Интересный разворот порядком поднадоевшей уже истории про писателей, которые пользуются и не пользуются большими языковыми моделями: прошёл конкурс Unslop 2026, на который принимали только сгенерированные тексты, не редактировавшиеся человеком. Оценивать нейрорассказы пришлось живому жюри, они отмечают, что поразительноt число номинантов оказались аллегориями об ИИ — в том числе и победитель, рассказ «Джун» (в смысле имя June, а не в привычном программистам значении) про повара, который пытается выразить эмоции и воспоминания во вкусе. Автор промпта получил $10000. Организаторы отмечают, что лучшие из рассказов «заслуживают прочтения (хотя Нобелевский комитет может пока отложить пересмотр критериев)».

Что может быть глупее идеи снять мрачный приквел к «Рождественской песни» с Джонни Деппом? Конечно же, рекламный слоган к этому приквелу!

Хочется теперь прикладывать эту чеканную формулу ко всем известным персонажам.

«Прежде чем он стал Бондом, его звали… ДЖЕЙМС»

«Прежде чем он стал Онегиным, его звали… ЕВГЕНИЙ»

«Прежде чем он стал Гумбертом, его звали… ГУМБЕРТ»

Еееееее (Молли я ровно такой себе представлял)

У кого как, а у меня при виде этой обложки первым делом возникла мысль «О, биография Цекало подъехала»

Посмотрел «Одиссею» (в imax, as Nolan intended). При всём моём уважительно-ироничном отношении к Нолану, это, конечно, идеально подходящие друг для друга автор и материал. Даже привычно пожаловаться на пафос не выходит — речь про главный эпос в истории, куда там без пафоса. Не буду придираться, но отмечу несколько особенно важных для меня вещей.

1) Такого поразительного моря в кино, кажется, никогда ещё не бывало. Вечный нолановский соратник Хойте ван Хойтема творит чудеса, переключаясь между сверхкрупными планами (кажется, будто это ты сам вцепился в вёсла вместе с одиссеевой командой) и общими (какими же крошечными выглядят людишки в царстве Посейдона).

2) Знаменитые приключения — Сцилла и Харибда, встреча с лестригонами, остров Цирцеи — в фильме ужаты до совсем небольших сцен, впрочем, демонстрирующих недюжинный талант Нолана-хоррормейкера. Отдельно хочется отметить встречу с Полифемом, которого в этой версии «Одиссеи» жалко до слёз, хоть он и скушал сорок человек.

3) Все вопросы, которые у меня появлялись по ходу просмотра, растворились, когда в финале второй раз показали нападение на Трою — это немыслимые, страшные несколько минут, ради которых, очевидно, фильм и снимался. Сцена, которая напоминает о том, что Одиссей и его спутники не герои войны, потому что война это ад, на ней героев не бывает.

4) И как всегда у Нолана, гениальный кастинг, особенно в том, что касается второстепенных ролей. Омерзительный (это комплимент) Паттинсон в роли Антиноя. Лупита Нионго в двух крошечных, но завораживающих ролях Елены и Клитемнестры. Джон Бернтал — эталонный Менелай. Зендея, которая показывает, насколько же нелепы попытки идиотов судить о кастинге прежде, чем они посмотрят фильм до конца и поймут, что даже не знали, что это за роль (впрочем, ничего они не поймут, поскольку не очень умны). Джон Легуизамо, который за роль слуги Евмея — лучшую у него за много лет — наверняка получит номинацию на «Оскар». Но больше всего этой номинации, конечно, заслуживает Эллиот Пейдж. И не только потому что это будет первый человек, номинированный на премию в обеих гендерных категориях, и это страшно разозлит самых неприятных людей в мире. А потому что…

5) Было бы смешно, если бы не было так мерзко, вспоминать, как трансфобы по всему миру вообразили, будто Пейдж исполняет роль Ахилла, и начали сравнивать его с Брэдом Питтом, понятно в чью пользу. Пейдж и правда на Ахилла не похож — но так и играет он в некоторой степени противоположного Ахиллу персонажа — Синона. Самое интересное — то, что в поэме Гомера такого персонажа вообще нет. Синона можно встретить в других историях о Троянской войне, прежде всего — в «Энеиде». Это солдат, которого греки оставляют на берегу вместе с деревянным конём, чтобы он притворился дезертиром и убедил троянцев принять этот замечательный, совершенно безобидный дар. Имя персонажа стало синонимом подлой лжи: Данте отдельно выделяет Синона, помещая его в восьмой круг ада (неподалёку, надо сказать, от самого Одиссея).

Нолан не просто возвращает в сюжет персонажа, о котором Гомер умолчал, но переворачивает его историю, делая её эмоциональным стержнем фильма. Не буду пересказывать сюжет — смешно говорить о спойлерах к «Одиссее», а вот поди ж ты, это и правда спойлер, — но в фильме это Одиссей (дважды!) предаёт Синона, которого вообще не должно было быть на этой войне. И именно в момент их встречи лицом к лицу в Аиде (случайно ли Синон там так похож на главного героя фильма «Иди и смотри»?) «Одиссея» из хорошей вариации на знакомую тему становится выдающимся антивоенным высказыванием самого Нолана. И для Пейджа это не просто возвращение в большое кино после многолетнего перерыва, а лучшая пока что роль в его карьере.

🐷 Прямо как Цирцея в «Одиссее», предлагаю всё бросить и пройти наш новый тест «Какая ты свинья»

Объявлен букеровский лонг-лист: есть знакомые русскоязычному читателю имена: Элизабет Страут, Эмма Клайн, Марлон Джеймс, Дуглас Стюарт, М. Джон Харрисон (последний в случае выигрыша может стать самым пожилым лауреатом в истории, потеснив Маргарет Этвуд). В жюри античница Мэри Бирд (если вы не читали её SPQR, то что с вами не так) соседствует с Джарвисом Кокером из Pulp.

Меня по описанию больше всего заинтриговал роман «Реновация» Кенана Орхана — про турецкую эмигрантку в Италии, которая нанимает строителей сделать ремонт в ванной, а они открывают там портал в камеру стамбульской тюрьмы. Автор в интервью американскому журналисту объясняет, как после 2013 года Турция становится всё менее свободной: «Раньше можно было купить пиво на концерте. Можно было шутить над правительством. А потом стало можно попасть в тюрьму за сравнение Эрдогана со Смеаголом. На телевидении сигареты стали замазывать. Всё изменилось очень быстро». Oh boy.

Шорт-лист премии объявят 22 сентября, победителя — 9 ноября.

Ох, Глен Хансард погиб в Ирландии. Только недавно вспоминал эту его песню — в юности фильм «Однажды» очень много для меня значил

В фотоархиве Мориса Данона редакция обнаружила редкую фотографию Льва Троцкого сделанную во время его пребывания на острове Буйюкада с 1929 по 1933 год. Во время пребывания на острове Троцкий написал историю русской революции

Пока по складам маркетплейсов горят книги, «Бумкнига» устраивает распродажу с огромными скидками того, что не догорело. Пользуйтесь возможностью (а ещё поддерживайте независимые магазины, а не маркетплейсы)

Восточный ветер принёс лепестки сакуры, и в Ромашковую долину пришло время перемен. Они начались в ту секунду, когда Копатыч, простой крестьянин в шляпе из тростника, увидел её – прекрасную принцессу из другого мира. Её зовут Нюша, и она решительно настроена стать новой императрицей – даже если для этого ей придётся свергнуть старую!

В деревне боевых магов тоже не всё спокойно. Крош, хоть далеко не самый способный ученик, всё же понимает: сэнсэй Совунья и сэнсэй Карыч явно что-то скрывают! И они наверняка знают, куда пропал Ёжик! Почему они не говорят правду? И какие тайны скрывают местные ромашки?

Узнай любимых героев с новой неожиданной стороны: Лосяш, Пин, Бараш, Совунья и другие Смешарики открывают мир Азии! Чайные церемонии, императорские дворцы, интриги – и это ещё не всё!

Такого ориентализма даже Эдвард Саид вообразить бы не сумел

Неделю назад стали читать в новом клубе Inhound рассказы: начали с «Пари» Чехова, продолжили «Лотереей» Ширли Джексон, а дальше будет только интереснее. Обсуждения в чате — уже одни из моих любимых за два года, которые я эти клубы веду! Присоединиться не поздно — впереди Пелевин, Ле Гуин, Некрасова и много кого ещё

Очень хороший и внятный отзыв на «Одиссею» от Вьета Тхань Нгуена, который не только великий писатель, но и дипломированный литературовед.

Наконец посмотрел «Одиссею»: раз я подошёл к ней как к супергеройской экранизации поэмы, всё было прекрасно как форма голливудского развлечения. Мне нравятся некоторые работы Нолана («Помни», «Тёмный рыцарь»), но по-моему, он скорее режиссёр зрелища, чем содержания. Этот фильм снова это подтверждает.

В нём есть захватывающие сцены войны и травмы, которые мне понравились, — именно поэтому я не думаю, что это антивоенный фильм, как утверждают некоторые.

Не знаю, думает ли так сам Нолан, но то, что фильм смягчает один из самых чудовищных эпизодов истории (см. ниже), — точно его сознательный выбор.

Моё определение антивоенного фильма — это фильм, который не хочется пересматривать, потому что он на телесном уровне даёт почувствовать, насколько война ужасна, — и больше никогда не хочется через это проходить.

Из фильмов, которые действовали на меня так, — «Город жизни и смерти» (2009), китайский фильм об изнасиловании Нанкина, почти невыносимо тяжёлый и печальный. Представьте, если бы «Одиссею» рассказали с точки зрения троянских мирных жителей.

«Одиссея» Нолана ближе к жанру «война — это ад», который почему-то войну никогда не предотвращает, потому что молодые мужчины (и, может быть, женщины) смотрят это и думают, что было бы круто пойти убивать и насиловать — или хотя бы развратничать.

Цирцея (прекрасная роль Саманты Мортон) прямо говорит, что именно этим и занимаются люди Одиссея, — поэтому она и выпускает наружу свинью в них (это несправедливо по отношению к свиньям, которые не убивают и не насилуют).

ОДНАКО Нолан придерживает удар. Ключевая сцена (и это не спойлер, ПОТОМУ ЧТО ОНА ЕСТЬ В ПОЭМЕ) — в финале, когда Нолан показывает разграбление Трои и убийство женщин. Одиссей — травмированный свидетель этих убийств, но сам невинных не убивает.

Зато убивает большинство женихов Пенелопы.

В поэме Одиссей и Телемах также убивают женщин, которые прислуживали (и спали с) женихами. В старых переводах «Одиссеи» этих женщин называют «служанками», «девушками» или «шлюхами». В переводе Эмили Уилсон их называют «рабынями».

Трактовка Нолана изображает их просто служанками и делит на верных и неверных Пенелопе и Одиссею.

На их сексуальную активность фильм никак не намекает, и единственный другой намёк на измену — момент, когда Пенелопа отказывается спасти старшую служанку во время казней, хотя убивают её или нет — не показано.

В поэме Телемах казнит дюжину порабощённых женщин, что в переводе Уилсон описано так: «их головы, все в ряд, были подвешены на петле вокруг шеи, чтобы их смерть стала мучением».

Фэглз, слова Телемаха: «Не дам им чистой смерти, ей-богу! … Вы, шлюхи — подстилки женихов!»
Фицджеральд: «Я не дам чистой звериной смерти этим потаскухам … вы, шлюхи, что спали с женихами»
[Жуковский: «Честною смертью, развратницы, вы умереть недостойны, вы, столь меня и мою благородную мать Пенелопу здесь осрамившие, в доме моём с женихами слюбившись». — Прим. Егора]

В фильме Телемах в исполнении симпатичного и обаятельного Тома Холланда показан искренним, не особо физически одарённым, невинным молодым наследником Одиссея.

В финале он становится царём по умолчанию. Это была бы совсем другая история, если бы он стал царём отчасти потому, что лично казнил дюжину женщин.

Так что хотя «Одиссея» Нолана явно признаёт жестокость царской власти (см. Агамемнона и то, что он творит), худшая жестокость в фильме принадлежит другим царям — не Одиссею и его семье.

Голливудские фильмы, как правило, не дают главным актёрам и звёздам убивать невинных женщин — это попросту немыслимо, точно так же, как немыслимо, чтобы наши солдаты и герои делали это в реальной жизни. Так что отдадим Гомеру должное за то, что он пошёл туда, куда Нолан пойти не смог.

P.S. Что касается мультирасового кастинга — кому какое дело? Люди, верящие в Белого Иисуса, бесятся из-за Чёрной царицы!

К слову, когда восемь лет назад мне впервые довелось поговорить с Нгуеном, беседа тогда тоже зашла об «Одиссее»:

— У меня есть теория насчет рассказчика, и я не могу не воспользоваться ситуацией. В финале романа вы рассуждаете о слове «ничего», и рассказчика по аналогии мы можем назвать «Никто». Он трикстер, участник войны, путешествует по воде из одной страны в другую — можно ли сказать, что это, с определенной натяжкой, Одиссей?

— Да, хорошее сравнение. Мы чуть раньше говорили о лодках: так вот, опыт беженцев, покидающих Вьетнам, во многом похож на «Одиссею». Но это не очевидно остальному миру: все смотрят на людей, бегущих из своей страны, и не видят в них ничего героического. Мы думаем, что история беженцев — это что-то жалкое и отчаянное, а я хотел написать роман, который покажет, что опыт беженца в XX веке — героический опыт. Так что да, в этом есть что-то от «Одиссеи», особенно в отношении рассказчика, который многое переживает, но его личная «Одиссея» — это также и «Одиссея» всех вьетнамцев.

Готовясь к обсуждению «Сердца-обличителя» в книжном клубе по великим рассказам, обнаружил, что одна из лучших адаптаций этой истории Эдгара По — серия «Губки Боба» под названием «Скрипучие сапоги»