Дайте только срок.

То-то станет весело. То-то хорошо.
Минутка хульства на нашем канале. Газета "Нярьяна Вындер" ("Красный тундровик"), январь 1936 года. Как и чем закончил — либо продолжил — баснописец и хулитель уюя М. Феерович, или же дожил до торжества идей борьбы с космополитизмом и т.п. — не знаю. Надеюсь, полярная сова свое слово сказала и делом подкрепила. Если полностью не видно, жмите на фото.
На фото 1) — вполне допустимый ответ на один из проклятых вопросов, а именно "что делать?"

На фото 2) — образец верстки, где две заметки вступают друг с другом в смутное взаимодействие, смысл которого станет понятным только через многие годы. Ibid. 16.01.1936, стр. 4
Же сви Ганя. Кстати, прекрасная параллель с тезкой Иволгиным и его эволюциями вокруг камина. Но мышление абсолютно наше, правильное, современное. Ibid. 24.01.1936, стр. 4
Был неправ, вспылил. Отрабатывать кейсы, выходить на кипиай и обращаться в комплаенсы — древнее и почтенное дело на Руси. Во всяком случае, платить claimsы — то есть, возмещать стоимость брака по жалобам заказчиков — здесь, согласно письменному источнику, было в заводе как минимум с 1936 года.

В общем, средний коворкинг и за Полярным кругом найдет знакомую букву. Если, конечно, релоцировать его качественно, а не только лишь количественно. Всем оупенспейсом на свежий воздух того же лесозавода.

Тем более, что это уже давно в черте Нарьян-Мара, Ненецкий автономный округ.
"Милый, линию эту не гни! / Не задабривай лентою алой, / Я сама, за свои трудодни / Получаю не так-то мало. / Я недаром сгибаюсь к земле, / Не отлыниваю от работы: / Заведу себе к этой зиме / И пальто, и хорошие боты".

Уже знакомый нам певец ненецкой окружной действительности, хулитель совы М.Феерович описывает колхозный быт Заполярья зимы 1936 года — с рожью там и всякими овощами, трактористами и прочими закладными под звуки колоколец. Но да, купить теплое пальто и зимнюю обувь — это действительно счастье, особенно за Полярным кругом. Тут не поспоришь.

Кстати, абсолютно автохтонные ненецкие рыбаки, к примеру, зарабатывали в колхозе куда больше, чем при хозяйской прежней власти (см. фото 3 — и вообще очерк прекрасно написан, есть даже слово "матерялись"). Но Заполярью необходима была экзотика: рожь, трактора, колошение берёзового шума. И М. Феерович феерил, проговариваясь на каждом поэтическом шагу стихов под названием "Счастье".
Ермак и Зеленский в данном вопросе не представляют совершенно никакого интереса. Вот если после этого Люсю выгонят на информационный мороз Фейгин адвокат и штопаный Гордон — тогда да, эпичность арестовичева фейла станет очевидной.

А пока что, учитывая ещё и схожее заявление об уходе по собственному т.н. головы Донецькоï областi, — обе бумаги более похоже на аутосокращение линии фронта, то есть попытку драпануть, соответственно, из медиа- и управленческого окопов.

А это ещё только сiль у них забрали.
"Незадолго до смерти ему захотелось морошки. Наскоро послали за этой ягодой. Он с большим нетерпением ее ожидал и несколько раз повторял:

— Морошки, морошки.

Наконец привезли морошку.

— Позовите жену, — сказал Пушкин, — пусть она меня кормит.

Он съел 2 — 3 ягодки, проглотил несколько ложечек соку морошки, сказал — довольно, и отослал жену. Лицо его выражало спокойствие. Это обмануло несчастную его жену; выходя, она сказала мне: «Вот увидите, что он будет жив, он не умрет».

Но судьба определила иначе..."

Спасский И.Т., врач Пушкина А.С.
— Ну да, ну да, — горестно закивали Владимир Спиваков, Юрий Башмет, Марк Пекарский, Андрей чего уж греха таить Макаревич и ещё стопицот подписей. — Пошли мы на.